Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

КОНКУРСНЫЙ БЕСПРЕДЕЛ

+9 RSS-лента RSS-лента
Автор блога: Александр Рубис
ВЫКРУТАСЫ «ВИТРАЖНОЙ СТРОФЫ»
Жюри литературных конкурсов часто оказывается некомпетентным. Это приводит к несправедливому подведению итогов и восхвалению авторов, незаслуживающих почета. Почему это плохо? Потому что начинающие и слишком впечатлительные авторы приходят к выводу: даже если напишешь ерунду, все равно можно получить награду и славу. Таких сочинителей становится все больше и больше, а отечественная литература захламляется второсортными книгами и теряет резервы. Кроме того, нормальные писатели не получают ни денег, ни дипломов, ни публикаций.
Примерно то же самое происходило на конкурсе «Витражная строфа», который проводил некто Ланселот. Стихотворению Анны Закревской «Letzte Reise» https://ryfma.com/p/fMXRA4g5ZChyA6tEt/letzte-reise жюри подарило первое место, хотя оно намного хуже произведения «Огонь не навредит морскому волку» https://ryfma.com/p/4vG7u9XtTPtkwf8ZZ/ogon-ne-navredit-morskomu-volku. Объясню, почему я так думаю.

«Letzte Reise». Мало того, что Закревская напечатала название английскими буквами, так еще и не дала перевод.

«Если ехать – то к Балтике». Здесь нужна запятая, а не тире.

«Не тянуть до времён, где ты немощен и несносен». Здесь говорится о будущем, но автор не обратил на это внимания и между словами «ты» и «немощен» пропустил глагол «будешь».

«Истекая янтарной сукровицей, пляшет лес». Сукровица – это жидкость желтоватого цвета, вытекающая из нарывов и язв. Думаю, не нужно объяснять, что этот образ некрасив. Кроме того, истекающий гноем лес вряд ли будет плясать от радости.

«Нить песчаной косы под высокой аркадой сосен». Дается вид не с высоты сосен (использован предлог «под»), поэтому эпитет «нить песчаной косы» неправильный. Скорее «полоса песчаной косы».

«Нить песчаной косы под высокой аркадой сосен в золотую осень выводит твой крайний рейс». Песчаная коса никакие рейсы не выводит. Надо было написать хотя бы так: «Маршрут проходит по песчаной косе» или «вдоль песчаной косы».

«крайний рейс». Крайних рейсов не бывает. Только последние.

«Даром по городам собирать витражи». Витражи не собирают ни даром, ни за деньги. Можно собрать только впечатления о витражах.

«безмятежно счастлив». Первое слово лишнее, потому что счастливый человек всегда безмятежен, доволен жизнью.

«Но разбит на части и Гамбург, и Роттердам». Непонятно, почему и кем разбиты на части эти города. Но это еще не все, – если упомянуты два города, то слово «разбит» требует множественного числа.

«Дюна входит хозяйкой в покинутые дома». Дюна – это песчаный холм. Даже если дом больше размером, войти в него она не сможет.

«за плечами линяет крыло грозового лета». Непонятно, как это может быть. Если лето заканчивается, то оно линять не станет – просто уйдет. А если уходят тучи, то почему это линька именно одного крыла?

«Осень быстро закончится. Следом придёт зима». Неясно, причем тут осень. Речь идет пока о лете – «линяет крыло грозового лета».

«Осень быстро закончится. Следом придёт зима. Сделай так, чтоб тебе никогда не увидеть это». Совет непонятен. Как «не увидеть»? Не глаза же завязывать герою (героине) на долгие месяцы!

Не может порадовать и ритм, что вовсе не делает стихотворение напевным.

Если ехать – то к Балтике. / – / – – / – –
Лучше – в один конец. / – – / – / Сбой
Не тянуть до времён, где ты немощен и несносен. – – / – – / – – / – – / – / – Сбой
Истекая янтарной сукровицей, пляшет лес. – – / – – / – / – – – Сбой
Нить песчаной косы под высокой аркадой сосен – – / – – / – – / – – / – / – Сбой
в золотую осень – – / – / – Сбой
выводит твой крайний рейс. – / – – / – – Сбой

Если строить – то готику. / – / – – / – –
Даром по городам / – / – – / Сбой
собирать витражи. Вырвать право на день ли, час ли – – / – – / – / / – – / – – / – Сбой
Для свидания с морем и прошлым собой, кто там – – / – – / – – / – – / – – Сбой
на излёте апреля бывал безмятежно счастлив. – – / – – / – – / – – / – / –
Но разбит на части – – / – / –
и Гамбург, и Роттердам. – / – – – – / Сбой

Дюна входит хозяйкой / – / – – / –
в покинутые дома, – – / – – – – / Сбой
за плечами линяет крыло грозового лета. – – / – – / – – / – – / – – / Сбой
Осень быстро закончится. Следом придёт зима. / – / – – / – – Сбой
Сделай так, чтоб тебе / – / – – / Сбой
никогда не увидеть это. – / – – – / – / – Сбой

Пусть безмолвным светом – – / – / –
над морем взорвётся тьма. – / – – / – –

Хаос. Ударение падает, куда попало (горизонтальная черта – безударная гласная, вертикальная – ударная) без всякой системы.

Теперь надо рассказать о размере.

Если ехать – то к Балтике. Размер: 8 слогов
Лучше – в один конец. 6
Не тянуть до времён, где ты немощен и несносен. 15
Истекая янтарной сукровицей, пляшет лес. 14
Нить песчаной косы под высокой аркадой сосен 15
в золотую осень 6
выводит твой крайний рейс. 7

Дюна входит хозяйкой 7 Сбой
в покинутые дома, 7 Сбой
за плечами линяет крыло грозового лета. 15
Осень быстро закончится. Следом придёт зима. 14
Сделай так, чтоб тебе 6 Сбой
никогда не увидеть это. 9 Сбой

Пусть безмолвным светом 6
над морем взорвётся тьма. 7

Сбой размера. Вкупе с нарушениями ритма это привело к тому, что произведение трудно читается и запоминается.

Нет рифмы для слов: «Балтике», «готике», «хозяйкой», «тебе».


Итог:

Логические ошибки: 5
Фактические: 4
Речевые: 6
Этические: 1
Ритмические: 13
Размерные: 4
Рифмовые: 4.

Всего: 37 ошибок.


В стихотворении «Огонь не повредит морскому волку» даже половину такого количества недостатков найти невозможно. Я спросил Ланселота, почему тогда оно не на первом месте? Ответ последовал уклончивый. Не было ни опровержения, ни признания вины. Я обратился к администрации сайта «Rifma»: как она может предоставлять площадь для таких мероприятий? Хозяева предпочли промолчать, – то ли не нашли аргументы, то ли не захотели терять деньги за свои услуги.


Александр Рубис,
поэт, прозаик, публицист,
частный редактор.
ПИСАКА, НЕ УМЕЮЩИЙ ПИСАТЬ
В океане Интернета проводится много литературных конкурсов. В одних нельзя участвовать из-за возрастных ограничений, в других – по причине жанровых или географических требований. Но, оказывается, есть конкурсы бесполезные и даже нежелательные не только для молодежи, но и для зрелой аудитории.

Я имел несчастье отправить свой рассказ на Конкурс рассказов сообщества Писаки 2018 года (победитель получал 1000 рублей за первое место). Когда настало время, ознакомился с результатами. Призовое место, как выяснилось, не занял, но это было не самое печальное. Самое удивительное началось после прочтения рассказа Маира Арлатова «Бабочка на потолке» http://www.proza.ru/2014/11/03/1441 , которому присудили главный приз. В начале текста я обнаружил десять стилистических ошибок. Сначала записывал их, но потом, поняв, что далее недостатков будет раза в три больше, прекратил это занятие. Доказательства недоработок в «Бабочке» привожу ниже.

«у НЕГО случилось осложнение. А ОН только-только успел завести друзей, и даже смог отличиться своей успеваемостью, учителя хвалили ЕГО, а родители гордились ИМ. И вдруг все закончилось. ОН в одно прекрасное утро просто не смог встать с постели». Слишком много местоимений в абзаце.

«уколы, таблетки, обнадеживающие утешения ЕМУ и суровый ДИАГНОЗ РОДИТЕЛЯМ». Непонятно, почему диагноз ставят родителям, ведь болен ребенок.

«Врач Олег Анатольевич приходил к НИМ часто, ОН вел за пациентом наблюдение и давал родителям рекомендации. В ЕГО взгляде, уставшем от каждодневных забот, читалось сочувствие и искреннее желание помочь. Андрюше нравилось как ОН улыбается и здоровается с НИМ за руку – точно как со взрослым! Улыбка ЕГО всегда была доброжелательной». Слишком много местоимений в абзаце.

«В глазах других врачей МАЛЬЧИК видел свой невысказанный вслух приговор и жалость, словно он для них какое-то пострадавшее ЖИВОТНОЕ, которое почему-то не умерло и доставляет всем много проблем». Ребенка не сравнивают с животным.

«животное, которое почему-то не умерло и доставляет ВСЕМ много ПРОБЛЕМ». В прозе слова не рифмуют.

«Андрюша с надеждой ждал, что ответит ЕМУ врач. ЕМУ давно надоело лежать в постели, ОН каждый день слышал доносящиеся снаружи детские голоса и от этого, усиливалось ощущение собственного бессилия, нанося ЕГО неокрепшей душе болезненные раны. ОН плакал от обиды». Слишком много местоимений.

«Андрюша с надеждой ждал, что ответит ЕМУ врач. ЕМУ давно надоело лежать в постели». Не оправданный повтор местоимения.

«он каждый день СЛЫШАЛ доносящиеся снаружи детские ГОЛОСА И ОТ ЭТОГО УСИЛИВАЛОСЬ ОЩУЩЕНИЕ СОБСТВЕННОГО БЕССИЛИЯ». Непонятно, почему голоса вызывают чувство бессилия. Оно появляется, когда ребенок не может встать с постели.

«Он ПЛАКАЛ от обиды, но старался, чтобы его горьких слез не замечали родители. Особенно его мать. Она и так постоянно тяжело ВЗДЫХАЕТ». Глаголы в разных временах. Плакал – прошлое, вздыхает – настоящее.

«МАЛЬЧИК нетерпеливо кивнул. Олег Анатольевич обвел комнату МАЛЬЧИКА внимательным взглядом». Не оправданный повтор существительного.

Ну, и так далее. Добавлю насчет языка: рассказ лишен описаний героев и мест действия. Чтобы сэкономить время, я не стал перечислять пунктуационные ошибки.

