Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Сегодня главному библиографу Самарской областной универсальной научной библиотеки Александру Никифоровичу Завальному - 60

+2
Голосов: 2
Опубликовано: 1706 дней назад (20 августа 2014)
Редактировалось: 1 раз — 21 августа 2014
О роли Самары в судьбе известных людей и в судьбе страны


- Вы же, Александр Никифорович, не коренной самарец, пяти лет от роду в Самару приехали?

- Мне было пять, когда моя семья переехала в Самару из Нижнего Новгорода. Отец был военным. Прошел две войны - Финскую и Отечественную. Когда пришла пора мне родиться, служил в Нижнем. Тогда - город Горький. А корни у меня украинские. Винницкая область, село Махновка (ударение на первый слог). Сейчас - Комсомольское, если не переименовали. Как семья любого военного, мы постоянно переезжали. В конце концов оказались в Самаре. Отец стал работать в редакции окружной газеты «За Родину».

- Редакция находилась ...

- Пионерская, 19.В особнячке, где в войну жила дочь Сталина Светлана, и где его внук родился. Сын Василия. Александр Бурдонский. Известный театральный режиссер.

- А где вы по приезде в Самару жили?


- На Красноармейской, между Ленинской и Садовой. Небольшой деревянный домик (тогда большая часть старой Самары была деревянной) и страшное количество тараканов. Говор самарский удивлял.

- С прононсом.

- Самарцы вообще были склонны к подражанию. Даль даже приводил пословицу, возникшую на почве того, что самарянки середины XIX века, подражая оренбургским казачкам, шепелявили. «Я шама шамарка, у меня платье ш оборками». Удивляли, конечно, самарская разухабистость, задиристость. Но тараканы были вне конкуренции. Вскоре мы, впрочем, переехали на Красноармейскую, 135. Вплоть до армии я жил в этом доме.

- Читать рано выучились?

- До школы. У отца была большая библиотека, в основном справочной, как у всякого, наверное, журналиста, литературы. И моими первыми книжками были тома Большой советской энциклопедии. По 20-30 раз каждый том листал. В результате знаю всех великих, чьи портреты там изображены, а это тысячи людей. Самых разных. От полководцев до художников. Зрительная память в детстве очень сильна. До сих пор помню не только все иллюстрации школьных учебников, но и где они были на странице - справа или слева.

- Какую школу оканчивали?

- 40-ю. Поселок братьев Кузнецовых. Ямы так называемые, и чтобы попасть в школу, нужно было долго идти среди деревянных построек, грязи, ручьев с остатками помоев, среди граждан, не особенно склонных чтить Уголовный кодекс. Но детей не трогали. Видимо, это было им за... Скажем изящнее: это было за пределами принципов, которых придерживалось население этих ям.

- Значит, ваш город это - старая Самара.
А вот эта крылатая фраза. Насчет самых красивых девушек. Сказано про Самару, но послушать жителей других городов...

- Не надо! Мы с приятелем студентами на каникулах путешествовали по разным городам. Приехали в Ярославль. Час по центральной улице дефилировали! Три, от силы четыре красивых лица. Совершенно другая картина в Астрахани. И в Самаре. И в Казани. Смешение тюркских и славянских кровей, думаю, дает этот восхитительный женский тип, причем с таким количеством нюансов, что любой может найти даму по сердцу. Кстати, и среди великих вы не найдете ни одного человека, в котором не было бы смешения кровей. Возьмите известных самарцев. У Алабина мать француженка. И у Анненкова, человека, который проводил в нашей губернии александровские судебные реформы, мать француженка. Та самая Полина Гебль, что поехала за осужденным возлюбленным декабристом Иваном Анненковым в Сибирь, и эта история вдохновила Дюма на роман «Учитель фехтования». По духу все они были, конечно, россиянами. Людьми Российского государства, русской культуры, русского языка. Но кровей-то в них было намешано... 80 процентов людей, писавших историю Самары, не самарцы по рождению. Начиная с Алабина.[/i] (интервью самарской газете)


Александр Никифорович Завальный - родился 20 августа 1954 г. в г. Горьком (ныне г. Нижний Новгород).





С 1979 года - Главный библиограф Самарской областной универсальной научной библиотеки. Заслуженный работник культуры России, лауреат Губернской премии, общественный деятель, литератор, историк, краевед.

Удостоен: знака Министерства культуры СССР «За отличную работу», медали Российского Союза исторических городов и регионов «За вклад в наследие народов России», почетного знака Министерства культуры и искусств Украины «За достижения в развитии культуры и искусств», почетного знака губернатора «За труд во благо земли Самарской», почетного знака Самарской городской Думы и других наград.

