Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

КривоРожка

+144 RSS-лента RSS-лента
Автор блога: Таня Ванина
Зеленый кот по имени Август
Август пушистым зеленым котом
Бродит по нашим улицам.
Холодно будет, но это – потом.
Ну а пока – любуемся!

Яблоки август развесил в саду,
Радуется игрушкам.
И затаился, ждет, что приду
Я тишину послушать.

Яблони ветки тянут: «Сорви,
Не уходи из сада!»
Сладкой отравой в моей крови
Сок винограда.

Небо такое, что кажется, вот
Звезды достанешь рукою.
Август, пушистый зеленый кот,
Дышит покоем.

Мурлычет сыто, кот же, точь в точь,
Горячий, чуть сонный полдень…
Медом тягучим сегодня не прочь
Он целый мир наполнить.

Ах, как он ластится, Август-кот!
Ласки нехитрой просит…
Знает, что скоро уже придет
Рыжая кошка Осень.
Дождливое утро
Дождь с утра. По траве, по листьям.
Дождь. А с ним вперемешку – воздух.
А вчера было небо чистым.
А вчера было небо звездным.

А вчера мы в саду тенистом
Поздней лакомились малиной…
А сегодня шуршит по листьям
Дождь. Холодный. Унылый. Зимний…

А вчера, до последней минуты,
Мир был ясным, летним, огромным!
А сегодня меня под утро
Разбудили раскаты грома.

Но гроза закончилась быстро,
Как и не было ее вовсе.
Только дождь тихо шепчет листьям:
«Зеленеете? Скоро осень!

Скоро, скоро вам с веток срываться,
Дымом в небо лететь голубое…»
А потом мне приснилось счастье.
Просто счастье. Наше с тобою.

А сегодня – все дождь в мои окна,
Да от писем – лишь горстка пепла.
И подушка насквозь промокла,
И душа от боли ослепла…
Июльская песня
Правит лето летние заботы,
И июль в сиянье голубом
Наполняет души, словно соты,
Золотым искрящимся вином.

Он звенит, смеется и играет
Облаками в синей вышине.
Ничего об осени не знает,
Ничего не помнит о весне.

И свои нехитрые секреты
Раскрывает нам почти шутя
Это лето, солнечное лето,
Жизни непослушное дитя.

Календарь об осени бормочет,
Обещает щедрые снега.
Но ничьих не слушая пророчеств,
Расцвели ромашки на лугах.

Посмотри на звезды, вон их сколько!
Хочешь, я одну тебе сорву?
Это неба синие осколки
Васильками ссыпались в траву.

Наливает лето, проливает
Молодое терпкое вино,
И полыни веточки вплетает
В разноцветный солнечный венок.
Птица гордая
Для чего червяку крылья?
Ну какая от них польза?
То они припадут пылью,
То мешают ему ползать…

То отчаянно рвутся в небо,
Не заметив забот груза.
Червяку бы добыть хлеба,
Да поесть от души. От пуза.

Ведь душа обретается в теле,
Значит, тело нам холить надо,
Чтоб душа от радости пела.
Вот такая вот жизни правда.

И зачем нам в небо стремиться?
Что мы там позабыли, скажите!
Ведь червяк – это гордая птица.
Называется землежитель.

Очень трудно понять воронам,
Впрочем, ласточкам – тоже сложно,
Что гулять по земле – законно.
Ну а в небо – ни-ни. Не можно.

Так что если кто-нибудь где-то…
А ему говорят: «Послушай!
Может, вовсе не крылья это?
Может быть, это просто уши?

Только выросли очень сильно?»
Ох, как гневом его накрыло!
Обернулся – а он бескрылый…
А зачем червяку крылья?
Подведение итогов
А в пятьдесят пора бы знать,
О чем молчать и что сказать,
И как на деньги не попасть, и сделать ноги.
А мы увязли в суете,
Таскаем воду в решете,
И все нам рано подводить итоги.

Пройдет совсем недолгий срок,
И я узнаю, есть ли Бог,
И если есть – он милосердный или строгий?
Но не предъявлены счета,
И дел обыденных тщета
Не позволяет подвести итоги.