Результаты своего небольшого анализа я изложил в письме и отправил его организатору конкурса Никите Васильеву (он же Писака). Кроме анализа произведения, сообщил: «Автор этого рассказа не может быть победителем конкурса. Зато в моем рассказе «Подземный конвой» https://www.proza.ru/cgi-bin/login/page.pl вы вряд ли найдете столько недостатков. Следовательно, на первом месте должен быть я, и награду должен получить тоже я. Пожалуйста, перечислите 1000 рублей на мою банковскую карточку. Если до 4 апреля вы это не сделаете, я распространю материал о вашей бестолковой работе по всему Интернету. И не забудьте внести коррективы в подведение итогов».

Может быть, не следовало выдвигать столь жесткие требования, но в последнее время на сетевых конкурсах я встречаю все больше и больше несправедливости. Это заставляет быть более строгим к бестолковому или слишком хитрому жюри. Предпочитаю сразу рассказывать о своих дальнейших действиях на тот случай, если организаторам захочется юлить или играть в молчанку. Что касается денег, то они должны были достаться мне, поэтому шантаж – слово здесь неприменимое.

Мне ответил организатор Никита Васильев (он же Писака): «Ничего менять я не буду, и никаких денег вы не получите. У вас очень высокая самооценка. Почему именно ВЫ должны получить первое место? Исходя из ваших слов, претендентов на первое место должно быть несколько.

Из самого начала вашего рассказа: «Буровая вышка укреплена в грунте на солидной глубине. Тектонические угрозы в регионе отсутствуют, поэтому вышка будет стоять". Вы 2 раза повторили слово «вышка». Это разве не тавтология?

Придираться можно бесконечно. Ваш рассказ не увлекателен. Поэтому он даже в десятку лучших не попал. В десятку не попало ещё много работ, написанных идеально. И что, мне всем деньги раздавать? То, что вы грамотный, ещё не значит, что вы можете побеждать во всех конкурсах. Или по вам так сильно ударил кризис, что вы бьётесь за 1000 рублей?

Вы действительно расскажете обо мне на весь интернет?

МОЙ ОТВЕТ:

«У вас очень высокая самооценка». Поскольку я борюсь за справедливость, с моей самооценкой все в порядке.

«Почему именно ВЫ должны получить первое место?». Потому что мой рассказ превосходит «Бабочку на потолке».

«исходя из ваших слов, претендентов на первое место должно быть несколько». Не выдумывайте. Это не мои слова. И я не думаю, что в списке конкурсных работ найдется более сильное произведение.

«Вы 2 раза повторили слово «вышка». Это разве не тавтология?». Признаю, это ошибка. Но «Бабочке» она вряд ли поможет – недостатков в ней больше, чем волос на вашей голове. Я указал лишь некоторые недоработки, а вам, кроме вышки, похоже, предъявить нечего.

«Придираться можно бесконечно». Не бесконечно, а столько, сколько потребуется. Я могу, хоть сегодня, показать все несовершенства произведения Маира Арлатова.

«ваш рассказ не увлекателен». А что вы считаете увлекательным? Описание страданий больного ребенка и горя родителей? Это вызывает лишь сочувствие. Об этом можно прочитать в газете, увидеть нечто подобное по телевизору. Единственная изюминка рассказа Арлатова – бабочка, которая «морально поддержала» мальчика. Однако духовная начинка есть и в «Подземном конвое». Инженер до последней минуты заботился о своих подчиненных. Он хотел выжить, но не только потому, что боялся смерти. Сергей Нартов хотел предупредить людей об опасности. Это еще не все. Рассказов о параллельной цивилизации, возмущенной промыслами человечества, не так уж много. Если, конечно, они вообще есть. Кстати, интересный сюжет – лишь одна составляющая художественного произведения.

«В десятку не попало ещё много работ, написанных идеально». Вы уже показали, какое произведение считаете идеальным. Я опроверг ваше определение победителя и доказал, что «Конвой» заслуживает куда большего внимания.

«То, что вы грамотный, ещё не значит, что вы можете побеждать во всех конкурсах». На конкурсах должны побеждать наиболее грамотные авторы. Это естественно.

«по вам так сильно ударил кризис, что вы бьётесь за 1000 рублей?». Моя зарплата – всего 7000, но дело не только в деньгах. Я сражаюсь за справедливость.

«вы действительно расскажете обо мне на весь интернет? Это действительно в ваших силах?». Весь Интернет я не охвачу, но все, что в моих силах, сделаю.

ОТВЕТ ВАСИЛЬЕВА:

Ох, ладно, отвечу... но это в последний раз.

«Поскольку я борюсь за справедливость». Вы что, Бэтмен?

«Потому что мой рассказ превосходит «Бабочку». Только по грамотности. И идея интересна.

«Признаю, это ошибка. Но «Бабочке» она вряд ли поможет – недостатков в ней больше, чем волос на вашей голове. Я указал лишь некоторые недоработки, а вам, кроме вышки, похоже, предъявить нечего». Я и не искал ошибки, её я заметил в начале рассказа и отправил вам в пример того, что и ваш рассказ не идеален. Я могу разобрать весь ваш рассказ и придраться к каждому абзацу.

«А что вы считаете увлекательным?». Интересное повествование, атмосфера. Ваш рассказ скучный. Такое ощущение, что вы писали для подростков. Это рассказ с хорошей идеей и отвратительной реализацией. Я подобные рассказы могу хоть каждый день выдумывать. Ваша работа похожа на завязку романа или урезанную повесть. Вы сильно обрезали рассказ перед отправкой?

«Вы уже показали, какое произведение считаете идеальным. Я опроверг ваше определение победителя и доказал, что «Конвой» заслуживает куда большего внимания». Бабочка далека не идеальная. Но она цепляющая. Сейчас я понимаю, что первое место могло уйти другим авторам. Но не вам точно. Я и трое моих помощников за бабочку были единогласны.

«На конкурсах должны побеждать наиболее грамотные авторы. Это естественно». Вы читали все рассказы конкурса? Я читал. Если бы мы отбирали наиболее грамотных, то это был бы самый скучный конкурс.

«все, что в моих силах, сделаю». Делайте. Ничего менять мы не будем.

Вам делать больше нечего, как ругаться с бестолковым начписом, который писать начал год назад. Я даже правил русского языка не знаю. Так чему вы удивляетесь?

Победные рассказы выбирались не мозгом, а душой. В вашем рассказе её нет. Он может понравится детям до 16. Или детям до 90, которые тащатся от компьютерных игр. Распишите свою идею, сделайте из него роман. Но в форме рассказа это неинтересно.

Ваш рассказ банальный. Идея интересная, но подали вы её второсортно. В ней нет ничего, что могло бы удивить. В «Бабочке» тоже ничего не удивляет, но в ней есть что-то цепляющее.

МОЙ ОТВЕТ:

«Ох, ладно, отвечу... но это в последний раз». Мне нужно не одолжение, а то, что вы должны сделать. Вы ответственны за конкурс, поэтому, пожалуйста, исправьте свою ошибку – внесите коррективы в подведение итогов.

«Вы что, Бэтмен?». Ваше решение по итогам конкурса заставляет превращаться, черт знает, в кого.

«Только по грамотности. И идея интересна». Основные критерии оценки произведения: язык, стиль и композиция. Язык содержит описание героев и мест действия, тон (повествовательный или тон рассказа или романа); от чьего имени написан текст – от имени главного героя, от имени автора или от первого лица; диалоги персонажей; эмоциональное воздействие. Стиль – это построение предложений. Композиция – это единое целое произведения: соразмерность главных и второстепенных деталей, последовательность изложения.

Каков же язык «Бабочки»? Описания героев и мест действия отсутствуют. Тон произведения соответствует рассказу. Текст написан от имени автора. Диалоги есть, и они соответствуют обстоятельствам. Эмоциональное воздействие нормальное.

Стиль. Ошибки разнообразные: тавтология, глаголы в разных временах, нарушение смысла, фактические ошибки, превышение количества местоимений, рифмование слов, этические ошибки.

Композиция. Все изложено последовательно, – без пауз, без забегания впереди паровоза. Автор не увлекается несущественными подробностями.

Язык «Конвоя». Описания героев и мест действия есть. Тон соответствует рассказу. Текст написан от имени главного героя. Диалоги присутствуют, они вполне уместны. Эмоциональное воздействие нормальное.

Стиль. Пока найдена вами одна ошибка – повтор существительного.

Композиция. Везде последовательное изложение, без перебора второстепенных деталей.

Вывод: рассказ Арлатова явно уступает в языке и в стиле.

«я и не искал ошибки». Тогда как вы оценивали конкурсные рассказы? Отсюда и низкий результат вашей работы, и неправильное подведение итогов конкурса.

«Я могу разобрать весь ваш рассказ и придраться к каждому абзацу». Самоуверенное заявление. Подведя итоги конкурса, вы показали далеко не лучшую работу. Я обнаружил десять ошибок в начале «Бабочки». Представляете, сколько еще их можно найти?

«ваш рассказ скучный». Вы неправы. В нем есть интриги – внезапное проявление загадочной подземной цивилизации, смертельная опасность, трудности пути.

«Я подобные рассказы могу хоть каждый день выдумывать». Если вы считаете это таким простым делом, давайте заключим пари. Не сможете написать нормальный рассказ без языковых, стилистических и композиционных ошибок, – заплатите мне 1000 рублей (кроме той суммы, которую уже должны). Если все сделаете правильно, – раскошелюсь я. В вашем распоряжении будет не один, а даже три дня. Объем пусть будет такой же, как в «Конвое».

«Скажите, вы сильно обрезали рассказ перед отправкой?». Я его не обрезал. Концовка получилась так, как было задумано: инженера, потерявшего всех товарищей, подбирает вертолет. На борту выясняется, что люди уже в курсе того, что происходит на объектах нефтепромысла, и принимают вынужденные меры.

«за бабочку все были единогласны». Согласно Положению конкурса, окончательное решение принимаете вы. Значит, вы можете его пересмотреть.

«если бы мы отбирали наиболее грамотных, то это был бы самый скучный конкурс». В таком случае, в Положении надо было написать, что единственное требование к работам – сюжетная линия. Ведь за нескучную атмосферу отвечает сюжет.

«Я еще в первом письме сказал, что ничего менять мы не будем». Сказали, но написали еще одно письмо. Зачем? Чтобы меня остановить? Так вот, я не остановлюсь. Времени у меня достаточно. Я располагаю текстом вашего «победителя», его анализом и нашей перепиской. Уверен, что читатели найдут много интересного в моем материале.

«я даже правил русского языка не знаю». Тогда зачем вы организовали литературный конкурс? Занятий в Интернете полно, а вы взялись за дело, в котором ничего не смыслите. Решаете судьбу рассказов, а значит, и судьбу авторов. А если вы не знаете, как пишется рассказ, то зачем утверждали, что можете придраться к каждому абзацу?

«Победные рассказы выбирались не мозгом, а душой». Ваше объяснение опоздало. Надо было перед началом конкурса написать: «Победителей определяем душой, наплевав на все литературные правила». Не думаю, что после этого у вас было бы много участников. Заинтересовались бы, наверно, только такие, как вы и Арлатов.