Автор книг, многочисленных публикаций в сборниках и периодической печати. "Раскрытая книга", "Украинские этюды", "Самарские рассказы", "Самарские украинцы и русская революция", "Самара со всех сторон" и другие.

Является членом топонимической комиссии, участвовал в возрождении герба города и губернии, создании губернского и городского флагов, составитель многочисленных краеведческих изданий, писал и пишет рассказы и сценарии фильмов о Самаре. Передал в дар библиотеке более 300 книг с автографами известных ученых, писателей, краеведов и коллекцию монет, значков, марок и открыток, посвященных книгам и библиотекам.

Александр Никифорович был инициатором создания общественного комитета «Самара», благодаря деятельности которого город вернул свое историческое имя.

Завальный всегда чувствовал, что о городе, который он очень любит, он может сказать свое слово. И решил, что это слово должно быть в форме исторических анекдотов, которые точно и ярко раскрывают наш самарский характер… Вышел уже шестой сборник, который включает тысячу невыдуманных историй о Самаре и самарцах. Называется он «Самара во все времена».

Старинные самарские анекдоты. Завальный Александр Никифорович




1. Виноват, обознался!

Первый самарский литератор, один из просвещеннейших людей провинциальной России Иван Алексеевич Второв в 1812-1814 годах исполнял обязанности городничего и уездного предводителя дворянства.

Он отличался честностью, гуманностью и возмущался жестоким отношением самарцев к содержащимся в городе пленным французам. На масленицу Второв расставил на улицах пеших казаков и строго приказал унимать и брать под караул тех, кто будет дразнить и ругать пленных. Вечером он вышел проверить исполнение приказа и направился к ближайшему посту. Караульный казак, увидев приближающегося человека, заорал: «Собака француз! Свинья!», засучил рукава и приготовился к мордобитию «француза». Когда же служивый узнал своего начальника, он опешил, скинул шапку и вытянулся в струнку.

- Так-то ты исполняешь мое приказание? - с укором спросил Второв.

- Виноват, ваше благородие. Обознался. Ведь я подумал сначала, что это француз идет.


2. Есть пророки в своем отечестве

В 1828-1830 годах российское правительство решило «разобраться» со старообрядческими скитами на Иргизе. Спасаясь от погрома, один из иргизских старцев, Иероним, бежал в Самару.

Некоторое время «богоугодный» человек скрывался у самарских купцов-старообрядцев и лишь в начале 1844 года вышел из «подполья». Обладавший красноречием и почтенной наружностью. Иероним стал очень популярен у староверов, которые толпами стекались слушать его проповеди.

Иероним призывал каяться и предрекал скорый конец света, уверяя, что он наступит 26 марта, в первый день Пасхи. Старообрядцы понесли «учителю крупные пожертвования, многие ради скорейшего спасения спускали нажитое добро и раздавали деньги беднякам. Один только хлеботорговец Хворостянский дал для нищих около 40 тысяч пудов пшеницы.

За трое суток до рокового дня 40 парней и девушек отправились спасать души молитвой в Коптев овраг. Накануне Пасхи самарские старообрядцы сшили саваны и легли в гробы дожидаться пришествия Господня. Прошел день, другой, третий. Дворовый скот стоял голодный. Жалобное мычание коров и блеяние овец наводило тоску на православных соседей. Вскоре власти узнали о происшедшем. Иероним, увидев, что вышла промашка, бежал, на что-то еще надеясь, в Коптев овраг. Обеспокоенный полицмейстер пытался поднять староверов из гробов, которые встали только тогда, когда им сказали, что «учитель» скрылся. Незадачливый пророк был пойман, приговорен к 50 ударам плетьми и ссылке в Сибирь. Старообобрядцы, простив своему «учителю» ошибку в расчетах, провожали его чуть ли не со слезами.


3. Дождетесь у меня!

До 1851 года значительная часть самарского края входила в Симбирскую губернию. Степные помещики, которые во многом определяли поволжскую жизнь первой половины XIX, отличались необузданностью, буйством, своеволием и с трудом переносили подчинение любой власти.

Борьба одного из симбирских предводителей дворянства с губернатором кончилась тем, что оба поскакали в Петербург искать защиты. Губернатор успел первым и, когда к Николаю I явился предводитель, царь подошел к нему и, грозя пальцем, сказал «Прапорщики, я вас уйму!».


4. Чудо

Случился как-то в Сызрани пожар. И только у одной старушки занялся дом, стала она с испугу метаться, схватила икону да в чем была выбежала. Сын ее офицером у адмирала Крузенштерна служил и в плаванье находился. Она одна-одинешенька и жила.

