Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Сегодня исполняется 50 лет со дня рождения Сергея Гринькова

+2
Голосов: 2
Опубликовано: 1089 дней назад ( 4 февраля 2017)


Сегодня Сергею Гринькову, советскому и российскому фигуристу, двукратному олимпийскому чемпиону, исполнилось бы 50 лет.

Сергей Гриньков родился 4 февраля 1967 года в Москве.

Сергей с детства отличался необыкновенным дружелюбием, легкостью характера и чувством юмора. Он с пяти лет занимался в школе фигурного катания ЦСКА, и познакомился с Екатериной Гордеевой в августе 1981 года. В тот момент фигурное катание в СССР было на пике своей популярности, и родители Кати Гордеевой и Сережи Гринькова последовали моде, отдав детей на каток, причем Катя пришла в спорт с хорошей хореографической подготовкой. Она с трех лет танцевала в детском ансамбле «Калинка» и успешно прошла все туры в балетную школу Большого театра. Но тренеры в фигурном катании посчитали, что для одиночного катания и у Кати, и у Сергея были недостаточно сильными прыжки, и решили объединить их в пару. Катя, в свою очередь, из всех сил сопротивлялся такому решению тренеров – именно так начали развиваться отношения не только прекрасной спортивной, но и будущей семейной пары. При этом нужно отметить, что сначала с Сергеем Гриньковым и Екатериной Гордеевой работали тренеры Владимир Захаров и Надежда Шеваловская, а потом Катя и Сергей стали тренироваться у тренеров Станислава Жука и Станислава Леоновича.





Тренерам неуемный характер никогда не отличавшегося послушанием Гринькова доставлял немало проблем. В детском саду Сергей как-то решил проверить, найдет ли он сам дорогу домой, и ушел из детского сада проверять свою теорию, не поставив воспитательницу в известность о принятом им решении. В школе у Гринькова начались проблемы другого порядка - фирменная улыбка Сергея доводила учителей до белого каления, из-за чего родителей часто вызывали в школу: «Он над нами издевается, примите меры». Меры принимал сам Сергей: закрывшись в комнате, он часами перед зеркалом отрабатывал «серьезность», демонстрируя наиболее удачные творческие находки сестре и маме. Им же он позже напоминал перед каждым своим отъездом на соревнования: «Мама, пиши мне длинные-длинные письма. И Наташка пусть пишет». Домой Сергей звонил редко: разве что напомнить про письма, если случалась оказия для их передачи.



В 1985 году Гриньков и Гордеева стали чемпионами мира среди юниоров и в том же году, на чемпионате Советского Союза заняли среди взрослых шестое место. А в 1986 году Екатерина в паре с Сергеем триумфально выиграли золото женевского чемпионата мира, и потом еще трижды повторили этот успех в 1987-м, 1989-м и 1990-м годах.


В 1988 году в канадском Калгари Гриньков и Гордеева одержали победу на Олимпийских Играх, а в 1988-м и 1990-м годах выиграли чемпионат Европы. Но в 1990-м году Сергей и Катя приняли решение закончить любительскую карьеру и переехали в США, где начали выступать в ледовом шоу IMG «Stars on Ice».



В 1991 году Гриньков с травмой плеча, из-за которой они с Катей и приняли окончательное решение оставить любительский спорт, был вынужден сделать операцию в отделении спортивной и балетной травмы ЦИТО, где в него влюбился весь медицинский персонал. Его палата от постоянного нашествия посетителей превратилась в проходной двор. «Когда я впервые увидел его суставы, то понял, что Сергей никогда не щадил себя и всегда тренировался на пределе, - говорил лечащий врач Гринькова хирург Сергей Архипов. - Впрочем, такой же была и Катя. Она лежала в ЦИТО трижды: от сумасшедших нагрузок у нее периодически расслаивались косточки стопы. Но об этом мало кто знал».

Олимпийская чемпионка Наталья Бестемьянова рассказывала: «Сколько я помню Серегу, о нем всегда шла слава эдакого веселого удальца. И в то же время, не было спортсменов, более удачливых, чем Гордеева и Гриньков. Они работали, как фанаты, но никогда не кичились своими титулами. Нам, фигуристам, иногда свойственно, извините, выпендриваться, но Сергей с Катей всегда оставались самими собою. Ни одна их победа никогда не вызывала сомнений. Даже после ухода в профессиональный спорт, они, по существу, остались единственными, кто не только не потерял в технике, но поднялся на совершенно новый качественный уровень».



