Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Зазеркалье души

+717 RSS-лента RSS-лента
Автор блога: Елена Ядрина
Несбыточно
Я не стану твоей женой.
Но не буду твоей любовницей.
Поцелуи любви хмельной
Мне до стонов, до всхлипов помнятся.

Гроздь калины окутал снег –
Сердце колют снежинки острые.
Мой желаннейший человек,
Ты остался подарком осени.

Я осталась твоей мечтой,
Обречённой на штамп – "несбыточно".
Ты зачахнешь в объятьях той,
Ловко дёргающей за ниточки.

Я ж под гнётом своих свобод
Расцвету с величайшей силою.
На сто лет, на сто зим вперёд,
Во сто крат стану я красивее!

Поцелуи любви хмельной
Расплескал зельем вечной юности.
Ты – до стонов, до всхлипов – мой.
Буду грезить… А ты – свой груз нести.
Нулевой вектор
Поезд по-волчьи скуля,
В степи меня удалял,
Море оставив там, в территории счастья.
Сдёрнуть бы стоп, выйти вон,
Перевернуть бы вагон!
Рельсы и шар земной разорвать бы на части!

Разворотить бы вокзал,
Тот, что сердца растерзал,
Наши маршруты врозь направляя по точкам!
Тот, что в предсмертный наш миг
Вдруг всполохнулся и сник,
Зная, что виноват, но не в силах помочь нам.

Лбом в ткань потрёпанных штор…
Господи мой, ну за что!
Я ведь люблю лишь раз в этой жизни невечной.
Слёз неподъёмная кладь…
Выйти б, столкнуть бы, взорвать
Рельсы, вокзал и шар! Но не станет ведь легче...
Полюсы
За любовь можно отдать всё, а за свободу - и любовь.

Жаждешь понять мой нрав по моим творениям?
Это не лучший способ забраться в душу.
Мог бы пойти ва-банк и узнать скорей меня,
Спев под одной струёю со мною в душе.

Полно! С дуэтом – блеф! Я не слишком ветрена,
Чтобы под слив пустить, словно пену ноты.
Лучше держаться врозь, ну, хотя бы в метре нам,
Дабы не сблизить полюсы ни на йоту.

Лучше мне для тебя быть закрытой книгою –
Ты, всё равно, не вникнул бы в nota bene.
Знай, к Магомеду гор я давно не двигаю.
Впрочем, и не кладу бастиона стены.

Просто самой себе принадлежность радужней –
Ближе к груди рубаха, а грудь свободна.
Ах, о груди – ты прав, что заочно рад уж ей,
Ведь наяву нет шансов. Мне так угодно.
Прости, Поэт
К 200-летию М.Ю.Лермонтова

О, если б горы Пятигорья,
Сглотнув печаль,
Об этом вероломном горе
Могли кричать!

Об этом дне, об этой смерти
Трубить могли б!
О, не измерить горе – мерьте –
Поэт погиб!

То причитанья б, словно сели
С вершин текли:
"Прости, Поэт, не усмотрели,
Не сберегли!"

"Прости, Поэт!" – Машук рыдал бы –
"Я виноват!
Я не разверзся в час преамбул
Дуэльных клятв!"

О, если б горы, спины сгорбив,
Завыли в бас,
То утонул бы в стонах скорби
Седой Кавказ.

Прости, Поэт… Покойся с миром,
Эвтерпий пыл.
В веках в объятьях музы сирой
Он не остыл.
Летоубийство
Лето со вкусом приторного леденца
Тает во рту мёдом груш, обостряя жажду.
Август покорно тащит свой крест до конца,
Чтобы на нём в сентябре быть распятым дважды.

В первой попытке казнь потеряет свой смысл –
Чудом сойдёт воскрешение в бабьем лете.
Осень на крестном шесте учинит стриптиз,
Летний уход осквернив вандализмом этим.

Позже раскается ливнем, постигнув свой грех.
Только смывать пыль Голгофы уж слишком поздно –
Будет распятье второе иметь успех,
Лето закроет потухшие очи-звёзды.

В небе скорбящем траурный клик журавлей
Вслед прозвучит панихидой, священным пеньем.
Вскрою к поминкам - горечь забить - в феврале
Баночку грушевого, как мёд варенья.
Дыхание моря
***
Поезд ворвался на полном ходу
Дерзко, отчаянно в дождь краснодарский.
Вышли соседки, я вниз перейду,
Там развалюсь наконец-то по-царски.

Мне остаётся четыре часа
До искривлённой черты побережья,
Где я позволю меня расчесать
Ветру, кладущему пряди небрежно.

