Огнетушитель

Вскоре после окончания школы, будучи еще в 17-летнем возрасте, впервые устраивался я на работу. Направили меня из отдела кадров отдел по технике безопасности — пройти инструктаж.

Инженер то ТБ встретил меня очень хорошо, расспросил, поговорили вначале о том, о сем. В процессе последовавшего за беседой инструктажа инженер спросил, умею ли я пользоваться огнетушителем. Я самонадеянно ответил, что умею, хотя как им пользоваться, имел на самом деле весьма смутные представления. Следующий вопрос был таким: а каким же образом им пользоваться?

Я принялся лихорадочно вспоминать все, что было известно мне на эту тему, однако всплыли лишь отрывочные познания. Надо было тогда хорошенько подумать, собравшись с мыслями. Но от некоторой растерянности озвучил я почему-то первое, что пришло в голову; возможно, ответ, выданный мною, таился в глубинах подсознания.

А в голову пришло только одно: эпизод из романа Ильфа и Петрова «12 стульев». В вольном моем пересказе некоторые детали этого эпизода я и озвучил, конкретно — ту его часть, которая касается обращению Остапа Бендера с огнетушителем, без ссылки на источник моих познаний, конечно. Дело том, что знаменитый роман «12 стульев» на тот момент являлся настольной книгой инструктируемого и многие его эпизоды я хорошо помнил.

Остановили меня внезапно округлившиеся глаза инженера по технике безопасности. Сразу дошло, что говорю что-то не то. Действительно, не то: события, описанные в романе, произошли в конце 1920-х, полвека назад, сейчас же — конец 1970-х. Все изменилось, и принцип работы огнетушителей теперь иной. Здравые мысли осенили меня с большим опозданием, так поздно, что известная пословица «Лучше поздно, чем никогда» в данном случае, к сожалению, неуместна.

Между тем заметил я, что продолжение нашего разговора стоило инженеру значительных усилий. Глаза его сверкали от едва сдерживаемого смеха; инструктаж он завершил с видимым трудом, задержав меня ненадолго — наверно, силы его подходили к концу.

Когда я прослушал инструктаж, в том числе действительные правила пользования огнетушителем, и вышел, за притворенной мною дверью раздались какие-то странные звуки, похожие и на сдавленные рыдания, и на стоны одновременно. Похоже, инженер только и ждал моего ухода, перестав удерживать охватившие его эмоции: они выплеснулись наружу, хотя и в несколько приглушенном виде; подозреваю, что на недостаточно приглушенные таковые звуки сбежался бы весь коллектив конторы.

Потом уже, будучи дома, раскрыл на нужной страничке книгу Ильфа и Петрова и вновь прочел эпизод, в котором Остап проверяет огнетушитель: «… снял «Эклер» со ржавого гвоздя, повернул его острым концом к полу, без предупреждения разбил капсуль и быстро повернул конус кверху. Но вместо ожидаемой пенной струи конус выбросил из себя тонкое противное шипение, напоминавшее старинную мелодию «Коль славен наш господь в Сионе». Нет, ни про ржавый гвоздь, ни про старинную мелодию я в отделе по технике безопасности не сказал ни слова, упомянув лишь технические действия, но и этого оказалось достаточно. Сложно передать всю гамму чувств, испытанных мною…

А каково же было инженеру?!

Оцените статья

+4

Оценили

Николай Лыков+1
Майя Симонова+1
Александр Шайкин+1
ещё 1
Пусть и дома, и на работе техника безопасности будет в почете.
07:27
Рассказ хорош! Правда, я первый раз слышу, что где-то по-настоящему инструктаж проводят. Анекдот, да и только!
Загрузка...