«Распишите свою идею, сделайте из него роман». В роман можно превратить, какую угодно, идею. Можно выдавливать слезы из мальчика или ее мамы на протяжении сотен страниц. Дело не в объеме или форме произведения, а в умении подать придуманную историю.

«Ваш рассказ банальный до невозможности». А насколько банален рассказ Арлатова? Жила-была бабочка, потом взяла и спасла ребенка без всякого медицинского образования.

Повторно призываю вас к совести и благоразумию: отдайте деньги тому, кто их заслужил, измените итоги конкурса!

ОТВЕТ ВАСИЛЬЕВА:

Я не собираюсь заключать пари. Кто нас будет расценивать? Я никому не доверяю, кроме знакомых мне людей.

В требованиях к рассказам прописано, что рассказ должен быть интересен. Никому из моих коллег ваш рассказ не понравился. Возможно мы действительно первое место дали не тому, но ваш рассказ точно не победный. Ваш рассказ банальный – это моё мнение. Ваш рассказ небанальный – ваше мнение. Не могут люди думать одинаково. Интриги в нём нет. Скудная интрига есть, пока не знаешь, что происходит, а когда узнаёшь, что под землёй какая-то краказябла недовольна, то и той интриги не остаётся.

Я сказал, что могу выдумывать рассказы, а не писать. Я вообще писать не умею.

На счёт правил русского языка – я их знаю, в прошлом письме была шутка. Я ничего вам не собираюсь доказывать. Решение уже принято, а победителей и судей не судят. Я признаю, что конкурс прошёл не совсем удачно. Дальше будет лучше. Судьбу авторов я не решаю. Неужели кто-то может бросить писать от того, что он не выиграл в конкурсе? Перед тем, как участвовать в конкурсе, мне кажется, нужно изучить организаторов. Я – никто из неоткуда. Вы участвовали в конкурсе Писаки. На что вы рассчитывали?

Да, я пишу для того, чтобы вас остановить. Но не потому, что я боюсь, что вы испортите мне репутацию, а из желания доказать, что вы правы лишь частично. Вы ведёте себя как маленький мальчик, которому не хватило стула в столовой. Мне было бы плевать, кто и что про мои рассказы думает. Ну не выиграл и хрен с ними, тупые организаторы значит. Пойду участвовать в другом конкурсе. В сообществе вас поддержал лишь один человек.

Сколько там у меня дней осталось до осознания своей ошибки?

МОЙ ОТВЕТ:

«Я никому не доверяю, кроме знакомых мне людей». Доверяют не знакомым людям, а фактам.

«Ваш рассказ банальный – это моё мнение. Ваш рассказ небанальный – ваше мнение». Перевешивает мнение, которое можно доказать. Я доказал, что мой рассказ лучше «Бабочки». Я доказал, что он интересен. Интрига «Конвоя» заключается в загадочности, что создает незримое присутствие подземной цивилизации, в опасности, грозящей людям, в трудностях пути. В рассказе Арлатова интрига крутится вокруг больного мальчика и спасительной бабочки. Борьба за жизнь ребенка трогательна, но не оригинальна. Подобных произведений написано безумно много, и удивить очередным слезоточивым рассказом крайне сложно.

«интрига есть, пока не знаешь, что происходит, а когда узнаёшь, что под землёй какая-то краказябла недовольна, то и той интриги не остаётся». Загадка, рано или поздно, раскрывается в любом произведении.

«Я вообще писать не умею». Тогда почему вы беретесь проводить литературный конкурс, если не знаете, как пишется рассказ? Отсюда и результат – неправильное подведение итогов.

«я их знаю, в прошлом письме была шутка». Дело более серьезное, чем вам кажется, а я, в отличие от вас, шутить не собираюсь.

«На счёт правил русского языка – я их знаю». В таком случае, вам придется принять мои претензии по присуждению первого места. «Бабочка» – слабое произведение, прежде всего, по стилю. Кроме этого, в ней хромает язык.

«Решение уже принято, а победителей и судей не судят». Если судью уличили в недобросовестной работе, решение должно быть пересмотрено.

«Я признаю, что конкурс прошёл не совсем удачно». Признать ошибку мало. Ее нужно исправить.

«Дальше будет лучше». Не будет, если вы станете подводить итоги таким образом. Человек должен быть ответственным за свои поступки, а когда он ни за что не отвечает, начинается хаос.

«Судьбу авторов я не решаю». Решая судьбу произведения, вы решаете судьбу автора. Последний может сравнить свою работу с работами тех, кого объявили победителями. Если он сделает правильный анализ, то придет к выводу, что с ним поступили несправедливо. Реакция на такое отношение разнообразна. Одни погружаются в депрессию, другие – бросают писать, третьи – начинают возмущаться.

«Неужели кто-то может бросить писать от того, что он не выиграл в конкурсе». Запросто, особенно молодые начинающие авторы. Они еще неустойчивы психически, хотя пытаются отстаивать свои права. Однако и более зрелые писатели бывают непредсказуемы. Причины – свойства характеров и темпераментов, различные жизненные ситуации.

«Перед тем, как участвовать в конкурсе, мне кажется, нужно изучить организаторов». А мне кажется, что, прежде чем объявлять конкурс, организатор должен подумать, справится ли он с такой задачей. Просто организовать мероприятие – половина миссии, а оценивать рассказы и подводить итоги – более ответственное дело.

«Я – никто из неоткуда. Вы участвовали в конкурсе Писаки. На что вы рассчитывали?». На то, что Писака обладает хотя бы базовыми знаниями. Без них литературный анализ невозможен, и невозможно оценить произведение, подвести итоги. Вас поставили перед фактом – «Бабочка» явно слабее «Конвоя». Обратитесь к своему разуму, к своей совести, исправьте недоработки, наградите того, кто заслуживает награды.

«Вы ведёте себя как маленький мальчик, которому не хватило стула в столовой». Даже маленький мальчик сообразит, что нужно сообщить воспитателю о происшествии. Взрослый человек тем более должен решать проблему, требовать нормального исполнения обязанностей от организатора, ответственного за конкурс.

«Ну не выиграл и хрен с ними, тупые организаторы значит. Пойду участвовать в другом конкурсе». Это ошибочная формула поведения. А если на другом конкурсе возникнет такая же ситуация? Это равносильно тому, что вас ударят по щеке, а вы, вместо того, чтобы охладить пыл наглеца, подставите другую щеку. Откуда же возьмется уважение к жюри и к самому себе?

«в сообществе вас поддержал лишь один человек. Никто не считает, что ваш рассказ победный». В конкурсном Положении написано, что окончательное решение принимаете вы. Следовательно, подсчитывать, кто «за», а кто «против», нет смысла. Впрочем, объяснить неравенство голосов нетрудно. Многие люди слишком внушаемы, порой готовы слепо идти за лидером. А лидером среди непрофессионалов может быть, кто угодно, – например, человек без образования, где-то написавший эффектный, но не эффективный комментарий. Это может быть выступление, пронизанное юмором или какими-нибудь модными образами. Оно может выглядеть интересным, но не будет соответствовать истине.

«Сколько там у меня дней осталось до осознания своей ошибки?». Вы уже осознали ее, потому и написали: «Я вообще писать не умею», «Я признаю, что конкурс прошёл не совсем удачно". Вы не хотите внести коррективы в подведение итогов, потому что не хотите публично признать свою неправоту. И, конечно, не хотите расставаться с деньгами, а вернуть тысячу от Арлатова уже не потребуешь – потратил, наверно, и упираться будет, как необъезженный конь.

У вас остался один день. 4 апреля, если не одумаетесь, я опубликую все, что накопилось о вашей работе: текст "победителя", его анализ, а также письма с вашей занимательной логикой. Не пожалею ни времени, ни сил. Ничего не добьюсь, но хотя бы душу отведу. К тому же неискушенные авторы должны знать, что может произойти на вашем очередном конкурсе.

ОТВЕТ ВАСИЛЬЕВА:

1 день... ну ладно. Видимо, это моё последнее письмо. Тогда выскажу всё, раз краха карьеры мне не избежать.

«Доверяют не знакомым людям, а фактам. Факты уже я приводил». Такое чувство, что вы отвечаете не на то, что я пишу, а на какие-то отдельные предложения, вырванные из контекста. Я говорил вам про пари, а вы мне про какие-то приведённые факты.

«Перевешивает мнение, которое можно доказать. Я доказал, что мой рассказ лучше «Бабочки». Я доказал, что он интересен. Интрига «Конвоя» заключается в загадочности, что создает незримое присутствие подземной цивилизации, в опасности, грозящей людям, в трудностях пути. В рассказе Арлатова интрига крутится вокруг больного мальчика и спасительной бабочки. Борьба за жизнь ребенка трогательна, но не оригинальна. Подобных произведений написано безумно много, и удивить очередным слезоточивым рассказом крайне сложно». Для меня автор, который так расхваливает своё произведение – это что-то немыслимое. Таких произведений как у вас тоже пруд пруди. Я говорю не про идею, а про концепцию. Вы словно по какой-то формуле написали свой рассказ. Отчего он и получается нудноватый. На первом месте у вас техника, структура, правила, а уже потом история. Вы сильно хотели написать идеально, забыв, что должно быть ещё и интересно.

«Загадка, рано или поздно, раскрывается в любом произведении. Это естественно». Я не помню, когда всё выяснилось, но помню, что уже где-то с середины я всё знал. Возможно я догадался, что ещё раз подтверждает, что рассказ не держит. За героев не переживаешь абсолютно, мне плевать было, кто помрёт, а кто нет. Весь рассказ наивный до жути. Люди – негодяи, зло хочет всё уничтожить, только главный герой выживает. Разве это не банально?

«Тогда почему вы беретесь проводить литературный конкурс, если не знаете, как пишется рассказ? Отсюда и результат – неправильное подведение итогов». Это шутка. Вы опять вырываете из контекста.

«Дело более серьезное, чем вам кажется, а я, в отличие от вас, шутить не собираюсь». Неправильно это. Ко всему нужно относиться с юмором.

«В таком случае, вам придется принять мои претензии по присуждению первого места. «Бабочка» – слабое произведение, прежде всего, по стилю. А кроме этого, в ней хромает и язык». А причём здесь первое место? Не только ваш рассказ написан так грамотно, есть ещё парочка, так почему именно ВЫ должны получить первое место? Ведь я могу отдать первое место другому автору, который пишет также грамотно, как и вы, но интереснее.

«Если судью уличили в недобросовестной работе, решение должно быть пересмотрено». Дайте мне правила по оценке рассказов на частном конкурсе. Вы мне доказали только одно преимущество – отсутствие ошибок.

