Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Карагай

+3250 RSS-лента RSS-лента
Автор блога: Яна Солякова
Лёгкая кошка
Кошка облачком о старый тополь трётся,
Серой мордочкой о солнечную кору.
То повыше, до развилки, заберётся,
То парит клочком тумана без опоры.

Эта кошка -- удовольствие сплошное!
Она впитывает солнце серой шерсткой.
Всё ей радостное, всё-то ей смешное!
Ей на дереве просторно и не жестко.

Если мягкая она сама, как ветер,
Что весенние листочки гладит нежно,
То и будет ей всегда на этом свете
Так же мягко, так же ласково, конечно.

Если лёгкая она, как листик малый,
Если в смехе свои усики топорщит,
То и мир вокруг не съёжится устало --
Зацветёт! И будет радости всё больше.

Любимым тополям
Кто-то очень подробно и не торопясь
Смазал липкие почки густеющим соком...
Тополиных ветвей золотистая вязь
Так победно летит, так сверкает высоко!

В каждой веточке, в каждом изгибе коры
Зелень яркая вспыхнуть вот-вот обещает,
И притихли дома, и притихли дворы,
И не веря в траву, но уже ощущая.

Вот ещё один вздох... Вот ещё один шаг —
И листва полыхнёт из глубин, из расщелин.
А пока не решаясь, пока не дыша
Тополя затаились в апрельской метели.

Им уже тяжело под напором листвы.
Клей янтарный и створки застывшие почек
Не удержат зелёный и медленный взрыв!
Ожидать под метелями нет больше мочи.

Снова осень?..
Ночью выпал первый снег.
Продолжается буран
и на утро по весне...
А я думала -- туман.
Снова осень?.. За окном
Хмуро, жёлтая трава,
Заметён соседний дом,
Виден лес едва-едва...
Сыплет, падает, кружит...
Гуще, гуще и белей.
Разве снова год прожит?..
Я не помню летних дней...
Было лето? Снова снег.
Снова белая зима.
Так и будет целый век!
Будет холода сполна!
Или память подвела?..
Было лето, да прошло...
Может, жизнь уже прошла?..
Все дороги замело.
фото Н. Ленских 22 апреля, Пермь
Я и Луна
У меня на морде мох, и всё время клонит в сон.
Высох старый водоём, камни всплыли над водой.
Комары в ушах звенят с тишиною в унисон.
И колодцы темноты манят звёздной пустотой.

В глубине, на дне -- Луна прячется от жадных глаз.
За корягой, среди рыб, спящих до хороших дней.
Не грусти, не спи, Луна! Покормлю тебя сейчас,
Видишь? Звёзды в темноте разгораются сильней.

Я крошу засохший хлеб в тёмно-радужную синь.
Специальный лунный корм нынче дорог -- не достать.
Да и ползать далеко в специальный магазин...
Лапы ломит, панцирь жмёт, и всё время тянет спать.

Ты расти, моя Луна! Как блестит твоя спина
Видно сквозь десятки лет, через тысячи глубин...
Ты сияй, моя Луна! И всплывай, всплывай со дна!
Так и быть, схожу с утра в специальный магазин.
Ещё немного акварели
Акварельки
Ничего не пишу пока, ну вот -- картинки тогда))
"Завтрак аристократа"))


