Мы отправлялись на Берлин...

Нет, это не начало военной повести. Мы — это я, взрослая с виду тетя, и мой пятилетний сын. В Берлине ждала подруга, которая обещала устроить на курсы немецкого языка.

Стартовали мы поездом из саксонской деревушки, где были в гостях. Перрон. Стоянка поезда 3 минуты. Машинист, высунувшись в окно, удивленно смотрит на нас. Мы улыбаемся, машинист — нет. Хмуро кричит:

— Дрюккен!

— А?! – не понимаю его и чувствую какой-то стыдный жар в голове. Господи, что он хочет от меня?!

— Кнопф! Дрюккен!!! – кричит он громче и тычет пальцем на двери вагона.

Продолжая глупо улыбаться, шарю глазами по воображаемой линии от его пальца:

— Что?!

— Мам, кнопка! – сообразил сын и тут же жмякнул по ней, чем спас меня от дальнейшего позора, а расписание движения поездов от сбоя.

В тамбуре, сглотнув уже подступившие было слезы, беру себя в руки, прохожу в вагон, выговаривая высокомерно сыну о том, что «нельзя без разрешения взрослых нажимать и трогать что попало», попутно кидаю престарелым бюргершам-пассажиркам холодно-вежливое «морген». Вот зачем нужны дети в путешествии, — чтобы с их помощью родители могли свои «косяки затирать». Ах, прости меня, сыночек!

Прибыли на вокзал в Дрездене. Здесь у нас пересадка. Времени достаточно — 40 мин. Походили, побродили, разыскали нужную платформу. Остается 6 мин и сын заявляет: «Я какать хочу». Бог мой! Бежим в туалет. Время до отправления поезда — 4 мин. Сын ноет:

— Я так не могу!!! Твое нервотрепное состояние на меня давит!

— Блин! На тебя ДРУГОЕ давит! Давай живей!

— Нет, не могу! Мы опоздаем!

Несемся на перрон.Осталось 1,5 мин. Успеем! Немецкая точность! Они не могут раньше… Уф! Да! Мы здесь! А где… А где поезд? Мы же не могли опоздать! Мы были точны!

Забыв про свой «никакой» немецкий, я кинулась выведывать у каждого из присутствующих на перроне о судьбе поезда на Берлин. Удивительно, но все они были спокойны: читали газеты, беседовали, пили кофе, — как будто ничего не случилось. Как будто поезд не задерживался на 30 минут. (А он, как я смогла понять из всех объяснений, задерживался) Нет, они были спокойны в то время, как их «хваленая немецкая точность» превращалась в «распутную девку»

— Оооо! – протянул сын, — Я бы уже покакал двадцать раз…

Наш опозданец тащился из Будапешта в Гамбург, принадлежал чешской ж/д и вмещал в себя столько разномастных национальностей, что я так и не смогла определить родину молодых людей, в купе к которым мы подсели. Сначала я думала, что это чехи потом подозревала эстонцев или финнов, но проскакивающие немецкие слова перевели их в разряд швейцарцев, а сказанное наступившим мне на ногу парнем «сорриус», взорвало мой мозг, и я вырубилась в десятиминутный сон на плече у моего уже похрапывающего сынишки.

Проснулись от горячего кошмара – в купе стояла неимоверная жара и духота. Сын плаксиво требовал воздуха, питья и развлечений. Дышать побежали в тамбур, но вспотевшие раньше нас пассажиры, уже выдышали там весь кислород. Осталось: попить и развлекаться.

Мы придумали пускать по проходу вагона маленькую гоночную машинку – она врезалась в стены, вертелась, переворачивалась, — сын хохотал и кричал: «Да! Круто! Вот это заезд!», а люди, раскрыв двери в своих купе, — уставшие, разомлевшие, — скашивали на нас глаза и вымучено улыбались.

В одном купе ехала немецкоговорящая компания. Они наблюдали за нами и женщина, вытирая слабой рукой пот со лба, обратилась к мужчине: «Русская. Прыгает и скачет. Откуда у нее силы?» Мужчина хмыкнув, пожал плечами и потянулся за бутылкой пива: «Тупой машинист. Чертово путешествие».

Как я все это поняла? Не знаю. Может кислородное голодание действительно рождает галлюцинации?

На вокзале нас встречала подруга. На поцелуи и стандартные: «Ну как вы? Ну что вы?» — я хмуро выдала:

— Verdammte Reise! Verrückter Fahrer! («Чертово путешествие! Хренов машинист! нем.)

А сынок, поднимая упавшего на перрон плюшевого медвежонка, добавил:

— Scheiße! («Дерьмо!» нем.)

— Ты уверена, что тебе нужны курсы немецкого языка? – осторожно и слегка испуганно поинтересовалась она. Почесывая воображаемую бороду, я констатировала:

— Мне нужна водка. Литр. А для парня большой чупа-чупс и горшок. Тоже большой.

Оцените статья

+1

Оценили

Майя Симонова+1
Спасибо, Валерий. Запятые, да - это моя проблема.
Моя - тоже. Просто нам надо быть внимательнее и не спешить.
Татьяна, благодарю вас за то, что прочли рассказ.
19:31
Хороший рассказ, очень хороший! Но необходимо вычитать ещё раз и исправить пунктуационные ошибки. Не буду голословным, вот пример: "Машинист высунувшись в окно, .... После слова "машинист" нужна запятая (деепричастный оборот). Удачи Вам!
Весьма неплохо! И достоверно: мне тоже доводилось ехать берлинским поездом-- в тесноте крохотных купе и жаре. Непонятно, почему в поездах так топят- до угара, причем, когда за окном еще плюс...
11:09
Хорошо. Познавательно, с юмором. Вот так осваивается иностранный, а концовка... laugh
Загрузка...