Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

«Храбрый воин из Самары»

+7
Голосов: 7
Опубликовано: 1556 дней назад (17 августа 2014)
Редактировалось: 1 раз — 17 августа 2014



А вы знаете, что:


«Единого мнения о происхождении названия реки и города Самара нет. Существуют несколько теорий. Например - В. Ф. Барашков связывал название реки с монгольским словом Самар со значением «орех, ореховый».

Честно?! – Я не знала.


А Наполеон после Смоленской битвы мрачно заметил: «Кампания 1812 года кончена». – И не ошибся.


Среди тех, кто подвигнет покорителя Европы на это признание, будет и наш земляк Василий Гаврилович Пяткин.


Имя Василия Гавриловича Пяткина сегодня, к сожалению, мало знакомо широкому читателю. А между тем этот замечательный человек достоин занять место в одном ряду с Раевским, Скобелевым и другими героями Отечественной войны 1812 года.

Материал данной заметки очень интересный. Потому что – о земляке.

Но и грустный - познакомилась с заметками и очерками о Храбром воине из Самары - при печальных обстоятельствах .... писала соболезнование по поводу ухода из жизни ещё одного знаменитого и уважаемого самарца - Носова Анатолия Ивановича («Самара, которую подарил нам А.И. Носков - живая легенда Города... Он ушёл из жизни, но навсегда - имя его - в нашей памяти». Блог «Хроники самарочки», 21 июля 2014 года).

Анатолий Иванович - автор статей о Василии Пяткине, опубликованных в журнале «Самарская Лука». ХРАБРЫЙ ВОИН из Самары. Ученый-экономист и педагог, удостоенный многих званий и наград, человек с потрясающим диапазоном увлечений - от футбола до филателии, он много лет отдал - краеведению, сумев тонко почувствовать неповторимый самарский характер, словно прожил в этом городе несколько столетий. Купцы, дворяне, чиновники, актеры, писатели, будто в грандиозном спектакле проходят перед глазами читателей. Он выявил столько новых фактов, восстановил такое количество имен, что кажется невероятным, что это сделал один человек.

Имена, связанные с Самарой.

Василий Гаврилович Пяткин.



Выходец из обедневшей самарской дворянский семьи, Василий Гаврилович Пяткин поступил на военную службу в 1798 году.





А уже в сентябре 1799-го семнадцатилетним юношей получил чин прапорщика. И к началу Отечественной войны 1812 года у него за плечами был длинный и славный боевой путь.


С 1807-го поручик 26-го егерского полка Пяткин участвует в сражениях русской армии против французских войск на территории Пруссии.


Во время последней в истории русско-шведской войны 1808-1809 годов проходит в составе действующей армии через всю Финляндию, получает звание капитана и ордена Св. Анны 4-й степени, Св. Владимира 4-й степени с бантом и золотую шпагу с надписью «За храбрость».

О его действиях в бою со шведами 28 июля 1808 года записано в формуляре: «Командуя всеми стрелками, мужеством своим и особенным усердием выгнал неприятельские пикеты и стрелков... и занял... назначенную позицию, отколь можно было действовать артиллерии».

5 августа 1808 года в бою В.Г. Пяткин «во время атаки неприятеля командирован был со стрелками и, распоряжаясь оными с особенным искусством, мужеством своим подавал пример нижним чинам и много способствовал к удержанию неприятеля, имевшего намерение обойти левый фланг».



В 1810 -м Василий Гаврилович - дивизионный адъютант легендарного генерал- лейтенанта Н.Н.Раевского. Во время русско-турецкой войны 1810-1811 годов храбро сражается в Молдавии и Валахии.


АЛМАЗЫ ЗА ХРАБРОСТЬ

В.Г. Пяткин отличился уже в одном из первых крупных сражений с французами — 11 июля 1812 года при деревне Салтановке. «Находясь во время сражения при корпусном командире генерале Раевском, в звании дежурного штаб-офицера, распоряжался по приказанию его войсками, и посылаем был в самые опасные места; сверх сего отличил себя усердием, расторопностью и непрестанными трудами по возложенной на него тогда должности».


Это был один из арьергардных боев, в котором наши войска сдерживали натиск противника. И стойкость их была такова, что командовавший первым корпусом наполеоновской армии маршал Л.Н.Даву, вспоминая Салтановку, признавался, что никогда не видал «пехотного дела столь упорного».


За храбрость, проявленную в этом сражении, нашего земляка награждают орденом Св. Анны 2-й степени, украшенным алмазами.


