Шанс.

Шанс

Сергей вошёл в здание и, поднявшись по лестнице, оказался в пустом холле. Увидев на двери табличку «Онколог» – постучал. «Занят», – прозвучал возглас. Когда из кабинета выходила дама, услышал: «Разрешите мне, спешу». Он отступил перед молниеносно появившейся женщиной.

Из-за неприкрытой двери донеслось: «Доктор, помогите! Врач «Скорой» отказался госпитализировать мужа, узнав, что вчера его выписали из больницы. А ему совсем плохо…»

«Значит, скоро будет вынос!» Повернувшись, на голос, он увидел старца, опирающегося руками на изящную трость. Шагнув к диванчику, Сергей сказал: «Понял, сейчас вы идёте».

Из кабинета вышла плачущая женщина, а следом доктор. «Вы ко мне, Виктор Степанович? Меня машина ждёт!» – обходя старца, произнёс врач. – «Воронов, у меня обезболивающие кончились!» – громогласно изрёк старик, преграждая тростью проход. – «Ждите!» – извернувшись, крикнул доктор и устремился к лестнице.

– Такие дела! – присаживаясь рядом, промолвил старик. – Как звать, давно болеешь?

– Зовут Сергей. Я здоров. Но жена настояла показаться врачу.

– Вначале все так думают. Зарядку делаешь? – спросил старик и махнул рукой. – Не отвечай, вижу, что нет. Когда отмечали моё семидесятилетие, знакомые восторгались моим здоровьем. Я исколесил всю страну, но зарядка по утрам и холодный душ – закон. Знай, пробежка перед сном заставляет болячки прятать свои паршивые головы. Я, Серёжа, родился в двадцать пятом году и мечтал за штурвалом самолёта облететь мир. Но война повернула по-своему, – помолчав, старец продолжил:

– В июне сорок первого, я пришёл добровольцем на призывной пункт. Но меня направили на курсы. Уже к осени, я всегда был шустрым, имел свой наган и удостоверение НКВД. Мне приходилось решать непростые задачи в военное время и после. Я Виктор Степанович Соев, генерал внутренних войск в отставке, – старик гордо поднял голову, и тут же резко опустил.

– Двадцать лет прошло, как я похоронил жену. Она была мне верной опорой. Детей у нас не было. Теперь, в одиночестве, я часто размышляю: «А даётся ли человеку шанс, исправить ошибку прошлого?»

Серёга подумал: «Такая мысль мне в голову не приходила…»

– Что, заскучал? – бесцветные глаза старца буквально пронизывали Сергея. – Я людей вижу насквозь, в НКВД этому быстро учат! Слышал про “СМЕРШ”?

– Да!

– Мою Галю охватывала дрожь, когда она слышала эту аббревиатуру. Мы прибыли в освобождённый Брянск в сентябре сорок третьего. Прочитав новое дело, я сказал: «Мы решаем судьбы людей, живших на оккупированной территории, а совершивших преступления пускаем в «расход». Работа переводчика – не предательство. Дивчина хотела жить!» Но один товарищ, ни в какую, не соглашался с моими доводами. С годами я понял: мною руководила любовь. А тогда, словно бес в меня вселился, и я застрелил несговорчивого: всё было списано на случайность в прифронтовой зоне. Но тот грех ночами изматывает мне душу.

– Вам нужно зайти в церковь и покаяться!

Собеседник вскочил и заходил вдоль окна.

– В церковь? – остановившись, произнёс старец. – Я впитал одну веру, и «перевертышем» не буду! Я видел служителей церкви, не у всех есть «внутренний стержень». Сейчас много кричат о праве на жизнь, но никто не думает, о страдающих людях, желающих уйти из неё. Боже упаси человеку наложить на себя руки: вороны всех мастей слетятся и, натешившись, похоронят за оградой погоста. Почему нет права выбора? По службе, я беседовал с пожизненно осужденными, и многие просят направить их «в горячую точку», заверяя: «Кровью исправлю ошибку, но не отступлю перед врагом». И этих никто не слышит. А на Западе «головорезов» собирают в банды и отправляют на свержение неугодного лидера. Целые государства гибнут!

