Валерий Грушин: подвиг, песня и туризм

Валерий Грушин: подвиг, песня и туризм
Валерий Грушин. Фото взято из открытых источников

При всём многообразии фестивалей авторской песни Грушинский для многих остаётся первым и главным. Это объяснимо, ведь в его основе лежит важная составляющая нашего культурного кода – феномен Подвига.

Фестиваль возник в память о простом советском парне Валерии Грушине, который погиб во время туристского похода, спасая утопающих. Произошло это в самом конце лета 1967 года на Саянской реке Уде. Валера тогда был студентом и в своей среде – выдающимся человеком: любитель походов и самодеятельной песни, душа компании и верный товарищ. Он учился, чтобы создавать электронику для управления самолётами, и мечтал о песенном туристском фестивале под открытым небом. Его героическая гибель потрясла и всколыхнула не только друзей, но и тех, кто его просто знал по учёбе, походам и художественной самодеятельности. Через год после трагедии, осенью 1968 года, они впервые провели слёт, который сегодня известен сотням тысяч людей по всему миру как фестиваль имени Валерия Грушина.

Виталий ШАБАНОВ, президент Самарского областного клуба авторской песни им. В. Грушина, член туристской группы Валерия Грушина, мастер спорта СССР по туризму:

– Валерий, конечно, легенда, и представить себе нашу Самарскую область и наш авиационный институт без него невозможно. Но так случилось, что он погиб. А что лучше всего сохранит память о нем? Конечно, фестиваль! Поэтому, когда мы организовывали этот фестиваль, у нас не было никаких сомнений в том, чтобы назвать его в честь Валерия Грушина. Он должен присутствовать на фестивале, подвиг его тоже должен присутствовать. Сейчас этого, к сожалению, почти нет. Дошло до того, что в массовом сознании закрепилось название «Груша». Нам, знавшим Валерку, это крайне не нравится. Мы всё видим, понимаем и хотим исправить – Валерий Грушин должен быть примером для людей.

Когда в семье военного летчика Фёдора Ивановича Грушина и его жены Беллы Яковлевны родился сын Валера, шёл четвертый год Великой Отечественной войны.

Город Моздок. Осень. 23 октября. Фронт уже давно далеко откатился на запад. Но свежи воспоминания о сентябре сорок второго, когда Моздок преградил путь фашистам, рвавшимся в нефтяные районы Закавказья. Здесь сила и отвага защитников Баксанского ущелья и Кавказских перевалов остановили и отбросили врага вспять. До Победы оставалось несколько месяцев, а до подвига Валерия Грушина 23 года...

Через год после рождения Валеры отца перевели служить командиром эскадрильи на Северный флот, и семья переехала на Кольский полуостров. Там к Валере, его старшему брату и старшей сестре прибавились еще два брата. Характерно, что родители назвали их в честь героев-летчиков Михаила Девятаева и Александра Покрышкина. Возможно, эти обстоятельства повлияли на то, что три брата из четверых впоследствии учились в авиационном институте.

Десять лет «на северах» рядом с боевой авиационной частью сыграли свою роль в воспитании детей. В таких условиях они взрослеют быстрее, равняясь на родителей. Валерий, например, рано стал рассудительным и самостоятельным. В совсем юном возрасте он приобщился к прогулкам на природе и с какого-то момента даже предпринимал самостоятельные походы. Здесь, на Кольском, он полюбил суровую красоту Севера и обрёл черты характера, выделявшие его позже среди студентов.

Валерик, как его звали в семье, был настойчивым в своих мечтах. Пример тому – случай с песней «Бригантина», которую он очень любил, которая казалась ему просто фантастической. В десятилетнем возрасте Валера упросил маму поехать в столицу, чтобы встретиться с авторами песни! Брат отца жил в Москве и возил их по каким-то редакциям, союзам и центрам, пока на третий день не состоялась встреча с автором музыки «Бригантины» Георгием Лепским. Что тут можно сказать! «Бороться, искать, найти и не сдаваться» – девиз из любимой книги Валерия работает.

Тамара МУРАВЬЁВА, друг В.Грушина, создатель музея его имени и автор книги о нем:

– В 1956 году Фёдор Иванович, отец Валеры, ушел из военной авиации. Его вывели из летного состава и перевели служить в Кинель-Черкасский район, село Толкай, куда вскоре переехала и вся семья. В 1961 году его отправили на пенсию, вывели в запас, и они получили квартиру в Новокуйбышевске.

