Самарские судьбы
Самара - Стара Загора

Сегодня исполняется 195 лет со дня рождения Генриха Шлимана

+3
Голосов: 3
Опубликовано: 78 дней назад ( 6 января 2017)


Половину жизни немец Генрих Шлиман положил на попытку доказать историчность древнегреческих эпосов, которыми увлекся еще в детстве. Став археологом, в Трое и Микенах он раскопал немало замечательных находок. Но принадлежали ли они легендарным героям Гомера?

Генрих Шлиман родился 6 января 1822 года на территории тогдашнего Мекленбург-Шверинского герцогства в городке Нойбуков, расположенном неподалеку от Балтийского моря. Его отец, Эрнст Шлиман, был местным священником. Через год после рождения сына семья переехала в Анкерсхаген, окруженный бесчисленными озерами и болотами. Там Генрих Шлиман провел свою юность.


Дом в Ноубукове, где родился Шлиман

Миф о Трое

Отец часто пересказывал сыну разные легенды, отчего в Шлимане-младшем проснулся серьезный интерес к истории. Гибель Помпеи во время извержения вулкана, Троянская война и другие яркие события прошлого будоражили воображение ребенка. В 1829 году Шлиман-старший подарил восьмилетнему сыну «Всемирную историю для детей» с иллюстрациями Георга Людвига Йеррерса. Маленький Генрих наивно спросил: наверное, художник своими глазами видел Трою, иначе как он сумел нарисовать картинки? Отец объяснил, что художник руководствовался лишь собственным воображением. Мальчик заинтересовался: ведь если в Трое были крепостные стены, значит, их остатки можно найти в земле. И он решил для себя, что однажды отыщет Трою.



Шлиман-старший поощрял в сыне интерес к истории. Сам он, невзирая на духовный сан, придерживался довольно свободных взглядов на жизнь. Это касалось и отношений с женщинами. Его жена Луиза, терпевшая многочисленные измены мужа, скончалась в 1831 году. Вскоре после ее смерти Эрнст Шлиман женился на одной из своих любовниц, что шокировало его паству. К тому же вскоре обнаружилась растрата церковных средств, и Шлиманы превратились в изгоев. Минне, первой любви Генриха Шлимана и единственному человеку, кто его понимал, родители запретили с ним общаться. Впоследствии он писал, что со смертью матери его детство стало бесконечно печальным.



Амстердам в конце XIX века


Скандальная история с отцом развалила семью. Генриха взял на воспитание его дядя. Он отправил мальчика постигать основы латыни у учителя Карла Андресса. Однажды к Рождеству Генрих написал довольно большой очерк на латыни, посвященный Троянской войне, и послал его отцу. Видя успехи ученика, Андресс решил устроить юного Шлимана в гимназию, но тут его отец снова «отличился». Против него возбудили судебный иск в связи с растратой, и средства, которые можно было вложить в обучение сына, пришлось потратить на урегулирование дела.

Шлиману удалось отучиться в гимназии всего три месяца. Его интерес к истории и классическим языкам так и не получил развития. Ему пришлось учиться в реальном училище.

Путь в Россию

В 1836 году 14-летний Шлиман закончил училище и начал работать приказчиком в бакалейной лавке в Фюрстенберге, что неподалеку от Берлина. Перед отъездом он неожиданно встретил свою первую любовь — уже повзрослевшую Минну Мейнке. Но у друзей не оказалось времени поговорить, они лишь со слезами обнялись в последний раз. У бакалейщика подростку приходилось работать с раннего утра до поздней ночи. Латынь, на которую он потратил столько сил, была совершенно забыта. Юноша мечтал лишь о двух вещах — отыскать Трою и снова встретить Минну Мейнке.

Через пять лет 19-летнему Шлиману выпал шанс изменить судьбу. Шлиман отправился пешком в Гамбург, надеясь найти работу на корабле. Он нанялся юнгой на шхуну «Доротея». 28 ноября 1841 года она отправилась в Венесуэлу. Но путешествие не состоялось: вскоре после отплытия судно попало в бурю. Шлиману и еще восьми членам экипажа удалось спастись: они добрались на шлюпках до берегов Голландии.


Шлиман в годы жизни в России. Это его самая ранняя фотография, сделанная в возрасте 38 лет

Прусское консульство в Амстердаме помогло незадачливому моряку. После лечения в госпитале его устроили на работу в торговую компанию. Работа не занимала много времени, и Шлиман использовал представившуюся возможность, чтобы изучать иностранные языки.

Занимаясь совершенно самостоятельно, он меньше чем за три года ухитрился освоить голландский, английский, французский, итальянский и португальский языки. Вскоре ему снова повезло: он устроился на работу получше — в торговую компанию Б. Г. Шрёдера. Там он принялся изучать русский язык. Всего через полтора месяца Шлиман уже мог писать в Россию деловые письма. Компания отправила многообещающего сотрудника в Санкт-Петербург своим торговым представителем. В январе 1846 года 24-летний Шлиман отбыл в Россию. Он учил языки в первую очередь, чтобы преуспеть на торговом поприще. Но была у него и мечта — разбогатеть и жениться на Минне Мейнке, а потом вместе искать древние крепости.

