№17

21:13
72
№17

задание к конкурсу

Жанр — Проза.

Примерный сюжет — Собака верхом на Медведе штурмует замок Малахова чтобы спасти дракона Махмуда. Им советом помогает Михал Михалыч, дворник из 3/9 царства…

Герои — Малахольная собака, Медведь страдающий от меланхолии, Дракон по имени «Махмуд», Михалыч.

Примечания: Пусть всё будет в духе басен Крылова. Чтобы в рифму, весело и со смыслом)

— Михал Михалыч! Эва как ты загнул, три на девять понимаешь. А сам то так пробовал? – Меланхолический медведь, вытащив лапу из банки с медом, облизал ее, внимательно осмотрел пустеющую банку и грустно вздохнул.

— Миша, я тебе дело говорю. Махмуда нашего красавца огнедышащего надо спасать. Не ровен час,

— Да откель я дорогу туда найду? Там же этот, как его, Малахов страшный и ужасный тип, если интервью не замучает, так мочу пить заставит.

— Да уж! Моча страшная сила, а если попадешь на интервью, это вообще конец настанет скорый и незаметный. Я тебе так Миша скажу, — тут Михал Михалыч достал из кармана своей тужурки маленькую косточку, привязанную на короткий шелковый шнурочек.

— Я, как потомственный дворник из три на девять царства официально заявляю: вот эта косточка на веревочке, есть тайный знак, для одного малахольного песеля. Был тут у нас один агент на тайной службе. Все входы-выходы у Малахова знает. Так, что ищи его, песеля в смысле. И будет тебе верная дорога. Я все сказал.

Долго ли коротко ли, но молва быстрее ветра. Песель, объевшийся плодов малахольного дерева, вскорости был найден. Найден и опознан. На предъявленную ему косточку на шелковой веревочке, он хмыкнул и повертел носом.

— Дед наш еще на службе сидит?

— Сидит, куда он денется. Сильно обеспокоен пропажей друга своего дракона Махмуда.

— А? Этот дудень. Здоровый, огнем дышит, паром пышет, а дурак дураком.

— Это с чего так?

— Да говорил я ему, в свое время, не иди в те края. Малахов страшный человек. Про мочу уже слышал? – Неожиданно свернул с темы пес.

— Да как-то так, думал, что это специально наговаривают, для страху пущего, — медведь сел на землю и почесал могучий свой затылок.

— Страшное дело. Сперва тебя всего разговорами изведет, кто, когда, откуда, что украл. А потом пить предлагает мочу. И свою, и твою. А если воспротивишься, то огурец принесет, здоровенный такой и предложит геморрой полечить…

— Бедный драконище, представляю какого ему приходится.

— А то!

Недолго думали медведь меланхолический и песель, объевшийся плодов малахольного дерева. Как ни крути, а придется выполнить просьбу старого Михал Михалыча, ответственного и потомственного дворника из три на девять царства. Да и не просьба это была, а прямой приказ тогдашней монаршей власти. Ведь как известно, что царь не скажет, дворник до народа и донесет. Да и Махмудка не просто дракон был, а придворный разжигатель лампад в царской зале. Хоть и дурак.

Длинна и тяжела была дорога к замку Малаховскому. Тяжко было нашим путникам. Где это видано, чтоб меланхолический медведь поднял свою толстую попу и помчался куда-то в даль. Да не один, а с верным песелем, объевшимся плодов малахольного дерева. У которого косточка на веревочке в зубах.

Дивился народ и посмеивался. В каких таких краях люди видали, чтобы собака верхом на медведе неслись стремглав куда-то, в неведомые края.

Но, сколь ни длинна дорога, но рано или поздно и она заканчивается.

И в один прекрасный денечек наши путники остановлюсь прямо на виду замка Малахова.

— Ну и? – Задал сакраментальный вопрос, упаренный медведь, сидя на пыльной земле и доедая последнюю банку меда.

— Не торопи таптыгин, сейчас будем связь держать, — вытер злополучную косточку о свой хвост, да и вставил ее в ухо медведево. На попытавшегося было возмутиться медведя пес шикнул. Видать не проста эта косточка была, а многофункциональная.

И когда прямо в ухе раздался голос Михал Михалыча, медведь даже не удивился.

— Как, там в краях неведомых у замка кощеева, тьфу, Малахова?

— Да ниче так, замок стоит неприступен, тучки зашли за солнышко.

— Ты дело говори, — рассердился Михалыч,

— Дайте я скажу, — пес вмешался в беседу. Медведь даже попытался удивиться, но вспомнил о своей меланхолии и не стал этого делать.

— Ну? – Опять сердито Михалыч, из косточки в ухе медведя.

— Да нормально все, прибыли, план есть, ждем удобного момента. — Четко по служебному доложился пес, прямо в ухо медведя.

— Ну вот дело добре. Как Махмудку увидите, мне сразу доложите. Отбой связи.

Пес вытащил косточку из уха медведя, взглянул на нее опять обтер ее о свой хвост и повесил за верёвочку себе на шею.

— Что это было? — Мрачно спросил медведь, глядя на манипуляции с косточкой.

— Главное доложиться и сказать, что план уже есть.

— А он есть?