Где я позволю проникнуть в меня,
Воздуху с примесью соли и воли.
Где я сумею, на пристань взойдя,
Быть королевою, как на престоле.

Где разрешу разгуляться лучам
Вдоль, поперёк моего организма.
Где со скалы, белой чайкой крича,
Волнам позволю мне крылья обрызгать.

Где целиком дам себя растерзать
В прах беспощадному свежему счастью.
Где погрузившись в индигову гладь,
Стану её неотъемлемой частью.

***
Здравствуй, море! Вот и год прошёл.
Вижу, море, ты не изменилось.
Помнишь, как нам было хорошо?
Встреча снова, словно Божья милость.

Знаешь, море, я к тебе рвалась!
Ну, признайся, ты по мне скучало?
Помнишь песни, что мы пели всласть
У обломков старого причала?

Помнишь, море, как свои стихи,
Острым камнем начертав на скалах,
Как пред Богом, как свои грехи
Пред тобою я навзрыд читала?

Помнишь, ты мне подарило шторм?
Я, ликуя, целовала волны!
Промочила ноги – ну и что –
Что кроссовки пеной счастья полны!

***
Сколько шума! Сколько пены!
Крепок ветер! Грозен шторм!
Море строит волны – стены!
С ним в сравненье я – ничто!

Море – ширь! Его так много!
Я мала. Меня чуть-чуть.
Оба мы – творенья Бога,
Но не схожие ничуть.

Тленна я, как каждый в мире.
Море – жизнь из века в век!
Море – мощь! Размах! Стихия!
Я – всего лишь человек…

***
Там, за мысом
Чище мысли,
Слаще воздух и мечты.
Там на камне
Облака мне
Стелют пухом с высоты.

Там на скалах
В дозах малых
Солнце сыплет в кожу медь.
Там в лагуне
Лишь могу я
Плакать в голос, в голос петь.

***
Острой бритвой оранжевого зарева
Тонко срезан над морем горизонт.
Завтра солнце размажет грани заново,
Чтоб бескрайним казался неба зонт.

Завтра думы развеются под куполом,
Поглотит их небес голубизна.
Я под вечер влюблённая и глупая.
А на утро почтенна и сильна.

***
Не клеится сон…
Пойду на балкон,
К утру сосчитаю звёзды.
Луны тусклый фон
Застлал небосклон.
Запеть бы… Да слишком поздно.

Ночь что-то темнит…
А море не спит
И томно, степенно дышит…
Размеренный ритм,
Как будто сопит…
Прислушайся… Тише… Слышишь?..
Святыни
Я люблю этот дом
С его трещинами,
С его скрипом дверей,
С крышей вкось.
Свято помня о том,
Что завещано мне –
В листьях календарей
Унеслось:

И былое тепло
Детством даренное,
И беспечность житья
Без счетов.
Сердце всё сберегло,
Всё, что дадено мне.
Век сменила не я.
И никто.

И пока за душой
Покалеченною,
Хоть пригоршня, да есть,
Медяков,
Буду тратить с лихвой,
Как намечено мне,
На венец и на крест
Из брусков.
"Табор уходит в небо"
Ай, погублю я тебя, крестовый,
Ай, погублю!
Счастья с другой стороны подковы
Ровно к нулю.

Полночь-плутовка ворует искры
Прямо с костра.
К рюшам вихор твой курчавый близко,
Да речь остра.

Ай, не колдуй на груди губами,
Не ворожи.
Звонко наскочит коса на камень
В золоте ржи.

Белой твоей кобылицы грива
Мне не фата.
Я и сама горяча, строптива –
Не для гурта.

Ты у других то, поди, балован –
Дорог да люб.
Ай, погублю я тебя, крестовый,
Ай, погублю!
Роль мишеней
По-настоящему война не нужна никому, но многим нужна ненависть.
Макс Фриш (1911–91, швейц. пис.)


***
Мы все – участники войны.
Мы все живём на поле боя.
Но роль мишеней – нам с тобою,
А роль убийц дана иным.

Мы все – участники войны
Несправедливой и жестокой.
И каждый день нас губит кто-то
Без объяснений, без вины.

Но кто решил нас истребить?
За что нас вновь и вновь взрывают?
Детей в сиротах оставляют,
Решив кому и сколько жить!

С детьми своими на руках
Неужто кажемся врагами?
С игрушкой мягкой и цветами
Неужто вызываем страх?