Тамара Алексеевна Муравьева познакомилась с Валерием Грушиным 1 мая 1958 года. На тот момент ей было 18, а Валере шел 15-й. В тот день она оказалась на традиционной куйбышевской туристской маёвке у Молодецкого Кургана с одной из команд «взрослых» туристов, а Грушин – с группой своей школы из Новокуйбышевска. Она не собиралась подниматься на курган, но поддалась общему праздничному настроению и отправилась вместе со всеми.

Тамара МУРАВЬЁВА:

– По окончании торжеств на Молодецком кургане туристы обычно всегда совершали восхождение на курган, и я, не рассчитав свои силы, пошла вместе со всеми на восхождение. Но меня подвела «дыхалка», я стала отставать, мне стало трудно дышать, и я присела на обочину тропы. Неожиданно меня подхватили двое мальчишек, я как-то сразу почувствовала себя под защитой, и у меня появилась уверенность, что они не оставят меня на дороге. Одним из них оказался Валера Грушин, а второй был Миша Кузнецов. После этой встречи мы подружились и дружили втроем в течение 9 лет.

Как вспоминает Тамара Алексеевна, уже при первой встрече Валера Грушин поразил ее своей необыкновенной добротой. Кроме того, в нем, по сути еще мальчишке, чувствовалась сила воли и надежность. «За годы дружбы мы побывали во многих походах, – говорит Тамара Алексеевна, – и Валера всегда оказывался там, где нужно было подставить плечо или оказать моральную поддержку».

В свою первую Жигулёвскую «кругосветку» Валера Грушин уйдет летом 1960 года. Позже в его туристской биографии появится еще много маршрутов. Они будут разной сложности и с разными приключениями, но общим в этих походах будет одно – Валера Грушин, всегда готовый прийти на помощь.

Тамара МУРАВЬЁВА:

– Когда однажды его группа вернулась с Байкала из похода на Каргу, ребята мне рассказали, что, если бы не Валера, они не представляют, что с ними могло бы случиться. Оказывается, там они посадили на камень плот и не могли его снять. И первым, чтобы освободить плот, в бурный речной поток пошел худенький, неказистый паренек Валера Грушин, нагрузив на себя самый большой рюкзак. Его могло снести, разбить о камни, но именно он сделал первый шаг. Не всякий на это решится, но от первого шага зачастую зависит очень много.

Решительность – это то, что определяет человека лучше любых характеристик и рассказывает о нем больше, чем целая книга, посвященная ему. Сделать опасный лично для тебя самого шаг непросто. Это свойство смелых людей. Валерий был готов рисковать ради других и смел это делать. Может быть, этим он, худенький, мальчишка, с негероической внешностью, завоевал любовь и уважение многих. Сам он наверняка об этом не задумывался – просто жил и поступал, как считал правильным.

Виталий ШАБАНОВ:

– В принципе, Валера был совершенно обыкновенный парень и внешне ничем не выделялся. Он был худощавый, очень скромный. У нас были студенты, которые смотрелись гораздо лучше и привлекательнее. И именно они на первый взгляд казались лидерами, но на самом деле лидером был Валера. Он, правда, этого никогда и никак не подчёркивал. Если, по его мнению, всё в группе шло хорошо, он, как говорят, никогда «не лез на сцену». Слово его звучало веско только тогда, когда это было нужно.

Тамара МУРАВЬЁВА:

– Да, он был худенький, но в походе, если он что-то брал, то это был самый тяжелый рюкзак, и так было всегда. Например, иду я с ним в поход на Денежкин камень, моя «дыхалка» опять меня подводит, погода неважная, очень холодно, и он, видя, как мне тяжело, каждый день меня разгружает. В итоге до Денежкиного камня я дошла вообще с пустым рюкзаком. Мне никогда не приходилось слышать от него: «я это не могу» или «я это не хочу». Если в походе у кого-то лопалась подошва, что-то ломалось или отрывалось, его не надо было просить, он молча подходил и помогал все исправить.

Борис ЕСИПОВ, лауреат и член жюри фестиваля авторской песни им. В. Грушина, доцент Самарского университета, одногруппник В. Грушина:

– Есть такая известная фотография, сделанная во время одной из маевок в Жигулёвских горах. Туристы несут поднятую на руках лодку, на ней на табуретке сидит Валера Грушин, а на лодке написано: «ГРУШИН». Ну почему именно он? Почему не кто-то другой? На фотографии у всех счастливые лица, и это, я думаю, все объясняет.

