Искусство психологического пения Василия Святкина

Искусство психологического пения Василия Святкина
Фото взято из личного архива Василия Святкина

Им восхищаются как певцом и актером, с уважением относятся к его педагогическому таланту, ценят как шахматиста и человека, относящегося к жизни и к людям не поверхностно, а честно, искренно. Такие, как он, живут не на авось. Такие, как он, не всегда и не для всех удобны. Есть в нем редкая по сегодняшним временам основательность, мощь истинно русского характера. Есть и доброта, и сопереживание, непоказные, нелакированные, настоящие.

Заслуженному артисту России, народному артисту Самарской области Василию Святкину исполняется шестьдесят лет, тридцать из которых отданы его единственному театру – Самарскому академическому театру оперы и балета имени Дмитрия Шостаковича.

Евгений ХОХЛОВ, художественный руководитель и главный дирижер Самарского академического театра оперы и балета имени Д. Шостаковича:

– На первом спектакле «Князь Игорь», увиденном в Самарском академическом театре оперы и балета, я испытал невероятное эмоциональное потрясение! Партию главного героя пел Василий Святкин. Это был подлинный князь: стать, величавость, вера в Отечество и в народ! Его голос покорил меня потрясающей красотой, удивительным, неповторимым тембром с богатством оттенков и красок! Вскоре я получил возможность совместного музицирования с ним. Никогда не забуду его Риголетто, Мизгиря, Жермона! Любая роль в его исполнении – всегда законченное, правдиво прожитое целое. Именно поэтому его пение так глубоко трогает не только слушателей, но и нас, музыкантов, которым посчастливилось работать с таким поистине уникальным певцом!

Александр ИГНАШОВ:

– Напутствуя молодых актеров, председатель Союза театральных деятелей, народный артист России Александр Калягин все чаще говорит о том, что в жизни артиста главное – не стремление к успеху и даже не стойкость под ударами нелегкой актерской судьбы, а сохранение самого себя, своих души и сердца. Казалось бы, певец поет по нотам. Все так и не совсем так. Он поет не только голосом, но и душой, сердцем, характером, интеллектом.

Судя по послужному списку Василия Николаевича Святкина, он спел едва ли не все лучшие баритональные партии мирового оперного репертуара. Возможно, что-то прошло мимо него. Знаю, что он мечтает о партии графа ди Луна в «Трубадуре» Верди. Судьба актера, как известно, зависит от стечения многих обстоятельств: от репертуарной политики театра, от встречи или невстречи со своим режиссером, от того, стал театр твоим домом или нет. В этом плане Василию Святкину повезло. Но везунчиком он никогда не был, всегда много работал, в том числе и над собой.

Одну из наших бесед о жизни и об искусстве я с согласия Василия Николаевича записал на диктофон. Свои реплики из расшифровки этой записи я убрал: главное не в том, о чем и как я спросил, а в том, о чем размышляет накануне своего 60-летия Василий Святкин.

Василий Святкин.

Баритон, заслуженный артист России, народный артист Самарской области, лауреат международного музыкального фестиваля «Россия-Италия», четырехкратный лауреат губернского профессионального конкурса «Самарская театральная муза».

В 1989 году окончил Куйбышевский государственный педагогический институт, с 1993 года – солист Самарского академического театра оперы и балета. Среди исполненных партий: Джанни Скикки – «Джанни Скикки» Дж. Пуччини, Шонар – «Богема» Дж. Пуччини, Шарплес – «Мадам Баттерфляй» Дж. Пуччини, Риголетто – «Риголетто» Дж. Верди, Жорж Жермон – «Травиата» Дж. Верди, Амонасро – «Аида» Дж. Верди, Сильвано – «Бал-маскарад» Дж. Верди, Князь Игорь – «Князь Игорь» А.П. Бородина, Эскамильо – «Кармен» Ж. Бизе, Онегин – «Евгений Онегин» П.И. Чайковского, Мизгирь – «Снегурочка» Н.А. Римского-Корсакова, Белькоре – «Любовный напиток» Г. Доницетти, Грязной – «Царская невеста» Н.А. Римского-Корсакова, Эбн-Хакиа – «Иоланта» П.И. Чайковского, Тигеллин, Претор, Авидий Гиспо – «Сервилия» Н.А. Римского-Корсакова, Алеко – «Алеко» С. Рахманинова, Тень Вергилия – «Франческа да Римини» С. Рахманинова, Князь Михайла Воротынский, архиепископ – «Видения Иоанна Грозного» С. Слонимского, Збигнев – «Страшный двор» С. Монюшко, Дон Андреас ди Рибейра, Князь Орловский – «Летучая мышь» И. Штрауса, Дребеднев – «Москва, Черемушки» Д. Шостаковича, Старый могильщик – «Гамлет» С. Слонимского. Также в репертуаре партии баса в «Реквиемах» Верди и Моцарта, народные песни, романсы, сольные партии в симфонических произведениях.