Всего в течение своей жизни Шлиман овладел 15-ю языками, причем всегда вел дневник на языке той страны, в которой в тот момент находился.

Коммерческий успех

Вскоре после прибытия в Россию Шлиман, помимо работы на несколько немецких фирм, основал собственное дело и быстро добился коммерческого успеха. Уже 5 февраля 1847 года он принял российское подданство, став «Андреем Аристовичем». Молодой человек написал письмо своей подруге с предложением выйти за него замуж. Из пришедшего из Мекленбурга ответа он узнал, что Минна Мейнке вступила в брак за несколько дней до того, как получила его письмо. Чтобы забыть о личном, Шлиман с головой погрузился в работу. Он занимался торговлей различными видами сырья. Постепенно Генрих Шлиман становился все более видной фигурой в деловом мире России. Авантюрист по натуре, он стремился разбогатеть на краткосрочных, одноразовых вложениях, а не в долгосрочных и более стабильных проектах. Он брался за все, что подбрасывала судьба. Например, в начале 1861 года российское правительство готовилось обнародовать манифест об отмене крепостного права на больших бумажных афишах. Шлиман постарался скупить как можно больше бумаги и затем перепродал ее по сильно завышенной цене.

12 октября 1852 года он женился на дочери известного петербургского адвоката – Екатерине Петровне Лыжиной. Хотя они имели троих детей, их семейная жизнь не сложилась. Шлиман вновь отдался работе. Не находя утешения в семейной жизни, он вскоре вспомнил о своем давнем увлечении — истории.
Кругосветное путешествие

В 1858 году Шлиман совершил поездку по Сирии, Палестине, Турции и Греции. У него созрело желание постепенно от коммерции, но про-ликвидации предприятия из-за судебной тяжбы. Тем временем в 1860 году появилась возможность вложить средства в хлопок — как раз накануне гражданской войны. Это принесло коммерсанту немалую прибыль. Лишь в 1863 году Шлиман выиграл юридический спор и сумел, наконец-то, весной следующего года закрыть дело.

После восемнадцати лет жизни в России Шлиман отправился в кругосветное путешествие. В мае он покинул Германию, пересек Средиземное море и направился в Африку — в Тунис. Там он посетил развалины Карфагена, затем двинулся севернее — в Италию, к руинам Помпеи. Затем он вновь побывал в Египте и поплыл на восток — к Индии и Цейлону (современной Шри-Ланке), чтобы собственными глазами взглянуть на руины индуистских и буддистских храмов. Далее Шлиман оказался в Китае, где осуществил свою давнюю мечту — увидел Великую китайскую стену. Следующими пунктами стали Пекин и Шанхай. Затем он отплыл в Японию. Побывал в Америке. Шлиман навестил могилу брата в Калифорнии, после чего отправился в Мексику, где осмотрел развалины уничтоженной ацтекской цивилизации.



Путешествие заняло более двух лет. Вернувшись в Европу, Шлиман целиком отдался своей старой мечте об археологии. Он начал изучать основы этой науки, а также слушал в Сорбонне лекции по античной истории и археологии.

Тогда же Шлиман предложил жене приехать к нему в Париж. После ее отказа он, выделив ей и детям неплохое денежное содержание, стал готовить себя к главному делу своей жизни.

Успех и неудача в поисках Трои

Генрих Шлиман поставил целью своей жизни доказать, что события, описанные в поэмах великого древнегреческого певца Гомера, — реальность, а не фантазия. По какому принципу он определял, что найденное им действительно имеет отношение к гомеровской Греции?



Развалины Трои Шлиману удалось найти уже во время первых своих серьезных раскопок в 1871 году. Он открыл предполагаемый город на холме Гиссарлык неподалеку от пролива Дарданеллы в северо-западной части Турции. Самой большой своей удачей археолог считал обнаружение груды золотых и бронзовых артефактов, названных им «клад Приама». Шлиман ни секунды не сомневался, что сокровище принадлежит именно этому легендарному царю.

Для академических археологов главным в его раскопках было доказательство существования в бронзовом веке цивилизации, более старой, чем классическая Греция. Чуть позже они выяснили, что «клад Приама» относится к более древней эпохе, чем полагал Шлиман.

Общепризнанная теория, основываясь на данных классической литературы, датировала описанную Гомером Троянскую войну, закончившуюся падением города, примерно 1300— 1000 годами до н. э. Во время первых своих раскопок Шлиман предположил, что остатки троянской эпохи расположены на шесть культурных слоев ниже поверхности земли, и приступил к поискам. «Клад Приама» находился во втором снизу слое, это дало Шлиману повод высказать гипотезу, что этот слой принадлежит к 1300—1000 годам до н. э., и отождествить его с мифической Троей.