Ну разве должен был малыш,
Спасённый телом мёртвой мамы,
Увидеть кровь из рваной раны,
Спросив наивно: "Мам, ты спишь?"

Хотели мы того иль нет,
Нас всех втянули в эту битву.
И на могилы ставят плиты
До срока не истёкших лет.

Мы все – участники войны,
Разлившей море слёз и боли.
Но роль мишеней – нам с тобою,
А роль убийц дана иным.

А было б можно выбирать:
Попасть в прицел иль взять оружье…
Я не смогла б решить, что хуже:
Убитой быть иль убивать.
_______________________________
Посвящается всем мирным жителям, оказавшимся в эпицентре бессмысленных войн.
Одинокое шоссе
***
Густой туман фарами режу.
По встречной свет блещет всё реже.
Пункт А, пункт В – я где-то между...
Багажник мой полон надежды.

Давлю педаль – стрелка за стольник.
Кручу в мозгах наш треугольник.
Из нас троих каждый невольник -
Как ни крути, всем будет больно.

Запретный знак – скорость снижаю:
На низкой хоть, всё ж, уезжаю.
Тревоги дней сердце мне сжали.
Последний мост жгу, хоть и жаль мне…
ноябрь 2009 г.

***
Тучи летят, обгоняя авто –
Важная, видно, назначена встреча.
Я ж не спешу (не встречает никто),
Взяв на буксир утомившийся вечер.

Свет битых фар вдоль асфальта струёй,
Ночь по-пластунски крадётся к кювету.
Первые капли на щит лобовой,
Окна закрыть – не к погоде одета.

Счастье – назначенный пункт – за горой.
Мне б дотянуть – уж не будет заправок.
Да одиночества пост пропускной
Мне б миновать без лишения права.
май 2014 г.
Послесловие
*** (пророческое)

А у тебя всё повторяется
От весны к весне...
Мечты и сны перемещаются
От неё ко мне...

И я не буду долговечною -
В сотый раз весной
Переместятся сны сердечные
От меня к другой...
январь 2013

*** (праведное)

Теперь идёшь в атаку молчаньем –
Вонзаешь прямо в сердце с размаху.
Не надо ни щита, ни меча мне –
Я в поле, но не воин, а пахарь.

С орудьем, но не с пикой, а с плугом.
Не кровью истекаю, а потом.
На мне рубаха-лён, не кольчуга,
Любовь ведь не война, а работа.

А ты меня из щели редута
Смертельно с безразличием ранил.
Наверно, невзначай перепутал
Ты поле пашни с полем для брани.

*** (разочарованное)

Осень – одно и то же:
Хмарь, вороньё и думы.
Чувства пора итожить,
Боль вычитать из суммы.

Утро – в одном и том же,
В тусклом потёртом пончо.
Мода скучней и строже –
Счастья сезон окончен.

Письма – на то же имя,
Только другие смыслы.
Стали и мы другими –
Холодны, злы и кислы.

*** (безразличное)

Назначил своей богиней,
Потом отменил мой статус –
Приемлемы в эго-чине
Подобные выкрутасы.

А мне вообще до нимба!
Сама на уме себе я!
Тошнит на верху Олимпа,
От звёздных корон седею.

*** (презрительное)

Все свои жизни я прожила заочно.
И смерть свою. Прошлой ночью.
Было не страшно – легко. И вскоре
Мне лоном стал крематорий.

Хочешь в подарок пепел моих мечтаний?
Он – мусор лишь мне в кармане.
Можешь, как тальком им натереть ладони
И гладь перил, что на троне.

*** (победное)

Как трудно терпеть, не плакать!
Застрял в горле горький ком!
И мышцы сердечной мякоть
Свернулась тугим узлом!

И бьётся в неровном ритме,
С трудом прогоняя кровь.
В последней неравной битве
Я выжила чудом вновь.

Я выжила – жить хотелось!
Хоть знала, как больно жить!
Я, к счастью, имею смелость
Бороться с десантом лжи.

Я, к счастью, имею силы
Рождаться из пепла вновь
И видеть, как жизнь красива,
И верить опять в любовь!

*** (забвеннное)

А я на разрыве чувств!
Душа нараспашку – голая!
Теперь к твоему плечу
Другая склоняет голову!

Тебе постоянство – груз.
Как чувства твои изменчивы…
Запутавшись в массе муз,
Не "та" я, решил ты, женщина.

Как знать, через сотню лет
"Такую" захочешь именно,
А мне через сотню лет
Не вспомнится даже имени.
апрель 2014

*** (благодарственное)

Себя по клеточкам сжигая,
Теплом старалась греть тебя,
Пылала, плавилась, любя,
В ладонях угли зажимая.

