Итальянская рапсодия

«Папа был злостным двоеженцем. Все знали об этом. Да он и не скрывал, и любил обеих жён одинаково нежно...»

Я обвёл взглядом сидящих за длинным столом родственников, пришедших на вечер памяти отца, деда и прадеда. Старшие улыбались, понимая, о чём идёт речь, младшие, не заставшие отца в живых, смотрели на меня с испуганным недоумением.

«Да, вторая папина жена, старая рыжая мандолина-неаполитанка, в отличие от первой — черноволосо-кудрявой хозяйки дома, не готовила ужин и не рожала детей, но, не будь её, мы бы прожили совершенно другую жизнь. Она встречала нас из роддома бравурными маршами, успокаивала и баюкала сказочными балладами, выдавала замуж и женила под Мендельсона, искрилась радостью по праздникам и рыдала, когда уходили старики.

Отец не учился музыкальной грамоте, да и делом всей его жизни была электромеханика, но, обладая исключительным слухом и замечательной музыкальной памятью, виртуозно играл на мандолине. Он подбирал такие аккорды и пальцы его так скользили по грифу, что инструмент звучал, как слаженное струнное трио.

Вечерами родители «бегали» в кино. После сеанса папа уверенно воспроизводил мелодии песен и музыкальную канву фильма...»

Я опять сделал паузу, перебирая в памяти эпизоды прошлого.

«Расскажи, что случилось с дедом в Риме», — попросил один из племянников.

«В Риме? Ах, да! Зима 1981-го… Путь в Сидней лежал через Рим, где нам предстояло долгое ожидание визы. Я устроился истопником в гостинице в центре города. Вместо зарплаты хозяин предложил малюсенькую мансарду, в которую смогли втиснуться только мы с женой и детьми, а для папы с его двумя жёнами места не хватило, они поселились в римском пригороде среди других эмигрантов из России.

Раз в неделю родители — всегда втроём — приезжали нас проведать. В один из таких приездов мы отмечали папин день рождения. По скудости бюджета угощением были куриные крылышки с русским названием «крылья советов» и лёгкое марцемино, купленное только за то, что такое вино пили в опере Моцарта под тремоло мандолины.

— Налей вина! Прекрасного марцемино! — пел именинник словами и голосом дон Жуана. А мандолина… Мандолина заливалась радостной трелью: она попала на свою историческую родину и чувствовала себя счастливее всех.

Исполнив весь репертуар неаполитанских романсов Михаила АлександрОвича, гости отправились в обратный путь.

В автобусе маме стало плохо: остро закололо в животе. Она с громкими стонами припала к папиному плечу. Пассажиры замахали руками, указывая на автобусные двери. Выходите, мол, скорее, там помогут!

Папа поднял маму на руки и вышел на остановке около какого-то дворца.

Смеркалось. Он стоял посреди улицы, как изваяние мадонны с младенцем. Мама уже не стонала и, казалось, не дышала. К ним подошла монахиня. Приоткрыла одно мамино веко, потом другое, что-то сказала и пошла дальше.

Через пять минут их подобрала скорая. Но какая-то странная скорая: с настежь раскрытыми окнами, она скромно следовала в медленном потоке машин и останавливалась перед каждым светофором. Совсем не так, как в фильме «Невероятные приключения итальянцев в России». Отец держал безжизненную руку жены и переводил тревожный взгляд от её мертвенно бледного лица на прекрасные дворцы за окном.

В госпитале её увезли на каталке, а ему велели ждать в вестибюле. Через бесконечно томительные три часа маму, всё ещё бледную, но улыбающуюся, привели к нему, сунули какую-то бумажку и кивнули в сторону выхода.

Было темно. Их обступили громадные чёрные силуэты зданий. Италия, наверное, переживала очередной энергетический кризис. Не горел ни один фонарь да и кому светить: на улице ни души! Улыбка на мамином лице сменилась откровенным испугом. Куда идти? Отец вглядывался в темноту.

— Пошли! — сказал он, беря её под руку.

— Куда?

— Я слышу музыку!

— Какую музыку?