«А что делать?» – спросил Сергей. – «Утром приходите», – ответила медсестра, закрыв кабинет на ключ.

– Ну, времена, умри – никто и не заметит! – возмущался старик, спускаясь по лестнице. – Ты спросил: что делать? Открыть в стране центр – «Шаг». Измученные болью и совестью люди шагнут, зная: врачи и психологи решат их судьбу. Даже те, кто над златом чахнет, понимают – их ценности пополнят казну. А на выходе – горстка пепла, или новое имя. До свидания! – И старец бодро зашагал по вечерней улице.

Оцените статья

+7

Оценили

Людмила Косарева+1
Вениамин Побежимов+1
Николай Лыков+1
ещё 4
Жизненный материал, мнение может и не бесспорное, но заслужившее озвучания. Сразу несколько позиций - старика, новичка и врача (медсистемы) короткими штрихами прописаны.
10:42
Точку с заголовка рассказа надо убрать.
Ответ. Уважаемые коллеги по перу. Когда я увидел новый конкурс «Неисправимая ошибка» – задумался, и не только о будущем рассказе, но и как к этой теме отнеслись другие в своих высказываниях к предложенной теме. Я не мог принять участие в прошедшем «Моя родословная», по причине, что раскрывается в рассказе «Шанс». Многим нашим соотечественникам, сложно представить военное время, и тем более годы, прожитые на оккупированной территории. Хвала солдатам Рабоче-крестьянской Красной армии, не позволившим «фашистской чуме» глубоко вторгнутся в нашу страну. Но горя, от их вторжения – хватило всем жителям СССР. Сейчас, я часто бываю у больной мамы 1930 года рождения, когда сестра на работе. И слушаю и слушаю её жизненную историю. Два года «под немцем» она помнит хорошо: чистое поле для проживания, вместо родного дома, после прихода фашистов, холодные и голодные зимы, «ташнотики» из картошки выдолбленной из промёрзшей земли, и многие другие подробности ежечасного выживания. Всех жителей, что уже слышали приближение долгожданной «нашей» канонады, гнавшей ворога, согнали в овраг за городом, и держали неделю под дулами пулемётов. Когда мама вернулась к родному очагу, это окраина города, то кроме печных труб в посёлке ничего не было – всё отступающие фашисты сожгли. Поэтому, какое родословное Древо, документов ни у кого никаких! Рассказ «Шанс», написан был на семь тысяч знаков, и имел иное рабочее название, а когда получил основное, автоматически была поставлена точка. Всю неделю, я экономил каждый знак. Первоначально, были раскрыты судьбы многих людей. Попа, что вёл службу при оккупантах, ходивший каждое утро на реку, чтобы окунутся в проруби – его немцы расстреляли, а церковь взорвали: пока её так и не восстановили, хотя старики и нарисовали, какой она была до войны. Были раскрыты образы партизан, живших в лесах и сражавшихся с захватчиками. Так же и тех людей, что приняли «Новую власть» и воевали против земляков. Поэтому, «СМЕРШ» был необходим и разбирался с каждым и не только карал, но и давал человеку «одуматься». Мама рассказывает о людях, что «ходили» в полицаях, и как они, отбыв в Сибири срок, возвращались на родину, пусть для них и с маленькой буквы, но это и их «берёзовая» сторона. Многие люди хотели, что бы их «Неисправимая ошибка» как-то «затянулась», но это наша, и порой непростая история, и всё её грани, надо донести до читателя, иначе нельзя. Да, пришлось многое сократить, до формата конкурса, а удалось ли мне, сохранить всё задуманное или нет, я и сам пока не могу решить. С Новым Годом, Вас, коллеги пера и читатели! Всех благ и уверенности в будущем! Спасибо нашим Кремлёвским руководителям, что уничтожают «иноземную чуму» на дальних подступах.
16:10