Неблагодарность – частый случай,
Я не её в ответ ждала.
Тебя любила, как могла.
А ты меня, как мог так мучил.

И оттого обидней вдвое,
Что ты замену мне нашёл.
Благодарю, что ты ушёл -
Как видно, ты меня не стоил.
Ничья
Видишь ли, мой деликатный циник,
Свечи под стать игре.
Я не нуждаюсь в твоей вакцине,
Лёжа на лжи-одре.

Несколько капель смертельной ласки –
Я от надежд умру.
Так что ничья. Счёт игры в завязке.
Свечи сгорят к утру.

Если случайно от слёз воскресну,
Ты не впадай в печаль.
В склепе одном нам давно уж тесно –
Освобожу, не жаль.

Слышишь ли, ветреный мой прагматик,
Есть что сказать и мне.
Речь по душам на отборном мате
Нас развлекла вполне.

Форму завзятых интеллигентов
Прочь с распалённых тел!
Цикл похотливых дивертисментов –
Всё, чего ты хотел.

Знаешь ли, мой романтичный скептик,
Счастье, как снежный ком –
Каждый из нас рад посильной лепте.
Каждый стал должником.
Середина осени вдоль моря
Осень. Её середина. У самого синего моря.

Чудная пора – тёплая, ласковая, беззаботная, отчуждённая от мира. Вода ещё не остыла от первой прохлады осенних ночей, но уже очистилась от мути, поднимаемой всякий раз в купальный сезон полчищами отдыхающих.

Теперь галечный пляж маленькой бухты покрывают лишь выброшенные штормом тёмные курчавые водоросли, напоминающие клоки густой шерсти неизвестного морского чудища, вошедшего в сезон линьки. Поодаль пристань, привечающая теперь лишь старенькие промысловые судёнышки, по-рыбьи пахнущие чешуёй и солью. Пересыхающая летом речушка, несущая в море водицу горных родников, сейчас похожа на проснувшегося голодного зверя: бурлит, клокочет, с разбегу бросается на встречную волну и даже умудряется оттеснить её на пару метров, пока море не поглотить этот осмелевший поток пресной воды своей необъятной, подсоленной мощью. Листва, обрамляющих берег деревьев, своей уставшей зрелой зеленью наполняет округу предвкушением расставания с нею.

Середина осени у моря... Пролегла эта середина экватором, повторяющим ломаную линию безлюдного берега, ещё пологого у старого изгрызенного морской стихией пирса, а там, за мысом, представшего молчаливо-завораживающими скалами, меняющими направления своих пластов так непредсказуемо и заманчиво... Будто кому-то громадному и сильному ничего не стоило одним мощным движением сжимающейся ладони раскрошить эту цельную многовековую пластину, словно плитку замороженного шоколада, так что кусочки её, хаотично разложившись, при раскрытии огромной ладони образовали причудливую мозаику.

То они, словно склеенные слои прессованной фанеры, плавно клонятся наискось вправо. То вдруг неожиданно через несколько метров эта строго выстроенная груда уплотнившегося известняка ложится ровно в противоположную сторону, наискось влево. То плашмя по горизонтали, напоминая чёткими полосками в разрезе стопку бетонных плит на крупном строительном объекте. То прицельно выверенной вертикалью, прижавшись, друг к другу, устремляются ввысь, почти касаясь неба.

А может и в самом деле касаются?.. Ведь отсюда, от подножия скал за дальностью расстояния не разглядеть. К тому же, солнце настойчиво слепит глаза сверху, а вода его отражением снизу, будто всем своим природным братством они тщательно, как иллюзионисты, скрывают тайну волшебства.

Лишь местами скальный рисунок теряет симметричность и собранность. Тогда он видится россыпью каменной крошки, словно бесформенные осколки, беспорядочно выложенные художником-авангардистом на витражном стекле. И натуральные матовые оттенки бледно-горчичного и молочно-серого при малейшем всплеске воображения, окрашиваются в яркие контрастные цвета по типу мелькающей картинки в калейдоскопе.