Неоднократно пел на сценах театров Москвы, Санкт-Петербурга, Волгограда, Ульяновска, Саранска, Саратова, Оренбурга, Воронежа, Красноярска и других городов России. В составе труппы театра и в качестве солиста других коллективов выезжал на гастроли в США, Великобританию, Италию, Таиланд, неоднократно – во Францию и Германию. В 2016 году выступил на XXII Национальном театральном фестивале «Золотая Маска» в опере П.И. Чайковского «Пиковая дама» в партии Томского. В 2021 году выступил на VI Фестивале музыкальных театров России «Видеть музыку» в опере С. Прокофьева «Любовь к трем апельсинам» в партии Леандра.

В 2005-2012 годах – приглашенный солист Московского театра «Новая Опера» имени Евгения Колобова. Солист Новокуйбышевской хоровой капеллы «Аура» имени Александра Пахомова.

Василий СВЯТКИН, заслуженный артист России, народный артист Самарской области:

– Даже не верится, что тринадцатого июня 2023 года исполнится ровно тридцать лет с того дня, когда я был принят в оперную труппу моего родного, единственного в жизни театра. В годы моей сценической юности на сцене нашего театра пели такие выдающиеся личности, как Владимир Павлович Киселев, Анатолий Яковлевич Пономаренко, Виктор Михайлович Черноморцев, Зураб Идрисович Базоркин, Семен Григорьевич Касаткин, Валерий Григорьевич Бондарев, великолепные Таня Протопопова, Надя Ильвес, Валя Анохина, Таня Жукова. Я с восхищением смотрел на то, как они служат театру!..

Родился и вырос я в Новокуйбышевске. Мои родители не имели отношения к искусству. Я благодарен им за все, что они дали мне, моим братьям, сестре. Семья у нас большая. Наш дедушка Василий Кириллович Святкин был кузнецом. Он говорил нам то, о чем писал Достоевский: «Делай, что должно, и не жди за это награды. Можешь человеку помочь – помоги, а не можешь – извинись». С этим отношением к жизни, к людям, к делу я и живу. В 1976 году, когда я начал учиться в седьмом классе, пришел к Александру Ивановичу Пахомову в только что созданный им академический хор, ставший затем носящей его имя хоровой капеллой «Аура». Какие феноменальные, природные голоса звучали в его хоре! Я не мог поверить, что так поют учителя, электросварщики, слесари, инженеры! Он находил и раскрывал голоса!..

У меня нет специального оперного образования. В театр оперы и балета меня пригласил Борис Александрович Рябикин. Зная о моем непрофильном высшем образовании, он сказал на художественном совете: «Актер, выходя на сцену, должен демонстрировать диплом о музыкальном образовании? Он должен петь!» Я – певец-самоучка с дипломом учителя истории.