Всему приходит свой черед,
Но мы торопимся вперед,
А завтра тоже будет день – один из многих…
Ты оглянись, да погляди,
Что оставляешь позади –
А вот тогда и подведешь итоги!

Когда-нибудь, когда-нибудь,
Проводят нас в последний путь,
И мы узнаем, что не в Рим ведут дороги…
И вот подведена черта,
И дальше нету ни черта,
И, значит, поздно подводить итоги!
Над пропастью
Любовь у края пропасти?
О Боже, дай нам смелости,
Чтоб выбраться из серости,
Пусть и наделав глупости.

Придет уменье с опытом,
А с ним – синдром усталости.
И вот уже до старости…
Но это – только шепотом!

Стоит себе, не мятая,
Трава в лугах, не кошена.
И эта полночь мятная
Не перед нами брошена.

А сил еще не меряно,
Еще горим без копоти.
И черт с ним, с этим опытом –
Еще не все потеряно,

Еще не просим жалости.
И, опьянев от скорости,
Без страха и усталости
Вот-вот взлетим над пропастью.
Кстати, о счастье...
До завтра
Дотянуть бы до завтра,
Ну а там – как Бог даст!..
Время низкого старта,
Время злого азарта –
Если друг не предаст.

Наше время такое,
Четко видится мне:
Тот, кто жаждал покоя
В васильках над рекою –
Тот ошибся в цене.

И, казалось бы, вечер –
Это не навсегда…
Только круг нам очерчен,
И порадовать нечем
Приходящих сюда.

Наши дети и внуки –
Что им память веков?
Опускаются руки,
Не хватает науки,
Чтоб учить дураков!

Мы на чистом азарте
Разорвем этот круг.
Лишь бы только со старта
Сил хватило до завтра,
Да не предал бы друг!
Такие времена
Он, к сожалению, исчез,
Мир мушкетеров и повес –
Какие были времена, какие нравы!
И тот, кто в ссоре с кем-то был,
Он не хамил, и не грубил,
А говорил: «Нет, сударь, Вы не правы!».

И тут же шпагу доставал,
И даме ручки целовал,
И твердо знал, что честь его чего-то стоит…
Но это было так давно…
Я это видела в кино.
А в жизни мне не довелось. Да и не стоит!

Теперь другие времена,
В ходу простые имена,
И все мы матом изъясняемся отлично…
За миску каши и кровать
Себя готовы продавать,
А слово «честь» звучит почти что неприлично.

Сегодня может наша знать
Конкретно женщину назвать.
Потом цветы ей подарить. Восьмого марта.
А разворованный бюджет –
Всего лишь новостной сюжет…
Вот интересно, что же с нами будет завтра?
Не так
А все, о чем хлопочется,
Когда-нибудь закончится.
Обманешься, оглянешься –
А нету ничего.
Ох, дни мои убогие!
Меня пинали многие:
Враги. Друзья. И Родина…
Она – больней всего.

А жизнь учила гордости,
Учила жить на скорости,
Учила выживанию –
Такой себе ликбез…
И над ее уроками
Ночами одинокими
Случалось, я и плакала,
По поводу и без.

Дорога не кончается,
И всякое случается:
И счастье на копеечку,
И горе на пятак.
И я дышу, как дышится,
Пишу, как сердцу слышится,
И вроде бы все правильно,
А все-таки не так.

Не так заря рассветная
Приходит в сны заветные,
Не так цветет черемуха,
Не так идут дожди…
И сколько ни хлопочется,
А ничего не хочется,
И ты, дорога дальняя,
Не жди меня, не жди…
Июнь
Еще не жухлая трава,
И лета самое начало,
И так цветет шиповник шало,
Что просто кругом голова.

И, странные шепча слова,
Всю ночь листву ласкает дождик:
И день придет, и будет прожит,
И в осень верится едва.

Но в бесконечной суете
Недолговечный запах дыма
Необходим самой листве,
Как жизни смерть необходима.
Просто счастье
Я помню, в молодости часто
Мы спорили до хрипоты
На тему: «Что такое счастье?»
Как понимаешь это ты?

И Санька, морщась некрасиво,
Нам доводил желудка весть:
«Ребята, счастье – выпить пива,
А после досыта поесть!»