…1962 год. Советский Союз стремится к победе коммунизма, покоряет космические просторы, поднимает новые города и строит грандиозные планы на будущее. Для их осуществления нужны сотни тысяч молодых специалистов. В стране начинается образовательный бум. Один из самых престижных вузов Куйбышева – авиационный институт, знаменитый КуАИ. Конкурс сюда – 15 человек на место. Для города, работающего на «оборонку», это главная кузница кадров. Грушин успешно сдаёт вступительные экзамены и становится студентом радиотехнического факультета. На этот же факультет, в ту же группу поступает учиться и будущий ректор КуАИ Виктор Александрович Сойфер.

Виктор СОЙФЕР, председатель Общественной палаты Самарской области, президент Самарского университета им. академика С.П. Королёва, академик РАН, одногруппник В. Грушина:

– У нас на радиотехническом факультете было четыре группы. В трех из них учились «бугры», то есть те, кто уже отслужил в армии или закончил техникумы, а в нашей группе учились «салаги». В хрущевское время, а это был еще 1962 год, существовал закон, по которому первокурсники обязаны были работать на заводе, и мы с Грушиным оказались на одном заводе на Хлебной площади. Валерий, надо сказать, оказался рукастым парнем. Он все время что-то мастерил, что-то делал с походным оборудованием, и помимо всего прочего он очень любил хоккей.

Все, кто хорошо знал Валерия Грушина, отмечают, что он был разносторонним человеком и помимо хоккея любил играть в футбол, неплохо рисовал, пел и играл на гитаре. Уже по окончании первого курса он стал одним из самых известных студентов в институте.

Туризм в то время был очень популярным занятием молодёжи. Одним из главных центров спортивного туризма в Куйбышевской области был как раз авиационный институт. Для Валерия Грушина это оказалось очень кстати, и практически все свободное от занятий время он проводил в походах.

Борис ЕСИПОВ:

– Начинаются весна, майские праздники, и наш Валера Грушин отправляется в поход. Помимо этого в то время у нас в институте работали преподаватели, которые сами были туристами, – это Юрий Семёнович Быховский и Юрий Владимирович Пшеничников. И они с удовольствием брали его с собой, как начинающего туриста, в сложные походы в Саяны или еще куда-нибудь. Но, что интересно, в походах он был на равных с этими преподавателями и мог говорить с ними на «ты». Валера был настоящий романтик и все время себя испытывал. Он часто ходил в поход один, чтобы понять, на что он способен, а на что нет, и иногда брал с собой только корку хлеба. Сегодня его назвали бы экстремалом.

В 1964 году вместе со студентами-старшекурсниками Валерий Грушин уйдет в свой первый поход 5 категории сложности. Это будет поход на Каа-Хем, который станет для него настоящим испытанием.

Юзеф КРИВОЛУЦКИЙ, товарищ В. Грушина, заслуженный путешественник России:

– Именно в этом походе я познакомился с Валерой Грушиным. Произошло это в поезде, когда мы ехали в сторону Абакана, и всю дорогу мы с ним играли в шахматы. Так получилось, что он был моложе остальных участников похода. Мы тогда уже учились на пятом курсе, а он был третьекурсником, поэтому мы воспринимали его как «молодого». Он тогда впервые пошел в сложный туристский поход и, по сути дела, учился. Во время похода мы планировали сплавляться на плотах, а для этого необходимо было «набрать» лес – найти подходящий сухостой, спилить его, и все это нужно было носить, таскать, собирать, потом собирать плот определенным образом. И во всем этом Валера Грушин принимал активное участие наравне с нами.

В этом походе он покажет не только высокий уровень туристской подготовки, но и человеческие качества – смелость, решительность и готовность прийти на помощь. Именно здесь он впервые озвучит товарищам свой девиз – строфу из стиха Андрея Алдан-Семёнова:

Если жив ещё – борись!
Полумертвый – продвигайся,
Смерть увидишь – не сдавайся,
А настигнет – не страшись!

Именно эти слова выбиты теперь на мемориале над местом, где Валерия смерть и настигла.

За время учебы в институте Валерий Грушин сходил в десятки больших и малых походов разной сложности и из всех помимо впечатлений обязательно привозил новые песни. Это стало для него очень серьёзным увлечением. Услышав в походе новую песню, он всегда старательно записывал текст, а потом на привале обязательно брал гитару и пел.