Одновременно с развитием спортивной карьеры, развивались отношения Сергея и Кати. Впервые они поцеловались под Новый год в гостях у фигуриста Александра Фадеева. Он пригласил их посмотреть недавно купленный дачный участок, единственной постройкой на котором была баня. Оставшись с Катей наедине, Сергей ее спросил: «Почему бы нам не поцеловаться?». И нежно поцеловал ее, а когда понял, что ей понравилось, поцеловал еще раз. В этот момент Фадеев вышел из сауны, чтобы перекусить. Но, увидев, что появился некстати, вернулся назад. «Думаю, что Саша похудел тогда килограммов на пять, просидев в сауне все время, что мы целовались», - вспоминала позже Гордеева.



Когда Сергей и Катя уезжали на соревнования, то вдали от Москвы у них появилась настоящая возможность побыть наедине друг с другом. Гордеева позже рассказывала: «Я была как в опьянении, совершенно забыла о соревнованиях. Благодаря ему я вдруг почувствовала себя значительно старше, почувствовала себя женщиной. Мне кажется, каждая девушка мечтала бы иметь первый опыт в сексе с таким мужчиной».



«Он излучает вокруг себя доброту, - писала о Гринькове английская журналистка, тридцать лет пишущая о фигурном катании, Сандра Стивенсон. - В этом виде спорта такое практически не встречается: слишком концентрируются спортсмены на своем. Эта светлая аура действовала как магнит на всех, кто хоть однажды разговаривал с Сергеем».

Когда Сергей получил небольшую квартиру, то предложил Кате: «Я хотел бы, чтобы ты жила здесь со мной». Она согласилась и переехала к нему, а чуть позже получила в подарок кольцо с алмазами и предложение стать женой. В 1991 году Катя и Сергей поженились. На свадьбе с ними случился забавный эпизод. Когда пришло время жениху и невесте вместе исполнить вальс, они не знали, как танцевать на обыкновенном полу.

Через некоторое время Катя забеременела, и решила рожать ребенка в Америке, так как в Москве врачи настаивали на кесаревом сечении. 11 сентября 1992 года у Кати и Сергея родилась девочка, которую они назвали Дарья.



Рождение дочери стало точкой отсчета по-настоящему американской жизни Кати и Сергея. В Америке на Гордееву обрушились новые рабочие и бытовые хлопоты. «Если бы Сергей знал язык, наверное, мне не приходилось бы решать такое количество проблем», - говорила позже в интервью Катя. И решала все проблемы самостоятельно. Она вела переговоры о том, чтобы после рождения Даши IMG увеличила сумму их контракта. «Мне было страшно неудобно заводить разговор о деньгах, - вспоминала Гордеева. - Но выхода не было. Помню, я сказала что-то вроде: «Как вы думаете, у нас могла бы появиться возможность получать в следующем сезоне немножко больше? Все-таки у нас теперь ребенок». Джей (Джей Огден - один из менеджеров IMG. - Е.В.) внимательно выслушал и сказал, что понимает наши трудности, но что и мы должны понять: у IMG довольно большой выбор фигуристов. И выразил надежду, что наш контракт все-таки нас устроит».



А в 1993 году Гриньков и Гордеева вернулись в любительский спорт, выиграли чемпионаты России и Европы, а следом и Олимпийские игры в Лиллехаммере.


После этой победы у Кати и Сергея не было отбоя от коммерческих предложений, и Гордеева с Гриньковым могли диктовать свои условия кому бы то ни было. В том числе и IMG.