— Я слышал её, когда нас везла скорая помощь.Каждое здание, которое мы проезжали, звучало… Каждое пело свою особую мелодию. Я узнаю её. Пойдём!

Он повёл спутницу от дворца до дворца, останавливаясь и прислушивась, сворачивая на перекрёстках и площадях, до той остановки, где днём вынёс её на руках из автобуса...»

Меня прервали дружные аплодисменты. Аплодировали стоя.

.

Оцените статья

+12

Оценили

Александр Сосенский+1
Людмила Дымченко+1
Надежда Кудряшова+1
ещё 9
Яков! Мне кажется, напротив, я недодаю порцию похвалы- заслуженной, а ведь заворожена мелодией этой истории...
Примите, Татьяна, огромную порцию моей благодарности.
Михаил АлександрОвич (1914-2002) — замечательный советский певец (тенор).
Рассказ об очень интересном человеке. +
Спасибо, Галина!
10:23
Спасибо, Майя!
Интересная история! Удачи, Яков!
Спасибо, Валерий!
Не всё понятно, но интересно. Тем более, с музыкой! +, Яков!
Честно говоря, мне не понятно, что, именно, не понятно, Геннадий. Может быть, нет развёрнутого доказательства известного наблюдения Гёте: "Архитектура - это музыка, застывшая в камне". Здесь нет ничего выдуманного. Таким уникальным был мой отец. Спасибо, что было интересно!
Яков, не понятен диагноз и причина неожиданной и скоротечной болезни матери. На мой взгляд, важная деталь эпизода...
23:51
Здравствуйте,Яков! Как всегда - у Вас всё очень необычно и интересно!+
Спасибо, Наталия!
10:30
Всем бы таких двоеженцев! Отличный рассказ в память об отце ! Успеха Вам, Яков, и в этом конкурсе!
Благодарю Вас, Мария!
Неповторимый стиль, оригинальный сюжет: творчество Якова ни с кем и ни с чем несравнимо! Спасибо за мастерство, искренность, изящную иронию и доверие, Яков! Успеха!
Понимаю, Татьяна, преувеличенность Вашей оценки и, всё равно, радуюсь. Слаб человек... Спасибо!
15:51
Прекрасный рассказ с оригинальным сюжетом! Как, всегда, когда читаю ваши истории, была захвачена им с первых же слов. Вы закидываете удочку первой фразы - и готово! читатель в вашей власти! Удачи вам, Яков, и спасибо за рассказ! +++
Спасибо, Лидия!
Достойная память о неординарном близком человеке! Удачи Вам, Яков! +
Спасибо, Наталья!
19:51
Надо же... Без одной любви и вторая любовь не была бы, наверное, такой полной. Здорово! И как с музыкой домов... Удивительно... Какое же чуторе музыкальное восприятие мира было у Вашего отца, Яков!
Эпизод, который я не смог втиснуть в текст. В один из таких дней, когда родители нас навещали, во дворе гостиницы, в павильоне, состоялся концерт местного струнного оркестра. Мы пошли на него всей семьёй. Исполнялись задорные, жизнерадостные народные песни с типичным итальянским колоритом. В перерыве все вышли - кто в буфет, кто во двор покурить. Папа поднялся на сцену, чтобы получше рассмотреть современные мандолины. Не удержался, взял одну в руки, вытащил из кармана медиатор и стал играть, стоя спиной к залу. А динамики не были выключены. Он играл песню, которую исполняли последней перед перерывом. Музыканты переглянулись, определяя, кто остался на сцене; слушатели стали возвращаться, удивлённые короткой паузой. Все потихоньку подошли к сцене и с видимым удовольствием слушали незнакомого исполнителя. Когда он закончил, раздались бурные аплодисменты. Громче всех хлопали музыканты...
11:03
Какой прекрасный случай! И вся любовь к музыке, непосредственность, магнетизм... Нужно было ему не уходить со сцены! Красивый эпизод какой))) Спасибо, Яков!
12:47
Очень интересный рассказ +
Спасибо, Николай!
Читала с удовольствием и восхищением как героем, так и автором) Удачи в конкурсе, Яков!
Спасибо, Людмила!