Талый снег

Из-под машины, одиноко стоящей на обочине, торчали ноги, обутые в кроссовки китайского ширпотреба. Я слегка пнул по подошве. Через минуту показалась голова. Взяв под козырёк, я сказал: «Послали на помощь, а если не получится, то есть сцепка». Он вытер пот, попил воды и, разминая сигарету, присел на подножку. -От Петровича? Подгоняй машину и вперёд, километров сто и стоянка, там и заночуем. Превосходное место, красота неописуемая. Берёзовая роща у озера, пение птиц, увидишь, всем рассказывать будешь. Не прозевай поворот, он будет перед подъёмом. Замечательные места, едрёна корень. Смотри, смотри! Видишь, огоньки, собираются родненькие. В его голосе прозвучали тёплые нотки, он преобразился, полез в карман. Долго рылся и, наконец, достав расчёску, старательно привёл свои волосы в порядок… — Дядя Миша! Вы давно колесите по дорогам? -Годков тридцать, если не больше. Привык, но домой тянет. — Дядя Миша! Расскажи что-нибудь перед сном. Он, словно ждал этого. — Можно, да не знаю с чего начать. — Начните с дороги, она куда хочешь приведёт. — С дороги, так с дороги, расскажу одну историю, перевернувшую всю мою жизнь. Однажды, на одной из стоянок подошла молоденькая бабёнка и напросилась со мной в рейс. А рано утром, разогрев двигатель, мы тронулись в путь. За окном шумела метель, стонал ветер, через замёршие стёкла виднелась дорога, а по сторонам дремала тайга. Засыпанные снегом ветки деревьев повисли, словно руки после работы, а моя спутница, не привыкшая унывать, щебетала, словно райская птичка, вырвавшаяся на волю. Я уже знал всю её подноготную. Жизнь без детства, пьяная мать, отец, женившись на другой, забыл о её существовании, а она видная из себя девчонка, покатилась по наклонной и, в конце концов, трасса стала её домом – здесь накормят и оденут, приласкают и пожалеют, и деньгами не обидят, а работать она успеет, молодая еще. Так она рассуждала, переубеждать её я не собирался. Мне было хорошо. От её присутствия веяло теплом, а ласки, от которых замирало сердце успокаивали, и мы, обнявшись, коротали ночи. Так, значит едем мы, а на дороге ни души, только изредка пролетит встречная, да деревенька останется в стороне. А метель всё злее и злее, ветер стучится в лобовое стекло, а я давлю на газ, и мы мчимся вперед по дороге переметённой снегом. Двигатель ревел, машина рвала пелену вьюги, а в густой массе снега различить, что-либо было невозможно, но я продолжал давить на педаль… Удар был такой силы, что машина остановилась, как вкопанная. Очнулся, лежу на сиденье, Алёна рядышком ни царапины, ни синячка. Закружилась, как снежинка по дороге, вокруг мёртвая тишина и до города немереные километры. — Миша! Я сани приготовила, из кузова лист железа достала, он лёгкий, как пушинка. Слышала, что волокушу можно сделать, вот и смастерила. Давай на землю, давай, давай всё будет хорошо. — Алёнка, брось меня, иди одна. Дойдёшь до людей и за мной. Она заплакала, продолжая вытаскивать меня из кабины, а ветер рвёт, буянит на дороге. Я открываю глаза и снова теряю сознание. Первое, что увидел придя в себя, это звёзды. Большие, яркие звёзды, а я плыву в этом пространстве. Где я, что со мной? Стараюсь встать, но адская боль бросает меня на место. Над моим лицом глаза. Кричу: «Алёна, что со мной?». — Авария! И наклоняется ниже, грея моё лицо тёплыми руками. «Пропадём, скоро ты замёрзнешь, а я не могу тебя бросить». И она продолжает тащить волокушу, выбиваясь из последних сил… Нас подобрала встречная, серое здание на краю посёлка и бессонные ночи моей спутницы. Она устроилась санитаркой, а когда я пошёл на поправку, пришла пора расставания. Я провожал её до ворот. Мы говорили и говорили, о жизни, о людях, о нашей встрече. И вдруг, не помня себя, я сказал. «Алёна! Стань моей женой, не бросай меня. Я не смогу жить без тебя, я люблю тебя. Сердце замерло, что скажет она. Я же старше её на целую вечность». --Нет, нет! Закричала она. Я не достойна, я дорожная, прости, прости меня. Она побежала по тропинке, протоптанной в сторону трассы. Упало солнце, в глазах потемнело. Я закричал, что было силы: — Алёна! Не уходи, подожди. Она вздрогнула, остановилась, её фигурка содрогнулась от плача, а слёзы падали и падали на талый снег… Дядя Миша закурил. Огонёк сигареты то затухал, то разгорался с прежней силой. И только было слышно, как падает листва на уже уставшую землю, да за озером кричит филин.

Оцените статья

+8

Оценили

Владимир Шалимов+1
Евгений Ивненко+1
Надежда Кудряшова+1
ещё 5
Очень мешает восприятию эта сплошная масса текста. Если привести его в порядок-- рассказ только выиграет, при том, что он очень даже неплох.
13:22
Трогательный рассказ и красиво написан.Желаю победы в конкурсе и с наступающим Новым годом!
15:45
Очень трудно читается такой сплошной текст. Посоветовала бы вам разбить на абзацы, сделать отступы, диалоги выделить (каждую реплику с новой строки). И ещё. У вас превышен объём, сократите немного. А рассказ берёт за живое, читается с интересом. Удачи вам в конкурсе! С Новым годом!
16:37
Интересный рассказ и теме соответствует.
Очень хороший рассказ! И написан умело, с удовольствием прочитала.:-)
Отличный рассказ. Очень жадь, что поздно его увидел. Удачи, Николай
Рассказ понравился. Сюжет жизненный. Не зря в народе распространено поверье, что самыми верными женами становятся путаны, порвавшие со своим "ремеслом". А вот оформление, на мой взгляд, страдает серьёзными недоработками. Что стоило автору отредактировать текст, к примеру, в местах подачи прямой речи? Кнопка "Редактировать" есть. Нажал, и...: — Можно, да не знаю с чего начать. — Начните с дороги, она куда хочешь приведёт. — С дороги, так с дороги, расскажу одну историю, перевернувшую всю мою жизнь. Тем более, не совсем правильно использовать разные стили изложения этой самой прямой речи. Как, например, в этом месте: «Пропадём, скоро ты замёрзнешь, а я не могу тебя бросить». И, всё-таки, - мой плюс. За сюжет с глубоким нравственным "зарядом".
Загрузка...