— Нет. Но наметки уже присутствуют, да и не важно это все. Видишь, вон та башенка справа чуть повыше других стоит с красным флюгером.

— Вижу. И что нам это дает?

— А сдается мне что там и сидит наш Махмуд,

— А с чего бы это?

— Ну, ты как медведь, долго думаешь. – Ха, ты и есть медведь, блин извини Миша. Пошутил я, — неловко принялся оправдываться пес, — ну да ладно, проехали. А теперь по-взрослому:

«Башен пять у замка, это видно и так, наша при том самая отдаленная, отдельно ото всех стоит. Это раз. В тех башнях много дерева, то крыша, то стойки, то навесы. Наша целиком из камня. Это два. И на самая большая из них, это три. Да и дым из нее со всех щелей парит, это четыре.»

— Чего-то больно мудрено излагаешь, — насупился медведь.

— Да ладно тебе, Миша, всем известно камень не горит. А Махмудка наш, зело злой когда, огнем так и пышет.

— Вот теперь понял, не дурак. И что ты, о мудрый песель, объевшийся плодов малахольного дерева предлагаешь?

А тем временем, Солнышко медленно, но верно укатилось в закат. И наши герои приступили к плану спасению дракона Махмуда из полона.

Шестнадцать раз срывались когти медведя со скользкого камня пятой башни, шестнадцать раз плюхался толстый, но упругий мишка, о мягкую землю у стен замка. И если бы не его меланхолия, неизвестно чем бы все закончилось. И наконец, когда уже последние звезды пытались спрятаться от наступающего солнца, медведь на семнадцатый раз, с оседлавшим его псом, взобрались по каменной стенке пятой башни замка.

— Эва как, — пес с мечтами о плодах малахольного дерева, споткнулся о спящего дракона,

— Мы тут, понимаешь ли, спасать его пришли, а он де дрыхнет и глаз не кажет,

— Да не сплю я, — раздался гулкий драконов бас. Приподняв одно крыло, и разглядывая его на просвет, в свете восходящего солнца, дракон протянул,

— Вот все заснуть никак не мог, всю ночь какие-то шлепки под башней были, — и шмяк, и шлеп, и ой, и ой бай. Вот всю ночь думал. Какие-такие болваны пытаются влезть по каменной стене. Хотел даже встать и прикрикнуть так грозно, мол вы придурки спать мешаете! Да лень все было. Уж больно крепкий Малахов ужин то вчера зарядил. С непривычки отяжелел малость.

— Так тебя же в полон взяли, мочой пытали. А он ужин какой –то, — медведь даже удивился немного, — о чем вообще речь идет?

— А вы че меня спасать приперли то? – Дракон по прозвищу Махмуд, от удивления сел на попу, расправил и сложил огромные крылья, дыхнул огнем в небо и вопросительно взглянул на своих «спасителей».

— Да уж! Вот не знаешь где припрет, — песель даже хвостом махнул от злости, подметая пол в драконовой комнатке на вершине башни. И подняв при этом немало пыли.

— Ну-ну малахольный, ты мне тут не пыли. А отвечай ясно и понятно, а то спалю ко всем чертям. Это Михалыч, противный мерзкий старикашка вас послал?

— Э-э, огнеопасный ты наш, ты тут по тише с несанкционированными мероприятиями, обычно невозмутимый медведь грозно свел густые брови, — да Михалыч, да попросил или даже приказал, найти тебя и спасти, что здесь не понятного?

— А если я не хочу?

— Ну нифига себе, тебе Махмудка, что Малаховская моча понравилась, или интервьюером заделался? — Песель не на шутку разошелся, — мы тут понимаешь кровью и потом многие-многие тыщи шагов меряем. А он от обжорства и в ус не дует.

— Не братва, на кой шиш ваш Михалыч мне сдался? Не понравилось мне во дворце ихнем лампадки разжигать, да и детишки меня боятся. А тут раздолье. Хоть и мутный тип ваш Малахов, я тут с ним крепко поговорил по-мужски. Он теперь ко мне не пристает со своей болтовней и морализаторством. А мне много не надо, днем сижу на башне, далеко гляжу. Кой где не порядок. Прилечу, по ушам настучу. Кой кому горячий зад его подпалю. А потом сплю или лопаю. Чем Малахов угостит. Хороша житуха.

— А нам, что делать то? – Вырвался-таки сакраментальный вопрос у пса, помнящего вкус плодов малахольного дерева,

— Ну да, ну да. Топали-топали, а обед весь слопали! — Меланхолический медведь лег на спину и смотрел на синее небо.

— И-эх ребятки, красотища то какая, — дракон по прозвищу Махмуд по быстренькому слетав к ближайшему погребку принес закадычным путешественникам по большому куску копчённого окорока. По батону свежего хлеба и большой бутыли со свежей водой. И уже лежа на верхней площадке и громко чавкая вместе со всеми, финализировал сюжет:

«Мораль сей басни такова! Здесь нет слона и моськи нет, здесь нет змеи и нет осла. Зато есть пес и верный друг медведь. И ставший другом их дракон Махмуд. И главное: Спасать того, кто этого не хочет, дурацкая в общем то идея!»

Николай Кузнецов akakraft-cola 28.03.21

-

Оцените пост

0
Нет комментариев. Ваш будет первым!