«Признать ошибку мало. Ее нужно исправить». Если вы разобьёте хрустальную вазу, то как вы исправите это? Или вам случайно оторвёт руку на токарном станке, то как вы это исправите? Так что ваше выражение не всегда верно.

«Не будет, если вы станете подводить итоги таким образом. Человек должен быть ответственным за свои поступки, а когда он ни за что не отвечает, начинается хаос». В следующий раз у меня будут компетентные судьи.

«Решая судьбу произведения, вы решаете судьбу автора. Последний может сравнить свою работу с работами тех, кого объявили победителями. Если он сделает правильный анализ, то придет к выводу, что с ним поступили несправедливо. Реакция на такое отношение разнообразна. Одни погружаются в депрессию, другие – бросают писать, третьи – начинают возмущаться». Всегда будут недовольные, это закон. В конкурсе приняло участие 84 автора. Мне что, каждому принести личные извинения, что они не выиграли?

«А мне кажется, что, прежде чем объявлять конкурс, организатор должен подумать, справится ли он с такой задачей. Просто организовать мероприятие – половина миссии, а оценивать рассказы и подводить итоги – более ответственное дело». Единственный случай, когда мне нечего противопоставить. Здесь вы правы.

«На то, что Писака обладает хотя бы базовыми знаниями. Без них литературный анализ невозможен, и невозможно оценить произведение, подвести итоги. Вас поставили перед фактом – «Бабочка» явно слабее «Конвоя». Обратитесь к своему разуму, к своей совести, исправьте недоработки, наградите того, кто заслуживает награды». Вы тоже обратитесь к разуму. Конвой лишь по грамотности лучше. Если бы я даже и стал пересматривать результаты, то первое место явно бы не вы получили.

«Это ошибочная формула поведения. А если на другом конкурсе возникнет такая же ситуация? Это равносильно тому, что вас ударят по щеке, а вы, вместо того, чтобы охладить пыл наглеца, подставите другую щеку. Откуда же тогда возьмется уважение к жюри и к самому себе?". Да мне срать вообще. Я знаю, что пишу, и мне этого достаточно. Знаете такого писателя Анджея Сапковского? Он написал цикл про Ведьмака. Он участвовал с Ведьмаком в конкурсе и не победил. Зато сейчас он один из самых известных писателей в жанре фэнтези. Потому что он пишет нестандартно.

«В конкурсном Положении написано, что окончательное решение принимаете вы. Следовательно, подсчитывать, кто «за», а кто «против», нет смысла. Впрочем, объяснить неравенство голосов нетрудно. Многие люди внушаемы, порой готовы слепо идти за лидером. А лидером среди непрофессионалов может быть, кто угодно, – например, человек без образования, где-то написавший эффектный, но не эффективный комментарий. Это может быть выступление, пронизанное юмором или какими-нибудь модными образами. Оно может выглядеть интересным, но не будет соответствовать истине». Я никому ничего не внушал. Я отправил ваше первое сообщение в группу, и вас никто не поддержал. А в личку мне стали писать слова поддержки.

Я на вас трачу половину своей нормы по знакам. Вам не стыдно отнимать время у детей? Прекратите вырывать предложения из абзацев, отвечать на одно и то же одним и тем же. Вы отвечаете только на то, что выгодно вам.

Вы ведёте себя мерзко. Если бы вы указали на мои ошибки, написали бы своё недовольство, тогда бы всё было хорошо. Я бы извинился, а так мне даже и этого не хочется. Требовать деньги шантажом – это вообще очень низко.

Не забудьте указать в своей статье, что вы меня шантажировали. Требовали от меня деньги на необоснованных с юридической точки зрения претензиях, угрожая при этом статьей, которая испортит мне репутацию. Я, пожалуй, сделаю распечатку. Если вы это не укажите, то я сделаю распечатку ещё и нашей переписки.

И отправьте мне ссылку на ресурс, в котором вы опубликуете свою статью. Хочется почитать, как надо правильно анализировать рассказы, дабы не было таких казусов в будущем.

МОЙ ОТВЕТ:

«выскажу всё, раз краха карьеры мне не избежать». Видимо, придется высказаться и мне. Крах карьеры вам не грозит, но неприятности будут. Моя статья не придаст вам авторитета и покажет авторам, чего стоит ваш конкурс.

«Такое чувство, что вы отвечаете не на то, что я пишу». Именно на то, что вы пишете, я и отвечаю. Писатель всегда выделяет конкретную мысль. Когда вы написали, что доверяете знакомым, я заметил, что доверять надо не знакомствам, а фактам. Совсем необязательно мне было говорить о пари.

«Для меня автор, который так расхваливает своё произведение – это что-то немыслимое». Я не расхваливаю свое произведение, а защищаю его. А любую защиту строят на аргументированных возражениях. Они доказывают, что интрига в «Конвое» есть, и даже не одна. Для сравнения я прокомментировал интригу «Бабочки».

«таких произведений как у вас тоже пруд пруди». Неправда. Писали в основном о машинах времени, инопланетянах, параллельных мирах, чародеях и чудесах биохимии. Вы вряд ли назовете много рассказов о подземной цивилизации, а может, не назовете ни одного.

«Я уже сравнивал ваше творение с подростковой литературой». Вынужден опровергнуть ваше заявление: мой рассказ рассчитан на взрослую аудиторию. Для подростков пишут проще, мягче и конкретнее. Кстати, произведение для подростковой аудитории более напоминает «Бабочка». Там соответствующее бесхитростное изложение, а главный герой – мальчишка.

«На первом месте у вас техника, структура, правила, а уже потом история. Вы сильно хотели написать идеально, забыв, что должно быть ещё и интересно». Придется вам напомнить основные критерии художественного произведения: язык, стиль и композиция. Они приняты и обязательны во всем мире. Сюжет – лишь деталь, которая входит в состав языка.

Сюжет состоит из четырех составляющих: правдоподобие, важность, новизна и конфликт. Самое главное – конфликт. Основные его виды: человек против природы или случая; человек против человека; человек против себя.

В «Конвое» люди противостоят неким живым существам, в «Бабочке» – похоже, случаю: ребенка свалила болезнь. Здесь абсолютное равновесие. О новизне я уже писал: новым выглядит скорее сюжет моего рассказа. Правдоподобие – примерно одинаковое: нападение подземной цивилизации и «воздействие бабочки» реалистичны. Важность, наверно, даже комментировать не нужно – в обоих рассказах темы достаточно важны, хотя в «Конвое» проблема более глобальна. Иначе говоря, чаша весов склоняется в сторону моего рассказа.

«с середины я всё знал. Возможно я догадался, что подтверждает, что рассказ не держит». Жанр моего рассказа – не детектив, в котором все становится ясно лишь в концовке (да и то не всегда). «Конвой» – приключенческая фантастика. Следовательно, ваши догадки большой роли не играют.

«За героев не переживаешь абсолютно, мне плевать было, кто помрёт, а кто нет». Возможно, вы просто не сумели поставить себя на место героев «Конвоя».

«рассказ наивный до жути. Люди – негодяи, зло хочет всё уничтожить, только главный герой выживает». Во-первых, негодяев в моем рассказе нет – есть люди с кое-какими слабостями. Во-вторых, вы слишком все упрощаете. Я тоже могу упростить содержание «Бабочки»: ребенок болен, врачи и родители бессильны, но маленькой бабочке удалось поднять мальчика с кровати. Добавлю, что простые сюжеты не банальны, а, наоборот, вечны.

«Это шутка. Вы опять вырываете из контекста». Я извлекаю конкретную мысль. В этом и разница между нами: я пишу вам серьезно, а вы пытаетесь отшучиваться. Ничего смешного тут нет: вы взяли на себя обязанности председателя жюри, допустили оплошность и должны отвечать за свои поступки.

«Ко всему нужно относиться с юмором». Окатите грязью прохожего, а потом, даже не извинившись, расскажите ему анекдот про неудачника. Может, он и посмеется, но в благодарность обязательно утопит вас в луже. Как прохожий, имевший несчастье поучаствовать в вашем конкурсе, я стараюсь отвечать вашим же цинизмом.

«Не только ваш рассказ написан грамотно, есть ещё парочка, так почему именно ВЫ должны получить первое место?». Вы отдали первое место рассказу Арлатова, посчитав «Бабочку» достойной такого почета. Я доказал, что «Конвой» превосходит это произведение. Теперь вы заявляете, что на приз могут претендовать еще два рассказа. Поверить в это уже трудно. Во время нашей переписки я убедился, что вы плохо разбираетесь в сочинительстве прозы. Какие еще нужны основания для моих требований? Итоги, которые вы подвели, – неверны и возмутительны.

«Дайте мне правила по оценке рассказов на частном конкурсе». Вы заставляете меня повторять уже третий раз. Основные критерии оценки рассказов – язык, стиль и композиция. Характеристику всех трех я уже приводил.

«Вы мне доказали только одно преимущество – отсутствие ошибок». Я доказал, что стиль «Конвоя» лучше, чем в «Бабочке». Доказал, что язык моего рассказа лучше (в «Бабочке» отсутствуют описания героев и мест действия).

«Если вы разобьёте хрустальную вазу, то как вы исправите это? Или вам случайно оторвёт руку на токарном станке». Вазу можно купить в магазине, а руку может пришить хирург. Я не требовал невозможного. Внести мое имя в список победителей, заплатить 1000 рублей, и конфликт исчерпан.

«В следующий раз у меня будут компетентные судьи». Наконец-то вы признаете свою некомпетентность.

«Всегда будут недовольные, это закон». Реагируют на недовольство, подкрепленное фактами.

«В конкурсе приняло участие 84 автора. Мне что, каждому принести личные извинения, что они не выиграли?». Извинения приносят за негативный поступок, а не за то, что людям что-то не удалось.

«Конвой лишь по грамотности лучше». Нет такого критерия оценки рассказов. Есть язык, стиль и композиция. Мой рассказ лучше по стилю и языку.

«Если бы я даже и стал пересматривать результаты, то первое место явно бы не вы получили». Тогда я опять возразил бы вам. Вы неспособны правильно оценить художественное произведение.

«Зато сейчас он один из самых известных писателей в жанре фэнтези. Потому что он пишет нестандартно». Писать нестандартно – это хорошо, но если автор наплевательски относится к основам сочинительства или не знает их, то в издательствах и на конкурсах ему лучше не появляться.

«Я никому ничего не внушал. Я отправил ваше первое сообщение в группу, и вас никто не поддержал». А вам и не нужно было что-либо внушать. Вас стараются уважать лишь за то, что вы – организатор конкурса. К вам прислушиваются, особенно начинающие писатели. Разумеется, вас будут поддерживать: подумаешь, какой-то участник посмел возразить. Вы провозгласили себя лидером. Толпе он нужен, она ему верит, но надолго ли?

«Я на вас трачу половину своей нормы по знакам. Вам не стыдно отнимать время у детей?» У каких детей? Вы взрослый человек, к тому же взяли на себя обязанности организатора конкурса.