"Нос"
Рассказ
Когда-то давно, ещё в доинтернетную эпоху, я прочитала маленький рассказ. Он отпечатался в моей душе словно тонкий осенний лист, такой пронзительный, резкий и мягкий. Такой светящийся.
.
"Облако, озеро, башня." Удивительный рассказ. С ожидаемо ужасным концом. С неожиданно ужасным. Главного героя убили товарищи по увеселительной экскурсии.
.
Я, конечно же, не запомнила автора. Потому что, к стыду моему, автор был мне не знаком. Но рассказ... Рассказ всё не уходил из памяти, он стал моим личным переживанием и моей собственной памятью. Настолько близок был этот беззащитный, наивный человек, настолько потрясла его бессмысленная и жестокая смерть рядом с мечтой...
И вдруг -- новая встреча! Владимир Набоков, "Облако, озеро, башня."
.
Вот оно что! Набоков! Боже мой, как же он... Сначала ещё "Приглашение на казнь" отсветом того рассказа, и вот -- новая встреча через много лет. И в этот раз главный герой не умер.
.
Его избили, у него отняли мечту, не дали, не позволили, но... Правда? Так бывает? Я перечитала рассказ, и герой выжил! И, может быть, он даже сможет вернуться к своей любви... Не знаю. Я прекрасно помню его смерть в первый раз. И его сломленность сейчас...
.
Возможно, если прочитать ещё раз... Получше прочитать... То ему удастся!
.
Ведь в чуткости, в мягкости, в этой доверчивости кроется странная сила жизни. Как в траве. Как в роднике, в озере... Как в этих борзых перистых облаках... Нежная, исчезающая и вечная красота.
.
Невероятный рассказ!
.
Только нужно подождать несколько лет. Не думать. Нельзя перечитывать сразу: от этого ткань рассказа застынет, уйдёт волшебство.
.
Нельзя торопиться! Как на лепесток -- даже дышать аккуратно и не надоедать взглядом... Увидел разноцветный огонёк росинки -- и отойди, оставь! Пусть. Пусть просто будет. Так важно -- не помешать.
Пусть его не убьют никогда! Пусть он вернётся к своему озеру, облаку, башне... Пусть!
Пеликан - эмблема
Не совсем с начала фотографии, но почти))) Каркас из борщевика, остальное из бумаги.
Этот пеликан встречает гостей в гимназии № 4 имени братьев Каменских, в Перми, где будет проводится этап конкурса "Учитель года". Пеликан - эмблема конкурса. По легенде пеликан выкармливал детёнышей своим сердцем -- символ жертвенности...
Вот такая птица...
На волне
На волне, на гребне пенистом, всё сверкает, всё решается,
Там такие люди ловкие! И такие энергичные...
Там не путаются с рифмами, не тупят, не сомневаются,
Там все фирменно одетые, дорогие и приличные.

Там бурлят идеи смелые, и проекты все свершаются.
Люди радостно-активные никогда не ошибаются:
Сильные и загорелые, улыбаются фотографам
И меняют жизни многие, счастья общего топографы.

Ну а я как в липкой патоке. Даже мысли ласты склеили.
Черепахи мимо носятся, и улитки словно молнии...
Может, как земля подснежная, просыпаюсь ли?.. Болею ли?..
И сама не замеачаю я эти дни движенья полные.

Надо мною волны катятся и гремят ужасным грохотом.
И звонками телефонными сумасшедший воздух полнится.
И летают чайки страшные... Спрячусь за цветочком крохотным,
Подожду в корнях, под листьями, пока море успокоится.
Уже обо всём
Уже обо всём. О любви и о смерти.
О войнах, о радости, о небесах --
Про всё написали и спели, поверьте!
О каждом листочке в бескрайних лесах.

О Красном Коне и о Белой Берёзе,
О снах, о подкованных лихо блохах.
Запатентовали о "розе -- морозе"...
Про всё, обо всём в гениальных стихах.

Про конквистадоров, февраль и чернила,
Про хлыстик забытый, про радостный гром...
Но всё не насытится странная сила,
Зачем это ей? Понимаю с трудом.

Зачем? Если всё перпето, прожито,
Достигнуто, выпито кем-то до дна.
Зачем же вы пишете, люди, скажите?..
Уже ль не воспета любая весна?

Но мы, словно глупые вешние птицы,
Бок о бок поём, с кем немыслимо сметь!
Как речка, не можем мы остановиться,
Иначе -- болото. И затхлость. И смерть.
Улыбка
Когда человек улыбается,
Он о себе забывает.
Он бабочки нежно касается,
Он что-то там напевает.
Он хрюкнет, когда засмеётся,
Смешной и ужасно счастливый,
Он жмурится, словно от солнца,
Такой беззаботно-красивый!

