Сам летал, других учил летать… Петр Хмурый

2451
Сам летал, других учил летать… Петр Хмурый

В Сызрани этого человека знают, можно сказать, все. Петр Максимович Хмурый, летчик, ветеран Великой Отечественной войны, заместитель председателя Сызранского городского комитета ветеранов войны и военной службы. В 2013 году единогласным решением Думы городского округа Сызрань ему было присвоено звание Почетного гражданина города.

В свои 93 года Петр Максимович по-прежнему полон сил и оптимизма, активно участвует в патриотическом воспитании детей и молодежи.

Николай ПОТАПОВ, председатель Сызранского городского комитета ветеранов войны и военной службы:
– Петр Максимович Хмурый – из тех людей, которые всегда на боевом посту. Порядочный, исполнительный, доброжелательный человек, спокоен в тех ситуациях, в которых другой растерялся бы, начал бы роптать, паниковать. У Петра Максимовича огромный профессиональный и житейский опыт. Он является и для меня, и для всех ветеранов в Сызрани настоящим примером.

Иван ЕРМОЛАЕВ, ветеран Великой Отечественной войны:
– Петр Максимович – очень обаятельный человек. Я в лучшем смысле этого слова завидую его оптимизму. Нельзя передать словами, какую колоссальную пользу он приносит в патриотическое воспитание детей и молодежи.

Внуки посвятили Петру Максимовичу такие поэтические строки:

Не стареешь ты, не стареешь.
Сердце меряй не на года.
Это ты потому седеешь,
Что немало перевидал.

Сколько раз ты в тумане мглистом,
Охраняя наш край, летал.
След оставила серебристый
На висках твоих высота…

Петр Максимович Хмурый родился и вырос на Ставрополье, в селе Новокиевское. Родители были передовиками колхозного труда. Жили небогато, но дружно. Петр начал работать с восьми лет – сначала в поле, затем на кирпичном заводе.

Петр ХМУРЫЙ, Почетный гражданин г.о. Сызрань, ветеран Великой Отечественной войны:
– 1939 год. Учился я в средней школе, в десятом классе. Сдаем экзамены, а над нашими окнами пролетел и сел самолет ПО-2. Мы выпрыгнули из окон, побежали к самолету. Летчик смеется: «Прокатиться хотите? Тогда с вас пять рублей». Я бегом домой! Где взять денег в колхозе? Я к одному дяде бегу, к другому, нашел пять рублей. Вернулся, сел в самолет, взлетели мы над селом. Какая прелесть! У меня дух захватило! Когда приземлились, я, чтобы летчик не видел, написал на плоскости свои имя и фамилию. Решил, что обязательно сам буду летать!

Неудивительно, что по комсомольской путевке Петр был направлен на учебу в Нальчик, в аэроклуб. Летом сорокового года стал курсантом Сталинградского военно-авиационного училища, в 1941 году на истребителе И-16 выполнил 22 самостоятельных полета.

Фронт приближался к Сталинграду. Летчики улетели на самолетах в тыл, в Казахстан, а курсанты остались в городе. По приказу командующего фронтом все мужское население города выступило на защиту города. Так Петр Хмурый принял боевое крещение в составе 62-й армии. Во время одной из бомбежек он был ранен в ногу, переправлен на левый берег Волги. Из госпиталя поехал в Казахстан, в родное авиационное училище.

Петр ХМУРЫЙ, Почетный гражданин г.о. Сызрань, ветеран Великой Отечественной войны:
– 1943 год. На всю жизнь я запомнил первый выпуск офицеров, младших лейтенантов. Зачитали приказ, всех младших лейтенантов тут же в самолет, в запасной полк. Мы трое стоим на плацу, о нас ни слова. Второй приказ слушаем – те, кому присвоено звание лейтенанта, остаются работать в училище инструкторами. Успел я обучить до конца войны два выпуска. Мои вчерашние курсанты проявляли чудеса героизма в небе над Польшей, Прибалтикой, Германией. Авиационный бой – это всего несколько минут. В первые дни войны основной задачей советских истребителей было прикрытие сухопутных войск от авиации противника и сопровождение своих бомбардировщиков. Немецкие истребители были нацелены в первую очередь на уничтожение наших самолетов, использовали в начале войны тактику свободной охоты за советскими бомбардировщиками и штурмовиками. Весной 1945 года фашистская авиация действовала уже в крайне невыгодных условиях. Лучшие летчики люфтваффе погибали на Восточном фронте в боях с нашими пилотами. С гордостью можно сказать, что советская школа военной истребительной авиации стала лучшей в мире.

В день капитуляции фашистской Германии Петр Хмурый выполнял плановый полет на высоте пять тысяч метров. «На посадку! Конец войне! Победа!» – скомандовал руководитель полетов. От радости Петр выпустил из своего истребителя все ракеты. А за три дня до этого он женился на любимой девушке Наде.

Людмила ЭППЛЕ, дочь Петра Хмурого:
– Более шестидесяти трех лет до смерти мамы они прожили вместе, пронесли на всю жизнь нежность и преданность друг другу. Папа для меня – это образец мужчины, образец мужа, семьянина и отца...

Сразу после Победы в числе лучших инструкторов Петр Хмурый был направлен под Ленинград, в только что созданный центр реактивной авиации. Командир полка спросил у летчиков, кто рискнет первым взлететь на реактивном истребителе, Петр сделал шаг вперед. Взлетел, почувствовал невероятную скорость. Самолет моментально набрал высоту. Когда пришло время заходить на посадку, сел, как положено, точно на букву Т. В тот день Петр Хмурый совершил два полета, потом объяснял другим пилотам, что и как. Ему предстояло обучать руководящий состав военно-воздушных сил Советского Союза, чтобы затем в своих частях они уже сами обучали подчиненных.