Между тем 1-я армия под командованием М.Б. Барклая де Толли и 2-я армия под командованием князя П.И.Багратиона планомерно отходили в направлении Смоленска, где решено было дать Наполеону бой.



О СМОЛЕНСКОМ СРАЖЕНИИ


4 августа французы атаковали Смоленск. Под его стенами развернулось ожесточенное сражение, в котором обе стороны понесли тяжелые потери. Битва продолжалась и весь следующий день. Перед сражением Василий Гаврилович блестяще выполнил поручение Раевского, побывав в городе «для осведомления» и «выяснения обстановки».


Пройдут годы, Пяткин на основе своих дневниковых записей напишет воспоминания о легендарном сражении. Расскажет об атмосфере накануне боя. О самой битве. О том, с каким «неимоверным присутствием духа» отражались атаки превосходящих сил противника. Расскажет и о генерал-лейтенанте Раевском. И не только о его полководческом таланте, но и высоких нравственных качествах, ярко проявленных им в ходе сражения.



ВМЕСТЕ С КУТУЗОВЫМ


8 августа Александр I назначит главнокомандующим российских войск М.И. Кутузова. 17 августа Кутузов прибудет к армии в районе села Царево-Займище.


И, одобрив выбранную Барклаем позицию у этого села, отдаст приказ о продолжении отступления, которое будет остановлено через три дня в 110 верстах от Москвы близ села Бородино.


27-я пехотная дивизия генерала Д.П.Неверовского, в составе которой находились волжане, будет участвовать и в Бородинском сражении, и во всех последующих знаменитых битвах Отечественной войны. В том числе и в тяжелейшей битве при Малом Ярославце. Город восемь раз будет переходить из рук в руки. Будет подожжен. Но русская армия вырвет в этом бою инициативу наступления.

В.Г. Пяткин особо отличился 12 октября 1812 года в битве под Малоярославцем. С приходом корпуса Раевского на назначенную позицию В.Г. Пяткину было приказано «ввести в дело наших стрелков, которых он разделил на части и, доведя на ближайшую дистанцию к неприятельским стрелкам, ударил по оным в штыки, сбил из занимаемых ими засад и очистил место к действию наших орудий; когда же, наконец, усилившимся неприятелем наши стрелки приведены были в расстройство, остановя, собрал их и примерною своей храбростью поощрил кинуться вперед и прогнать неприятеля под прикрытие их батарей».

В этом бою Василий Гаврилович был тяжело ранен в спинные позвонки с раздроблением костей. За указанный подвиг В.Г. Пяткин был представлен к ордену св. Георгия 4 класса.



ЗАГРАНИЧНЫЙ ПОХОД


Пяткин вновь в боевом строю и участвует в битве при Лейпциге. Это сражение длилось три дня и вошло в историю как «битва народов» - со стороны союзников сражались русские, прусские, австрийские, шведские войска. Со стороны Наполеона - французские, польские, голландские, бельгийские, итальянские...


И в Лейпцигской битве Наполеон был разбит. И потери его были огромными. За три дня французский император лишился 60000 человек убитыми и ранеными. В армии союзников было свыше 50000 павших.

Ранен был, и вновь тяжело (в ногу), и Пяткин. Но передовой не оставил. Произведенный в подполковники, отважный самарец отличился и на территории Франции. За проявленную в битве при Арси-Сюр-Об храбрость получил звание полковника и назначение в лейб-гвардии Павловский полк.


19 (31) марта 1814 года русские войска во главе с императором Александром I триумфально вступили в Париж. В числе триумфаторов был и наш земляк Василий Гаврилович Пяткин.


ИЗ ПАРИЖА В САМАРУ


А в Самаре героя ждала мать, Елизавета Леонтьевна, которую он нежно любил, которой все эти годы писал письма и присылал деньги. В августе 1814 года, после шестнадцати лет отсутствия, он приехал в город своего детства, оставив Париж ради встречи с матерью.

Это было незабываемым событием для старушки-матери, всех родных, среди которых, прежде всего, следует назвать Ивана Алексеевича Второва (1772–1844), первого самарского литератора, самарского уездного судью, исполнявшего в 1812–1814 годах обязанности самарского городничего.


Навестил родных и знакомых, а затем с Иваном Алексеевичем Второвым, который состоял в то время ввиду нехватки людей сразу в трех должностях - судьи, городничего и предводителя уездного дворянства и тоже был Пяткину родственник, съездил в Оренбург к боевым товарищам. И в первую очередь побывал у генерала Григория Семеновича Волконского. Двоюродный брат деда Л.Н.Толстого и отец Сергея и Никиты Волконских, будущих декабристов, князь командовал тогда оренбургским корпусом и одновременно был военным губернатором.