Её бесполезно подделывать
И скалить хорошие зубы.
Улыбка - не фокусы тела ведь!
Растягивать бестолку губы.
И щурить по-доброму глазки,
И морщиться -- бесполезно.
В рекламах -- холодные маски
На чём-то бездушно-железном.

Но как же прекрасна улыбка --
Рассвет над туманами лета,
Когда в отражении зыбком
Запляшут соломинки света!
Такое великое чудо,
Из сердца растущая радость,
Что небо светлеет повсюду
И радуги дарит в награду.

И снова
И снова ливни цветы лохматят.
И дробный шорох, и шум, и плеск,
И столько веток, что рук не хватит,
И песен -- мало, и слов -- в обрез.

И всё -- как было: сирень и ливни,
Пыльца на лужах и даже дрожь...
В какой весне я была счастливей?..
Да разве в мае чего поймёшь!

И мнится: время и впрямь по кругу...
И возвращаются миражи.
Мы снова -- посланные друг другу,
Непредсказуема снова жизнь.

Сирень и ливни! Хоть плачь, хоть смейся!
Опять на грабли, опять всерьёз.
И столько счастья, что хоть залейся!
И столько света... И столько слёз...
Летать!
Бьётся, молодой, верит,
Силой через край плещет,
Ураган! С петель -- двери!
Понимает все насквозь вещи.
Выкорчевывает пни с ходу
И себя, как Город-Сад, строит,
Понимает только свободу,
Пашет, словно не один -- трое!
Верит, верит он в свои крылья.
Через жесткий снег в лицо -- верит!
Не покроется вовек пылью,
Заблестят, как свет, его перья!

Но слова чужие, что камни.
Словно комья кислоты с грязью.
И ворочается спор давний,
Разрушаются опять связи.
Сколько падает мостов дивных!
Сколько крыльев не на свет -- в пропасть!
И смывают кровь со скал ливни.
Сто веков такое не новость.
Может, на небе летать тесно?
И следят, с камнями слов, люди,
Охраняют в небесах место,
Берегут для тех, кого любят.
Или просто от того -- могут!
Или думают, что так учат.
Ведь убить, причин всегда много.
Каждый знает, как летать лучше.

Нет бы, просто не мешать думать.
Не следить, мол, только так можно!
Сколько лишнего вокруг шума...
А летать -- не так уж и сложно.
Как ни посмотри
Мне за веками совсем не темно --
Мне открыто голубое окно.
Золотые там плывут ветерки,
Там колышутся цветы у реки.
Алым цветом расцветают леса --
Это значит из-за тонких берёз
Прибежала на пригорок лиса,
Или ветер красных маков принёс.
Или алые летят облака...
Или конь невероятный забрёл...
И щеки моей коснулся слегка
Оборвавшийся с вершины орёл.
О драконах -- что уж там говорить!
Они ярче, чем июньский закат,
Они могут над снегами парить,
Чтобы таяли снега и тоска...

Ну а если я открою глаза,
Станет глубже и насыщенней цвет,
И темнее, и опасней леса,
И реальней заколдованный след.
Снегопада бы...
А так бы хотелось безумного снегопада!
Чтоб падало небо лохматыми хризантемами...
Бесшумными реками плыло бы сквозь ограды,
Плясало за стёклами и танцевало за стенами!

И я бы упала на самое небо, пока оно кружится!
В распахнутой куртке, с почти настоящими крыльями!
И я бы плыла в снеговых облаках, замирая от ужаса,
И вдруг оказались бы крылья большими и сильными.

И небо бы падало, падало, падало, падало, падало...
Летело бы, белое, землю бы светом укутало.
И я бы летела сама по земле снегопадами,
А в окнах цвели бы герани кострами уютными...

