Голубой подснежник (продолжение 39)

***
На следующий день во время обеденного перерыва Пузырев пошел в магазин, чтобы купить несколько мышеловок. На всю деревню магазин был один-единственный. Особым разнообразием продуктов местных жителей не радовали. Собственно, весь ассортимент можно было пересчитать по пальцам. Особо привередливые могли поехать в райцентр. Там магазинов было побольше, да и выбор продуктов был побогаче. Но каждый день туда не наездишься. Деревенские ходили в эти магазины только тогда, когда ехали в райцентр по каким-то своим делам, например, в поликлинику. В остальные дни приходилось довольствоваться скудным ассортиментом сельпо.[cut=Читать далее......]
Войдя в магазин, Пузырев поздоровался. Продавщица что-то недовольно буркнула.
В магазине царил полумрак. Было душно, пахло несвежими овощами. Жужжали мухи. Они были повсюду: летали в воздухе, ползали по прилавку и по продуктам, норовили сесть на покупателей. Покупателей особо не было. Только какой-то дед стоял выбирал, какую ему водку купить, побольше и подешевле или поменьше и подороже. Выбор, на взгляд Пузырева, был вполне очевиден, но дед долго стоял в раздумьях, склоняясь то в одну, то в другую сторону. В итоге он купил ту, что побольше. Пузырев мысленно усмехнулся. Все-таки его проницательность практически ставит его в один ряд с Шерлоком Холмсом. Как ни крути, а он не лишен догадливости.
В дальнем углу магазина перед небольшой витриной с немногочисленными косметическо-хозяйственными штучками стояла Нина и к чему-то внимательно присматривалась.
— Ну что, Нин, мужиков соблазнять собралась? – ехидно спросила продавщица.
— Да бог с тобой, — отмахнулась Нина. – Кать, а у тебя, я смотрю, тут духи какие-то продаются…
— Продаются, — ухмыльнулась Катя. Это была типичная продавщица сельпо: полная и с химией на голове.
— А какие тут получше-то? – спросила Нина.
— У всех вкусы разные, — протянула Катя. – Но вот на днях нам «Красную Москву» завезли. Говорят, хорошие.
— А понюхать дашь?
— А что ж не дать? Давай понюхаем.
Катя открыла витрину и достала оттуда небольшую красную коробочку с белыми ромбами. Бесцеремонно сорвав с нее пленку, даже не удосужившись сделать это аккуратно, Катя извлекла из коробочки маленький флакон, открыла и поднесла к носу.
— А че, нормально пахнут.
Катя приложила палец к горлышку флакона, перевернула его и потерла палец о свою шею. Запах духов дошел даже до Пузырева.
«Фу, какая гадость, — подумал он. – Неужели Нина Николаевна на самом деле собирается этим душиться?»
Протянув флакон Нине, Катя уперла руки в бока и уставилась на свою потенциальную покупательницу. Нина осторожно взяла протянутый ей флакон, понюхала и поставила на витрину.
— Кать, а Шанеля у тебя нету?
— Ишь чего захотела, Шанеля ей подавай. Нетути. Хошь, эти бери.
— Кать, а точно хорошие они, духи-то эти?
— Да хорошие, хорошие, все так говорят. Бери, Нинка, не пожалеешь.
— А сколько стоят они?
— Скока-скока… Вон скока, — Катя ткнула толстым пальцем в ценник, прикрепленный к коробке духов. – Ну что, брать будешь?
— Ну давай, — решилась Нина. – Один раз живем.
Пузырев, ставший невольным свидетелем этой сцены, мучился догадками, зачем Нине Николаевне понадобились духи. Неужели решила кого-нибудь соблазнить? Кого можно было соблазнить таким убойным запахом, Пузырев даже представить не мог. Разве что человека, который потерял обоняние. При этой мысли Пузырев улыбнулся. Представить, как Нина Николаевна кого-то соблазняет, было довольно трудно, так как в глазах Пузырева эта женщина не обладала вообще ничем женским, за исключением данным природой полом.
Нина расплатилась за духи. Выходя из магазина, она заметила Пузырева, как-то странно сжалась, бросив на него загадочный взгляд.
— Здрасьте, — быстро поздоровалась она и торопливо вышла на улицу.
Пузырев подошел к прилавку.
— Мне бы мешеловок, — сказал он. – Есть у вас мышеловки?
— Есть, — пробурчала Катя. – Щас принесу.
— Только мне десять штук надо, — быстро предупредил Пузырев.
— Десять штук? Зачем вам стока? – удивленно вскинула жирно подведенные брови Катя.
— Мышей ловить. Зачем еще нужны мышеловки?
— Ладно. Щас принесу.
Катя медленно двинулась в подсобку, колыхая бедрами, как разрезающий волны парусник. Погремев чем-то, Катя подошла к прилавку, держа в руках мышеловки.
— Тока пять есть. Брать будете?
— Пять так пять. Только в пакет положите, чтоб по дороге меня не прихлопнули.
После вчерашнего происшествия Пузырев опасался мышеловок, но другого способа борьбы с серыми врагами он не знал.
Выходя из магазина с пакетом мышеловок, Пузырев представлял, как в каждой из этих приборов к следующему утру окажется по одной наглой серой мыши.