Вот такая тема. Александр, вообще-то в рассказе должна быть одна тема, потому что несколько тем ещё никто в одном рассказе не раскрыл. И это не моё мнение, а мнение авторитетных писателей. Вот и вам пришлось как-то дополнять комментариями свой рассказ. И этих дополнений мало, потому что надо так сконцентрироваться на главном, чтобы раскрыть -- главное. А для раскрытия этого главного (я так считаю) достаточно рассказать о человеке изменившего Родине, при этом совсем не вдаваясь к теме "Смерш", информация о которой, судя по диалогу ваших персонажей,-- а диалог (так принято считать) персонажей, это монолог автора, -- у вас совсем неполная. "Смерш" это в основном армейская контрразведка, перед этим названием стояла аббревиатура НКО (комитет обороны, подчинялась И.В. Сталину), были "Смерш" ВМФ (подчинялась Кузнецову, а также "Смерш" НКВД (подчинялась Берии).По всей видимости, -- раз вы упоминаете НКВД, то это всего лишь отдел, даже управления "Смерш" не было в НКВД, но "бравый" генерал гордиться что кого-то там застрелил. Сомневаюсь, чтобы в армейской контрразведке были такие "герои", вероятнее всего ваш персонаж обычный милиционер. Да, многие из них и вернулись в город после освобождения. А фронт пошёл дальше: на Смоленщину, Гомельщину, а с ним и армейская контрразведка. Что касается полицаев, то они мечтали сдаться властям, потому что максимум, что получали -- это десять лет, а когда входила Армия их вешали на ближайшем дереве, без всякого суда. В овраге, который вы упоминаете, прошло моё послевоенное детство. Там мы пекли картошку (с полей, где сейчас 311 квартал), рвали дикий чеснок, щавель, определяли по солнцу который час и бежали на ул. Советскую, где должна была подойти очередь за чёрным хлебом, потому что вечером надо идти встречать корову, которая в стаде (только ближе к Десне) тоже послась в овраге, а в самом конце Нижнего Судка была вертикальная стена, так называемое "стрельбище", где мы откапывали (радостно) свинцовые пули, совсем не подозревая, что здесь было место расстрела во время войны. Здесь же (в овраге) отливали в ложках свинцовые грузила. Удачи Вам, Александр. +
Олег, спасибо за внимание. Я рад земляку, и надеюсь встретиться с Вами на улице Фокина 18, если Вы в Брянске. Но уточню. Нижний Судок, что вы упомянули, это немного другое. Мою мать, как и многих жителей Б. Полпино прогнали мимо Елисеевичей, с церковью над обрывом, и держали в овраге возле Титовки, где их и освободила Красная Армия. Староста посёлка получил двадцать пять лет и, отсидев, прибыл «живой» домой. Многие молодые парни, чуть не попали в число «полицаев», лишь за то, что на морозе и голодные, копали могилы для немцев, убитых партизанами на «Дударевской» ветке, в том числе и мой дядя Фёдор Степанович, были направлены на фронт. После победы над Германией, он орденоносец, ещё служил шесть лет.
22:42
Александр, вы не спешите быстро исправлять, что здесь подсказывают. Вот вам Кудряшова посчитала "мене" опиской, а это и не описка совсем, это речь персонажа. Это не авторская речь! У нас в деревнях как раз так и говорят: "мене". Вот это одно искажение (мне) и есть штрих, который характеризует персонаж. "Портретов" в вашем рассказе нет, но были штрихи, которые описывают героев (персонажей): живая, разговорная речь. Ведь ваш полицай не учитель русского языка (не интеллигент),а деревенский мужик, который так и разговаривает.
Такой маленький рассказ, а столько тем затрагивает он! Тут и состояние нашего здравоохранения, и "СМЕРШ", и отношение к служителям церкви, и ... Ярко прослеживается и тема данного конкурса «Неисправимая ошибка», причём в рассказе затрагивается не только непосредственно конкурсный вопрос, но есть и интересные рассуждения о возможности исправить свою «неисправимую ошибку». Но, Александр, обратите, пожалуйста, внимание на некоторые описки (изматывает мене душу, никто не слышат).