Виталий ШАБАНОВ:

– Надо сказать, что Валера был не самый лучший исполнитель, но очень пламенный и очень старательно учился играть на гитаре. Когда он это делал у себя в общежитии, то вся комната вставала и уходила, потому что он мог сесть в 8 часов утра и закончить в 11 часов вечера – изучение аккордов давалось ему непросто. В институте были другие гитаристы, и главным из них считался Анатолий Головин. Вот у него Валера и учился. Для него это было просто необходимо. Например, встречаемся в тайге с другими группами – для всех это настоящий праздник, и без гитары здесь не обойтись. Все сидят у костра и поют песни – каждая группа свои. Какая-то песня понравилась, а записать не на чем. В итоге, находим на чем записать текст. А что с музыкой? А музыку не помним. Возвращаемся домой, и Валера несет этот текст Борису Есипову, а он уже пишет музыку – свой вариант, который порой получался даже лучше, чем оригинал.

Борис Есипов учился в одной группе с Валерием Грушиным и благодаря своим музыкальным способностям и умению сочинять музыку считался среди студентов настоящим музыкальным авторитетом. Именно он в 1967 году напишет знаменитую песню «Маленькая баллада о большом Человеке», которую посвятит подвигу своего погибшего друга. Сегодня эта баллада – гимн Грушинского фестиваля.

Борис ЕСИПОВ:

– Откровенно говоря, Валерка был везучим парнем и настоящим романтиком. Как все романтики, он постоянно искал себя и, наверное, поэтому любил песни суровых мужчин, где люди себя испытывают, любил песни, которые пели альпинисты. Это потом уже стали известны Кукин, Городницкий, Визбор, появились записи, а тогда Валерий Грушин собирал эти песни сам, привозил в тетрадочке, чтобы донести их до людей.

В то время авторская песня только зарождалась как жанр и еще не была популярна – это случится немного позже. Но в 1965 году в Куйбышеве интерес к туристской песне заметно вырос, и причиной этому стали «Поющие бобры» – вокальное трио студентов КуАИ. В его состав входили Анатолий Головин, Вячеслав Лунёв и Валерий Грушин, который был главным инициатором этого самодеятельного коллектива. Очень скоро «Бобры» стали самой модной и популярной группой среди студентов в Куйбышеве. На их концертах было всегда битком зрителей.

Виктор СОЙФЕР:

– Актовый зал Куйбышевского авиационного института всегда был местом проведения важных мероприятий. Сюда приезжали многие космонавты, здесь проходили торжественные собрания, различные концерты, и именно на сцене нашего актового зала состоялось рождение Грушинского трио «Поющие бобры». Насколько я помню, это Борис Есипов придумал им такое название, но лидером там был Валерий Грушин.

Последние два года в институте пройдут для Валерия Грушина не только в учёбе, но и в ярком калейдоскопе художественной самодеятельности и туризма. Вместе с Людмилой Криволуцкой, Тамарой Муравьёвой и членами туристской секции завода КАТЭК он организует туристский клуб – прародителя нынешнего Клуба им. В. Грушина.

На последнем курсе института в его жизни произойдет еще одно важное событие – он встретит свою любовь. Ее будут звать Светлана Иохим, и это будет самая красивая девочка на курсе. Они будут вместе весь последний год его жизни, и вместе с ней он отправится в свой последний поход. С ними также пойдут еще два человека из их группы: Софья Афанасьева и Евгений Недосеков.

Виталий ШАБАНОВ:

– Все было против этого похода. Во-первых, у них был один плот, на котором должны размещаться 6 или 7 человек, а их было всего четверо, причем две девчонки. Во-вторых, они приехали в Нижнеудинск, откуда дальше надо было забрасываться на самолете, а погоды нет, и они там просидели несколько дней. Третье – после поселка Нерха они, пройдя вниз по течению где-то 30 км, начали строить плот, и в это время пошли сплошные дожди. Валера Грушин и Женя Недосеков строили этот плот под непрерывным дождем, и, когда они оказались на Хадаме, на метеостанции, у них уже даже продуктов не было. Все было против...

Начальник метеостанции Хадама Константин Третьяков пригласил их переночевать в доме, снабдил хлебом. На следующее утро ему нужно было к началу учебного года отвезти двух своих сыновей Лёню и Колю, а также гостившую у него племянницу Людмилу в посёлок Нерха, что расположен в 70 километрах вверх по течению Уды.

Распространённых версий того, что произошло дальше, множество, в том числе самых нелепых. В этой статье впервые рассказывается о том, как всё было, со слов непосредственной участницы событий Людмилы Аверьяновой, племянницы начальника метеостанции Хадама Константина Третьякова. В то утро Женя Недосеков, Софья Афанасьева и Валерий Грушин пошли на берег помочь загрузить лодку, а Светлана осталась в доме готовить завтрак. Женя и Софья вскоре ушли, а Валера остался на берегу.

