Людмила Беляева. «Полифония смыслов»

4475
Людмила Беляева. «Полифония смыслов»

Вашему вниманию мы решили предложить несколько фрагментов из новой книги, посвященной истории Самарской филармонии и развитию традиций музыкально-концертной жизни Самарской губернии.

Книга под названием «Полифония смыслов» еще только готовится к изданию. Но мы сочли важным опубликовать некоторые эксклюзивные материалы из этого историко-краеведческого исследования Людмилы Ивановны Беляевой.


Предвестники

Музыкальный техникум как фабрика талантов – Оркестры в кинотеатрах – Решение найдено

… В том, что Самара в 30-е годы ХХ-го столетия обладала большим количеством замечательных, профессиональных музыкантов, уже сомнений не было. Вместо стихийно возникающих концертов-митингов революционно настроенных трудящихся стали регулярно появляться вечера классической камерной и симфонической музыки, которые обретали все большее число поклонников.

Существовал огромный спрос на серьезное, классическое музыкальное искусство. Сцены открывшихся к тому времени Клуба имени Ф.Э. Дзержинского и Дома Красной Армии, привычные залы Клуба им. Революции 1905 года и театра К. Маркса («Олимп»), небольшой концертный зал музыкального техникума – все эти площадки принимали у себя не только местных музыкантов, но и бесконечную череду гастролеров. Самару с конца 20-х в 30-е годы посещают солисты Большого театра Глафира Жуковская, Валерия Барсова, Мария Максакова, Пантелеймон Норцов, Марк Рейзен, Иван Козловский; пианисты Мария Гринберг, Лев Оборин, Яков Зак, Павел Серебряков, арфистка Вера Дулова, виолончелист Семен Козолупов. Звезды советского кино и эстрады – Теа-джаз (сокр.-театральный джаз, основанный на смеси музыки с театром, опереттой; большую роль в нем играли вокальные номера и элементы представления) под управлением Леонида Утесова и Любовь Орлова, Игорь Ильинский и певец Николай Хромченко. Такое соцветие певцов, инструменталистов, хоровых и танцевальных коллективов, артистов разных жанров эстрады не могло не отразиться на формировании художественных вкусов у населения. Планка была задана, и ее высоте театрально-концертная публика стремилась следовать во всем, «голосуя» полупустыми залами только против очевидной безвкусицы.

Большая часть концертной нагрузки ложилась на педагогов музыкального техникума и их учеников. Именно в 30-е годы это профессиональное учебное заведение переживало пору творческого расцвета. Выпускники столичных консерваторий, Московской, Питерской, Киевской, достойно представляли музыкальную элиту нашего города. Сольные и камерные концерты с их участием, благотворительные и платные, проходили не только на ведущих сценах театров и клубов. Романсы Глинки, Даргомыжского, Чайковского, Римского-Корсакова, арии и дуэты из опер русских и зарубежных композиторов постоянно звучали и в частях Красной армии, и в стенах ПТУ, в сельских Домах культуры, и актовых залах институтов.

Самара может гордиться своими земляками:

— певица А.Е. Огородникова, ученица А. Неждановой, солистка Куйбышевской филармонии, воспитавшая плеяду великолепных певцов, среди которых Г. Жуковская и Р. Ермолаева;

— С.О. Орлов, ученик А.Н. Есиповой по классу рояля и А.П. Лядова по классу композиции;

— Д.Н. Осипов, лектор-просветитель, руководитель всевозможных ансамблей и оркестров;

— скрипачи Ю.А. Судаков и А.К. Щепалин, виолончелист М.Н. Тейх, музыковед и пианист А.В. Фере – участники различных камерных составов, в том числе известного на всю округу струнного квартета;

— Н.В. Юхновский, педагог оперного класса музтехникума, руководитель первого студенческого симфонического оркестра;

— скрипач Д. Френкин, руководитель детского симфонического оркестра из состава учащихся музыкальной школы при техникуме.

Вот далеко не все участники широкого музыкального течения, которое привело Самару (с 1935 года город переименован в г. Куйбышев) к новым берегам – открытию областной филармонии. Репертуар концертов силами педагогов техникума (впоследствии Самарского музыкального училища) охватывал практически все эпохи и стили от Баха, Гайдна и Моцарта до Скрябина, Мясковского и Шостаковича. Работа велась серьезная и ничуть не уступала статусу крепкого профессионального музыкального заведения высшего звена. Кому еще в Самаре под силу была постановка оперы Н. Римского-Корсакова «Царская невеста»? Удивительно, но осуществили ее в 1933-34 годах сами учащиеся техникума и, как говорили очевидцы, на высоком для студентов уровне!

