Гитлер, Геринг и Геббельс

792

Моя бабушка, Мешкова Антонина Александровна, меня, можно сказать, вырастила. Она замечательно готовила, а к продуктам относилась очень трепетно. Особенно к хлебу. Выбросить хлеб для нее было равносильно преступлению. Я догадывалась, что причиной этому была пережитая ею война, но даже не предполагала, насколько я была права, пока бабушка не рассказала мне свою историю…

Когда началась война, моей бабушке было 16 лет, и называли ее в то время не Антонина Александровна, а попросту –Тося. Тося, ее родители и младшие сестры — Ира и Идочка, в июне 1941 года жили во Львове. Ире к тому времени было лет десять а младшей, Идочке, не было и пяти. Тосин папа, Александр Георгиевич, каждый день, приходя с работы, приносил тревожные известия — около Львова идут бои, немцы близко.

Однажды, не успев уйти, он вернулся и сказал, что сумел устроить их на последний поезд, уходящий из Львова. Отправление сегодня вечером, времени на сборы нет.

Тосина мама, Мария Ивановна, принялась бегать по дому, собирая узлы, запихивая в чемоданы утюг, посуду. Но муж остановил ее: «Какая посуда! Ты представляешь, сколько людей будет пытаться уехать на этом поезде? Детей надо спасать!» В итоге было собрано два чемодана — один с едой, второй – с одеждой, и вся семья отправилась на вокзал.

Тося ожидала, что людей будет много, но что так много – не могла представить. Это было настоящее людское море, и каждый человек из этого моря пытался штурмом взять по-езд.

Казалось, что шансов уехать у Тоси и ее сестер нет, но Александр (он был высоким и сильным мужчиной) буквально забросил жену и троих детей на платформу между вагонами. «Папа, а чемоданы!»- закричала Тося. Отец кинул ей чемодан – для второго просто не было места – и, конечно, как назло, чемодан этот оказался с одеждой. Вот так они и поехали – без еды, стоя вплотную не площадке между вагонами.

Ехали они долго, и во время пути не раз видели фашистские самолеты, кружащие над поездом. Когда это происходило, поезд останавливался, и все пассажиры бросались в лес, опасаясь бомбежки. Но, в конце концов, после нескольких дней пути (а они так и ехали, стоя между вагонами, и только к концу вторых суток сумели протиснуться в тамбур, где была хоть крыша над головой), семья Тоси добралась до маленькой уральской деревни. Им выделили покосившийся домик на краю деревни, и они начали налаживать хозяйство.

Первая зима, по воспоминаниям моей бабушки, была очень тяжелой. Есть было практически нечего, ведь приехали они к концу лета, поэтому хлеб не сеяли, не сажали овощи. Конечно, колхоз помогал, но помощь эта была мизерная – чтобы с голоду не умерли. А деревня не бедствовала – были и коровы, а поэтому и сливочное масло, и вот это масло сводило Тосю и ее сестер с ума. «Выйдешь на улицу, — рассказывала бабушка моей маме – а там соседская девчонка гуляет. А у нее в руках белый хлеб, намазанный маслом.

Ну, мы-то с Иринкой все понимали – отвернемся, чтобы этот кусок не видеть, и все. А Идочка – она же маленькая совсем – бежит к матери и просит: «Мама, мама, и я хочу хлеб с маслом!». Мама возьмет кусок черного хлеба, помажет его пробкой от растительного масла и дает Идочке – ешь, мол, дочка. А та, дурочка, и рада, хвастается: «У меня тоже есть хлеб с маслом!». Вот так и жили.

Кстати, бабушка Тоня всегда ела белый хлеб с маслом и пила очень сладкий чай. Все это потому, что всю войну ей снился белый хлеб, намазанный маслом, и огромный кусок сахара. И хлеб бабушка никогда не выбрасывала – сушила сухари. «На черный день» — говорила она.

Как оказалось, главное было пережить первую зиму. Весной и летом Тося, ее сестра и мама работали в колхозе, на огороде, и на следующую зиму у них были овощи и мука. Корову они, правда, не завели, зато у них появилось три козла, которых назвали Гитлер, Геринг и Геббельс, и коза Манька. Тося очень любила козла Геббельса.

Он был как собака – умный, ласковый, мог даже через окошко на стол запрыгнуть! Но конечная цель покупки козлов была одна – съесть их долгой холодной зимой.

Геббельса закололи последним, и в этот день Тося ушла из дома и вернулась только поздно вечером, проплакав все это время, и, конечно, мяса Геббелься она есть не стала.

Еще моя прабабушка вспоминала, как во время войны она ходила в школу. В их деревне школы не было, и ходить приходилось за несколько километров в соседнее село. Каждый день выходить надо было в шесть утра, чтобы успеть к началу занятий, а вечером делать этот же двухчасовой путь обратно. И, по словам моей бабушки она навсегда запомнила эту дорогу – зимой снег иногда по пояс, весной и осенью – лужи и грязь, и сапоги 43 размера – других не было. Единственное, что согревало ее во время обратного пути – мысль, что в печке ее ждут теплые, чуть прокисшие щи.

Моя бабушка пережила войну. К счастью, ее отец вернулся с войны живым. Но именно ее воспоминания, ее трепетное отношение к хлебу, а не книги и фильмы о войне оставили самый яркий след в душе, помогли мне понять, какой страшной была эта война.

Оцените статья

+8

Оценили

Лидия Павлова+1
Анна Штомпель+1
Ирина Коротеева+1
ещё 5
Очень понравился, Елена, ваш интересный рассказ, да ещё с таким интригующим названием! +
19:02
Спасибо!
Хорошо! Хорошо, что вам удалось запомнить и передать читателям воспоминания бабушки. Удачи!
19:02
Спасибо!
11:37
Надо же, козлы под такими именами! Ведь НКВД могли и привлечь, хотя козлы до этого просто бы не дожили ( срок жизни определялся- потребностью мяса, если я правильно понял.). Интересный и правдивый сюжет!+
18:08
Спасибо. Козлов и правда так назвали. Это реальная история)
Прекрасная история мне понравилось мой+
17:04
спасибо!
17:22
Очень реалистично. Автору +
10:09
спасибо!
Что люди пережили... А мы ещё на что-то жалуемся. Героические женщины в Вашей семье, Елена! Примите, пожалуйста, мой голос!
10:09
Спасибо!
14:52
Замечательный живой рассказ. Про трех козлов - это как изюм в булочку. И смешно, и грустно... и правдиво. +
15:34
Спасибо большое)
14:19
Отличный рассказ! Живо, увлекательно написан и при этом правдиво и ярко рисует жизнь людей во время войны, историю семьи. Удачи вам в конкурсе, Елена! Большой +
18:30
Спасибо за хороший отзыв!