На корме, «на моторах», был Лёня. Коля с Людой сидели бок о бок на средней лавке. Третьяков оттолкнул лодку, но моторы сразу не завелись. Течение потащило лодку в сторону шиверы туда, где быстрая вода бурлила на подводных и торчащих из неё камнях. Срочно надо было помочь с моторами, и Третьяков пошёл к Лёне с носа на корму. Когда он пробирался по борту узкой «Казанки», она перевернулась. Увидев это, Валера снял с себя штормовку, свитер и бросился в холодную быструю воду…

Дальше всё происходило стремительно. Сложить точную картину трудно даже тем, кто там был. Людмила, например, оказалась под лодкой в темноте. Ударилась головой. Третьяков вытащил её за волосы над поверхностью воды, но она тут же опять ушла под воду. Обжигающий холод. Стресс. Страх…

Людмила АВЕРЬЯНОВА, участница трагедии:

– Вся эта история постоянно передо мной, как будто это было вчера. Я могу перепутать время отправления, когда мы отплывали от берега, но я никогда не забуду все, что произошло, и лицо Валеры Грушина, потому что я была последним человеком, который его видел. С того момента прошло много времени – 50 с лишним лет, и я все эти годы живу с огромным чувством благодарности и каким-то неосознанным чувством вины, что человек погиб из-за меня. Я как бы живу не только за себя, но и одновременно проживаю и его жизнь.

Это интервью записано в августе 2021 года на метеостанции Хадама, где Людмила не была с момента трагедии. Возможность побывать здесь представилась потому, что Клуб имени Валерия Грушина собирает информацию о своём основателе и поддерживает память о нем. Как только клубу стало известно о возможности встретиться с единственным свидетелем тех трагических событий, Людмилу пригласили в очередную экспедицию к мемориалу Грушина на реке Уде.

Памятный барельеф на месте подвига установила группа туристов под руководством Жени Недосекова еще в августе 1968 года. Автор этого памятника – куйбышевский скульптор Валентина Снеговская. Вот что написал в дневнике той экспедиции её участник Юрий Маланичев:

«Год назад погиб Валерий Грушин. Почему люди любили его, тянулись к нему? Грушин нравился мне своей хорошей простотой, нестандартностью поступков, действий и тем, что его оригинальность не выходила боком другим людям. Всё это определяется талантливостью обращения человека с людьми. Валера выделялся между нами и был на голову по-хорошему выше нас. Он имел другие, более простые, верные и долговечные критерии в жизни. Он умел убедить нас в своей правоте. Он смотрел на жизнь, на себя и на нас как бы со стороны, издалека, и поэтому его поступки сейчас кажутся верными. И он хорошо погиб…»

… «Валерка утонул 29 августа. Сообщите родителям Грушину Фёдору Ивановичу в Новокуйбышевск по телефону. Отец пусть вылетает в Нижнеудинск. Подпись: Недосеков Евгений». Эта страшная телеграмма ушла в Куйбышев на следующий день после гибели Валерия Грушина. Тогда на реке Уде уже начались его поиски, которые длились всю осень до самой зимы, пока не пошла по реке шуга и не появились ледяные забереги. Благодаря стараниям Виктора Павловича Лукачёва, в то время ректора авиационного института, в поисках были задействованы даже силы ВВС, но ни тела, ни каких-либо других следов Валерия так и нашли…

…Время. Оно лечит душевные раны, притупляет горечь потерь и заставляет двигаться дальше. Фестиваль имени Валерия Грушина стал не только визитной карточкой Самарской области, но и одним из важных культурных событий на постсоветском пространстве. На песнях Визбора, Окуджавы, Кукина, Городницкого и многих других авторов-исполнителей выросли несколько поколений граждан нашей страны.

Сергей ИЛЬИН, член Президиума Самарского областного клуба авторской песни им. В. Грушина, директор Грушинского фестиваля:

– Например, где в середине 70-х можно было услышать авторскую песню? По телевидению, как сейчас, ее не показывали, поэтому услышать ее можно было, только собравшись на кухне или на таких фестивалях. Попасть туда в те времена было очень сложно. Но, тем не менее, людей и особенно студентов было море. Все добирались, как могли: шли пешком с палатками, рюкзаками, штурмовали электрички, влезть в которые было невозможно. Рюкзаки запихивали в окна, многие ехали на крыше. Вот такая была популярность фестиваля.