Второв как городничий обеспечивал прохождение через Самару и переправу через Волгу войск в действующую армию, содержание в Самаре 119 пленных из французской армии, в том числе 18 офицеров. Второв относился к ним гуманно, образованных офицеров даже приглашал к себе в дом. В день отбытия из Самары в июне 1814 года пленные горячо благодарили самарского городничего, а впоследствии Второв получал от некоторых из них письма с изъявлениями благодарности. За свою многотрудную деятельность в военное время Второв был награжден медалью Отечественной войны 1812 года.

И.А. Второв был по матери двоюродным братом В.Г. Пяткина и сыграл важную роль в его воспитании в отроческие годы. Вася Пяткин прожил в Самаре в семье И.А. Второва четыре года, с 1794 по 1798; именно Иван Алексеевич помог определиться брату Васе на военную службу.

Теперь И.А. Второв с радостью и уважением принял возмужавшего брата, заслуженного воина, много испытавшего и повидавшего. Братья были неразлучны, вместе совершили поездку в Оренбург. Между ними установились отношения дружбы и полного единодушия, сохранявшиеся всю жизнь.



В начале июля 1815 года Пяткин вернулся в армию, а в феврале 1816-го назначен был командиром 49-го егерского полка.

Причина следующего приезда героя войны в Самару печальна: в 1818 году умерла его мать. Проводив Елизавету Леонтьевну в последний путь, наградив деньгами и вещами прислугу, а некоторых и отпустив на волю, Пяткин покинул родной город.


НА ВЫСОКИХ ДОЛЖНОСТЯХ


В августе 1821-го ему присвоили очередное звание и перевели во Внутреннюю стражу (воинские части, подчиненные гражданскому начальству и выполнявшие обязанности по охране порядка. - Ред.) и назначили в Тверь, генералом округа.


Через два года Пяткин - начальник штаба отдельного корпуса Внутренней стражи Петербурга, за усердие награжден орденом Св. Анны I степени, но по-прежнему обаятелен, не кичлив и в постоянной заботе о самарских родственниках и друзьях. Хлопочет, в частности, по наградным делам Ивана Алексеевича Второва, всячески поддерживает его и ободряет.
В начале сентября 1826-го генерал-лейтенант Пяткин снова в Самаре. Ревизирует команды внутренней стражи. Но, конечно же, и могилу матери навещает, делает визиты родне, встречается с друзьями детства .


В 1827-м уже Второв едет в Петербург - наконец-то им получен Владимирский крест, дающий потомственное дворянство. Останавливается у родственника Василия Гавриловича Пяткина и задерживается. До 10 марта 1828 года. Не столько из-за дел, сколько из-за болезни.

Приглашают к больному известного врача Н.Ф.Арендта. Ухаживает за больным жена Пяткина Эмилия Александровна. Больного навещают столичные друзья и знакомые. В том числе А.А.Дельвиг, товарищ А.С.Пушкина.

Не исключена, кстати говоря, возможность встречи Пяткина и с В.А.Жуковским, и с П.А.Вяземским. Накануне Бородинского сражения Жуковский жил в одной палатке с волжанином И.Н.Скобелевым, другом нашего героя.

И он же, наш герой, упоминается в одной из шуток Пушкина, написанной им в соавторстве с Вяземским и адресованной Жуковскому:«Надобно помянуть: Жуковского балладника и Марса, питерского помадника. Надо помянуть: Господ Чулкова, Носкова, Башмакова, Сапожкова. Да при них и генерала Пяткина и князя Ростовского-Касаткина».


В 1830-м Пяткин получает место военного губернатора в Астрахани. В те же годы, несмотря на свою многодетность, Пяткины берут на воспитание маленькую Юлию, дочь овдовевшего Второва. Понимая беспокойство и тоску отца по дочери, Василий Гаврилович постоянно писал Ивану Алексеевичу, тепло и нежно отзываясь о своей воспитаннице.


В ОТСТАВКЕ


В 1833-м Пяткина произведут в генерал-лейтенанты, а в следующем году он уйдет в отставку. Семейство поселится в Кленкове - подмосковном имении Эмилии Александровны. Отсюда, из Кленково, Пяткин передаст историку генерал-лейтенанту сенатору Михайловскому-Данилевскому, собирающему материалы для сборника об Отечественной войне 1812 года, часть своего дневника.


В 1900 году в Вильно в типографии штаба военного округа выйдет книга В.И.Харкевича «1812 год в дневниках, записках и воспоминаниях современников». Будут в ней и свидетельства нашего земляка.

