Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

КРУТЕНЬСКАЯ ПУСТЫНЬКА (ее таинства)

22 июня 2019
Раздел: Новости
Просмотров: 523
Рейтинг: +3
Голосов: 3

Поделиться:
КРУТЕНЬСКАЯ ПУСТЫНЬКА (ее таинства)
22 июня 2019
Раздел: Новости
Рейтинг: +3
Голосов: 3

Просмотров: 523
Поделиться:

Читайте и знайте ее удивительную историю. Или поезжайте туда завтра (на третий день празднования ТРОИЦЫ). В этот день там ежегодно собираются христиане, проходит богослужение.
В Зуевке, Несмеяновке, в Летниково, Ореховке, в поселках Крутенький и Березовый, в других окрестных сел до середины шестидесятых годов ХХ века это место еще называли «Кузьминов родничёк». Он находится между бывшим поселком Крутенький и селом Летниково. Если следовать туда степными дорогами из Зуевки юго-западным направлением. Расстояние до пустыньки этой дорогой будет километров 12.

Вот уже много лет в эту пустынь собираются верующие из разных мест в определенные дни, в религиозные праздники. Раньше люди ходили туда пешком с верой избавления от физических и духовных недугов, в целях освобождения души от грехов. Зимой и летом шли они туда, терпеливо преодолевая свои болезни, непогоду и усталость.

В 1960 году я впервые посетил это удивительное место, услышав о нем загадочные таинства, работал киномехаником на поселке Березовый. Селяне тогда любили смотреть кино, поэтому и жители поселка Крутенький обязали меня ездить к ним с кинопередвижкой. Один раз в неделю я к ним приезжал на колхозной подводе, демонстрировал там кино в частном доме.

Там мне и подсказали, что на поселке проживает некий дед Рыбок, который любит о старине рассказывать и в поселке он всех старше. Я его и посетил. Когда я зашел к Денисовым, дедушка лежал на русской печи, я поздоровался с его дочерьми и с ним за руку, сказал о цели моего визита. По совету дочерей и с моей помощью Рыбок спустился по ступенькам на пол. Уселись мы с ним для беседы в горнице. Старичком он оказался маленьким, щустреньким и, что особо меня обрадовало, разговорчивым, хотя и не сразу.

О Крутеньской пустыни прошу его рассказать. — О Кузьминовом родничке штоль тебе рассказать? – переспросил он. — А чево о нем рассказывать? Все слыхали и все в нево ходють, — он рассмеялся, глядя то на одну дочь, то на другую. Но те ему посоветовали рассказывать, мол, человек он новый и тебя об этом просит.

— Ну. Кузьма жил в пустыне, старец. Он ее первым и обосновал. У землянки жил долго, потом саманушку люди ему сложили. Экий был загадочный этот старик. Сазон мне о нем рассказывал, еще мальцом он к нему верхом с пахоты ездил. На стане полевом уселись мужики кружочком — кашу сливную собрались есть, обедать, а соли не оказалось. Такая у них оказия вышла. Мужики за солью Сазона у пустынь и отослали. А мальцу — ему чево? Он и поскакал, мигом — и тама. К крыльцу подъехал, а дед кисет ему с солью уже подаеть, говорить «Вези соль-то быстрей. Мужики, небось, тебе заждались, кашу без соли сварили.

А там он себе, Кузьма-то родник за ручьем выкопал, — рассказывал мне дальше дедушка, — к нему народ стал страждущий приходить. Исцеляться к нему ходить стали на Пасху, на Святую троицу и в дни Светлого Крешения. Ды ты пройдись по поселку-то и спроси; от хвори там народ как лечится, от испугов, от других недугов? И тебе посоветують, мол, иди у пустынь и водицей родниковой спрыснись. Она теперь святая, после того, как старик туда пришел.

Поэтому и в прошлую войну Гражданскую народ туда валом валил, а в Отечественную и подавно. Особенно женщины вдовые туда в войну шли и шли. Живой был еще Кузьма, а можеть и ево ученики. Они им точно судьбу и предсказывали. У плену ли, убитые ли, живые ли их мужья и сыновья, он узнавал — и они.

Эти легенды о пророке старце долго еще и потом передавались из уст в уста нашим народом. Слышал я и позднее рассказы о старце, который долгое время жил в Крутеньской пустыне. Эту историю мне рассказывала бывшая жительница Крутенького, Натарова Анна. Она ровесница дочерям Рыбока, которые меня добродушно тогда в свой дом приняли и которые потом показали тропу в пустынь. Она рассказывала:

И эта быль тоже о Кузьме-провидце, о приехавших к нему двух женщин. Я ее от своей бабушки еще слышала. Они приехали из Несмеяновки или из Ореховки, И тоже старец их встретил у своего жилища, не давая женщинам переступить даже и порога его кельи. Он их тут сначала внимательно выслушал, а после этого указал на одну из них, говоря «Ты доченька на мою проповедь оставайся, одна ее послушаешь. А ты миленькая, — обратился он к другой, — возвращайся быстрей домой. Так богу угодно».