И был бы похож снегопад на кошачье мурчание...
И мягкими волнами он обнимался бы с ветками...
И я бы устала... Вернулась на кухню за чайником...
И снег бы уставший допадывал перьями редкими.
Отражение
В дверце шкафа через солнечный луч
Отражение бесшумно прошло.
Звякнул, падая, утерянный ключ.
Солнце золотом пылинки зажгло.

И затихла вся квартира на миг.
И прижали кошки уши, смеясь.
Кто-то зыбкий в зазеркалье возник,
Протянулась непонятная связь.

Кошки иглами змеиных зрачков
За таинственным скольженьем следят.
Блик царапает по стёклам очков.
Тени прячутся, вот-вот и слетят.

Отражение незнаемо чьё
Заглянуло попроведать котят.
А они сидят со мной, дурачьё,
К привиденью подходить не хотят.

Только чувствую: пришелец -- родня:
Взгляд змеиный и кошачий изгиб...
Вот же гости у меня среди дня!
Кто другой бы от испуга погиб.

Я, на всякий случай, когти точу.
Больше к шкафу я не встану спиной...
Там тропинка... Выжидаю. Молчу.
Хорошо, что кошки рядом со мной!

Ветка сирени
Снова и снова ломаю
Ветку тяжелой сирени...
Голубоватые тени
К самым глазам поднимаю.

Снова и снова скрываюсь
За мимолётную нежность,
Снова в предчувствиях нежусь
И от земли отрываюсь.

И в ноябре или в марте
Стоит мне вытянуть руку --
Юность заходит без стука,
Место находит на карте.

Ветка качается рядом --
Птичья крылатая тяжесть.
Снова на глупость отважусь
И на полёты над садом.

Так ощутимо и пряно,
Так восхитительно странно...
Брошу фантазию в ванну,
Воду налью из-под крана.

И совершенно реально
Ветка завянет под утро.
Стану печальной и мудрой...

Но не особо нормальной.
Замок
Не сразу. Сначала обрушилась башня...
И стихло. Настали спокойные будни.
И верить в бессмертие было не трудно.
Он будущим жил, а не глупым вчерашним.

Был Замок надёжным таким, неизменным...
Вдруг враз протекла золоченая крыша,
Её залатали, забравшись повыше,
Но треснула кладка под самым коленом.

И -- снова спокойно. Ни бед, ни пожаров.
И сад по весне год от года всё краше.
А скрипы и стоны на лестничном марше
Так долго, что стали привычны, пожалуй.

Как будто бы замерло время на годы,
Забыло про Замок и про разрушенья.
Лишь вёсны танцуют в беспечном круженьи,
И дышат ветра ароматом свободы.

Но вот просыпается Время внезапно,
И падает разом на крыши и стены,
И плесень на свет выползает из тени,
И даже погода сражается с Замком.

Тут, главное, выстоять. Шквал поутихнет,
Умается время опять от атаки.
В саду после бури распустятся маки,
И радуги в стёклах оставшихся вспыхнут.

Он знает. Он держится, раны латает.
Он даже построит ещё одну башню.
И, кажется да, он становится старше.
Хотя он во сне, как и в детстве, летает.
Кошачий шепот
Кошки ночью разговаривали шепотом!
Я - то думала: они слова запомнили,
Повторили их похоже, хорошо потом.
Я не верила, что кошки что-то поняли.

Каюсь, думала вчера, что кошки -- дурочки.
Только позже поняла: они беседуют!
Невесомо, словно ветерок на дудочке,
Словно капель на воде следы бесследные.

Морда к мордочке тихонько наклоняются...
Ну, а вслух не говорят -- не так устроены!
Им мяукать по природе полагается,
Как обычнейшие звери кошки скроены.

Только кошки тоже могут разговаривать!
Тихим шёпотом, серебряными звуками.
Как в жару плывёт мерцающее марево...
Для обмана они днём со мной мяукают.

Тихий шёпот... И замрут. И смотрят лунами.
Даже боязно их спрашивать про тайное.
Вдруг они уже записывают рунами
Для хозяев гороскопы неслучайные?!.
Собака с фиолетовым бантом

Столько лет... а никак не пристроить собаку.
Из приюта собаку никак не пристроить...
Она помнит лишь холод и вечную драку,
Где за место на досках грызутся до крови.