Пришлось Петру Максимовичу послужить и в Польше. И сам летал на реактивных самолетах, и обучал пилотов Войска Польского. Маршал Рокоссовский предлагал пяти лучшим инструкторам остаться в Польше, но московское командование настояло на их возвращении.

Петр ХМУРЫЙ, Почетный гражданин г.о. Сызрань, ветеран Великой Отечественной войны:
– День освобождения Польши от фашистских захватчиков, воздушный парад. Нам приказали пятеркой пройти так, как сейчас «Стрижи» летают, но на низкой высоте, чтобы не успели нас американцы сфотографировать, их тогда в Польше было много. Почему-то не выдержали скорость бомбардировщики, а мы на скорости в восемьсот километров их догоняем. Что делать? Нырнули ниже и на высоте метров в четыреста над трибуной пронеслись с ревом. Только сели, Рокоссовский прислал за нами машину, забрал к себе на торжественный обед, объявил благодарность, каждому в подарок вручил золотые часы.

В Саратове, где был создан второй в СССР центр реактивной авиации, Петр Хмурый летал и ночью, и днем в любую погоду. Переводиться по службе в Сызрань, в 151-ое авиационное истребительное училище поначалу не хотел. Но от судьбы не уйдешь. Закончив в Грозном высшие методические офицерские курсы, в звании майора начал служить в Сызрани командиром эскадрильи. Среди учеников Петра Максимовича была группа летчиков из ГДР. Полвека спустя немецкие коллеги разыскали своего учителя и пригласили его в гости.

Людмила ЭППЛЕ, дочь Петра Хмурого:
– Тогда уезжали на лето на летные площадки в лагеря. Всю неделю папы нет. Вся семья ждала его в воскресенье. Пеклись пироги, я любила ждать папу, посматривая с балкона. Наконец подъезжал автобус с офицерами. Открывалась дверь, входил он, большой, загорелый, с букетом полевых цветов. С ним в дом входили солнце, радость. Он обнимал маму, поднимал ее, кружил по комнате, целовал, брал в охапку меня и брата, говорил: «Боже мой, какое счастье, я дома!»

В Сызрани в 1957 году командир эскадрильи Петр Хмурый был избран депутатом Городского Совета депутатов трудящихся. Забот и проблем было немало, особенно остро стоял жилищный вопрос для офицеров авиагородка…

Общий трудовой стаж у Петра Максимовича – более 45 лет. Более четверти века работал он представителем Министерства обороны на предприятиях оборонной промышленности – контролировал качество секретной продукции ракетно-космического назначения на Сызранском заводе тяжелого машиностроения, а затем на заводе в Запорожье. Петр Максимович награжден многочисленными орденами и медалями.

Людмила ЭППЛЕ, дочь Петра Хмурого:
– Бремя ответственности за семью больше лежало на маме. Папа постоянно был на службе. Он как формировал мою ответственность к учебе? Говорил: «Будет у меня время, приду к тебе в школу на урок и посмотрю, как ты работаешь». И он пришел! Я училась в школе в четвертом классе. Помню, только начался урок русского языка, входит в класс директор, а за ним в форме мой папа. Он садится за последнюю парту и весь урок присутствует на занятиях… Однажды он вышел из дома в магазин, долго его не было, мы стали беспокоиться. Наконец вернулся, рассказал, что у подъезда на лавочке рыдал парень, не прошедший мандатную комиссию в наше училище. Папа сел рядом, расспросил, откуда тот, почему хочет стать летчиком. Понял, что у парня зов души, призвание к этому, взял его за руку, снова привел в училище и сделал все, чтобы его приняли. Потом этот человек – он уже был полковником – часто приходил к нам с благодарностью. И таких случаев было много.

Валерий ЭППЛЕ, зять Петра Хмурого:
– О Петре Максимовиче в двух словах не расскажешь! Когда у нас была лодка, ездили мы с ним на рыбалку и даже ночью. Он заядлый рыбак! Рыбачил и в Сызрани, и когда в Запорожье жил. Для меня он – второй отец.

Андрей ЭППЛЕ, внук Петра Хмурого:
– Помню, как мы с дедом ездили на рыбалку, как гуляли по городу, ели мороженое. Детские воспоминания! Я хотел быть таким, как он, неслучайно закончил авиационное училище. Дед для меня – авторитет во всем.

Людмила ЭППЛЕ, дочь Петра Хмурого:
– Когда я училась на четвертом курсе, вышла замуж, взяла академический отпуск, у меня родился сын. Нужно было заканчивать институт. Папа настоял, чтобы я продолжила учиться на дневном отделении: «Оставляй Диму нам и уезжай доучиваться!» Мама тогда болела. Он взял на себя ответственность за девятимесячного ребенка! Так продолжалось год. Люди знали: если идет мужчина с сумкой в магазин и с ребенком на руках, то это Петр Максимович со своим внуком. И сегодня дети, пятеро внуков, шестеро правнуков, если что-то у кого-то случается, идут к нему. Он всегда поймет, четко выстроит цепочку твоего поведения, объяснит, почему твой поступок привел к такому результату. Последние лет пятнадцать были тяжелыми. Мама болела, лежала, он днем и ночью находился около нее. Сейчас я очень хочу создать ему все условия, чтобы он не чувствовал себя одиноким. Папа всегда с нами. К нам друзья приходят, он всех знает, со всеми общается. Я не представляю своей жизни без него. Мне кажется, он будет жить со мной вечно. Я этого очень и очень хочу!


Александр ИГНАШОВ
При подготовке материала использованы фото из архивов Петра Хмурого и Николая Потапова.

Оцените статья

+1

Оценили

Ольга Михайлова+1
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...