А поскольку ослушаться старца, пустынника в то время не решался никто, она на подводе домой и уехала. А другая женщина хотя и с волнением, но службу выстояла до конца и заторопилась тоже уходить домой. Идти ей придется теперь пешком и к тому же одной, поэтому она и волновалась. Но подошел к ней Кузьма и опять загадочно сказал: «А ты доченька не торопись, успеешь. На лавке подождеть тебя твоя соседка».

Вряд ли догадалась она намека старца, но не трудно нам понять ее потрясение, когда придя в свое село она и услышит весть о внезапной смерти ее попутчицы. Говорили, к ее приходу покойную успели по обычаю уже обмыть, обрядить и положить на лавку в передний угол, под цветы, лампаду и под иконы.

А еще удивлялись его прихожане, разговаривая промеж собой «Интересно, а чем же наш старец питается, уж не святым ли только духом?» Говорили, что Кузьма запрещал им делать ему разные приношения. Хотя чему удивляться-то, если местность, где облюбовал устроить себе жилище старец, по природным дарам была более чем щедрой. Много там разных ягод летом поспевает, есть там в низинах целые заросли лугового чеснока, встречаются там целые кулиги зверобоя лекарственного, солодового корня, картофеля полевого и других ценнейших лекарственных и съедобных растений. А на возвышенных местах, на холмиках и крутоярах, ближе к пустыни, росла издавна чилига мелкостебельная и полынь серебристая. Из этих растений местные жители заготавливали веники для себя и на продажу. Считалось, веники, если заготовлены в пустыне, они особо прочные, гибкие, более ноские и целебные.

Рассказывал мне Рыбок (по метрикам он Денисов Александр), как в его молодости (1915 – 1920 годы) в их пустыне появились еще два странника; Михаил и Федор. Предполагалось, что они раньше в святом логу жили, за Сашиновой горой от Зуевки — Но к тому времени наш Кузьма стареньким уже стал. И он их принял себе на замену, а можеть и от репрессий их укрыл, — высказывал свои предположения Рыбок. — И правильно поступил, во-первых, он им передал накопленный опыт проживания в его пустыне, во-вторых, он им успел передать и глубокую веру в бога, опыт служения людям, которыми сам обладал. Говорили, что сам он после этого тихо и смиренно представился богу.

Но разговор шел между местными людьми о том, что и эти старцы там на надолго не задержались. А связано это было наверняка с былыми притеснениями властей, которые начались после закрытия Зуевской церкви (июнь – 1932 год) и других событий. Именно при закрытии церкви в Зуевке был зарезан активист сельского совета, секретарь местной партячейки Денисов Алексей Ильич. А это не осталось без отместки. Начались гонения на верующих, отправили в ссылку звонаря Рагузина Афанасия и самых верующих прихожанок Шмойлову Уляшу и Пенькову Александру. Говорили, после этих событий и домик старцев у того святого родника был разобран, а дом Денисова в Зуевке подожжен.

Но и эти события не уменьшили веру людей в силу духа и в чудо Крутеньской пустыни, которую они так и продолжали посещать. И там все такие же происходили странности. О них Анна Натарова мне тоже рассказывала: — Однава с поселка Крутенокий пошли наши женщины в пустынь за серебристыми вениками. Там землянка бывших старцев уже на половину была завалена, но могилка Кузьмы и крест были целыми. Походили они вокруг нее и решили рядом с крестом веников наломать. Но послышались три глухих слова «Явилися, рабы божии!?».Три слова, от которых женщинам стало не по себе. И они поспешили уйти из пустыни без веников.

И все же как манила и манит теперь людей та Крутеньская пустынь. Вот и я, когда услышал о ней первые подробностии от Рыбока, то сразу же и поспешил увидеть ее собственными глазами. На лыжах туда поехал, зимой, в мороз лютый поехал, не поленился. По заячьим тропам шел я туда с охотничьим ружьишком. Приехал, а там сказочный пейзаж, красота зимняя, первозданная, вокруг все в инее, белым бело и сказочная тишина. И только одна строчка лисьего следа виляла на снегу. По ней я и пришел к могильному холмику старца и единственному кресту. Деревянный, покосившийся от времен крест, который стоял одиноко и сиротливо на простуженном зимнем поле, привлекая к себе пробегавших мимо диких зверей. Походил я тогда там, посмотрел вокруг, молодой был. И мысли мои были еще свежими, перспективными.