А за 63 года до этого, в 1837-м, на Красном холме, где стояла батарея Раевского, наследник престола Александр Николаевич заложит памятник героям Бородина. Чугунный монумент, отлитый по проекту архитектора Адамини в Петербурге на Александровском заводе, откроют 17 августа 1839 года. На глазах у 120 000 участников и свидетелей Бородинской битвы. Среди этих людей будет и генерал Пяткин.

После Бородинского смотра Пяткин получит место коменданта в Брест-Литовске. В июне 1844-го за усердную и ревностную службу будет награжден орденом Св. Анны I степени, украшенным императорской короной.

В июле 1846-го выйдет в отставку, а в январе 1847-го самарца, посвятившего жизнь защите Отечества, не станет.

Сыновья Василия Гавриловича — Владимир и Василий избрали военную карьеру. Владимир за отличия в войне с горцами дослужился до чина майора, был награжден орденом Анны 4 степени, в 1859–1860 годах служил шлиссельбургским городничим. Василий обучался в пажеском корпусе, служил в гвардии поручиком, адъютантом штаба гвардейской пехотной бригады. Дочь Софья была выдана замуж в 1842 году за А.А. Горленко, дослужившегося до чина полковника. У них было пять сыновей.


К сожалению, ни одного портрета Василия Гавриловича Пяткина не сохранилось.

Но сохранится – память.


«Каждый человек для чего-то приходит в этот мир. И если мать-природа позаботилась о его появлении на свет, то она и определила ему дальнейший жизненный путь».
Эти слова принадлежат А.Н. Завальному, главному библиографу Самарской областной универсальной научной библиотеки, сопредседателю Самарского отделения Союза краеведов, заслуженному работнику культуры России.

А говорит он об удивительном человеке - Анатолии Ивановиче Носкове.

Не одно поколение любителей самарской старины будет обращаться к работам удивительного автора Анатолия Ивановича Носкова. Самара, которую подарил нам А.И. Носков - живая легенда Города... Он ушёл из жизни, но навсегда - имя его - в нашей памяти.




Источники:

Самарцы в войне 1812 года. Автор: Раиса ПОДДУБНАЯ 08.08.2012 09:15

ХРАБРЫЙ ВОИН из Самары. Автор: А.И. Носков, опубликовано в журнале «Самарская Лука»

Герб рода Пяткиных
Комментарии (2)
Марат Валеев #    17 августа 2014 в 11:33
А самарский воин Пяткин
не показывал врагу пятки...

Замечательной, геройской судьбы человек, сделавший себя сам и много сделавший для Отчизны!
Ольга Михайлова #    17 августа 2014 в 23:16
Приветствую, Марат!

Приветствую всех, кто читает интереснейший материал самарских краеведов и историков по самым различным темам.

Рассказать о Самарском Крае, о роли Самары в судьбе известных людей и в судьбе страны, о точках соприкосновения, обо всём, что объединяет нас - это и есть "Самарские судьбы" и Блог "Хроники самарочки".

Спасибо.

В 1851 Самара — губернский город и столица Самарской губернии, насчитывающая 15 тысяч человек.

Самара сегодня - один из главных научных центров страны в космической и авиационной областях.


И вот ещё одна тема дня - «Вера Фигнер и Самара».






17 августа 1877 года в Самару в числе других народовольцев с целью лечения и просвещения крестьян приехала Вера Николаевна Фигнер, впоследствии известная революционерка и писательница.

Она родилась в 1852 году в Казанской губернии, в дворянском семействе обрусевших немцев, и в 1869 году окончила здешние курсы института благородных девиц. В это время ее судьба в первый, но отнюдь не в последний раз оказалась связана с нашим краем.

В декабре 1869 года на балу у знакомых Вера познакомилась с молодым человеком, который оказался Алексеем Филипповым, временным судебным следователем по ряду уездов Самарской губернии.

Примечательно, что на эту престижную должность он был назначен в возрасте всего лишь 24 лет, сразу же после окончания юридического факультета Казанского университета, что объяснялось его отличной учебой.

Встреча Алексея и Веры на провинциальном балу оказалась судьбоносной для обоих, полностью подходя под классическое определение «любви с первого взгляда».

Вот как через много лет Вера вспоминала о своих встречах с Алексеем Филипповым: «…мы встречались часто, разговаривали обо всем, и, к нашему удовольствию, всегда сходились во взглядах, вместе читали книги.

Первый год нашего знакомства еще не кончился, когда 18 октября 1870 года мы обвенчались в сельской церкви в Никифорове».