Точную датировку возраста находок помог Шлиману установить его друг и единомышленник Вильгельм Дёрпфельд. В 1882 году они начали совместные раскопки, показавшие, что «Троя» на самом деле состоит из девяти слоев, а период, соответствующий 1300— 1000 годам до н. э., представлен шестым снизу слоем.
Стало ясно, что слой, по мнению Шлимана, принадлежавший ко временам Приама, в действительности на несколько столетий старше и датируется примерно 2000 годом до н. э., а значит, «клад» не имеет никакого отношения ни к Приаму, ни к Трое из «Илиады».

Снова неудача

Раскопки в Микенах, последовавшие за троянской экспедицией, сделали Шлимана еще более знаменитым. Он начал их, пытаясь доказать историчность эпохи, описанной Гомером. Согласно легендам, в Микенах правил царь Агамемнон, вернувшийся домой с победой, но встретивший там смерть от рук вероломной жены. Шлиман рассчитывал отыскать могилу царя, а нашел целых пять захоронений. Лица усопших были покрыты посмертными масками. Одна из них, на удивление прекрасно сохранившаяся, получила известность как «маска Агамемнона». Сегодня она находится в коллекции Национального археологического музея в Афинах.


Золотая маска «Агамненона»

В отчете Шлиман не рискнул с ходу приписать находку мифическому царю, но высказал осторожное предположение, что маски, возможно, принадлежали Агамемнону и членам царской семьи. Но когда он открыто и с гордостью заявил, что обнаружил захоронение одного из героев «Одиссеи», большинство специалистов вновь отреагировали скептически.

Дальнейшие исследования снова показали, что найденные могилы намного старше времен Троянской войны. Сегодня принято считать, что в них похоронена царская семья, правившая Микенами примерно в XV—XIV веках до н. э.

Раскопки в Тиринфе

Важный материал для сопоставления дали раскопки, проведенные в 1884 году в Тиринфе. Шлиман Дёрпфельд обнаружили фундамент обширного дворца с большим числом коридоров, дворов, больших и мылых колонных залов и примыкающих к ним комнат. Основу его составлял «мегарон» - сооружение вполне согласующееся с описаниями дворцов в гомеровских поэмах. Мегарон представлял собой зал размером 12 на 10 метров с очагом по середине, с четырьмя несущими колоннами, богато украшенный настенными фресками, с инкрустированным потолком. Перед ним располагались прихожая и вестибюль с колоннадой, выходивший на двор, окруженный большим числом разнообразных помещений и комнат. Этот комплекс имел некоторое сходство с тем, что Шлиман обнаружил во время раскопок «Трои Приама». Но существовало отличие: тиринфские постройки были гораздо более совершенными во всех отношениях. Это заставило признать, что сооружения Трои II, которую Шлиман счел «гомеровской», на самом деле гораздо древнее, а потому Илион эпохи Троянской войны археолог-любитель в ходе первых поспешных раскопок не заметил, попросту говоря, изуродовал. Шлиман, это осознавший, пережил разочарование.

По следам Гомера

Нельзя слишком сурово упрекать Шлимана за скоропалительность и неточность его датировок. Одна из задач археологии заключается в корректировании подобных промахов. От них никто не застрахован, а научный прогресс дает все новые и новые методы верификации. Большой ошибкой Шлимана было необдуманное приписывание находок тем или иным мифическим персонажам и эпохам, о которых нет достоверных письменных источников. До сих пор нет такого артефакта, который археологи могли бы с уверенностью отнести к временам гомеровского эпоса.

Гораздо большего порицания заслуживает шлимановский способ ведения раскопок. Его стремление во что бы то ни стало отыскать Трою и нежелание видеть все остальное привело в конечном счете к трагедии: Шлиман фактически уничтожил Трою как археологический памятник. Он копал сквозь «неинтересные» — по его мнению! — слои и бездумно уничтожал все «негомеровское».
Сегодня профессионалам приходится восстанавливать картину, изучая то, что осталось после раскопок Шлимана. Впрочем, после того как Шлиман начал сотрудничать с археологом Дёрпфельдом и антропологом Вирховым, его работа стала ближе к подлинно научной.

Истинный археологический успех

Дёрпфельд первым предположил, что слой, где нашли «клад Приама», на самом деле древнее, чем времена Троянской войны. Когда он высказал свою догадку Шлиману, тот помрачнел, ушел к себе в палатку и молчал там четыре дня. Потом он признал, что Дёрпфельд прав. В последующие годы тот доказал верность своей гипотезы. Таким образом, попытка Шлимана убедить ученых, что события эпоса Гомера — не миф, а исторический факт, провалилась. Он сделал удивительные открытия, но они никак не связаны с тем, что он искал.



Шлиман открыл новый этап в археологии: благодаря его находкам началось изучение микенской цивилизации, существовавшей в бронзовом веке. Его вклад в науку не могли отрицать даже те, кто сначала презрительно смеялся над его любительским энтузиазмом.

Источник: Журнал «100 человек, которые изменили ход истории»
Комментарии (1)
Лидия Павлова #    6 января 2017 в 23:57
Спасибо за интересный рассказ, Маргарита!