Но в ноябре 1995 года во время одной из тренировок перед гастрольным туром «Звезды на льду» в Лейк-Плэсиде Сергею стало плохо. Он упал прямо на лед. Кате показалось, что все это из-за боли в спине, которая беспокоила Сергея в последнее время. Но у фигуриста случился сердечный приступ. Последними словами Сергея, которые слышала только Катя, упавшая вместе с ним на лед с незаконченной поддержки, было: «Мне очень плохо...». Когда окружающие поняли, что Сергей лежит без сознания, немедленно вызвали «скорую помощь». Но, не смотря на оперативное прибытие медиков, помочь Гринькову врачи не смогли. В госпитале к Кате подошла доктор и сказала: «Мы сделали все возможное, но не смогли его спасти». Позже было установлено, что в течение последних дней Сергей перенес как минимум еще один сердечный приступ, и если бы врачи об этом узнали раньше, то все могло бы кончиться иначе.

Было известно, что ранее Гринькова часто мучили боли в спине. Иногда ему было больно до такой степени, что Сергею приходилось отказываться от выступлений. Никто не предполагал, что за этой привычной болью может скрываться другая болезнь. И Сергей, как только боль отпускала, сразу шел выступать на лед.

Отпевали Гринькова в ЦСКА, прямо на льду. Священник отец Николай, крестивший Катю Гордееву, венчавший ее с Сергеем, и крестивший их дочь Дашу, на этот раз выполнял печальную миссию. На вопрос соседки, почему гроб по русскому обычаю не подвезли к дому, мама Сергея - Анна Филипповна печально произнесла: «Его дом – ЦСКА».



Андрей Букин рассказывал: «Мы же вместе с Сергеем катались всего десять дней назад, в Олбани - на традиционной встрече олимпийских чемпионов. Шутили, что Серега с Катей отдуваются за все советское парное катание: Елена Валова и Олег Васильев уже не выступают вместе, Артур Дмитриев тренируется с новой партнершей, Людмила Белоусова и Олег Протопопов в очередной раз прислали отказ - не сошлись с организаторами в цене. Катя же с Сергеем представляли обе свои Олимпиады - в Калгари и Лиллехаммере. А ночью, прямо с катка, сели в автобус и поехали в Лейк-Плэсид, потому что в восемь утра у них там был заказан лед...»

Из Лейк-Плэсида в Москву проводить Гринькова приехали олимпийский чемпион Скотт Хэмилтон, бронзовый призер последних Игр Пол Уайли, руководство IMG, из Хартфорда прилетели олимпийские чемпионы Виктор Петренко и Оксана Баюл, из Санкт-Петербурга на своей машине всю ночь ехал чемпион Игр в Альбервилле Артур Дмитриев. Случившееся не укладывалось в голове ни у кого. «Он же никогда ни на что не жаловался, - все повторял и повторял Артур. - Никто из нас никогда не был в столь блестящей форме. Даже в профессиональном спорте, когда вся работа, по сути сводится к репетициям на льду, Сергей продолжал бегать кроссы, отрабатывать элементы на земле. И всегда с улыбкой, с удовольствием, какой бы тяжелой ни была работа».

«Если бы мы только знали, что первый инфаркт у Сережи был накануне! - расстраивалась Марина Зуева, последний тренер Гордеевой и Гринькова. - Он пришел на каток, как ни в чем не бывало. Единственное, что он поначалу слегка приволакивал левую ногу. Думали, что мешает травма спины. До этого Сергей проходил медицинское обследование в Москве, потом - в Америке, перед тем как получить страховой полис. Врачи сказали, что сердце увеличено, но - в пределах нормы. Что немножко повышено содержание холестерола - но тоже ничего угрожающего. Накануне я проходила специальные курсы первой помощи и вдруг, когда Сережа начал падать на лед, я поняла, что именно об этих симптомах нам рассказывали врачи-кардиологи. Последнее, что помню, как бросилась на лед, крича: «Звоните 911!». Но даже полторы минуты, через которые медицинская бригада была на катке, оказались для Сергея роковыми».

«Он был великим артистом и умер, как великий артист - на сцене», - сказал о Гринькове Андрей Букин. По роковому стечению обстоятельств последней программой Гордеевой и Гринькова, с которой они выступали в Олбани, был «Реквием» Моцарта.