А порой, наоборот, скала стоит отшлифованной однотонной стеной между сушей и морем, слегка отклонившись от воды, чтобы можно было по её отвесной глади без всяких усилий, под воздействием лёгкого бриза, стоя у самой кромки прибоя, взмыть снизу прямо в небо… Вон к тому рыхлому облаку, зацепившемуся мохнатым пузом за ломкий край этого небоскрёба…

Взмыть снизу и остановиться там, наверху, где краеугольная глыба колет отколовшейся плотью воздушный шар неба, туго накаченный отфильтрованной синевой. Остановиться и замереть… На самом краешке середины осени... Замереть и парить… Парить, придерживая одной рукой трепещущий сгусток бархатистого облака, а другой свежевымытые волосы, которыми ветер игриво хлещет по лицу, словно вызывая на шуточную дуэль. Парить и испытывать счастье…

И трудно разделить взглядом ту грань там, внизу, где покат скалы неизбежно переходит в плоскость воды… И трудно отличить твердыню от бездны, взлёт от падения, свободу от плена…

И только тонкие колосья упругой пожелтевшей травы, растущей по пояс на этом скудном налёте неплодородной горной почвы, покрывшей некогда голые скалы, только колосья наперебой шелестят, как бы подсказывая, что в ту сторону, за спиной – это земля. А бесконечные искринки лучей, как сигнальные огоньки, посылаемые мелкой рябью воды обратно солнцу, подтверждают, что там, впереди – это море…

А здесь, под ногами невесомым шлейфом безмятежности витает середина осени…
Расставанье – маленькая смерть
.                   Как же эту боль мне преодолеть? –  
                    Расставанье – маленькая смерть.
                                                        Илья Резник


В дурно пахнущих корявых танцах
Суматошно-многоликих станций,
Не скупясь на перестук оваций,
Заплясал состав...
Там в хвосте твой силуэт очерчен
И перрон – свидетель первой встречи,
Тот же, что вчера ссутулил плечи,
От разлук устав...

На прощанье горечь поцелуя.
Эх, как жаль, что не курю, не пью я!
А иначе б сбила вкусовую
Безнадёгу-боль.
Нож колёс по рельсам, как по венам,
Режет километры постепенно.
Обещанья путам равноценны,
Их вязать – уволь.

Безысходность верхней и скрипучей...
(На твоём диване было круче...)
Машинист, коней гонящий кучер,
Довезёт мой груз
До развилки на тоску и нежность –
Моя станция – сойду, конечно.
И сложив котомкой безмятежность,
Я к тебе вернусь.
Румба
.                               - Ты будешь танцевать со мной румбу*?
                                - Да. Только я не умею.


Вечер ползёт непривычно длинный
Гадкой рептилией в щель тоски.
Ветер вдоль снов приглашает чинно  
Гладкой тропой то в бордель, то в скит.

Вечность, устав, опустила руки:
Сильной быть – тоже большая честь.
Верность – под юбку. Блудливость – в брюки
Стильной деталью. А швов не счесть.

Жирность кроваво-молочной боли
Слишком высокий даёт процент.
Живность гурману – еда, не боле:
Слитком жестокость – эквивалент.

Трупы надежд схороню, как нищих –
Медный последний пятак пропью.
Трубы горят – лью печаль-винище:
Мерный стакан шириной с бадью.

Сладость утрат – смысловая бездна:
Важно не то, что несут слова.
Слабость огня, как ни жаль, уместна –
Влажно в печи и мокры дрова.

Спички пылают чуть дольше счастья –
Жаркие вспышки на щепках грёз.
Списки претензий, по большей части –
Жалкие сноски бездарных проз.

Ритмы латино мне ближе к телу.
Пряною румбой пропах матрац.
Рифмы – на простынь! И ближе к делу!
Пьяною строчкой качнём абзац.

Даришь мне мир, отнимая право
Равных наград после равных драк.
Давишь бетон, гнёшь подковы, браво –
Разных настырных чудес мастак!

Смог убедить – эгоизм за гранью.
Дурно запахло – любовь гниёт.
Смог дымных ссор перекрыл дыханье:
Душно – надрежу у горла вход.
_________________________________
Румба (испан. "путь") – латиноамериканский танец, чувственный, страстный, отражающий отношения между мужчиной и женщиной, скорее, танец несчастной любви.
Орехоколка
. Вместо ореха да свищ,
вместо калача да кукиш.
(рус. нар. пословица)


Чай. Свеча. Из шерсти плед.
Тишина густая.
Стопку мыслей – в топку лет,
По одной листая...

На ладони пепел грёз –
Наклонюсь и дуну!..
Прочитаю не всерьёз
Линий сеть, как руну.

Терпкий воздух поперёк,
Словно кость от рыбы.
Ты тогда, наверно б, мог...
Мы тогда могли бы...

Но, влача сомнений воз,
Гений парадокса,
Ты, любя меня до слёз,
От меня отрёкся...