С середины 30-х годов здесь были открыты почти все специальные классы: фортепиано, скрипки, виолончели, сольного пения, флейты, гобоя, кларнета, фагота, трубы, валторны, тромбона, народных инструментов. Это ли не кузница кадров для артистов и солистов филармонии!

В ноябре 1937 года молодое государство собиралось пышно отметить свою небольшую, но круглую дату – 20 лет со дня Великой Октябрьской революции. По всем городам и весям планировалось провести громкие праздники, внушительные массово-политические мероприятия. Вот и в Куйбышеве решили посвятить депутатам Верховного Совета СССР большой симфонический концерт. Еще не сбросив с себя шлейф успеха, который выпал на их долю во время предыдущих гастролей дирижера О. Фрида, музыканты из разных коллективов вновь собрались для исполнения великой музыки.

В программе, кроме Интернационала, которым открывалось любое общественно значимое собрание, были исполнены сочинения Глинки – Увертюра к опере «Руслан и Людмила», Чайковского – «Вариации на тему рококо» и финал Четвертой симфонии, часть скрипичного концерта Бетховена и мелодекламация куйбышевского композитора В. Денбского «Великому Сталину». Солистами выступили Ю. Судаков, Н. Тейх и Г. Шебуев, дирижер – П. Зотов. Подготовка к этому событию и последующий резонансный результат концерта дал повод для категорического заявления, опубликованного в газете «Волжская коммуна»: город должен иметь свой постоянный симфонический оркестр! Общественное мнение было подготовлено всей предыдущей музыкально-просветительской работой, а перспектива создания симфонического оркестра теперь казалась не такой и далекой.

Для этого были весьма явные предпосылки: в двух кинотеатрах – «Молот» и «Художественный» – в конце 30-х годов работали камерные оркестры, исполняя перед началом фильмов небольшие программы из произведений классики (правда, вскоре «Художественный» перешел, в основном, на салонный репертуар). Многие горожане ходили в кино специально, чтобы послушать серьезную музыку. К подбору программ и включению в них классических произведений был весьма профессиональный подход. Репертуар подбирался тщательно, и в отпущенные перерывом между сеансами 30-40 минут исполнялись наиболее известные сочинения одного композитора – Глинки или Чайковского, Моцарта или Шуберта, Бородина или Хачатуряна. К тому же обязательным был выпуск небольших текстов с пояснениями и живое слово лектора. Репертуар менялся раз в неделю, но даже эти получасовые выступления оркестра вскоре сделались хорошей и востребованной традицией. Опять же не обошлось без участия энтузиастов, влюбленных в свое дело. Вячеслав Васильевич Жако, пианист и страстный лектор-пропагандист, все свое время проводил за воплощением в жизнь новых творческих идей в кинотеатре «Молот». Дирижер этого оркестра Б.В. Вернер, руководитель духового оркестра НКВД, своим неравнодушным отношением помог поднять эти выступления в кинотеатре на новый уровень, сделать их привлекательным и полезным для многих занятием и по-своему приближал момент рождения большого симфонического коллектива.

Да и слушатели этих мини-концертов внесли солидную лепту в общее дело. Своим примером они подогревали ажиотаж вокруг этих музыкальных антрактов, создавали атмосферу всеобщей заинтересованности. И от всей души демонстрировали искреннюю преданность и верность новому досугу, открывающему им путь в огромный мир классической музыки. В те годы было модно ходить в «Молот», чтобы послушать классику, встретиться с друзьями, подискутировать (никакой политики, только о музыке!).

В то же время организация гастролей в Куйбышеве и тем более в области вызывала много неприятных вопросов. О низком качестве работы уже говорили вслух, критика звучала и со страниц газет. Существующее с середины 30-х годов областное Гастрольбюро №16 фактически не справлялось со своей задачей ни творчески, ни финансово. В ней не хватало квалифицированных специалистов, способных грамотно спланировать долгосрочный концертный график в пределах выделенной на эту миссию финансовой суммы. Да и сам уровень культуры сотрудников, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Ситуация становилась тупиковой. Нужен был другой подход к организации этого масштабного процесса, тем более, что ее прообраз уже витал в воздухе.


КУЙБЫШЕВСКАЯ ФИЛАРМОНИЯ – Первые шаги

Юбилей Чайковского – Директор Щепалин – Рождение оркестра

Выручил всех… Петр Ильич Чайковский. Вернее, его 100-летний юбилей. Музыкальная общественность Самары, как и вся страна, уже давно начала готовиться к этой дате. И тут одна за другой начали возникать проблемы: нет единого центра по подготовке к торжествам, нет настоящего концертного зала, большого симфонического оркестра и так далее… Необходимость создания Филармонии стала очевидной всем.