Музыку и историю я люблю с детства. После окончания школы я не поступил в Ленинградскую консерваторию. Позже узнал почему. Пел на вступительных испытаниях я хорошо, но меня не поделили два преподавателя и, чтобы я не достался ни одному из них, что называется, «зарубили». В хоре у Александра Ивановича Пахомова я пел уже четыре года, пел и сольно, чувствовал, что пою хорошо, был уверен в себе. Случившимся я был ужасно расстроен! Папа не хотел, чтобы я был певцом. Он видел меня юристом или хирургом. Мама, чтобы не вносить диссонанс, поддерживала папу. С другой стороны, родители понимали, что не могут распоряжаться судьбами детей, каждому из нас говорили: «Решил – делай! Если не получилось, не жалуйся!» Помню, как, провалив поступление в консерваторию, я вернулся домой. Ночь. По моему виду все всё поняли. Ни папа, ни мама, ни старшие братья, ни старшая сестра не сказали ни слова. Месяц я не выходил из дома, мне было стыдно перед людьми, перед родным городом. Внутри я не сломался. Читал, разбирал шахматные задачи. Еще в школе я получил первый взрослый разряд по шахматам, были у меня два кандидатских балла. Шахматы – еще одна моя любовь! Я перестал участвовать в турнирах, когда пришел в театр: расписания репетиций и спектаклей не совпадали с графиками шахматных партий.

Через месяц – звонок в дверь. Александр Иванович позвал меня в хор, группа певцов которого пела в новокуйбышевском загсе во время бракосочетаний. Так я вернулся к пению. Поступив в техническое училище №14, я учился на электромонтера подстанций высокого напряжения. Окончив училище, успел до призыва в армию четыре месяца поработать в электроцехе ремпроизводства нефтеперерабатывающего завода. Замечательные люди были в нашей бригаде! Два года прослужил я в Реутово, в отдельной мотострелковой дивизии особого назначения имени Дзержинского.

Вернулся я из армии осенью, поступил на рабфак пединститута, по окончании которого был принят на исторический факультет. В армии я был секретарем комитета комсомола роты, три года в институте – внештатным заместителем секретаря комитета комсомола по идеологии. На четвертом курсе перевелся на заочное обучение и два года работал в штате пединститута секретарем комитета комсомола. От предложения пойти на партийно-советскую работу отказался, хотел преподавать в школе. Вернувшись в родной Новокуйбышевск, вел в день по шесть-восемь уроков в школе №15 и был этому рад. Я был классным руководителем в классе, где у ребят по дисциплине были не двойки, а нули, если не минусы! Общий язык с ними я нашел, дисциплину подтянул. Начальник городского отдела народного образования Николай Иванович Ферапонтов предложил мне стать директором либо седьмой, либо шестнадцатой школы, дал сутки на размышление. Пошел я к своему бывшему классному руководителю, Валентине Ивановне Иваненко, за советом. Она говорит: «Иди в шестнадцатую школу. Ее Ферапонтов строил, подбирал педколлектив, достойный преподавания в вузе. В этой школе ты многому научишься». Так и произошло. В школе были свое телевидение, два спортивных зала, пятидесятиметровый тир, освещаемый стадион, компьютерный класс, который я оснастил первыми компьютерами IBM. Сейчас эта школа стала гимназией №1. Кстати сказать, в школе я создал педкласс, занятия в котором вели преподаватели пединститута. Все ученики из этого класса поступили в вузы!..

Работая директором школы, я пел в хоре у Александра Ивановича Пахомова. В 1991 году спел партию баса в «Реквиеме» Моцарта, через год начал учить партию баса в «Реквиеме» Верди. С концертным хором пединститута и с оркестром Самарской государственной филармонии в апреле 1993 года мы дали концерты в филармонии, а затем уже в Новокуйбышевске, во Дворце культуры. На концерте в Самарской филармонии меня услышали Борис Александрович Рябикин и Владимир Федорович Коваленко. Певший с нами Сергей Шамшин через несколько дней передал мне приглашение на прослушивание в театр. Конечно, я волновался. Прихожу в театр, меня проводят в кабинет главного режиссера. Пою арию князя Игоря, аккомпанирует мне сам Рябикин. Я не знал, что в свое время он был концертмейстером в Большом театре. Предлагают мне пройти на сцену. В зале – художественный совет театра. Пою. От волнения вдруг беру в одном месте теноровую ноту. Остановился и говорю: «Извините». Из темного зала мне в ответ: «Продолжайте!» Спел. Худсовет удалился на обсуждение, после которого меня пригласили войти в оперную труппу театра. Помню, как изменилось лицо Бориса Александровича Рябикина, когда я сказал ему, что подумаю. Дело было в том, что тогда же Александр Иванович Пахомов привозил наш хор в Санкт-Петербург, мы заходили в консерваторию, где, прослушав меня, заведующий кафедрой сказал, что, конечно, примет меня, но я уже готовый певец и могу петь в театре. Шестнадцатого июня 1993 года вышел приказ о моем зачислении в Самарский академический театр оперы и балета, в мой родной, единственный в жизни театр.