«Вы отвечаете только на то, что выгодно вам». Каждый человек отвечает так, как считает нужным. Особенно если его ни о чем не спрашивают.

«Если бы вы указали на мои ошибки, написали своё недовольство, тогда бы всё было хорошо». Ну, тогда вы могли просто не ответить мне. Я предпочитаю требовать справедливости так, чтобы все карты лежали на столе. Вы должны знать, что я буду делать в случае вашего отказа.

«требовать деньги шантажом – это очень низко». Я требую только свое. Какой же это шантаж? Если бы я заставил вас отдать деньги, к которым не имею отношения, то это был бы шантаж. В нашем случае вас просто ставят перед фактом: человек возмущен вашими действиями настолько, что может пойти на жесткие меры.

«Требовали от меня деньги на необоснованных с юридической точки зрения претензиях». Напротив, очень даже обоснованных. Литературный конкурс должен проводиться нормально и справедливо.

«Я сделаю распечатку. Если вы это не укажите, то я сделаю распечатку ещё и нашей переписки». Распечатка вам не поможет. Главное для меня – рассказать, что вы работали плохо, что взялись за дело, в котором ничего не понимаете, и морочили головы ни о чем не подозревающим людям.

«отправьте ссылку на ресурс, в котором вы опубликуете свою статью». Отправлять не буду, потому что ссылок наберется очень много.

«Хочется почитать, как надо анализировать рассказы, дабы не было таких казусов в будущем». Я что, мало об этом написал? Ну, что ж, почитайте еще раз, но сдается мне, что казусов вам все равно не избежать. Вы слишком свято верите в «нестандартное» сочинительство.

ОТВЕТ ВАСИЛЬЕВА:

Вы отвечаете не на моё сообщение, а на своё. Я стараюсь ответить на все ваши слова, а вы только на часть моих. Не о какой сути тут не идёт и речи, вы просто вырываете предложения из контекста. С вами невозможно вести диалог.

Ваше самомнение может погладить облака, настолько оно высоко. Мне до него не достать, поэтому я и не могу вам ничего доказать. Давайте, вырываете из контекста и отвечайте на «не могу ничего доказать».

Денег у меня нет, мне сейчас едва хватает на поесть. На конкурс я спустил все свои средства, чтобы хоть немного поднять популярность сообщества.

Если бы вы не требовали от меня денег, то это бы не переросло в такой конфликт. Но вы меня решили шантажировать. Я тоже всегда отстаиваю свои права. Почему я до сих пор вам отвечаю? Потому что боюсь вашей статьи? Нисколько. Я сейчас пишу и улыбаюсь, так как думал, что такие люди как вы, бывают только в забавных историях.

«Напротив, очень даже обоснованных. Литературный конкурс должен проводиться нормально и справедливо». Я сказал, с юридической точки зрения. Если бы вы не требовали у меня денег, то я бы ни слова вам не сказал. Я у вас ничего не брал, я вам ничего не должен, вы участвовали в неофициальном конкурсе, а значит всё, что там происходило было субъективным.

То, что вы недовольны, юридически ничего не значит. Ваши действия полностью подходят под статью 163 УК РФ. Почитайте, что это за статья и что за неё будет. Если я почувствую хоть небольшие неприятности от ваших статей, то я пойду со всеми фактами в суд. А вот там всем будет плевать на художественность вашего произведения, их будет волновать то, что вы вымогали у меня деньги.

МОЙ ОТВЕТ:

«Я стараюсь ответить на все ваши слова, а вы только на часть моих. Не о какой сути тут не идёт и речи, вы просто вырываете предложения из контекста». Если бы я вставлял в письмо все ваши слова, то оно получилось бы очень длинным. Поэтому я беру главную мысль, которую можно прокомментировать. Так же поступают и рецензенты – не дают текст полностью, а лишь отрывок, чтобы сделать замечание на примере.

«Ваше самомнение может погладить облака, настолько оно высоко». По-вашему, если человек отстаивает свою точку зрения, то у него – большое самомнение. Вы неправы.

«На конкурс я спустил все свои средства, чтобы хоть немного поднять популярность сообщества». Это ваша проблема, а не моя. Надо было раньше думать, начинать ли такой конкурс. Вы так же разбираетесь в сочинительстве, как я – в освоении космоса, но все-таки взялись за дело. А поднять популярность сообщества можно по-другому – не литературным способом.

«Если бы вы не требовали от меня денег, то это бы не переросло в такой конфликт». Конфликт начался, когда вы украли у меня победу. Разумеется, это случилось по причине вашей некомпетентности, но это нисколько вас не оправдывает. Я не провожу конкурс бальных танцев, потому что ни черта в них не понимаю. Вы же решили проводить литературный конкурс, ошибочно полагая, что достаточно оценить сюжет произведений.

«вы меня решили шантажировать». Шантаж – это когда вас заставляют отдать деньги, принадлежащие вам или кому-то другому. Я же хотел взять то, что заслужил, разве что на жестких условиях. Описал свои дальнейшие действия, если вы будете упираться. Все совершенно открыто и честно.

«Я сейчас пишу это и улыбаюсь, так как думал, что такие люди как вы, бывают только в забавных историях». Ваше счастье, что я не располагаю возможностью заблокировать вашу страницу вместе с вашим возмутительным конкурсом. Может, тогда ваша улыбка погасла бы хоть ненадолго.

«Я у вас ничего не брал, я вам ничего не должен». Вы отдали награду, которая причитается мне, другому автору, даже не отредактировавшему свой рассказ. Вы – организатор и председатель жюри, от вас последовала такая инициатива. Вы приняли решение, и вам отвечать за него.

«вы участвовали в неофициальном конкурсе». Все происходило совершенно официально: Конкурс был объявлен в Интернете, были приглашены все желающие.

«то, что вы недовольны, юридически ничего не значит». Ошибаетесь. Я не только ясно указал причину своего недовольства, но и подкрепил ее доказательствами. Вас уличили в плохой работе, поэтому извольте нести ответственность.

«ваши действия полностью подходят под статью 163 УК РФ». Мои действия направлены на то, чтобы получить свои деньги, и ничьи больше. По сути, вы их украли, – вручили автору, мастерство которого значительно уступает моему. Вы, не разбираясь в сочинительстве, морочили головы участников конкурса. Какая статья полагается за все это, прочитайте в Кодексе сами.

«я пойду со всеми фактами в суд». Идите хоть к министру внутренних дел. Я все равно не отступлюсь.


В этой переписке видно, что организатор продемонстрировал не только незнание предмета, но и большое упрямство. Тон письма сменил на насмешливый, словно пытаясь вывести собеседника из себя. Многие заявления выглядят самоуверенными. К проведению литературного конкурса Васильев относится слишком легко, но конкурс – не прогулка по зоопарку. Это серьезная работа, требующая вдумчивого анализа представленных произведений. Ошибка жюри может дорого стоить. Один участник все стерпит, другой – ничего не поймет, а третий найдет выход для справедливого возмущения. Мне пришлось его найти, потому что дело не только в деньгах и в ускользнувшей славе. Такие конкурсы лишь засоряют сетевое пространство, в котором и без того много информации, вредоносной для начинающих авторов и читателей.
УПРЯМЫЙ РЕДАКТОР
Однажды я опубликовал несколько художественных произведений на сайте Общества Любителей Русской Словесности (OLRS.RU). Через некоторое время прочитал их, и, заметив ошибки, решил отредактировать. Соответствующей опции на страничке почему-то не оказалось. Я обратился к редактору с просьбой удалить мои работы.

Мне ответил некий Алексей: «Мы не вправе сжигать рукописи потомки нам этого не простят». Какая забота о потомках! Но те же потомки не простят, если мы оставим для них не отредактированные тексты.

Эти соображения я изложил своему собеседнику и добавил: «Даже Пушкин уничтожал свои книги. Пожалуйста, удалите мои произведения! Взамен размещу другие».

Алексей написал: «Пушкин плохо кончил. Это не лучший пример для подражания. Возьмите лучше Тургенева. Все буковка к буковке на полках читптрлей». Пушкину вообще не дали закончить свои творческие планы, – Дантес постарался на славу. Дуэли были обычным делом для того времени. Какое тут может быть подражание? Я объяснил все это редактору. Продолжать дискуссию было некогда, поэтому повторно предложил выполнить мою просьбу.

Третье письмо Алексея было не лучше предыдущих: «Гордыня ведет вас за веревочку... грех это большой. Отпустите прошлые тексты... пусть они живут своей жизнью». Оказывается, я грешник, а тот, кто не хочет мне помочь, – сама святость. Как же я могу забыть про свои тексты, если нашел в них недостатки?

Стараясь быть вежливым, написал: «Я не выхожу из дома в дырявых брюках. Точно так же не показываю читателям плохие произведения. Вы же не хотите удалить их. Последний раз прошу вас пойти мне навстречу!».

Алексей отозвался: «Вся ходят в дырявых брюках... я пишу Вам письмо в дырявых брюках. Это очень стильно и модно... шагайте в ногу со временем». Это что, издевательство? Вместо того чтобы удовлетворить мое требование, он пытается учить меня ходить. Если дырявые брюки его устраивают, – пожалуйста, пусть носит, но мне такие советы давать необязательно.

Не успел дать ответный залп, как пришло новое письмо: «Я перечитал Ваши произведения – шедеврально, почти Набоков». Похоже на попытку меня как-то задобрить. Только вот мне нужна не лесть, а несколько другое проявление доброты.

Напечатал следующее: «Дырявые брюки – это глупо и некрасиво, а то, что модно, не всегда приемлемо». Сразу отправил очередное письмо: «Спасибо за комплимент. Эти «шедевры» не победили ни в одном литературном конкурсе, включая конкурсы вашего сайта. Я писал все это, когда был неопытным автором, поэтому и предлагаю: удалите эти произведения, а потом я опубликую новые, возможно, действительно близкие к шедеврам. Как автор имею право требовать удаления своих работ. Если вы это не сделаете, я больше никогда не буду публиковаться на вашем сайте, а также расскажу всему Интернету, что вы чините препятствия своим авторам».

Редактор и на этот раз не внял: «Препятствий вашему творчеству нет никаких. Я только охранитель истории. Если мы все начнем переписывать прошлое то мир разрушиться». Спаситель мира почему-то не учел, что разрушение начинается с ошибок, и не только орфографических. Оно начинается с равнодушия к своим авторам, с равнодушия к истории и литературе. Если приходится вымаливать на коленях простейшую помощь, то зачем тогда существуют редакторы и сайт ОЛРС?

Короче говоря, мое терпение лопнуло, и я написал эту статью. Дорогие читатели, если вам не верится в этот случай, попросите любого автора Общества Любителей Русской Словесности опубликовать, а потом отредактировать или удалить текст на этом сайте. Очень скоро вы увидите отношение к пользователям, что означает полный застой творчества на ОЛРС.