Надежда, большое спасибо.
18:12
Правдивая жизненная история, наводящая на размышления.+
Рассказ понравился.Все правда!+
22:56
Александр, я не читала предыдущих комментариев, так что извиняюсь, если повторюсь. Как обычно буду прямолинейна . Не совсем грамотно оформлен текст на письме, но это мелочи на фоне главного - рассказ (особенно короткий!) это весьма сложный литературный жанр, имеющий свои ОБЯЗАТЕЛЬНЫЕ признаки: завязка, кульминация, развязка (это и есть КОМПОЗИЦИЯ рассказа, которой у Вас, к сожалению, нет). К тому же, в рассказе малой формы очень много ограничений - и во времени, и в количестве персонажей, и в раскрытии их характеров, и в происходящих событиях. Поэтому жанру короткого рассказа, как правило (не без исключений, конечно), присущи такие черты, как ЕДИНСТВО времени, событий, места, персонажа. Т.е. минимум действующих лиц, одна сюжетная линия, отсутствие художественных красок, ёмкость изложения. Способность писательского изложения в Вас бесспорно присутствует и хотелось бы её преподнести повыгоднее, но Вы своими скачками "с пятого на десятое" помешали этому. Возможно Вы поторопились, выложить "сырую" работу. Возможно, не хватает опыта. Может не поздно снять рассказ с конкурса, переработать его и выложить заново (если это позволено администрацией сайта, надо уточнить). Думаю, если Вы подойдёте к этому вопросу с умом, у Вас неплохо получится (почему-то я в Вас верю). Пока же это, как будто, наброски к большому рассказу (хотя возможно это и есть сокращённый большой рассказ). В любом случае, запомните главное - когда говорят "есть над чем работать" (а я именно это Вам говорю), это означает, что Вас похвалили и желают Вам успешного творческого развития. Тем у кого "всё плохо" не говорят "надо бы доработать", там легче вообще махнуть рукой. Желаю Вам удачи в творчестве! Рада знакомству!
Уважаемая Елена, спасибо, что высказали свою точку зрения, но от предложенного Вами «смягчающего» – откажусь. Устроители этого международного конкурса разберутся. Могу выложить рассказ «Шанс», а проще – беседа двух случайных людей, на свою страничку. Признателен Вам и другим коллегам, оставившим свой отзыв.
Александр, много Вы перевернули в своей душе, когда писали этот рассказ. Он трогает читателя, заставляет сопереживать и думать. (+). Удачи Вам, самого доброго!
Уважаемая Людмила, спасибо Вам, что решились написать мне свой отзыв. После того, как по моему рассказу-исповеди одинокого и неизлечимо больного старца, прошлась не интересующаяся чужим мнением, самоуверенная «дама», вооружённая «дыроколом», оставив за собой лишь «черную дыру», и при этом, подчеркнув радость от знакомства со мной, я уже не надеялся на другие отзывы. Видимо, она, впитавшая заокеанскую культуру, где не считается нужным приводить факты и аргументы в обвинительной речи, но зато теперь можно применять карательные санкции, так представляет себе этот мир. На этом конкурсе «Неисправимая ошибка», как раз и открываются жизненные случаи, когда человек совершает роковую ошибку, даже в своих суждениях. По жизни мне много пришлось терпеть лишений и в такие моменты, слова песни «Надежда»: …надо только выучиться ждать…, сами начинали звучать в моей голове. После выхода моей книги, коллеги по работе по-иному начали меня воспринимать, и «потянулись», высказывая свои жизненные проблемы, желая получить конструктивный совет. И в какой-то момент я понял: Пишущий человек, сам может и, не ведая того, переступает какую-то невидимую черту, за которой он должен и обязан быть не только Человеком, но и поддерживать окружающих словом и делом. Я рад Вашей поддержке Людмила.
Загрузка...