В каких городах и странах я бы ни пел, сколько бы лет ни сотрудничал в Москве с «Новой оперой», желания покорить Москву или Санкт-Петербург у меня не было. Восемь лет я был приглашенным солистом в театре «Новая опера». Хор в «Новой опере» был, на мой взгляд, лучший в стране. Когда я услышал в их исполнении «Ноченьку» в «Демоне», то от впечатления забыл вступить! Главный режиссер «Новой оперы» Валерий Васильевич Раку предлагал мне сменить Самару на Москву. В то время у меня болел папа, да и мама уже была в возрасте, и я не мог уехать от них. Позже приглашала меня в «Михайловский театр» возглавлявшая в нем оперную труппу Елена Васильевна Образцова. Но вскоре она ушла из Михайловского театра, а без нее я не видел смысла выходить на питерскую сцену. От судьбы, как говорится, не уйдешь. С самарской оперой связана вся моя жизнь. Еще школьником я ездил из Новокуйбышевска на спектакли, которые и по сей день в моей памяти.

Для меня важны профессиональный уровень театра и человеческая атмосфера в нем. Не секрет, что в некоторых театрах артисты годами не общаются друг с другом. У нас этого не было и нет. Я стараюсь поддерживать заложенные нашими корифеями традиции. Если традиций нет, в театре можно что-то сделать, но создать ничего нельзя.

Помню, как зрительный зал буквально рыдал от переживаний во время исполнения партии Ивана Сусанина Владимиром Павловичем Киселевым, как пела партию Кармен Валя Анохина, как, несмотря на болезнь, она приходила помочь мне с Сережей Шамшиным войти в «Кармен». Надю Ильвес я всегда называю моей любимой княгиней. Не знаю, каким был бы без нее мой князь Игорь…

Пять лет я преподавал в институте культуры, старался не только поставить начинающим певцам голос, но и объяснить, что петь надо не ради стремления поразить публику красотой звука. Почему в Италии и в царской России в консерватории первые три года пели только вокализы? Потому что занимались приведением в порядок дыхания, развитием голоса. И только потом начинали осваивать оперные партии. При том, что арии шестнадцатого-семнадцатого веков кантиленны, как и вокализы. Не случайно Лучано Паваротти говорил, что победил в своем первом международном конкурсе потому, что так учился петь.

Важно донести до слушателей смысл того, о чем размышляет, о чем страдает или чему радуется сценический герой. Оперу ходят не только слушать, но и смотреть. Концертное исполнение и спектакль значительно отличаются по эстетике и стилистике. Не каждому дано на одном художественном уровне петь в операх Чайковского и Шостаковича, Слонимского и Доницетти. Мне, например, близка музыка Верди. Еще в детстве по радио я слушал, как Риголетто пел народный артист СССР Алексей Иванов. Для меня это был шок! Но шок счастливый! Музыку Верди я ощущаю и душой, и на физиологическом уровне.

Актерская профессия зависима. В спектакле мы существуем в рамках созданного режиссером сценического решения. Мне важно, чтобы создающий спектакль режиссер не увлекался поиском новых форм ради собственного самовыражения. Помню, как скрупулезно работали с нами над сложнейшими «Видениями Иоанна Грозного» Мстислав Ростропович и Роберт Стуруа. Это был спектакль поистине мирового масштаба!..

Я согласен с Муслимом Магометовичем Магомаевым, считавшим, что жизнь не замыкается на театре, что на сцену мы переносим все, чем полна жизнь. Для меня жизнь – это и театр, и моя семья, и мои друзья, и лодка на Большом Черемшане, и любимая история, книги, шахматы…

За эти без малого три десятка лет на оперной сцене многое изменилось и в театре, и за его пределами. Жизнь не стоит на месте. Мы живем в другой стране. В театр приходит другая публика. Мне нравится, что в нашем зрительном зале все больше молодежи. Театральное искусство не развлекает, оно одухотворяет, очищает душу!