Смолк, не спев твой рок-н-ролл,
В стенах сердца голос
И заполнила весь холл
Вместо счастья полость.

Выну камень из души –
Замахнусь!.. И струшу.
Расколю орехи ши*
И обратно – в душу.
________________________
*Масляной орех дерева ши (карите) со сверхпрочной скорлупой.
Чувства, чувства – кружева...
Чувства, чувства – кружева...
Сердце сеткой вяжет,
Вьёт петельки волшебства
Из махровой пряжи.

Чувства, чувства – скручен пух...
Разверну клубочек,
Наберу на спицах двух
Или на крючочек.

Чувства, чувства – бахрома...
Кромка золотая.
Стёжкой ленточка-тесьма
Край переплетает.

Чувства, чувства – шаль души...
Нежность паутинки.
Не забыть бы про режим
Деликатной стирки.
Господи!.. Я же бро...ше...на...
Господи!.. Я же сильная.
Я стерплю, даже крайность чувств.
Упрекать не желаю любимого.
Промолчу. Промолчу.

Господи!.. Я же глупая.
Сердце соткано ниткой-лён.
Он схватился за плеть, а я хлюпаю
Всё о нём. Всё о нём.

Господи!.. Я же грешная.
Крест потерь весь свой век тащу.
Поделом, по заслугам, конечно, мне.
Не ропщу. Не ропщу.

Господи!.. Может, к лучшему –
Знать, взимаешь с меня долги.
Но остаться в живых в этом случае
Помоги. Помоги.

Господи!.. Я же битая.
Так ужель, на сей раз невмочь?..
Колыбельной спасаюсь молитвою
День и ночь. День и ночь.

Господи!.. Ты судья ему.
Но, молю, боль не множь на боль.
Взять за счастье в любви на себя вину
Мне позволь. Мне позволь.

Господи!.. Я же мудрая.
Не пойду от обид на месть.
Право правым остаться ему даю.
Пусть, как есть. Пусть, как есть.

Господи!.. Я же бро...ше...на...
Посреди безразличья вплавь.
Только ты не оставь меня, Боже мой.
Не оставь. Не оставь.
У весны взаймы
Подтянувши ржавую струну
По октаве,
Дирижёрской палочкой взмахнув,
Осень правит.

Приведён в поблёкший унисон
Тон оркестра.
И софитной медью подпалён
Фрак маэстро.

Звукоряд дождливых нот вразброс
На пюпитре –  
Пропоёт ноябрь туманно "в нос",
После вытрет.

Приглашает жухлый баритон
Прогуляться
По тональностям, ведущих в сон,
Модуляций.

Завитки скрипичного ключа
Ветер кружит
И кладёт, аллеи щекоча,
Рябью в лужи.

Отыграв пассажно кружева
Декаданса,
Увязает падшая листва
В грязных танцах.

Опуская небо, потускнел
Бас органа
В колебанье мрачных децибел
Тучи рваной.

Но мотив любви дымком витал
В ложе сквера
И оваций сдержанность сорвал
С плеч партера*.

За четыре такта до зимы
Двое в зале
У весны мелодию взаймы
Напевали...
________________________________________________________
*Партер – (здесь в двух значениях)
1. Нижний этаж зрительного зала перед сценой.
2. Плоская открытая часть парка с газонами, цветниками.
Жри меня, Чувство! Жри!
Ешь меня, Чувство! Ешь!
Рви на кусочки! Режь!
В клочья меня раскромсай, раздели,
Чтоб не застрять мне в глотке!

Жуй меня, Чувство! Жуй!
Словно проглот-буржуй!
Да поперчи меня, да посоли -
К пиву, а хочешь, к водке!

Жри меня, Чувство! Жри!
В пасти меж зубьев три!
В кашу меня жерновами смели,
Выжми да сплюнь ошмётки!
Опять написал красиво...
Опять написал красиво...
Спасибо тебе. Спасибо.
Но я, же стесняюсь признательных ласковых строк...
Стесняюсь, боюсь, теряюсь –
Влюбляюсь... Видать, влюбляюсь...
Обеты нарушивши, слушаю сердце. И рок.

А сердце уже на крыше!
Ты слышишь, стучит? Ты слышишь?
Резвится и с неба хватает горошины звёзд!
Любовь преподнёс на блюде...
Не будем... Давай, не будем
Испытывать счастье на щедрость блаженства и грёз.

Всё крепнет твоя осада.  
Не надо, прошу, не надо!
Уже не ручаюсь за сдержанность писем в ответ...
И чувства скользят по краю...
Теряю контроль, теряю –
Ты стал незаметно мне дорог, влюблённый поэт...