И в глазах её ярких, широких от страха,
Желтой свечкой болезненно светит надежда;
Угасает, чадит, осыпается прахом
И опять разгорается, ярче, чем прежде.

Она выросла в клетке. Пропахла неволей.
Только дважды её погулять выводили.
Уж забрали б собаку! Забрали бы, что ли!
Невозможно, чтоб мимо всегда проходили!

Ей на шею поэтому бант фиолетовый
Привязали нелепо, кричаще и ярко.
И на снег её вывели утром для этого,
А собаке от радости страшно и жарко.

Она смотрит в глаза, она бант не снимает,
Часто дышит и руки случайные лижет.
Почему не берут её -- не понимает!
Она тянется, трётся, садится поближе.

Только люди желают собак с родословной...
Или малых щенков... А она уже взрослая.
Беспородная. Заговорённая словно,
С фиолетовым бантом красавица рослая.

Если он не поможет... Опять не заметят...
Вновь растянутся ночи и дни за решеткой.
А глаза её светят, надеждою светят...
И сгорает, сгорает предел их короткий.

(На фотографии вверху - собака Клео из Пермского Муниципального приюта. Рыжее Солнышко из клетки. Она очень ласковая, добрая... Ей три года.Куратор 89824556232 Настя
Внизу - Руна. Тоже из приюта. Куратор Елена 89194643218)

Если в доме тепло

Если в доме тепло, то и снег -- благодать,
Резкий ветер тебя не заставит страдать.
Даже весело выйти в трескучий мороз
И смотреть, как играет восторженный пёс.
Если в доме тебя дожидается свет,
То и синие сумерки, словно привет.
И любые слова, и любые снега...
Если в доме светло, не должны напугать.
Прогулка не задалась
"Мчатся тучи, вьются тучи;"

Нас засыпало бураном,
Белым снегом замело!
Но домой пока что рано --
В лес веселье завело.
Мы бежим наперегонки,
Лыжи тонут без лыжни,
Ветер смех уносит звонкий,
Мы -- спортсмены! Не квашни!

Только быстро как темнеет...
Где дорога? Где друзья?
Ветер воет всё сильнее,
Шагу уж ступить нельзя.
Или это что?.. Не ветер?..
Ведьмы?.. Волки?.. Упыри?..
Ни фонарика не светит,
Ни окошка не горит!
И не выйти мне по следу --
Лишь сугробы да пурга...
Никуда я не доеду
Сквозь слепящий ураган.
Вот уже несутся тени,
Наклоняются ко мне...
Скоро побегу я с теми
Кто самих волков страшней.
Что ж! Кусай меня бессмертный
Чёрный страшный вурдалак!
Без укуса здесь, наверно,
По сценарию никак...

Рассвело. И тихим утром
Возвращаюсь я домой.
Но заледенели кудри,
И укрыто сердце тьмой.
И следы зубов на шее,
И противен яркий свет...
На людей, как на мишени
Я смотрю. И страха нет.
Одно и то же
А на небе - старая проводка.
Ходит Бог в тысячелетних тапках...
И от скуки - за обедом стопка...
Даже кошка не шевелится, как шапка.

Вот тоска! Из года в год одно и то же.
Свадьбы, похороны, драки, новоселья...
Дни мелькают друг на друга так похожи,
Что не стоят ни страданий, ни веселья...

Те же самые трагедии, ошибки,
Те же войны, те же самые упрёки.
Так смешно, что даже и не до улыбки:
Те несчастны, эти - снова одиноки...

