Моя комсомольская жизнь

По дороге в школу мы, трое друзей, обычно встречались на углу: со

стороны рабочих домиков колхоза имени Димитрова подходили Олег с Алёной, а я – с улицы Чкалова. Дальнейшие полчаса пути до школы мы преодолевали вместе.

Когда уже почти дошли до школы, Олег вдруг сказал:

– Мне через неделю исполняется четырнадцать. Надо вступать в комсомол. А так не хочется!

– Ты что? – удивилась я. – Как можно не хотеть в комсомол?

– Я про то, – ответил Олег, – что мне дадут какое-нибудь общественное поручение. И надо будет тянуть эту нагрузку! Ведь комсомольцу стыдно не выполнять поручение!

Как в воду глядел мой товарищ. Вскоре он стал комсомольцем, и его вдруг выбрали комсоргом школы.

Прошёл год. Был день моего рождения. Мне не терпелось попасть в комсомол, поэтому я написала заявление заранее, чтобы стать комсомолкой прямо в день своего четырнадцатилетия. Комиссию по приёму возглавлял Олег, а за порядком следила вожатая. После школьного этапа, нас водили в райком и там уже принимали окончательно. Задачей школы было подготовить кандидатов, а именно: заставить выучить всё то, что полагалось знать настоящему комсомольцу. Перво-наперво учили комсомольский устав. На вопрос «Для чего ты поступаешь в комсомол?» полагалось отвечать: «Чтобы быть в рядах передовой советской молодёжи!» Этот ответ звучал гордо, как клич, как пароль к будущей комсомольской жизни. А главное – мы свято верили в эти слова.

В школе я была отличницей. Выучить устав и историю для меня не составляло труда. Но вот материалы пленумов… Так до сих пор и не поняла, как их можно запомнить.

Итак, я стояла перед комиссией, была вся во внимании, готова ответить на любые вопросы. Сначала всё шло замечательно. Для порядка у меня спросили имя и фамилию, хотя все хорошо меня знали. Потом спросили дату рождения. «Так ты у нас сегодня именинница! – сказал Олег. – Ну тогда с днём рождения!»

А дальше последовали вопросы и ответы. Сначала я отвечала блестяще, потом раза три «сыпанулась» на пленумах. Меня приняли с условием, что перед приёмом в райкоме пленумы я должна ещё буду подучить. В перерыве Олег подошёл ко мне. «Ты что так плохо подготовилась? – возмутился он. – Не вздумай меня опозорить в райкоме!»

Вопреки нашим опасениям, в райкоме всё прошло гораздо проще. Первое, о чём меня спросили: «Как ты учишься?» Я ответила, что на отлично. «Отличница?! – переспросил секретарь райкома. – А чем летом занималась?» Я ответила, что работала в колхозе по уборке овощей. «Я предлагаю принять!» – сказал секретарь, и все проголосовали единогласно. Впрочем, как ещё могли проголосовать в то время?

Через некоторое время, довольно быстро, я тоже стала членом школьного комитета комсомола, где выполняла обязанности секретаря: писала протоколы заседаний комитета и школьных комсомольских собраний. Попросту говоря, я стала личным секретарём у Олега.

Близился День рождения комсомола. Мы готовили праздничный концерт. К мероприятию подходили ответственно и серьёзно. Шёл концерт. Каждый класс приготовил свои художественные номера.

В середине концерта в актовый зал завалила группа подростков хулиганского вида. Они уселись на последнем ряду и стали вести себя развязно: громко разговаривали, бросали в адрес выступавших непристойные реплики. Им делали замечания, прерывали концерт, чтобы призвать их к дисциплине. Они на время замолкали, но вскоре снова принимаись за своё.

После того, как пропели последнюю песню, на сцену поднялся партогр школы и заявил, что концерт был практически сорван, и поэтому все комсомольцы лишаются праздничной дискотеки. Я думала, что все сейчас обречённо разойдутся: в наше время учителей было принято слушаться. Но не тут-то было: на сцену к парторгу вышел наш комсорг Олег и заявил, что мы, добропорядочные комсомольцы, концерт не срывали, осуждаем поведение этих хулиганов и не собираемся разделять наказание, предназначенное им. Николай Викторович ответил, что если комсомольцы, считающие себя добропорядочными, допустили подобное поведение в своих рядах, то должны быть лишены дискотеки в обязательном порядке. Страсти накалялись. На сцену поднялся директор школы Николай Алексеевич, который запомнился мне, прежде всего, своей золотозубой, и, при этом, ленинской улыбкой.

Директор сказал: «Ребята, раз уж мы с вами здесь собрались, то давайте проведём внеочередное комсомольское собрание. Пусть каждый, кто хочет, выйдет и выскажет своё мнение». Собрание – так собрание: я быстренько достала блокнот и ручку и приготовилась стенографировать.

Комсомольцы выходили один за другим. Каждый говорил примерно одно и то же: что все мы ждали этот день, что с удовольствием трудились и готовили концерт, что мы заслужили эту дискотеку, и было бы несправедливо лишать нас праздника… Парторг стоял на своём, говоря, что дискотеки быть не должно. А директор, с одной стороны, совсем не хотел наказывать нас, а, с другой стороны, пытался вырулить перегиб коллеги. Но тот не знал меры. В конце концов парторг заявил: «Перед вами здесь стоят: директор и «выше», а вы так себя ведёте!» На что Олег ему ответил: «Вы считаете, что вы выше директора? Да если хотите знать, то, что сейчас говорит нам Николай Алексеевич, верно и справедливо, а то, что говорите вы, нам вообще – до лампочки!»

Сообразив, что ему всё равно придётся капитулировать, парторг решил сдаться малыми потерями. Он закончил словами: «Что ж, пусть тот, кто считает себя настоящим комсомольцем, перед лицом своей комсомольской совести откажется от дискотеки, а все остальные могут туда идти, и пусть им будет стыдно!» – и ушёл со сцены.

В тот день мы плясали с огромным удовольствием и с чувством победы, воплощая в танце всю страсть своей детской души. После дискотеки шли домой в том же составе: я, Олег и Алёна. Нас обогнали парторг и моя классная руководительница, и так и шли почти всю дорогу в десяти метрах впереди. Учительница, темпераментно жестикулируя, что-то страстно пыталась ему доказать. Но парторг всё время крутил головой, и не соглашался с ней.

«Когда он был простым учителем музыки, то был моим любимым учителем. А теперь я даже не знаю, что с ним», – сказала Алёна, смотря ему вслед…

Оцените статья

+5

Оценили

Ракия Валеева+1
Николай Лыков+1
Надежда Кудряшова+1
ещё 2
09:11
Комиссия по приёму? В школе на заседании Совета дружины давали рекомендацию для вступления в члены я ВЛКСМ, затем принимали на заседании школьного комитета комсомола, а райком - утверждал это решение.
Спасибо. Это не очень удачное сокращение. Просто текст пришлось почти наполовину сокращать, чтобы вписаться в регламент.
10:01
06:05
С интересом прочитала рассказ. Вашей школе не хватало своего Макаренко. После этого концерта вывод такой : можно и нужно привлекать этих хулиганов к подготовке мероприятий. Они не умеют петь, танцевать, играть на музыкальных инструментах, учить и с выражением декламировать стихи? Они умеют что-то другое. Если бы они под руководством учителя труда сколотили табуреты или скамейки для актового зала или принимали участие в написании лозунгов, то ощутили бы свою причастность к общему мероприятию.
Спасибо Вам за такой содержательный комментарий. Вот теперь сама работаю учителем. Пытаюсь применять подобные методы работы на практике.