Александр Рубис,
член Российского союза писателей.
НИ ДНЯ БЕЗ ПЛОХОЙ СТРОЧКИ
Когда на мою электронную почту пришло объявление о Международном творческом конкурсе «Ни дня без строчки», я сразу решил участвовать. Поскольку требовалось стихотворение о писательской судьбе, отправил по адресу «Черную реку» – о жизни и творчестве А.С.Пушкина. Победителей ожидали денежные призы – от 1000 до 3000 рублей. Весьма впечатляла и такая строка: «Победители творческого конкурса «Ни дня без строчки» определяются решением авторитетного жюри, которое возглавляет член Союза писателей России, член Союза кинематографистов России, заслуженный работник культуры России В.А.Добрусин».

Итоги конкурса подвели 27 июля. Первое место присудили стихотворению Алексея Мальцева «Последняя строка» (http://samsud.ru/archive-konkurs/tvorchesky-konkurs-ni-dnya-bez-strochki/poslednjaja-stroka.html). Естественно, я его прочел. Первым чувством, которое испытал, было удивление. Недостатков в «Последней строке» оказалось столько, что даже школьный учитель бросил бы ее в мусорную корзину. Привожу ниже свои замечания.


СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ОШИБКИ

«Наивные думают люди, нам рифмы — как воздух, точь-в-точь….». Мысли так не оформляют (Наивные думают люди: «Нам рифмы — как воздух, точь-в-точь»). Есть другой вариант, но придется вставить слово: «Наивные думают люди, ЧТО рифмы — как воздух, точь-в-точь».

«нитромак». Это лекарство больше известно как нитроглицерин. Автор не объяснил значение слова (это делается после текста).


ОТСУТСТВИЕ ЖИЗНЕННЫХ ЗНАНИЙ

«уголек сигареты». Уголек – в печи или в костре, а у сигареты – только огонек, пепел.

«А сердце шалит понемногу, срываясь с хорея на ямб». Ямб и хорей – это стихотворные размеры. А здесь речь идет о ритме.

«взлохмаченных строчек». Строки бывают короткими, длинными, понятными, непонятными и т.д., но только не взлохмаченными. Если автор имел в виду зачеркивания, исправления, то надо было в двух словах рассказать об этом в тексте.

«И россыпь взлохмаченных строчек соринками на листе – последнее, что ты запомнишь, когда, обгоняя восход, знакомая «скорая помощь» под окнами тормознет». Последнее, что запоминают в такой ситуации, – это боль, из-за которой вызывают «скорую».

«И все, что щемило годами, и прочь уносило покой, проступит на кардиограмме последней строкой». На кардиограмме всего лишь проступает сердечный ритм. А «все, что щемило годами», остается в памяти, в душе.


ОШИБКИ В РИТМЕ И РАЗМЕРЕ

Так сердце заноет под вечер, -/- - /- -/-
что мысли и строчки — вразброд. -/- -/- -/
Вранье, что поэзия лечит, -/- -/- -/-
скорее — наоборот. -/- -/-/ Сбой ритма (ударение не должно падать на 7 слог).

Наивные думают люди, -/- -/- -/-
нам рифмы, – как воздух, точь-в-точь… -/- -/- -/
Метафоры нет и не будет, -/- -/- -/-
с другим она в эту ночь! -/-//-/ Сбой ритма (ударение не должно падать на 4 и 7 слоги).

Дрожит уголек сигареты, -/- -/- -/-
строфа не сомкнется никак. -/- -/- -/
Дожить бы еще до рассвета, -/- -/- -/-
ведь кончился нитромак! -/- - /-/ Сбой ритма (ударение не должно падать на 7 слог).

А сердце шалит понемногу, -/- -/- -/-
срываясь с хорея на ямб — -/- -/- -/
как будто трясется в дороге, -/- -/- -/-
где множество ям. -/- -/ Сбой размера (5 слогов вместо 7).

Оно по-другому не хочет, -/- -/- -/-
забылось в своей маете… -/- -/- -/
И россыпь взлохмаченных строчек -/- -/- -/-
соринками на листе — -/- -/-/ Сбой ритма.

последнее, что ты запомнишь, -/- -/- -/-
когда, обгоняя восход, -/- -/- -/
знакомая «скорая помощь» -/- -/- -/-
под окнами тормознет. -/- -/-/ Сбой ритма

И все, что щемило годами, -/- -/- -/-
и прочь уносило покой, -/- -/- -/
проступит на кардиограмме -/- -/- -/-
последней строкой. -/- -/ Сбой размера (5 слогов вместо 7).


Произвести окончательный подсчет нетрудно.


Стилистические ошибки – 2.

Отсутствие жизненных знаний – 5.

Ошибки в ритме и размере – 6.


В моем произведении «Черная река» ошибок куда меньше, но его не наградили даже дипломом. Я предложил председателю жюри объяснить, почему «Черная река» хуже, но В.А.Добрусин промолчал. Что это? Нежелание показать свою безграмотность? А может, за этим скрывается намеренная подтасовка результатов? На мой взгляд, возможно как первое, так и второе. Одно я знаю точно: поощрять тремя тысячами рублей слабое произведение – это недостойно «авторитетного жюри, которое возглавляет член Союза писателей России, член Союза кинематографистов России, заслуженный работник культуры России».


Александр Рубис,
член Российского союза писателей,
секретарь Брянского РО РСП.
УРОДСТВО «ХУДОЖЕСТВЕННОГО СЛОВА»
С 20 февраля по 20 апреля в сети проводился конкурс короткого рассказа "Художественное слово" (сезон 2017 года). Победителю обещали премию – 6700 рублей. Я сразу же решил участвовать. За две недели написал небольшой рассказ и отправил по указанному адресу.
Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что первое место отдали рассказу Светланы Ломакиной «Старинные часы», в котором очень много недостатков! Текст перегружен описаниями, нарушена логическая связность, на каждом шагу стилистические и орфографические ошибки, отсутствие жизненных знаний. Эмоциональное воздействие мощное, но даже оно не всегда приемлемо. Героиня, попавшая в прошлое, в концовке почему-то не возвращается в свое время, хотя сделать это способна. Подробности привожу ниже.

«Прислушиваешься к себе. Если отозвалось — хорошо». Непонятно, что отозвалось.

«прислушиваешься…. отозвалось…. бросишься…. закручивается….» Глаголы в разных временах, что для художественного текста очень плохо.

«Где ребра соединяются». Ребра нигде не соединяются. Они присоединяются к грудине.

«Продавливает так, что не продохнуть. Пока не вытащишь, пока не сделаешь понятным и не положишь на этот белый электронный поднос, легче не станет». Легче не станет, пока не объяснят, что продавливает и что вытаскивают.

«Сегодня, пожалуй, ничего не будет». Чего именно не будет, неясно.

«Встала, подошла к окну…. Пошла на балкон». Похоже на какой-то доклад или отчет. Рассказы так не пишут.

«Тревожная железная дорога». Нет никаких признаков тревоги. Тревожным может быть гудок тепловоза или стук колес.

«Прислушалась: может быть? Ну, хоть что-то? И опять ничего». Сплошные короткие предложения текст не украшают. Они напоминают разорванное в клочья тряпье.

«Иногда помогает — нужно высунуться на половину, втянуть носом ночной ментол». Стилистическая ошибка. Может, надо было примерно так: «Помогает свежий ночной воздух».

«Но, нет. Видимо, не сегодня. Тогда лучше спать. Как все нормальные». Опять некрасивые обрывки мыслей.

«вдруг поняла, что чего-то не хватает». Нарушение логики. Ранее было написано: «Все на месте».

«Мерного звука, который хоть как-то организовывает мою, довольно хаотичную, жизнь». Жизнь организовывают люди, а не звуки.

«пошарила по пыльной верхней стенке (часов)». Верхних стенок нет в часах.

«Вытащить эти часы на свалку». На свалку часы не вытаскивают, а выбрасывают.

«Родители пытались вытащить эти часы на свалку, но я вцепилась в них, отстояла, перетащила во взрослую жизнь». Часы не перетаскивают, а переносят, и куда угодно, только не во взрослую жизнь. Можно пронести память о чем-либо через года.

«Возила с квартиры на квартиру». Зачем? Отнести часовщику, – другое дело, а просто перевозить бессмысленно. Надо было сначала рассказать, что героиня переезжала с квартиры на квартиру. Тогда стало бы понятным и перемещение часов.

«Я вставила ключ в гнездо и провернула». Правильнее так: «повернула».

«Я уперлась рукой в коробку». В часах – не коробка, а корпус.

«Обернулась и увидела, что балкона уже нет, а я подвожу часы в нашем старом доме». Во-первых, почему «уже»? Героиня не могла ожидать, что такое случится. Во-вторых, предложение написано так, будто писательница видит своего двойника, а сама остается в новой квартире. А ведь сюжет другой: героиня попадает в прошлое.

«косынка пережимает какой-то сосуд в голове». Косынка может пережать выступающую вену, но не сосуд в голове.

«Боли становятся меньше». Не меньше, а слабее.

«Строгий синий халат. Передник. В руках доска для стирки». Это похоже на составление описи имущества. Художественные тексты так не пишут.

«у старого комода, который служит нам столом». Высоковато для роли стола.

«По треснувшему горшку, горло которого бережно перетянуто». Горло бывает у бутылки, но не у горшка.

«изолетной». Орфографическая ошибка. Пишется: изолентой.

«И по сахару-рафинаду с щипчиками». Чай с сахаром – это нормально, но только не сахар с щипцами.

«И вдруг понимаю, что страшно соскучилась: и по красной герани; и по треснувшему горшку, горло которого бережно перетянуто синей изолетной; и по сахару-рафинаду с щипчиками; и по странной посуде — одна керамическая пепельница с постаментом для спичек чего стоит; и даже по зубным протезам в пол литровой банке». Слишком длинное и сложное для восприятия предложение. Надо было разбить его на две части или сократить.

«Пол литровой». Пишется слитно, через дефис.

«Я перехватила ее руку». Это не борьба дзю-до, руку перехватывать незачем.

«Присеменила со стаканом». Так не пишут. Правильнее «Поднесла стакан».

«Присеменила со стаканом — втиснула мне в руку граненый». Стилистическая ошибка. Прилагательное не отделяют от существительного.

«Я не знала куда идти. Видимо, в бабушкином доме была моя комната, но где?.... Видимо, работы — мои….ящик с сотней ручек. Тоже, наверное, мой….рамки с моими фотками. Но их я видела впервые. Если ничего не изменилось, то там должны быть ящики…. Либо я где-то работаю, либо бабушка отдает мне последнее». Если героиня попадает в прошлое, то она должна помнить хотя бы некоторые подробности. А здесь она рассуждает так, словно во всем сомневается.