После венчания Вера стала готовиться к поступлению в Цюрихский университет. Под руководством Алексея она занималась геометрией и алгеброй, совершенствовалась в немецком языке. Одновременно Фигнер уговаривала его бросить государственную службу и уехать вместе с нею в Швейцарию, где собиралась учиться на врача.

В 1871 году она поступила на медицинский факультет Цюрихского университета. В это время ее давление на мужа оказалось настолько сильным, что в августе 1872 года Филиппов все-таки подал прошение об отставке с поста судебного следователя, получил ее - и уехал вслед за женой в Швейцарию.

Но он не знал, что Вера как раз в это время вступила в организацию русских народников. При этом она всячески старалась втянуть в революционную деятельность также и своего мужа, однако Алексей Викторович на сей раз устоял.

Разногласия в политических взглядах супругов в конце концов и стали причиной их разрыва. Весной 1874 года Филиппов подал на развод и возвратился в Самару, где снова поступил на службу в Самарский окружной суд. Официально же его брак с Фигнер был расторгнут лишь в 1876 году.

А Вера тем временем все больше и больше увлекалась революционной деятельностью, что в итоге переросло в смысл всей ее жизни. По первому же вызову революционной организации Вера вернулась в Россию. К тому времени на своем прошлом Фигнер бесповоротно поставила крест.

В 1877 году жизнь этой беспокойной женщины еще раз на некоторое время пересеклась с Самарской губернией. Окончив университет, она 17 августа 1877 года приехала в село Студенцы Самарского уезда, где в течение трех месяцев работала фельдшером.

Вместе с ней в наш край для работы по специальности тогда приехали и другие известные народовольцы: Ю. Богданович – в село Алексеевку, А. Квятковский – в село Страхово, А. Медведев – в село Гвардейцы. Таково было решение штаба «Народной Воли»: всем ее членам, имеющим медицинское или педагогическое образование, следует периодически «ходить в народ», чтобы его лечить, просвещать и прививать ему европейскую культуру.

Образ такого народного врача Базарова, как известно, вывел И.С. Тургенев в своем знаменитом романе «Отцы и дети». Как свидетельствует сама Фигнер, ее трехмесячная деятельность по просвещению народа «в европейском духе» в селе Студенцы была не слишком успешной.

Рассказы об истории и искусстве мужики обычно слушали со вниманием, однако, когда речь заходила о вопросах несправедливого распределения земли между крестьянами и помещиками, все заметно напрягались. Обычно на эти темы отвечали уклончиво, однако по тому, что после лекций Фигнер в Студенцы вдруг зачастил судебный пристав, Вера Николаевна быстро поняла, что о содержании бесед мужики быстро сообщили «куда следует». По этой причине Фигнер была вынуждена бросить практику в Студенцах и уехать в Саратовскую губернию.

Но и там ее ждало разочарование: крестьяне никак не поддавались народовольческой агитации. Из истории известно, что были случаи, когда после особо откровенных призывов к свержению помещиков и самого государя мужики хватали агитатора-народника, вязали его и волокли к приставу, требуя для него «самого сурового наказания».

В целом политика «Народной воли» по «воспитанию крестьян» и подъему массового революционного движения в России в 60-х – 70-х годах XIX века потерпела полный крах. Именно поэтому руководство организации тогда же приняло решение о переходе к тактике индивидуального террора против высших представителей российской власти, в первую очередь против царя.

Вскоре народовольцы начали подготовку к убийству Александра II, что и было осуществлено в 1881 году. Вера Фигнер принимала достаточно активное участие в подготовке теракта, что и привело ее на скамью подсудимых и в камеру Шлиссельбургской крепости, где она провела 20 долгих лет.

Освободившись из тюрьмы в 1904 году, Фигнер через несколько месяцев оказалась за границей. В эмиграции она издала сборник стихотворений, рассказ «Моя няня», а также ряд биографических статей о своих товарищах в сборнике «Галерея шлиссельбургских узников».

В 1915 году Вера Фигнер вернулась в Россию, и вскоре стала свидетелем февральских и октябрьских событий 1917 года.

За уникальное революционное прошлое ей при личном содействии Сталина была установлена персональная пенсия.

В 30-е годы Фигнер неоднократно выступала в защиту арестованных старых большевиков, причем ее саму от репрессий спасал только громадный авторитет и заслуги в борьбе с самодержавием.

Вера Николаевна Фигнер скончалась в Москве в 1942 году, не дожив до своего 90-летия меньше месяца.


(Колесо истории. Самара)

17 августа. Ещё один. Каким он был?