И тогда, 5 апреля 1940 года, Куйбышевский облисполком принимает решение о создании на базе Гастрольбюро Куйбышевской областной филармонии. 8 мая этого же года (приказом № 71 областного отдела партии по делам искусств) ее сотрудники начали свой первый рабочий день в здании бывшего «Олимпа». Отныне в сознании горожан эти два понятия – «Олимп» и филармония – связаны неразрывно.

Вслед за утверждением штатного расписания (за образец брали «молодые», понемногу открывающиеся в стране филармонии) были сделаны первые назначения. Директором стал Александр Кузьмич Щепалин, в прошлом выпускник музыкального техникума (1927 год) и перешедший на работу в филармонию из его стен; заведующим массовым отделом принят на работу Вячеслав Васильевич Жако, музыкальным редактором – Нина Николаевна Тарбеева, администратором – Евгений Иосифович Завадье (незаурядный талант организатора позволил пройти ему путь до заместителя директора филармонии, откуда он и ушел на пенсию в 70-х годах). В штат перешли два небольших оркестра из кинотеатров, местные музыканты и артисты: вокалисты, пианисты, скрипачи, артисты драмы и даже артисты цирка! Эти первопроходцы навсегда войдут в летопись славной и вместе с тем трудной истории становления Куйбышевской филармонии в самом начале ее рождения.

За первыми приказами пошли первые, настоящие дела. За каждым из них – творческая мысль и подпись директора Щепалина. Но была у него одна особенно важная и трудная задача – создание симфонического оркестра. Музыканты, конечно, в городе были, однако ни числом, ни соответствующей квалификацией до статуса большого симфонического коллектива не дотягивали. В том, что именно симфоническая музыка и есть вершина музыкального искусства, Щепалин ничуть не сомневался. Он был твердо убежден: без такого оркестра не может полноценно существовать и сама филармония. А потому стремился к его созданию не только помыслами, но и делами: приглашал музыкантов из оркестра оперного театра, педагогов-инструменталистов и «продвинутых» студентов техникума. Несмотря на большие планы, приходилось ограничивать репертуар, выбирать то, что было под силу профессиональному и количественному составу оркестра, который не превышал 30 человек.

Имя Александра Кузьмича Щепалина открывало многие двери. Почему? Легко понять, ознакомившись с послужным списком на пост руководителя филармонии до его назначения:

– руководитель музыкальной части и скрипач в кинотеатрах г. Самары,

– заместитель председателя Краевого комитета профсоюза работников искусств,

– директор института повышения квалификации работников искусств,

– директор музыкального техникума (с 1935 года) и преподаватель по классу скрипки, а еще участник весьма популярного в городе струнного квартета и дирижер симфонического коллектива малого состава…

Новую должность он принял в возрасте 43-х лет.

Что ж, какова личность, таков и старт. И вот уже в гастрольно-творческих планах, обнародованных в газете «Волжская коммуна» спустя месяц после открытия филармонии, значится: цикл скрябинских концертов, декады советской музыки, летние праздники музыки и эстрады, творческие отчеты местных композиторов (прежде всего С.О. Орлова и В.Н. Денбского), гастроли выдающихся советских исполнителей, среди которых солист Большого Театра СССР бас Марк Рейзен, легендарный пианист и педагог профессор Ленинградской консерватории Владимир Софроницкий и др., камерные концерты солистов собственной филармонии, просветительские лекции-концерты и шефские выступления на селе, в школах и заводах.

Энтузиазму не было предела! Старались с первой минуты доказать, что город не ошибся, приняв столь нужное для всех решение. Выставки и концерты, посвященные композитору Скрябину (в связи с 25-летием со дня смерти) и годовщине Революции, выпуск аннотаций к симфоническим и камерным концертам, пояснительная работа на местах с рабочими и студентами, рассказы о музыке в школьных аудиториях, наведение порядка и создание уюта в рабочих помещениях и для приходящей в филармонию публики – вся эта неподъемная работа ложилась на плечи одного-двух сотрудников, с радостью и воодушевлением ее исполняющих. Александр Щепалин продолжал принимать заявления на работу от множества знакомых ему музыкантов и некоторым из них даже не делал прослушивания – так известны были их имена в городе и высок авторитет как исполнителей.

Эйфория первого года существования могла продолжаться еще очень долго. Сотрудники и музыканты были невероятно преданы своему любимому делу. Неутомимый, изобретательный заведующий массовым отделом Вячеслав Жако придумывал все новые и новые формы работы со зрителем, фиксировал каждое выступление артистов филармонии в альбоме, туда же помещал вырезки из газет, фотографии с концертов и краткие пояснения. Этих исторических, неповторимых альбомов-летописей было несколько. Где они сейчас?