Не вздумай запасть мне в душу!
Послушай, не смей! Послушай!
Иначе, теперь уже я уличу приворот!
В стихи твои сон мой канул...
Не стану читать, не стану!
В них каждая фраза - немыслимой нежности код!

И рифмы строчат, как доты!
Ну, что ты опять! Ну, что ты!
Как в тайных записках настойчивый скромный школяр!
Опять написал красиво...
Спасибо тебе, спасибо –
Ещё один ценный в коллекцию мне экземпляр...
Сердце мне отогрел в снегах...
За снегами, снегами этими
Долог путь, только век наш скор...
Мы друг друга, как будто, встретили,
А не виделись до сих пор...

За снегами, снегами белыми
Бледен рай, только ярки сны...
Друг без друга, что раньше делали?
Друг без друга, как жили мы?

За снегами, снегами вечными
Смерть легка, только в тягость жизнь...
Кем ты будешь мне, первый встречный мой?
Кем я буду тебе, скажи...

За снегами, снегами ровными...
Пристань здесь, но рублю концы...
Близнецы мы с тобой некровные,
Но сиамские близнецы...

За снегами, снегами нежными...
Гонят чувства, да держит страх...
Расстелил колыбель ты снежную –
Сердце мне отогрел в снегах...
Сердце растранжирила...
Здравствуй, первый встречный мой!
Ищешь безупречную?
Так тебе, родимый, не сюда.
Сам кутил да маялся -
Вырвался, оправился.
Извини, я тоже не свята.

А грехов немерено:
Главный - слишком верила,
Раскрывала душу по щелчку!
С головой, с фигурою...
Толку? - Дура-дурою!
Так вот и досталась дураку!

Дыбом чуб - что делал он!
И плевать хотела я!
Да куда ни плюнь - его же брат!
С каждым в омут заново -
Дура! (едрит за ногу!)
Будто не учёная стократ!

То ли с дуру, с жиру ли
Сердце растранжирила...
Там, поди, живого места нет...
Ну, какая муза я?.. -
Корочка арбузная!
Так что ты прости меня, поэт...
Напьюсь-ка я с горя ряженки!
Напьюсь-ка я с горя ряженки!
Да залпом стакан гранёный!
А что мне - я в чувствах заживо
К утру окажусь сожжённой!

Напьюсь-ка я вусмерть сладенькой!
А что, помирать, так с песней!
Мотивчик бы вспомнить ладненький...
Да лезет "попса", хоть тресни!

Напьюсь по-заправски, с горлышка!
Точней, с уголка пакета!
Что мне, всё равно до зорюшки
Сгорю!.. Жаль, мотив не спетый...

Напьюсь-ка глотками жадными,
Взахлёб до отключки мозга!
Вчера от него бежать бы мне...
А нынче, уж слишком поздно...

Что суженый? Что мой ряженый?
Непьющая! Не учёл ты?
Напиться хотела ряженки,
Да ряженка скисла, к чёрту!
Что он с тобою сделал...
.            Если вы начинаете с самопожертвования
          ради того, кого любите, то закончите
          ненавистью к тому, кому принесли жертву.
                                                         (Д.Б.Шоу)

Бедная девочка, бедная,
Что он с тобою сделал...
Солнце монетою медною
За горизонтом село…

Стойкая девочка, сильная,
Разве тебе он нужен?
Небо дождями обильными
Топит надежду в лужах.

Тихая девочка, кроткая…
В душу плевок не первый…
Ветер фальшивыми нотками
Строит аккорд на нервах.

Бедная девочка, бедная…
Дико терпеть и странно…
Море солёною пеною
Свежие мочит раны.

Милая девочка, нежная…
Даром слова и слёзы…
Иней холодной одеждою
За ночь укутал розы.

Добрая девочка, щедрая,
Сколько ещё позволишь?..
И в пустоту пещерную
Жизнь посвятить... всего лишь...
Петь не умеешь - пей!
Музыки грамма нет
В омуте вязких нот…
Топью разлился бред…
Должен быть всё же брод…

Срежу в последний раз
С клумбы соцветья роз,
Запах цветущих нас
Не уловил твой нос.

Благочестивым слыл,
Милые письма слал.
К счастью, недолог был
Тот лицемерья бал.

Ты без того был злой,
Стал от безделья злей.
Фальши сними-ка слой,
Брось в унитаз и слей!

Рыльце в пушке то, брат –
Будешь под корень брит!
В городе грёз ты гад,
В городе лжи ты гид.