После смерти Сергея Гринькова Катя начала выступать в соревнованиях фигуристов-профессионалов как одиночница. В интервью она рассказывала: «Я безумно устала. Интервью продолжаются без перерыва, по нескольку в день. Вопросы одни и те же. Иногда начинает казаться, что я теряю ощущение реальности - что-то говорю, не понимая, чего от меня хотят. После того, как в Америке вышла моя книга (книга «Мой Сергей. История любви», написанная Гордеевой в соавторстве с обозревателем журнала Sports Illustrated Эдом Свифтом, появилась в продаже 1 ноября и моментально стала бестселлером), я страшно жалела о том, что согласилась на предложение Свифта ее написать. Но в тот момент, сразу после смерти Сергея, я была в таком жутком состоянии, что мне необходимо было выговориться. Свифт почти не задавал вопросов. Он приходил каждый день, включал диктофон, и я говорила часами. А сейчас не могу все это читать. Мне кажется, книга получилась слишком личной, слишком откровенной. Боюсь, что многие просто не поймут такой откровенности. С другой стороны, я встречалась с людьми, которые искренне благодарили меня за то, что я это сделала. В США уже готовится второй тираж - первый был немногим более ста тысяч. Издать книгу хотят японцы - уже заключен контракт. В России... Я бы не хотела, чтобы она вышла в России: боюсь, что перевод будет неточным. К тому же я говорила со Свифтом по-английски, очень простыми фразами, и многое из того, о чем он написал, интересно американцам, но вряд ли будет интересно у нас».

В этой книге Екатерина Гордеева рассказывала: «В нашей с Сергеем московской квартире я провела после похорон всего одну ночь. Больше я не могла там оставаться - слишком много воспоминаний связано с этим местом. Думать об этом невыносимо, и это чувство сохранилось до сих пор. Наш с Сережей тренер - Марина Зуева - буквально по минутам расписала мое время, чтобы хоть как-то меня отвлечь. Я ходила в музеи, на выставки, на концерты, плохо соображая, что происходит вокруг. Было ощущение дикой пустоты, которое медленно убивало. Каждое утро я ловила себя на мысли, что хотела бы уснуть и не просыпаться больше никогда. О фигурном катании я не думала. Мама полностью взяла на себя все хлопоты о Даше и как-то сказала, что мне, наверное, стоит забыть о спорте. Во всяком случае, тех денег, что у нас были, вполне хватало лет на десять нормальной жизни. Меня пытался успокоить и Джей - наш с Сергеем менеджер: мол, финансовая сторона - его проблема. В США уже был создан мемориальный фонд, на который начали поступать деньги. Это само по себе было очень трогательно: мне никогда не приходило в голову, что наша с Дашей судьба окажется настолько небезразлична самым разным людям в Америке. Но жить все равно не хотелось. Первой этого состояния не выдержала моя мама. В один из дней она довольно резко сказала, что дочери нужна здоровая и сильная мать. Вопреки всему. И я вдруг очень четко поняла, что вернуть меня к жизни может только фигурное катание. Потому что по большому счету всю мою предыдущую жизнь можно было разделить на две части: Сережа и спорт, которым я начала заниматься в четыре года. Потерю и того и другого я бы просто не пережила. Тогда из Москвы я и позвонила в Симсбери Виктору Петренко и попросила прислать мне мои коньки. Он как-то сразу все понял, сказал, что я - молодец, и в середине декабря - почти через месяц после Сережиной смерти - я пришла в ЦСКА».

Во время продажи книги «Мой Сергей» Гордеева ездила в специальный тур, во время которого встречалась с поклонниками фигурного катания, рассказывала о своей жизни и давала автографы. Книга разошлась мгновенно, и следом вышло второе издание.Тренер Галина Змиевская рассказывала о Гордеевой: «Она тренироваться готова день и ночь, но не хватает сил. Поэтому и нервничает ужасно, хотя сама никогда в этом не признается. Посмотрите, как она скользит! Помните, сколько было разговоров о том, будет ли Гордеева снова кататься в паре? А где взять партнера? Так, как катается Катюша, сейчас кататься почти никто и не умеет. Ей нет партнера. Понимаете? Нет!!!»

Сергей Гриньков был похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве.



http://chtoby-pomnili.com/page.php?id=514
Комментарии (1)
Анна Штомпель #    5 февраля 2017 в 22:54
Чудесная была пара Гордеева и Гриньков, и как фигуристы, и как люди, насколько можно судить со стороны. Такие же светлые, как их улыбки. Маргарита, спасибо Вам, что напомнили про эту дату!