Одержимость

696

Знаю, скоро. Скоро бесы совсем отпустят меня. Всё реже мне приходится опускать голову под воду и выплевывать из себя слова. Еще немного и я перестану быть одержимым….

Я это знаешь, когда понял? Тогда, после чтений. Подошел ко мне один молодой такой, «со взором горящим». Дайте, говорит, автограф. Я, как положено, спрашиваю имя, на бумажке расписываюсь. А он бормочет, что я — лучший, что мои произведения ему мир перевернули и жизнь изменили. А глаза безумные такие, вполне верится, что и жизнь, и мир. Мне тогда так страшно стало: передается-то одержимость. Передаю я ее…

Подумать только, когда-то я этому радовался! Прибегал, помню, домой, даже обувь не успевал снять — через всю комнату к столу. Ноутбук загружается, а я сижу, ногти грызу в нетерпении. Иногда даже не выдерживал и начинал на листе сокращеньями писать — лишь бы не потерять ни строчки. Лишь бы наваждение это не пропало. Только потом понял, какое оно цепкое: хватает за горло и живот крутит. Не отпустит, пока все для него не сделаешь. Я сутки не вставал из-за стола, а то и двое, о сне и не вспоминал. Знаешь, все пишут: «Что делать, вдохновение ушло, ах, исписался!?» Ты не представляешь, как я его гнал от себя. Мысли эти… Даже снотворное пил. Но нет, не помогает…

От него никуда не скрыться: набухает в животе и рвется наружу. За мной гонится вдохновение. Сначала намеком сюжет, потом один за другим прорезаются герои, характеры, ситуации. Я знаю каждого в лицо, вплоть до жестов, они рвутся, выкручивая мне суставы, они кричат во мне, стремятся наружу. Я теряю сон и аппетит, у меня трясутся руки, как у торчка, только что купившего дозу. Когда они побеждали, я хватал первое попавшееся — бумагу, салфетку, блокнот и писал-писал-писал, пока не падал от усталости, ставя последнюю точку. Они опасны, бесы в моей голове. Они рождаются сами и используют мое тело, как инкубатор. Их зародыши – слова, их побеги — символы на бумаге. Они несут заразу дальше: кто прочтет, тот одержим. Когда я решил, что с этим надо бороться, я придумал набирать в ванну холодной воды, опускать в нее голову и выкрикивать слова. Топить бесов. Отпускало….

— … И он отмахивается: «Ты же на самом деле так не считаешь! А как же творчество, как же свершения?» А я говорю: «Если хочешь серьезно, я так спрошу: кому эти твои свершения нужны?» Он пальцем показывает вверх. А я головой качаю: «Ха-ха,» — говорю. «Кому там понадобятся наши нелепые дерганья? Послушай! Я могу что-то делать, а могу ничего не делать, но это нужно только мне и никому другому!» У него глаза округляются, я его понимаю, только-только его свершение состоялось – альбом записал, как-то неудобно получается, будто я против. Будто я его работу перечеркиваю своим отношением. «Надо бежать,» — говорит. Так как будто в шутку что ли.

— Угу.

— Нет, ну ты скажи, я что, неправ? Ну, ты кого поддерживаешь?

— Конечно, я тебя поддерживаю. Дай только поспать еще полчаса.

Оцените статья

+4

Оценили

Анна Штомпель+1
Николай Литвинов+1
Николай Лыков+1
ещё 1
23:07
КАРТИНКУ В КОММЕНТАРИИ! ТАКОВЫ УСЛОВИЯ КОНКУРСА! УДАЧИ!+
11:57
Спасибо!
11:37
Очень интересная трактовка творческого процесса! Мой +
11:57
Спасибо!
Отличный рассказ мой+.
00:25
Спасибо большое!
Загрузка...