Валерий Грушин, конечно же, представить себе не мог, что дело, о котором он мечтал в середине 60-х годов, со временем приобретет такой размах и значение. Тем более, он не мог помыслить, что движущей силой главного бардовского фестиваля станет память о нем самом. Эту память сегодня бережно хранит музей Самарского областного клуба авторской песни имени Валерия Грушина. Одна из его экспозиций развёрнута в корпусе института, где учился Валерий. Здесь, в мемориальной аудитории Самарского университета, выставлены фотографии и личные вещи Грушина. В память о Валерином увлечении самодеятельной песней часть потолка и пола сделана в виде гитары, а на самом видном месте висит его портрет.

Виталий ШАБАНОВ:

– В наше время тех, кто помнит и знал Валерия Грушина лично, осталось очень мало. А многие и не помнят вовсе, просто говорят, что помнят. Есть и такие. В Интернете о нём и его подвиге в связи с этим развелось огромное количество вранья. Поэтому сегодня мы должны сделать все возможное, чтобы сохранить память о нем, чтобы о нем знали, помнили о его подвиге, пели его песни, чтобы наш фестиваль продолжал жить. И я думаю, это не только наша задача – друзей Валерия Грушина, и даже не задача фестиваля им. В. Грушина. Это задача всей страны.

Сергей ИЛЬИН:

– Сегодня ходит много разговоров о том, что авторская песня умерла – она теряет популярность, что молодежь смотрит на нее свысока и не понимает этот жанр. Хочу сказать, что это не так. Я четко уверен, что авторская песня никогда не умрет. Она будет развиваться в обязательном порядке, и я уверен, что имя Валерия Грушина, фестиваль имени Валерия Грушина будут иметь свое продолжение. Но это произойдет только в том случае, если мы будем серьезно относиться к воспитанию молодежи, передавать ей свой опыт и учить добру, взаимовыручке, а главное, станем небезразличными к беде других людей.

Виталий ШАБАНОВ:

– Есть ситуации, в которых мужчина должен быть мужчиной и не думать о том, останется он живой или нет. Если бы на месте Валеры был бы кто-то другой, возможно, он и не прыгнул бы в воду. Но Валера был готов к этому всей своей жизнью. Он был готов к подвигу, был готов спасать людей, поэтому он сделал это.

… Глядя на фотографии Валерия Грушина и слушая рассказы его друзей, задумываешься: обычный парень, с запоминающимися добрыми глазами. Каким бы он был сейчас? Кем бы стал? Рядовым инженером или широко известным в узких, засекреченных кругах изобретателем? В этот момент осознаёшь, что судьба реального человека теряет будничную конкретность и начинает становиться легендой, включающей такие понятия, как любовь, доброта, человечность, мужество и самоотверженность. Пафос? Конечно! Потому что легенда должна быть путеводной звездой, направляющей многих. А для этого свет её должен быть высоким во всех смыслах.

Людмила АВЕРЬЯНОВА:

– Так случилось, что произошла трагическая история, и Валерий Грушин, молодой, красивый, сильный и благородный парень, что большая редкость во все времена, бросился спасать тонущих людей. Да, в жизни всегда есть место подвигу, но не каждый способен его совершить. Подвиг – это нечто неосознанное. Люди не думают: совершить им подвиг или нет, они просто бросаются туда, где нужна их помощь, и не думают о гибели. Человек совершает подвиг неосознанно, потому что он у него в душе, в крови. Вот таким был Валерий Грушин. Он, как Икар, не боялся лететь навстречу подвигу, и такие люди всегда должны быть для нас примером.

…Так случилось…

А еще случилось, что мечта Валерия Грушина, фестиваль, осуществлена без него, но освящена его именем, которое теперь символизирует многое, с чем созвучна авторская песня: романтику бытия и познания окружающего мира, человеколюбие, самоотверженность, решительность и смелость. Сегодня, когда «мир сходит с ума», очень хочется, чтобы Грушинский, этот нерукотворный памятник Валерке, несмотря на всю свою внешнюю «фестивальность», доносил до следующих поколений идею о необходимости Подвига как высшего проявления человечности.


Елена ФИЛАТОВА
При подготовке материала использованы фото из архива Самарского областного клуба авторской песни им. В. Грушина и Ю.К. Криволуцкого.
Статья подготовлена при поддержке Министерства культуры Самарской области.

Оцените статья

0
Нет комментариев. Ваш будет первым!