Полыхает крыша, а старушка несчастная икону над головой подняла и ходит вокруг горящего дома, молит Варвару-великомученицу унять разбушевавшийся огонь. И чудо свершилось. Утих «красный петух»! Брызнули слезы радости у хозяйки, целует с восторгом икону и благодарит Варвару за избавление от пожара. Сбежались соседи, обступили счастливицу. «А ну, покажи икону-то святую». Повернула она икону, и ахнул народ. Вместо Варвары - великомученицы глядит на людей Иван Федорович Крузенштерн, портрет которого оставил матушке сын-моряк.

5. «Пошел!»

1 (13) января 1851 года состоялось торжественное открытие Самарской губернии. По случаю столь знаменательного события был дан обед. Среди почетных гостей находился приехавший из Петербурга официальный представитель императора сенатор Федор Лукич Переверзев. После обильного приема горячительных напитков он вышел на крыльцо, спустился на улицу, уселся удобно, словно в карету, на снежный сугроб и повелительно крикнул: «Пошел». В связи с этим одна дама отметила в своих записках: «Никакая умная речь на торжественном обеде, никакие гениальные мысли не доставили бы ему такой популярности, как... последнее обстоятельство. Он сразу стал своим близким человеком всем уездным чиновникам».

6. Приходит некий мужчина в гостиницу Перова. Это угол Предтеченской и Троицкой, сегодня Некрасовской и Галактионовской. Начало 20-го века. «Если хотите,- говорит хозяину,- могу вам фальшивых денег предоставить сколько нужно. - А где возьмёшь? - Да напечатаю, хоть сто тысяч. У меня секрет есть. - А что за секрет? - Да без бутылки не разобрать. Поставил ему Перов бутылку вина. Мужчина выпил. Потом вторую. Уже и до третьей дошёл, а секрета своего всё не открывает… Тогда хозяин гостиницы вызвал полицию. Забрали глубоко нетрезвого самарского мужчину. Учинили ему допрос. «Обещали денег напечатать сколько нужно? - Обещал. - А можете? - Да куда мне! - А зачем обещали? - Да с утра похмельем страдал… Страсть как выпить хотелось.»


7. Тридцатые годы 20-го века. В хлебе, который тогда продавался, попадались крысиные головы, машинки для очинки карандашей, в колбасе встречались куски навоза.

Престижная гостиница «Центральная» 20-е годы прошлого века. Лифт с революции не работал, воды не было, гостиница не отапливалась. Другая гостиница «Бристоль», ныне второй корпус гостиницы «Жигули». Годы НЭПа, хозяин частник был очень экономный человек. У него посудомойки по совместительству мыли ещё и туалеты. А мыла он им не выдавал из экономии. Картинка была: они сидят, вычищают нечистоты… Хозяин призывает: «Срочно тарелки мыть» - Сейчас идём,- отвечают, - только руки помоем… Не надо, на кухне, вместе с тарелками вымоете!..

8. «Чай, жена она мне»

В одну из январских ночей 1856 года Горький шел по Предтеченской (ныне Некрасовская) улице, как вдруг заметил, что какой-то мужчина бьет женщину.

- Это вы кого бьете? - не выдержал Алексей Максимович

- Да жену.

- Что же это вы ее на улице бьете?

- А что?

- Да люди видят, и погода скверная.

- Дома-то, конечно сподручнее, но мне в депо надо. Дежурю я сегодня. А ты, корова, вставай иди домой, завтра я тебе додам. Долго не забудешь. Иди.

Женщина ушла.

- Господин! - муж повернулся к Горькому - Дайте двугривенный, просил у этой ведьмы - не дала.

- Дам. А сколько вы возьмете, чтобы завтра ее не бить.

- Как? Совсем не бить?

- Нет, вы обещали ее завтра доколотить. Не доколачивайте, а возьмите с меня деньгами.

- Вообще-то баба она хорошая. Шестой год душа в душу живем. Мне ее тоже жалко. Полтину дадите?

- Извольте. Не будете бить ее завтра?

- Ни-ни. Что я, зверь какой стану ни с того ни с сего человека терзать. Чай, жена она мне.



Завальный. И этим все сказано.

Именно так и называется статья, посвящённая имениннику, в Журнале «Самарские судьбы» (смотри на главной странице сайта «Самарские судьбы»).

С Днём рождения, уважаемый Александр Никифорович! Спасибо вам! И за любовь к Самаре – особенно!




Источники:


Большая биографическая энциклопедия 2009

Завальный. Самарские анекдоты. Автор Галина Галыгина

Завальный. И этим все сказано. Журнал «Самарские судьбы»
Комментарии (1)
Виталий Добрусин #    20 августа 2014 в 12:27
Только что поздравил Александра Никифоровича, с которым связан по жизни и профессиональной дружбе почти 30 лет. К нему очередь. постоял в очереди. Это здорово, когда к главному библиографу областной библиотеки очередь - а люди все солидные с должностями и животами. Завальный - это один из брендов Самары