«Я встала, подняла ногу на высокий порожек и услышала знакомый протяжный, как плач, скрип». Порог скрипит, когда на него наступают. Героиня лишь поднимает ногу. Получается, что слышен скрип не порога, а ноги.

«зазубрины на дверном проеме. Так и есть — бабушка по-прежнему колет орехи дверью». После орехов на двери остаются отметины, а зазубрины остаются после воздействия чего-либо острого.

«Вместо железной кровати втиснута стандартная полуторка». Слова с двойным значением требуют осторожного обращения. Полуторкой когда-то называли автомобиль, поэтому такое предложение выглядит нелепо.

«Она подминает подушку» Подминать – это значит, надавливать сверху, наваливаться на предмет. Перед сном подушку не подминают, а взбивают, чтобы она казалась пышнее и мягче.

«Я смотрю на пожелтевший потолок и мне кажется, что я, как и поэт-Петька, сошла с ума. После смерти бабушки, а мне тогда было всего четырнадцать, я….». Слишком часто употребляется местоимение «я», и вообще в абзаце слишком много местоимений.

«нервные стихи». Нервным может быть только живое существо. Стихи же не бывают ни нервными, ни уравновешенными.

«Дочь — да. Строго и требовательно. Но это другое. Ни в какое сравнение». Опять обрывки выражений – детали есть, но соединения нет.

«Ни в какое сравнение». Это предложение не может претендовать на намеренное умолчание, потому что в нем отсутствует даже глагол. Это просто кусок глины, из которого еще предстоит слепить чебурашку.

«Потом вся жизнь неправильно — и этот пединститут». Намеренный пропуск слова здесь не идет на пользу произведению. «Потом вся жизнь ПОШЛА (сложилась, стала развиваться и т.д.) неправильно».

«ветреный южный город, и эти мучительные ночи, когда высовываешься наполовину с балкона и ловишь ртом, ловишь, и ничего не можешь поймать». Здесь героиня может поймать ртом только ветер. Но тогда неясно, зачем.

«таскала за собой все эти годы бабушкины часы». За собой тащат бревно, мешок или какой-нибудь другой тяжелый груз. Часы же просто несут.

«Ноут». Слова из молодежного сленга нежелательно использовать в авторских мыслях.

«из суеверия я бы не стала давать имя чему-то очень для меня». значимому. Напрашивается вопрос: какой религии следует героиня? Но даже если выяснится, что она набожна по-христиански, по-православному, то все равно такая мысль в художественном тексте выглядит странновато.

«Файл так и назывался — «Главное»». Главное в папке, которая называется «Главное»? Не указывает ли это на ограниченную фантазию писательницы?

«На дворе». Двор – это все-таки ограниченное пространство, поэтому «ВО дворе».

«откинувшийся с зоны». Выражения из уголовного лексикона лучше не использовать в авторских мыслях.

«На дворе нараспев спорили о колорадском жуке соседи, бабушка гремела банками, в очередной раз откинувшийся с зоны и пьяный от счастья Колька орал на всю улицу. Я бегала глазами по строкам, впитывала попадающие в мою комнату звуки и растирала по щекам слезы». В этом абзаце непонятно, почему плачет писательница.

«Я вскочила с дореволюционного стула, вцепилась в теплую пятнистую ее руку и просипела: «Только не часы, бабушка! Умоляю тебя! Только не часы!». Героиня еще не поняла, что произошло с нею, не поняла, что причиной всему – старые часы. В тексте она ни разу это не обдумала. Следовательно, она не стала бы останавливать бабушку.

Короче говоря, рассказ похож на картофельное поле, которое, как колорадские жуки, оккупировали ошибки. Я устал печатать, вылавливая их одну за другой. Если сравнить «Старинные часы» Светланы Ломакиной с моим рассказом, то получается, что первого места заслуживает «Девушка в черном». При желании в этом можно легко убедиться. Вот ссылка на мой рассказ: http://olegchuvakin.ru/rubis.html, а вот рассказ «Старинные часы»: http://olegchuvakin.ru/lomakina.html.

На основании изложенного я потребовал пересмотреть результаты конкурса и присудить первое место рассказу «Девушка в черном». Мне ответил Олег Чувакин, владелец сайта и, по совместительству, председатель жюри: «Организуйте свой конкурс и командуйте там!». Я возразил: «Зачем мне командовать другим конкурсом? Речь идет о вашем конкурсе. Будьте добры, исправьте свою ошибку и извинитесь за плохую работу». Чувакин обозвал меня сначала скандалистом, а потом и вовсе сумасшедшим. Вот какие у нас проводятся частные литературные конкурсы.

На сайте «Художественное слово» Чувакин называет себя Хозяином, но ведет себя не по-хозяйски: шесть тысяч призовых рублей он подарил человеку, который отправил на конкурс откровенно неряшливый текст. Чего тогда стоит пункт в Положении «Одним из критериев для первоначальной оценки (и вероятного отсева) текста является грамотность»?

Кстати, Чувакин предлагает на своем сайте редакторские услуги. Не знаю, сколько денег он за это просит, но это не может пойти на пользу заказчикам. Редактор, позволяющий себе возвеличивать слабый рассказ и не замечать произведение достойное, вряд ли исправит больше десяти процентов несовершенств.


Александр Рубис,
член Российского союза писателей,
секретарь Брянского РО РСП.
ТУМАННОСТИ «ДАЛЬНЕГО КОСМОСА»
Будучи любителем фантастики, я нашел в Интернете соответствующий конкурс. Весенний литературный конкурс-2017 «Дальний космос» в случае победы обещал денежный приз. Я потратил два месяца на подготовку рассказа для участия, зарегистрировался на «Синем сайте» и опубликовал произведение.

Решив проверить, все ли требования я учел, перечитал Положение конкурса «Дальний космос» еще раз. Мое внимание привлек пункт «О размещении работ», который гласит:

«Работы принимаются с настоящего момента по 1-е мая включительно и Инкогнито публикуются по мере поступления, их можно будет прочитать, прокомментировать и поставить свой балл всем желающим до 4-го мая включительно. При подсчёте учитываться будут баллы только зарегистрированных пользователей, и, традиционно, чтобы сделать голосование более честным, принимаются оценки только тех участников, которые оценили не менее трёх работ».

Слова «можно будет прочитать» и «поставить свой балл всем желающим» означают, что голосование необязательное даже для зарегистрированных пользователей. Кто хочет, – ставит оценки, кто не хочет – не ставит. Какая-то анархия. Голосовать должны все, притом за каждый рассказ. Жюри должно принимать оценки не тех участников, которые проголосовали за три работы, а оценки тех, кто проголосовал ЗА ВСЕ РАССКАЗЫ. Участников, которые не проголосовали за все рассказы до 4 мая, надо снимать с конкурса.

Своими соображениями я поделился с администратором Thinnad. В ответ этот добрый человек написал: «Фобии – это не наша область. Начните шевелить чем-нибудь с пользой….Фантазёр, блеать».

Я призвал его к вежливости, но суровый оппонент возразил: «Я буду общаться с вами так, как будет угодно мне».

Один из участников спросил, как понимать выражение «дальний космос». Какой-то Inkognito объяснил: «Это территория, где происходит действие рассказа». Я возразил: «Прилагательное «дальний» означает: «находящийся далеко, на большом расстоянии от Земли».

Неожиданно вмешался Thinnad: «Вы считаете, что главный редактор издательства «Астрель СПб» неправильно формирует свои мысли? У вас ничего там не трещит? Вы – дурак?».

Ответить на это заявление можно было только в дурацком тоне, поэтому я промолчал. Однако следующий комментарий Thinnadа вывел меня из себя: «Я заставляю вас комментировать последние 10 работ. Если не увижу до вечера комментариев, забаню».

Я предлагал заставить всех участников конкурса «Дальний космос» оценивать все рассказы, но…. Имелось в виду, что все должны быть в равных условиях. Я спросил: «Почему вы требуете это именно от меня, а не от всех участников? Да и времени у голосующих полно – согласно Положению, до 4 мая, а не до вечера».

Thinnad не придумал ничего другого, кроме как забанить меня. Лишил права участия в конкурсе, а ведь рассказ для этого мероприятия я писал два месяца! Поскольку доступ к аккаунту был закрыт, я отправил письмо, в котором заявил, что правила приема рукописей и законодательство не нарушал, никого не оскорблял. Потребовал восстановить меня на конкурсе и принести извинения, но ответа не дождался.

Думаю, что такое самоуправство не достойно ни должности главного редактора «Астрель СПб», ни администратора «Синего сайта».

Я поинтересовался, кто стоит за ником Thinnad. Оказывается, некто Тим Яланский. Любопытно, что этот высокообразованный специалист даже в чате попытался меня оскорбить: «Алевар, я понимаю, что в связи с весной у вас обострилось чувство справедливости….Я выключу вас с сайта, чтобы вы не мешали мне работать».

По мнению Тима Яланского, только по весне у меня обостряется это чувство. Он, видите ли, может выключить меня, как надоевшую куклу. Я мешаю работать Тиму Яланскому? Плохому танцору, как известно, все мешает, а прежде всего, похоже, собственная глупость и невоспитанность.

Представляю себе, что творится при подведении итогов конкурсов «Синего сайта». Не нужно быть пророком, чтобы догадаться: организаторы и члены жюри там делают, что хотят, а не то, что потребно российской литературе.


21.04.2017.
КОНКУРСНЫЙ БЕСПРЕДЕЛ
КОНКУРСНЫЙ БЕСПРЕДЕЛ

С разного рода интернетным безобразием я сталкивался часто. Старался относиться к этому терпеливо, но однажды не выдержал, решил написать о литературном конкурсе «Память сердца» (Сайт «Стихи.ру», Интернет-журнал «Родина» http://www.stihi.ru/avtor/rodina74), в котором сам участвовал.

Ознакомившись с подведением итогов конкурса (http://www.stihi.ru/2014/03/28/5837), я был, мягко говоря, удивлен. Слабым, на мой взгляд, произведениям жюри почему-то присудило почетные первые места. Я немедленно выразил протест, указал ошибки «победителей». Привожу их после стихотворений.

МЫ - РУССКИЕ, МЫ ПРОРВЕМСЯ!
(автор Георгий Мантуров)

Давайте сосредоточимся,
Хоть это, наверное, трудно.
Давайте по имени-отчеству
Начнем величать друг друга.

Не может страна великая
Годами жить как в тумане,
Под выдуманными никами
Рассеянная в онлайне.

От холода одиночества
Просторов наших российских
Давайте сосредоточимся
На наших родных и близких.

Довольно фейсбук залайкивать,
Полеживая на печке!
Довольно страну оплакивать!
От этого ей не легче.

Ведь сколько пропало попусту
Под песенки удалые
В бандитские девяностые
И в тучные нулевые.