И еще раз я пустынь посетил, но уже позднее, лет тридцать спустя. Теперь я был не один, а с бывшим жителем поселка Крутенький, с Иваном Григорьевичем Кортуновым. Его год рождения как ни странно, но совпадал с годом закрытия церкви в Зуевке с годом гонений тех старцев и верующих. Ехали мы тогда с ним в село Летниково по делам колхозным той самой проселочной дорогой, которая пустыню не минует. Около нее остановились, походили по ее территории, нашли бугорок, где когда-то была землянка последних старцев; Федора и Михаила. А рядом с ней добрыми людьми, их мастеровыми руками была выстроена самодельная часовенка, рядом срубовой колодезь и железный крест, на месте того креста деревянного. На нем был прикреплен рукописный портрет старца, Кузьмы, работы местного художника Ивана Ивановича Голубенко, с которым я дружил до последнего его часа. С рамки смотрел на нас старик, обросший весь, лица чуть видно, глаз цыганские, угольно черные, острый взгляд. Он в монашеском облачении, цветы свежие вокруг креста и на кресте.

Художник Голубенко, родом из Несмеяновки, говорил мне, что портрет старца о писал с фотографии, которую ему дали его селяне.

Иван Григорьевич все ходил по пустыне, вспоминал, мне рассказывал: — Пустынь нас всегда к себе манила своей таинственностью, природой красивой, ягодами. Устанем, пока летом сюда идем, жарко, пить захотим. А тут родничок в овражке ключиком холодным бьет, ягод разных вокруг навалом. Наедимся их, кручи все крутые облазаем, овражки все проверим. Обратно домой придем еще больше уставшие, но довольные.

А однажды, во время войны это было, нас тут пугать кто-то стал. Только мы направимся в светелки, а там хлопки. А нам было-то, мне 9 лет, другим чуть больше, кому и меньше. Думаем, уж не пустынник ли воскрес? Посоветовались, и решили понаблюдать издали. К вечеру заметили идущую женщину в Пустынь. Она с узелком в руках. Узнал в ней мой дружок Васька тетку свою. Она незамужняя, ходила в пустынь на свидание к мужчине, который жил тут, как оказалось. Долго ходила. Потом по поселку слух прошел, забрали его милиционеры, посчитав его за дезертира. А наша женщина так и продолжала ходить туда еще потом долго.

P. S. — Стекается народ православный в его пустыньку степную (Крутеньскую, Несмеяновскую, Летниковскую, Ореховскую, Самоольно-Ивановскую) в этот праздник и в другие праздники, где он проживал.

Прибыли и мы туда, к его покоям, к прославленным, святым местам, которые теперь неспокойные, судя по этой линии высокого напряжения, нависшей над его могилкой. Зато путники в этой необъятной степи не заблудятся, не проедут мимо этой линии, этой пустыньки, этого колодца с целебной, светлой водицей, завернут к былому житию Косьмы, Михаила, Федора, посетят могилки их, покланяются, помолятся, подумают о вечном, попьют родниковой водицы.

На сколько мне припоминается, на месте, где положен кем-то этот камень была их землянка, в которой трое этих старцев и проживали. А теперь на ее месте буйные заросли вениковой чилиги...

далее — степи и степи..., необъятные их просторы.

Не безразлично нам с Раисой Васильевной был и наш обратный путь в Зуевку, который пролегал мимо пустующей теперь территории, где когда-то проживали жители несуществующего степного поселка Крутенький. На их кладбища мы заезжали, чего от них осталось, сфотографировали...

Холмик дедушки моей мамы Дементия Иванова по этому вот символическому камню нашли, поклонились его праху, сфотографировали...

Степь и эти вот неухоженные, а кем-то и забытые кладбища теперь только и находятся на месте былого поселка Крутенький...

Комментарии (14)
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:15
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:18
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:21
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:23
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:25
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:27
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:28
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:30
Иван Меженин #    22 июня 2019 в 17:31
Ольга Михайлова #    23 июня 2019 в 09:09
Иван Яковлевич!

Рада Вам!

Спасибо: за путешествие, за "покой на душе" от прочитанного.

Как всегда, низкий поклон дорогой Раисе Васильевне.
Иван Меженин #    23 июня 2019 в 11:43
Оля, спасибо!!! Раисе Васильевне привет передал. Приглашает на блины. Со сковороды, с домашней сметаной...
Людмила Векшина #    23 июня 2019 в 16:34
Интересный и благословенный рассказ , Иван Яковлевич.
Спасибо за благодатное чтение.
Замечательно, что нашлись люди, обозначившие место упокоения Косьмы и его учеников. Жаль, что не осталось жилых деревень вокруг...
Светлая память всем, почившим в вере Православной, благодаря кому ещё и держится Россия.
Вам и Вашим близким здоровья и Благодати Божьей.
С уважением, Л.
Иван Меженин #    25 июня 2019 в 14:56
Спасибо, Люда!!!

Такой вот богатый букет степных цветов набрала там себе моя Раиса Васильевна, привезла домой. А я ее с ним сфотографировал.
Лидия Павлова #    5 июля 2019 в 16:39
Спасибо, Иван Яковлевич. за ваш рассказ о таинствах Крутеньской пустыньки! Так светло и отрадно на душе от его прочтения. Добра, мира, здоровья вам и вашей супруге.