Смерть Вани Гоги.

675

© СМЕРТЬ ВАНИ ГОГИ

Ваню знал весь город. Длинный, нескладный, с засунутым за пояс пустым рукавом, (умудрился еще в детстве потерять правую руку), с раннего утра околачивался он на рынке, предлагая людям свой товар, небольшие картинки со всевозможными сюжетами, написанные акварельными красками.

Здесь были и сельские пейзажи, и различные натюрморты, и портреты с томными красавицами, возлежащими на персидских коврах в соблазнительных позах. В общем, товар был на все вкусы. Цена каждой картинки, независимо от ее содержания, равнялась стоимости бутылки водки.

Громкий хриплый голос Вани Гоги легко перекрывал шум толпы, зазывая покупателей. Надо отметить, что товар этот имел успех у определенной части рыночной публики и расходился довольно быстро.

До одиннадцати часов Ваня Гога успевал сбыть его большую часть, собирал остатки в старый дерматиновый чемодан и покидал рынок с чувством выполненного долга. Уже через полчаса он восседал в глубине небольшого дворика во главе компании приятелей. На импровизированном столике, застеленном газетой, стояли бутылки с водкой в окружении нехитрого закуся.

Текла неторопливая беседа за жизнь и за политику. Мужики вдумчиво, между опрокинутыми стопками, перемывали косточки президентам и членам правительства, матюкали олигархов и, как не удивительно, говорили за искусство. Ваню Гогу все уважали и за искусство говорили только лишь потому, что этого хотел он.

А уважали его за то, что пил он всегда за свои, за кровные и других угощал не скупясь. За то, что до бормотухи никогда не опускался. А кличка Ваня Гога родилась в один из дней именно здесь. После какой по счету выпитой бутылки, уже никто не помнит. Но причина для этого была.

Ваня Гога часто рассказывал мужикам одну и ту же историю про то, как жил когда-то в стародавние времена далеко за границей великий Ван Гог. И что жизнь его как две капли воды была похожа на его, Ванину жизнь. Только у того Гоги не было уха, а у Вани нет правой руки. А в остальном все совершено одинаково. Тот тоже рисовал, так же пил с горя, потому что не признавали, так же жестоко был обманут бабами и только после смерти его оценили и признали гением человечества. И картины его сейчас стоят миллионы долларов.

Пили много. Но под конец застолья Ваня всегда начинал трезветь, наливался хмурой решительностью, поднимался и отправлялся домой творить для истории. Он действительно по вечерам что-то делал возле огромного фанерного щита в пустой комнате своего покосившегося домишки. Ходили слухи, что действительно когда-то учился Ваня Гога на художника и даже числился в талантах. На этом слухи обрывались. При всей своей простоте и общительности оставался Ваня Гога загадочной личностью.

Работал он обычно по понедельникам, когда рынок был закрыт. И во время работы почти не пил. Бутылку водки растягивал на весь рабочий день. Для приятелей Гоги этот день был черным. Они хмуро сидели на излюбленном месте, молча плевали на высохшую землю и крутили в пальцах самое дешевое курево. А Ваня творил на потребу рынка. Быстро и много, чтобы товара хватило на всю неделю.

Так вот и жил Ваня Гога, день на потребу рынка, а в остальные дни, по вечерам, для собственной мировой славы. А между ним и этой мировой славой протекал ручей, по которому бежала зловонная жидкость с кожзавода. В один из воскресных вечеров возвращался он домой, стал переходить через мосток, потерял равновесие и свалился. Ничего бы не случилось, глубины в том ручье чуть больше чем по колено, но держал Ваня в единственной своей руке ту самую бутылку водки, которую приберегал на рабочий понедельник. И не смог психологически выпустить ее, чтобы опереться и встать на ноги. Так и держал ее над собой, пока не захлебнулся. Бутылку эту немного погодя распили мужики за упокой его души.

Похоронили его за государственный счет, наследников у Вани не нашлось. Да и наследства-то никакого не осталось. Разве что тот самый фанерный лист, на котором он творил для мировой истории. Когда стянули с листа мешковину, то увидели, что он совершенно чистый.

Скоро про Ваню Гогу все забыли. Кроме мужиков-приятелей. Те долго вспоминали с грустью о дармовой выпивке. Но про искусство уже никогда не вспоминали.

Оцените статья

+9

Оценили

Татьяна Ларченко+1
Ольга Михайлова+1
Лидия Павлова+1
ещё 6
Сколько таких талантов по России гибнет не счесть .Мой+.
Прочтите, пожалуйста, мой отзыв. Жаль, что такой замечательный рассказ не попадает в конкурсную гонку. Вы, почему-то, как Ваш герой рассказа прекратили бороться. Так нельзя. Мы все поставлены в рамки - 3500. В вашем рассказе гораздо больше знаков. Еще не поздно отредактировать. Мой +
16:33
Павел, поддержу Яну: сократите текст, Ваш рассказ обязательно должен участвовать в конкурсе! Удивляюсь, почему пока так мало откликов. Когда пишут про любовь-морковь, про семейные отношения и прочие бытовые темы, конечно, это легче для восприятия и все спешат отметиться в комментариях. А здесь серьезная, глубокая тема -- о том, кто такой творец/художник, о его одиночестве, о картинках, которые он малевал для публики и о его настоящем творении на фанерном листе... О водке, которая сгубила, а могла быть не водка, что-то другое -- таланты очень уязвимы!.. "Искусство уже больше никогда не вспоминали". Рассказ аллегоричен и очень жизненнен. Мой +.
11:05
Павел, очень рада, что прислушались к нам и сократили. На мой взгляд, рассказ от этого только выиграл -- стал ярким, выпуклым. И новая деталь добавилась: "Когда стянули с листа мешковину, то увидели, что он совершенно чистый". По-моему, в предыдущей версии этого не было. Наводит на размышления... Удачи в конкурсе!
16:37
Замечательный рассказ! Жалко,парня.Успехов в конкурсе!+
05:33
Типично для России. Раз талант, то горький пьяница с доброй душой. Автору +
23:31
Замечательный рассказ! На мой взгляд, имеет все шансы на призовое место. Пожалуйста, сократите его до 3500 знаков. Удачи вам в конкурсе, Павел! Большой +
Загрузка...