В целом, все шло как нельзя лучше. Если бы не Война...


Фронтовые бригады


Шефская помощь и концерты в Фонд обороны – От Берлина до Харбина

«Перестройка работы филармонии полностью подчинена делу обороны и задачам Отечественной войны» (из отчета руководства за 1941 год).

Многие сотрудники были мобилизованы, артисты создавали фронтовые бригады. Ушли на фронт музыканты М. Тейх, С. Катсон, Н. Обрящиков, Л. Анисимов Ю. Голубев, дирижер Ю. Оленин… В ноябре 1941 года филармония лишилась своего здания, которое было передано недавно организованному театру оперетты (музкомедии). Концерты, в необходимости которых никто не сомневался, проводились теперь на сценах клубов им. Дзержинского и завода им. Масленникова, театра драмы и Дома Красной Армии. Не хватало помещений для репетиций, инструментов, ведь музыканты, мобилизованные на фронт, брали их с собой. В газетах того времени можно было увидеть объявления о покупке домашних пианино и кабинетных роялей для репетиционного процесса и о сдаче комнат в этих целях. Руководство филармонии столкнулось сразу со множеством проблем: залы не отапливаются, нет «одежды для сцены» и элементарного занавеса, электрические лампочки и стулья в дефиците, нехватка транспорта и топлива для него. На «родную» сцену поредевший симфонический оркестр пускали всего два раза в неделю… Но самой главной задачей для филармонии оставалась организация военно-шефской работы. С не меньшим энтузиазмом сотрудники включились и в это архиважное дело. Военно-шефская работа в годы войны – понятие всеохватное. Прежде всего, это фронтовые бригады и их концерты в тылу и на линии фронта, выступления в госпиталях и агитпунктах, в селах и малых городах. Их цель – патриотический настрой, желание артистов своим талантом хоть на миг отвлечь от ужасов войны, подарить душевное тепло, которым искренне хотелось делиться друг с другом. А еще – это подарки бойцам, шефская помощь их семьям, сбор средств от концертов в Фонд обороны и на изготовление военной техники. Воевал на фронте и наш танк, построенный, в том числе, на средства, заработанные Куйбышевской филармонией!

Часть стационарных концертов проходила в ночное время, с использованием светомаскировки. И каждый концерт непременно начинался с оглашения свежих сводок Информбюро. Уже в первые месяцы войны фронтовые бригады начали выдвигаться к линии фронта, артисты пели и читали стихи под звуки ревущих зениток, заглушающих нехитрый аккомпанемент гармони, баяна или гитары. Удивительно, но суровое время влюбило бойцов… в скрипку. Ее нежный, непохожий на других голос зачаровывал, уводил от землянок в сторону родного дома.

Первый концерт артистов состоялся уже на следующий день после объявления войны – 23 июня. Призывные пункты, воинские части уже принимали музыкальную «помощь фронту». Своя фронтовая бригада появилась и в Куйбышевской филармонии. Осенью 1942 года ее возглавил артист-сатирик Ян Ядов. В состав, кроме артистов эстрады и цирка, жанр которых представляла Олимпиада Флори, вошла исполнительница советских и русских народных песен Вера Зенкевич. Ее исполнение всегда встречали на «ура», ее хорошо знали и любили как у себя на родине, так и в местах, где она успешно выступала в составе фронтовых бригад. Только представьте: в разгар страшной, кровопролитной Сталинградской битвы, куда попадает наша бригада, артисты, находясь в самом пекле военных событий, за четыре месяца дали 408 шефских концерта! Весь состав бригады Куйбышевской филармонии потом будет награжден медалями «За оборону Сталинграда». А в день Победы, в мае 1945 года, Зенкевич, вместе с другими артистами дошедшая до Берлина, споет у стен Рейхстага свою любимую песню, с которой она не расставалась в годы войны, – «Ах, Самара-городок». В хоре общего ликования был услышан и наш голос! Так самарцы с гордостью заявят о своих земляках, их творческий вклад и человеческий подвиг станет частью общей победы.