***
Поставив пакет с мышеловками на рабочий стол, Пузырев сел в кресло и закурил. С мышами он будет разбираться после работы, а сейчас ему надо заняться делом, хорошенько обдумать сложившуюся ситуацию.
От мыслей Пузырева отвлекло шуршание шин. Пузырев повернулся в кресле и выглянул в окно. Рядом с участком остановилась черная «Тойота». Хлопнула дверца. В молодом человеке, стоящим рядом с машиной, Пузырев узнал Никиту Смирнова. «Вот и отлично, — подумал он. – Начнем наконец решать головоломку».
Никита заглянул в кабинет Пузырева.
— Здравствуйте, Василий Аркадьевич? Я вас не отвлекаю?
— Да нет. Нет. Я как раз о вас думал.
— И что же вы обо мне думали? — Никита улыбнулся.
«Вот ведь невозмутимый человек, — подумал Пузырев. – Ничем его не прошибешь. Все время улыбается».
— Да вот много у меня к вам вопросов накопилось, — сказал Пузырев.
— И каких же? – поинтересовался Никита.
— Да вы садитесь, Никита. В ногах правды нет.
Никита сел на стул.
— Вы мне в прошлый наш разговор рассказали, как Вика вам про труп рассказала…
— Да, — перебил Никита. – Рассказал. И я только что привез вашу Вику домой, так что с ней все в порядке.
— Привезли домой? – изумился Пузырев. – А откуда же вы ее привезли?
— Я ее в Москве нашел. Она туда сама приехала. Сказала, что сбежала из дома. Я ее к себе позвал. Не оставлять же мне девчонку одну на ночь в городе.
«Складно говорит, не придерешься», — резюмировал про себя Пузырев.
— А что же вы мне об этом в прошлый раз не сказали? Ведь у нас с вами зашел про нее разговор, — спросил Пузырев.
— Так не успел я. У вас же тут ЧП произошло. Не помните, что ли, Василий Аркадьевич?
— Помню. Только вы могли бы как-нибудь все же рассказать мне об этом, ведь пропажа девочки из дома – это тоже ЧП. Никто ведь не знал, где она. Слава богу, не пришлось еще один труп опознавать.
— Как-то вы уж совсем цинично, Василий Аркадьевич… Я, конечно, понимаю: вас трупами не удивишь. Но зачем такие предположения делать?
— Я сам как-нибудь разберусь, какие мне делать предположения, а какие нет, — разозлился Пузырев. – у меня для вас, кстати, интересная информация есть, так что вы мне тут не хамите, пожалуйста.
— Что за информация? – оживился Никита.
— Это про Афанасия. Точнее про его сына. А еще точнее про его покойного сына. И вы меня не одергивайте, что я про покойников говорю. Я ж не виноват, что он… покойник.
— Так что там с его сыном?
— Я тут выяснил одну интересную вещь: вы катастрофически похожи.
— Кто?
— Вы похожи на покойного сына Афанасия.
Никита остолбенел. Он ожидал услышать все, что угодно, но не это.
— Я понимаю ваше удивление. И скорее всего вы мне даже особо не поверите. Так вот на этот случай я даже захватил с собой его фотографию. Ну что, хотите посмотреть?
— Хочу, — сказал Никита и сглотнул. Он приготовился увидеть своего двойника, человека, похожего на себя. Пузырев порылся в бумагах, разбросанных по всему столу, и достал оттуда пожелтевший снимок. Никита глянул и потерял дар речи: со старой фотографии на него смотрел… он сам.


(продолжение следует...)

Оцените пост

+1

Оценили

Надежда Штанько+1
Скоро будет)))
Жду продолжения