Д. Телегин «Баритон без выходных», газета «Волжская коммуна», Самара, 7 мая 2011 года:

«Режиссер Юрий Александров пригасил баритона из Самары для исполнения заглавной партии в столичной версии «Князя Игоря». Что не было для Святкина сюрпризом, с театром «Новая опера» он сотрудничает уже не первый год. Премьера московского «Князя Игоря» состоялась примерно через месяц после самарской. И теперь Василий Святкин поет в обеих постановках. Самарский спектакль – светлый, радостный. В «Новой опере» режиссер отталкивался от темной натуры человека. Но оба варианта интересны!»

Т. Богомолова «Для вокалиста главное – не голос», газета «Волжская коммуна», Самара, 16 мая 2012 года:

«В камерном зале Самарской филармонии в рамках проекта «Звезды России – юным талантам Самарской губернии» состоялся мастер-класс заслуженного артиста России Василия Святкина. Один из советов, который он дал начинающим исполнителям, состоял в том, что надо учиться правильно обращаться с голосом, и тогда можно петь до самой старости, как пели Козловский, Лемешев, Паваротти. Начинающим вокалистам не надо форсировать звук, не надо брать слишком высокие или низкие ноты. Певец должен доносить слово. Нет слова – нет характера».

П. Поспелов «Фестиваль «Золотая маска» открылся «Пиковой дамой» Самарского театра оперы и балета», газета «Ведомости», Москва, 7 февраля 2016 года:

«Музыкальный театр из Самары впервые на «Золотой маске». Этот визит – знак наступления нового этапа. Поставил «Пиковую даму» Михаил Панджавидзе – режиссер с большим постановочным опытом в регионах и республиках. Крепко ведут роли Василий Святкин (Томский) и Георгий Цветков (Князь Елецкий). Оркестр с хором звучат аккуратно и прозрачно. Дебют самарцев задал начавшемуся фестивалю отличную планку».

Д. Морозов «Истомленные квартирным вопросом», журнал «Музыкальная жизнь», Москва, №12, 2016 год:

«Ставить сегодня «Москву, Черемушки» – задача не слишком благодарная. Предпринимались постановки в Москве и Петербурге, но удачными их не назовешь. Идея режиссера Михаила Панджавидзе была дерзкой. Отлично исполняет музыку Шостаковича оркестр, ведомый талантливым Евгением Хохловым. Многие из участников спектакля засверкали в нем новыми гранями дарований. Это и ветеран театра Валерий Бондарев (Барабашкин), и мастера среднего поколения – Андрей Антонов (Бабуров) и Василий Святкин (Дребеднев)».

М. Кривицкий «Под соусом иронии», журнал «Музыкальная жизнь», Москва, 27 сентября 2017 года:

«Абстрактные декорации, почти что черно-белая цветовая гамма. Что это? Итальянский неореализм Феллини? Перед нами довольно редко исполняемая опера Пуччини «Джанни Скикки». Василий Святкин – ведущий баритон Самарского театра. Его Джанни Скикки – скорее купец, нежели прохвост, бывалый человек… Можно сказать, что спектакль вполне вписался в контекст и оказался достоин сцены «Геликон-оперы», оказавшей гостеприимство самарским коллегам».

М. Мжельская «Певец самарской земли», «Свежая газета. Культура», Самара, №18, 2017 год:

«Высокий, крепкого телосложения, Василий унаследовал от предков-поморов большой голос и основательное отношение к любимому делу. В его семье пели все. Род Святкиных – из старообрядцев, переселившихся в Самарский край в конце ХVII века. В библиотеке, где работала мама, Василий переслушал все записи Шаляпина. Он стал внимать пению итальянских певцов с крепкой вокальной школой – это помогло тренировать свой певческий аппарат в верном направлении. Постепенно голос Василия обрел округлость и красоту, ему покорились нижний и верхний регистры. От великих русских певцов-актеров он впитал то, что называют искусством психологического пения».


Публикацию подготовил Александр ИГНАШОВ
Использованы фото из архивов Василия Святкина и Самарского академического театра оперы и балета.

Оцените статья

0
Нет комментариев. Ваш будет первым!