Одной из тех, кто входил в состав фронтовых бригад, была и солистка филармонии певица Наталья Снегирева, в день объявления войны закончившая Куйбышевское музыкальное училище. Тяготы концертных поездок военного времени она испытала в полной мере. Сельские дороги области, занесенные снегом, транспорт, голодные и измотанные лошади, промерзшие насквозь клубы, бесконечные болезни артистов (даже тиф!) и расписание гастролей, которое требуется выполнять неукоснительно. Как в этих условиях певице сохранять голос? Рядом – коллеги, акробатический дуэт Невструевых. Репетируют в валенках и теплых варежках, но выходят на сцену ледяного клуба в легком трико, ярком театральном гриме. Уставший зритель должен отдохнуть на их концерте, получить удовольствие от встречи с Прекрасным и, значит, новый заряд для продолжения суровых трудовых будней. А молодая артистка Снегирева, как и ее старшая коллега Зенкевич, в составе, объединившем еще и артистов из Иркутска, тоже доберется до Берлина, будет петь для воинов-победителей. «Такой радостный день! Выбрали место амфитеатром в лесу. Нам постелили два листа фанеры, загородили одеялами, простынями угол, где мы могли бы переодеться, и там мы выступали. Такое море солдат было, просто даже не передать. И нас все слышали, без всяких микрофонов…» – так на всю жизнь артистка сохранит воспоминания о том дне в Бернике, местечке под Берлином, и скромный листок бумаги, на котором в благодарность за подаренное искусство прочтет посвященные ей искренние, незатейливые стихи от победившего в этой войне молодого бойца.

В 1945 году эта бригада, находясь на фронте, с 12 февраля по 14 июня дала 252 концерта. Вскоре «за хорошее художественное обслуживание частей фронта» и взятие Берлина Зенкевич и Снегирева получат благодарности от имени Верховного Главнокомандующего.

После войны они еще долгое время продолжали трудиться в филармонии, и не было в области даже самого дальнего района, села, где бы не побывали с концертами эти преданные своей профессии певицы. 

Там же, в Берлине, встретят День Победы и другие артисты Куйбышевской филармонии: чтица Антонова-Троянова и саксофонистка-степистка Евгения Жерве.

Еще одну фронтовую бригаду Куйбышевской филармонии, созданную осенью 1942 года, возглавил артист Борис Дубров. Прекрасный чтец, ведущий различных, в том числе и правительственных концертов, он также был с концертами и в тылу, и на передовой. «Волжская коммуна» от 5 октября 1943 года сообщала, что его бригада за пять месяцев пребывания на фронте дала 180 концертов.

Составы артистов и репертуары их выступлений утверждались художественным советом филармонии, над созданием программ для фронта работали профессиональные режиссеры. Подход был очень серьезным. Тщательно подбирался репертуар: популярная русская и зарубежная классика, музыка советских композиторов, фольклор, фельетоны и политическая сатира, народные песни и частушки. Через год фронтовых бригад было уже пять. А за все годы войны от нашей филармонии по всем направлениям работало, из 13 действующих, 9 бригад.

Завершение военных действий 1945 года заставало наших артистов в разных точках советской страны и за ее пределами. Трубач Юрий Голубев, служивший в рядах действующей армии, дошел до берегов Тихого океана. Все эти годы он не расставался со своим инструментом. А когда Япония наконец заявила о своей капитуляции, именно труба Голубева в августе 1945 года на территории Маньчжурии дала сигнал: «Внимание! Окончена война с Японией!»

В это трудное время в филармонии зарождается идея своеобразного «синтетического» лектория для организации популярных бесед о творчестве композиторов, писателей и поэтов в сопровождении музыкальных иллюстраций. Тематический ряд включал в себя программы о великих полководцах и лидерах повстанческого движения, знакомство с творчеством русских и зарубежных композиторов, литературно-музыкальные композиции по произведениям А. Пушкина, М. Лермонтова, К. Симонова, лекции о традициях русских народных песен. Эта модель универсально-творческого и мобильного коллектива артистов разных жанров станет затем прообразом новой штатной единицы филармонии – музыкально-литературного лектория.

Всего же за годы войны работники искусства Куйбышевской области дали 23 949 концертов и спектаклей, на которых побывало 12 200 600 человек, а в Фонд обороны и помощи детям и семьям фронтовиков государству сдано 2 158 135 рублей!

В официальных документах, подводящих итог культурно-шефской работы, проведенной творческой интеллигенцией нашей области в 1941-1945 годах, говорилось: «В борьбе с фашизмом за свободу и независимость Отечества деятели культуры проявили огромную творческую силу и выдержку, верно служили своему народу. Литература и искусство достойно выполнили гражданский долг перед народом-освободителем, они стали мощным духовным оружием в общей борьбе».


Людмила БЕЛЯЕВА, музыкально-литературный редактор Самарской филармонии с 1986 года

 

Оцените статья

+2

Оценили

Лена Михайловская+1
Ольга Михайлова+1
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...