Снова затеял бой,
Ну, так смелее, бей!
Гнев накрути весь свой,
Да и петлю мне свей.

Недругов взял ты рать,
Чтоб мне могилу рыть.
Вырыли, вашу мать? –
Можете руки мыть!

Нежность свою отжил,
Да из меня отжал…
Врезались в мякоть жил
Сотни острейших жал.

Тронул осиный рой
Меж потолочных рей –
Что ж, перед смертью пой!
Петь не умеешь – пей!

Был до поры мне мил,
Срок той поры был мал.
Кровь понемногу пил,
Да от бескровья пал.

Вечен ли этот бег
Ведает только Бог…
В пене бурлящих рек
Сгинуть, видать, мой рок…
Даже я умерла...
Снова дождь, снова осень...
Снова боль, снова в грудь...
Ночь косой машет, косит,
Вяжет в сноп колос-грусть.

Снова дрожь, снова морось,
Лёг туман пеленой.
Каждый сам, двое порознь:
Не твоя, ты не мой...

Снова врозь, снова глупо,
Снова стон, снова вдаль...
Эхом в мозг, словно в рупор,
Трижды вторит печаль.

Снова сон, снова мимо,
Снова чай до утра…
Эгоизм в чувства клином:
Мы ломать – мастера.

Снова яд сверху дозы,
Снова смерть в сотый раз.
Лепестки чёрной розы
Стелют ложе для нас.

Снова нож, снова в сердце,
Снова вглубь, снова в кровь...
Догола мне б раздеться
И стряхнуть с плеч любовь.

Снова взгляд, снова слёзы,
Снова шлейф скудных фраз.
Через миг будет поздно,
Через век – в самый раз...

Снова серп, снова в душу –
Поперёк снова шрам…
Не хочу даже слушать,
Я тебя не отдам.

Снова грязь, снова лужи,
В узел шарф под пальто...
Как никто ты мне нужен,
Жду тебя, как никто.

Снова вниз, снова в пропасть...
Лишний шаг – снова край!
Нежность в крик – хриплый голос!
Там где ты – там и рай.

Снова лёд, снова холод,
Снова тьма среди дня.
Ты ещё слишком молод,
Я уже слишком... я...

Снова дым, снова пепел,
Все мечты – в пух и прах...
Снова жар – жизнь на вертел!
Вновь любовь на углях.

Снова вой, снова ветер,
Снова рвёт купола...
Никого нет на свете,
Даже я умерла...
Елена Ядрина +15 41 комментарий
От любви жди подвоха
От любви жди подвоха –
Ранит сильно душу.
Не любил – было плохо,
Любит – стало хуже!

Чем любовь нам ответит?
Счастьем или горем?
Не любил – слёзы-реки,
Любит – слёзы-море!

Мысли – жар, воздух сушат!
Грешная – не каюсь…
Не любил – было душно,
Любит – задыхаюсь!

Лабиринт – заблудилась,
Выхода не вижу.
Не любил – очень злилась,
Любит – ненавижу!

Нежность – клад. Есть, да мало.
Что ещё? – Не знаю.
Не любил – всё ругала,
Любит – проклинаю!

Чередой белым с чёрным,
Зеброй путь – два цвета.
Не любил – жизнь ни к чёрту,
Любит – жизни нету!

Мы в любви подневольны,
Чувств не выбираем.
Не любил – было больно,
Любит – умираю.
Дичаю
***
                Как же я по тебе скучаю!
                                       Замечаю:
                                  не случайно                                                                      
Стал мой разум от мыслей пьяным,                            
                              как с кальяном  
                                      постоянно…


                Как же я по тебе тоскую!
                                Сводит скулы.
                                       Я рискую
          Потерять от любви рассудок.
                                  Бить посуду
                                    скоро буду.


           Скоро буду кричать от боли,
                                    Поневоле –
                                 Сердце колет.
                Как же я по тебе скучаю!
                                        Я дичаю
                                    от отчаянья…
Зазеркалье души
Души моей бескрайней зазеркалье
Хранит в своих бесценных кладовых
Надежды, что реальностью не стали,
Сюжеты дивных снов и грёз моих.

В умноженном кристальном отраженье
Причудливых стекляшек тесный скоп.
И при малейшем зеркала смещенье
Меняет свой узор калейдоскоп.

Блуждая в лабиринтах-коридорах
Души непознанной в конце концов,
Ищу себя в противоречьях, спорах,
И в зеркалах ищу своё лицо.
Страницы: Первая Предыдущая 2 3 4 5