Сейчас же во время сонное,
Когда ничего не хочется,
Перед святыми иконами
Давайте сосредоточимся.

Попросим Святую Троицу,
Как малые просят дети,
Помочь нам сосредоточиться,
Вступившим в тысячелетье.

России сыны и дочери!
Под вещим славянским солнцем
Нам важно сосредоточиться.
Мы - русские! Мы прорвемся.

А теперь мое мнение.

«От холода одиночества
Просторов наших российских» – мне кажется, российские просторы не одиноки. Есть страны, дружественные им, есть люди во враждебных державах, сочувствующие России.

«От холода одиночества
Просторов наших российских
Давайте сосредоточимся
На наших родных и близких.» – неужели только из-за холода одиночества нужно интересоваться своими близкими? На мой взгляд, это сомнительно.

«Довольно фейсбук залайкивать,» – опять «компьютерная» фраза. По-моему, такой сленг не украшает произведение.

«Довольно фейсбук залайкивать,
Полеживая на печке!
Довольно страну оплакивать!
От этого ей не легче.

Ведь сколько пропало попусту
Под песенки удалые
В бандитские девяностые
И в тучные нулевые.» – думаю, неясно, что пропало попусту (или кто).

«В бандитские девяностые
И в тучные нулевые.» – я бы сказал, непонятно, почему нулевые можно называть либо упитанными, либо налитыми. Новый век не принес рядовым россиянам ни сытости, ни счастья духовного.

«Сейчас же во время сонное,
Когда ничего не хочется» – сейчас, когда тарифы ЖКХ грабительские, дефицит рабочих мест, ползущие вверх цены, политические конфликты, маленькие зарплаты, когда ухудшаются и становятся платными медицина и образование и т.п., ничего не хочется?! Хочется, да еще как!

«Нам важно сосредоточиться.
Мы - русские! Мы прорвемся.» – насколько я понял, предложение не окончено (прорвемся в… Куда?).

Николай Борский пишет:

Краеугольный камень жизни – дом.
Краеугольный камень дома – камень,
Но чаще – сосны, сбитые венцом
В два топора крестьянскими руками.

Мерцает пот на пристальных творцах,
Блестит смола, густая, как повидло,
На золотистых звончатых торцах –
На вкус полынь, медова лишь по виду.

По-богатырски срубу предстоит
Держать избу от стрех до половицы,
Как раменам – славянский красный щит,
Как меч крыжатный – жилистой деснице.

В таком же доме выращен и я.
Под звон наград мне в нём внушали деды
То, что Россия – Родина моя
И что Россия – родина Победы.

Не слишком част был на Руси покой,
И хлеборобам в их нелёгкой доле
На кладенцы плуги свои порой
Переплавлять случалось поневоле.

И орды шли. И танки шли, пыля.
Войн и усобиц отчине хватало,
Где кроме крови приняли поля
Сиротских слёз и вдовьих слёз немало.

Досталось ей пожаров и золы…
Но вновь и вновь Россия над землёю
Вздымает к солнцу красные стволы
С густой смолой, прозрачной, золотою,

Чтоб над прохладой пашен и берёз
Былых строений солнечней и краше
Стоял наш дом. Могуче. Во весь рост –
Как русский воин. Плотник. Землепашец.

А теперь прокомментирую.

«Краеугольный камень дома – камень» – краеугольный камень – это камень? На мой взгляд, такой двоякий образ лишь усложняет текст.

«сосны, сбитые венцом в два топора крестьянскими руками» – бревна можно сбить, а сосны – срубить или повалить, поэтому «сосны, сбитые», мне кажется, выражение неправильное.

«Мерцает пот на пристальных творцах» – по-моему, творцы не могут быть пристальными, пристальными бывают взгляды.

«Где кроме крови приняли поля» – вроде бы запятые пропущены после «где» и «крови». Пустяк как будто, но пунктуацию никто не отменял.

«Досталось ей пожаров и золы…» – пожар – это, конечно, бедствие, а зола для земли – удобрение, что совсем неплохо. Я бы сказал, позитивное и негативное тут нельзя ставить в один ряд.

«Вздымает к солнцу красные стволы
С густой смолой, прозрачной, золотою» – опять золотая смола, автор словно не смог придумать новый образ.

«Чтоб над прохладой пашен и берёз» – солнечный день, под березами, конечно, тенисто, прохладно. Однако над пашней, думаю, прохлады нет и в помине – она же под открытым небом, нагрета лучами.

Стихотворение, попавшее на третье место (автор – Виктор Колесников):

1
Это Богом забытое место,
Где всегдашняя серость погод.
Этих дней чернозёмное тесто,
Что ты месишь который уж год.

И народ, оползающий в бездну
С тех вершин, что оставил давно.
Только здесь тебе время и место.
А иного вовек не дано.
2
Страна вся дочиста ограблена.
Страна захвачена чужими.
Парализована неправдами.
Заселена полуживыми.

Страна как черновик зачёркнута.
Её кутёнком тычут в лужу.
Страна, как тать, на дыбу вздёрнута.
Но день придёт - ты будешь нужен.

«серость погод» – по-моему, погода не бывает серой, бывают серые тучи, дни, лица.

«Этих дней чернозёмное тесто» – намокшую землю сравнивают, конечно, с тестом, но дни, на мой взгляд, добавлены в замес напрасно – слишком сложный образ.

«И народ, оползающий в бездну
С тех вершин, что оставил давно» – если народ оставил вершины давно, тем более сделал это сам, то оползать с этих вершин уже вроде бы невозможно.

«Страна вся дочиста ограблена.
Страна захвачена чужими.
Парализована неправдами.
Заселена полуживыми» – мне кажется, эта строфа нарушает ритм произведения.

«Страна как черновик зачёркнута» – насколько я знаю, нужны запятые после «страна» и «черновик».

«Её кутёнком тычут в лужу» – для страны лужа (чистая или грязная, неизвестно), вероятно, действительно нечто унизительное. А щенок порой радуется такой воде. Именно поэтому считаю образ неудачным. Сравнили страну с щенком, который вполне естественно пьет из лужи.

«Но день придёт - ты будешь нужен» – думаю, что смысл строки неясен. Какой день придет, кто будет нужен?

Творение Вячеслава Анчурина, первое в списке поощренных (поощренные стихи тоже награждались, пусть небольшими, но денежными призами):

Моя страна, тебя из края в край
Не перейти, как речку при разливе.
Кто ищет рай – всегда находит рай,
Кто хочет счастья – сможет стать счастливей.

Моя страна, ты помнишь каждый шаг
Победных маршей, мирных демонстраций.
В тебе легко пить водку и дышать
Под тихий скрип советских декораций.

В тебя везут фисташки и урюк.
Твои богатства – заперты в витрине.
Хранится ключ в кармане модных брюк
У патриота в черном лимузине.

Но не отнять и не продать в развес
У родников – живительную силу,
У журавлей – простор и синь небес,
У безымянных – братскую могилу.

Пока хрипит и бьется смутный век,
Даря чины и ранние седины,
В тебе свободен будет человек,
В ком и Душа, и Родина – едины.

«Моя страна, ты помнишь каждый шаг
Победных маршей, мирных демонстраций» – шаг маршей, демонстраций? Мне кажется, это не совсем то, что может делать шаги.

«В тебе легко пить водку и дышать
Под тихий скрип советских декораций» – насколько я знаю, советских декораций больше нет, их сменили капиталистические.

«Твои богатства – заперты в витрине» – богатства, товары, по-моему, находятся НА витрине, а запирают их совсем в других местах.

«Пока хрипит и бьется смутный век» – неясно, я бы сказал, с кем бьется век. Кстати, он вообще не принимает чью-либо сторону, это просто отрезок времени. А если век бьется в конвульсиях, то возникает вопрос: на кой черт он кому-то нужен, кто его ранит? К нему равнодушны и Запад, и Восток, и красные, и белые. Двадцатый век – хорошо, двадцать первый, двадцать второй – тоже неплохо.

Затем я спросил, чем хуже мое стихотворение «Полигон». Мне ответил координатор конкурса Александр Кожейкин. Мои соображения он назвал субъективными. А поскольку мнение жюри, дескать, тоже субъективное, то ситуация нормальная.

Я не против субъективности, однако субъективное мнение жюри должно быть еще и справедливым. Об этом сообщил А.Кожейкину, объяснил, что даже стихотворение, занявшее первое место, содержит нарушения смысла, незнание элементарных жизненных вещей.

Координатор возразил: мол, члены жюри – профессиональные и уважаемые люди, поэтому сомневаться в их заключениях не следует.

Я согласился с тем, что они хорошие специалисты, но вряд ли стоит учитывать профессионализм тех, кто не обратил внимания на недостатки в текстах, даже в произведении, которое выдвинули на первое место. Так и заявил моему оппоненту.

Александр Кожейкин отпарировал: вы дилетант, ничего не понимаете в поэзии.

Дилетант? Может быть, хотя в поэзии я не первый год, а прозаический стаж у меня несравнимо больший. Кожейкину ответил, что он даже никак не опроверг мои замечания по призовым стихам. Сказал, что хотя и выгляжу дилетантом в его глазах, но могу обнаружить нелогичное, недосказанное, неясное в произведении, а в моем «Полигоне» ничего такого нет.

Координатор попытался перевести стрелку на мое стихотворение, указал на сбой ритма в одной из строк.

Я написал: хорошо, пусть сбой. Однако в любом произведении-победителе дефектов гораздо больше. Даже если оспорить половину из них, ситуация останется странноватой.

А.Кожейкин привел новый аргумент: дескать, согласно правилу конкурса, редакторы не вступают в полемику с авторами, поэтому он не собирается тратить на меня, безнадежного неуча, драгоценное время.

Пришлось возразить: правило можно нарушить, если жюри и организаторы конкурса не хотят или не могут работать, как следует.

Один из участников конкурса, Владислав Швец, попытался встать на защиту Кожейкина: жюри, мол, присудило призовые места произведениям, которые ему понравились.

Я был вынужден опрокинуть его довод: конкурс, тем более с денежными призами, – мероприятие серьезное. Произведения на нем оцениваются, исходя из смысла, образности, орфографии и т.д. Личные предпочтения здесь не должны влиять на принятие решений.

Что, по моему мнению, произошло при подведении итогов? Приглашенные откуда-то редакторы выбрали стихотворения с недостатками, а мой «Полигон» отшвырнули, черт знает, на какое место. Почему они так поступили, не знаю. Может, спешили, может, наплевательски отнеслись к работам участников, а может, не сравнили «победителей» с другими произведениями или читали не все финальные стихотворения. В конце концов, не в этом суть.

Поскольку никто не опроверг мои выводы по призовым стихам, есть основания считать конкурс несправедливым. Лично я считаю, что виновные должны быть наказаны, а конкурс – аннулирован.

Александр Рубис, участник конкурса «Память сердца».