Даже курит Он теперь, и дым клубится
Облаками заволакивая Землю...
Чтоб не видеть одинаковые лица,
Чтоб не знать, что всё на свете повторится.
Он не смотрит. Не участвует. Не внемлет.
Дед Мороз

А ёлка, как кардиограмма --
Зелёный всплеск колючих лапок...
Предновогодняя программа
И мандаринов рыжих запах...
Таблетки, чай на табуретке...
Гирлянды на смолистой ёлке...
Стеклянные шары на ветках,
И старенький палас в иголках...
Для правнуков лежат игрушки
В блестящих новеньких пакетах.
И смотрит Дед Мороз с подушки
На радость праздничную эту.
Он девяносто ёлок помнит,
Но продолжает верить в чудо.
Смех, словно свет из дальних комнат,
Украшен звуками посуды...
Он раньше Дедом притворялся
И клеил бороду из ваты...
Когда тот парень потерялся,
Чуть неуклюжий и лохматый?..

А ёлка -- сказочная птица
Колдует, светится. мигает...
И это как-то помогает.
И ничего с ним не случится.
Ящерица

Утром маленькая ящерица жмурится,
И топорщит свои крылышки прозрачные.
Не возьму пока с собой её на улицу:
Там всё жесткое, холодное и мрачное.

Пусть сидит на тёплой печке моя ящерица,
Спит клубочком на полатях за корзинами,
Да в окно на солнце зимнее таращится,
На дорогу за продрогшими осинами.

А весной, когда она в дракона вырастет,
Уж пойдём мы с ней гулять-греметь по воздуху!
По оттаявшей заоблачной по сырости!
Будет радость нам без устали, без роздыху!

Уж такую мы грозу устроим майскую!..

А пока её укрою пледом бежевым.
И промажу раму старую замазкою,
Чтоб не дуло мне на ящерицу нежную.
Новогодняя собачка
Вот. Хвастаюсь))) Доделала собаку!. Дети тоже приняли участие: настригли много шерсти)))
Новая книга "Дырявое ведро"
Собрала, наконец, новую книгу! Теперь недели через две она появится в эл. магазинах. А скачивается БЕСПЛАТНО без проблем уже сейчас)))))
https://ridero.ru/books/dyryavoe_vedro/

А вот картинки
Перевод с лягушачьего
Пела лягушка в холодном болоте.
Пела о юности и о любви.
Лето прошло. Уж сентябрь на излёте...
Принца ж всё нету: зови не зови.
Мяч
...И внутри всё звенело! Как новенький мяч
От тропинок упругих отскакивал шаг!
Не боялась упасть, не ждала неудач,
И, как ласточка в небе, летела душа!

И немыслимо было спокойно пройти -
Только бег! Только птичий крылатый вираж!
По заборам и крышам лежали пути,
Через лужу - на дуб, с гаража на гараж...

В теле птицы и зверя, не зная забот,
Убегала, смеялась, ревела, жила.
Прожигалась бездонная вечность за год.
Утром - целая жизнь на пороге ждала.

И в ушах до сих пор сохраняется звук -
Этот круглый, резиновый, звонкий удар!
Словно сердце летит, вырываясь из рук,
И стучит по асфальту весеннему шар.

У старых домов...
У старых домов, как у старых деревьев,
Глубокие корни и тёмные тайны.
Их дни скоротечны, а ночи бескрайни.
И зимние звёзды им светят острее.

Коты во дворах и под сводами лестниц,
Заплатки котов на потрёпанных крышах...
Но серые, серые, серые мыши
Шуршат под трухой невысоких поленниц.

У старых домов лабиринты подвалов,
Но даже скелеты в шкафах позабыты...
Лишь мыши снуют за посудой разбитой...
Хозяев ещё в прошлом веке не стало.

Какие-то гости, случайные люди
Скрипят половицами, варят похлёбку...
И свалены в кучу ботинки, коробки,
И кончилось время надежд и прелюдий.

Осталось дождаться последнего шторма,
И вырвать к чертям надоевшие корни!
Но каждое утро подвыпивший дворник
Опавшие листья сметает покорно,

И дальше дрейфуют дома в межсезонье...
Изжиты истории, выросли дети...
Окно одиноко на улицу светит...
До самого утра звездою бессонной.