И сразу в спор вступала Нина:
«Нет, счастье – просто, без затей,
Семья, квартира и любимый,
И трое-четверо детей!»

– Нет, Нина, это мелко что-то! –
Ей отвечал Романов Петр, –
Оно – любимая работа,
Высокий творчества полет!

– Работа, творчество, науки, –
Сережка возразить рискнул,
– Я щук вчера четыре штуки
Поймал на старую блесну!

Ну, а Наташка (в понедельник
У ней стащили кошелек)
Вздохнула: «Счастье – много денег,
И чтоб украсть никто не мог!»

И каждый требовал: «Скажи!
Я прав, а остальные – мимо!»
А счастье было просто жить.
Смеяться. Плакать. Быть любимой,

И паруса дарить ветрам.
Любить, порою без ответа.
Бессонной ночью ждать рассвета,
И кошку гладить по утрам.
Случайный роман
Какая ночь, какая тишь!
И я не сплю, и ты не спишь…
А ты зовешь меня «малыш»,
И до рассвета
Жара, и в комнате темно,
И в ночь распахнуто окно,
И слишком молодо вино,
И хлеба нету.

Летели дни, за мигом миг,
И был печален чаек крик,
И что-то бормотал родник,
И мы прощались.
– Пока!
– До завтра.
– Навсегда…
Вздыхала сонная вода,
И уходили поезда,
И возвращались.

Под бесконечный стук колес
Мешался с дымом запах роз,
И улетела под откос
И наша юность.
Каких же только нет примет!
Мелеет море от монет…
А мы? Вернемся или нет?
Мы не вернулись…
Памяти Александра Вертинского Старая пластинка
Утомленное солнце нежно с морем прощалось,
И крутилась пластинка для нас двоих.
И серебряный голос без тоски и печали
Так легко и свободно
Пел о любви.

Расстаемся, встретимся ли снова?
Ты молчишь, и я молчу в ответ…

Просто кончилось лето, листья падают с клена,
И растаяло счастье, словно дым сигарет.

Это танго у моря в бесконечности длится,
Я во всем, что случилось, виновата сама…
А опавшие листья – перелетные птицы –
Все на юг улетели,
Пришла зима.

Расстаемся, может быть, когда-то
Мы случайно встретимся с тобой…

Черно-белое фото, где на фоне заката
В ритме старого танго плещет вечный прибой.
Какие есть
Торопливо живем:
Все куда-то бежим…
Не едим и не пьем –
Соблюдаем режим.

И за тысячью слов
Прячем истины суть,
И шалеем от снов,
И боимся уснуть.

Все покоя хотим
Для усталой души,
Только снова летим,
Все зачем-то спешим.

Так живем на бегу,
Все в поту и в пыли…
А на том берегу
Васильки расцвели!

А на том берегу,
Возле сонной реки
Поцелуи в стогу,
Да костров огоньки.

Высоко над рекой
Звезд на небе – не счесть…
А зачем нам покой?
Мы такие, как есть.
Помнить нельзя забыть
А время – странная штука:
То пустится вдруг в галоп,
То застывает, как муха,
Что угодила в сироп.

И исчезают куда-то,
Что ты ни говори,
Сырые стылые марты,
Промозглые январи.

А мы все пытаемся сами
Отслеживать стрелок ход.
Так, что там по расписанию?
Майские? Новый год?

Утренние заботы,
Тихие вечера…
Время, скажи мне, что ты?
Завтра или вчера?

Сегодня окончится в полночь?
Или начнется в ноль?
И как мне хорошее помнить,
Когда позабыта боль?

Или забыть в одночасье,
Оставив себе лишь тоску,
Мое разноцветное счастье?
Ответить я не рискну…

А нет ли вопроса легче?
Но время – звездная нить –
В ответ насмешливо шепчет:
«Помнить нельзя забыть»
Одно к одному
Все одно к одному, и к удаче прибудет удача.
Все одно к одному, и к печали прибьется печаль.
Я примет не ищу: ничего они вовсе не значат.
Но рассыпалась соль, а тарелки не бьются. А жаль!

Как сорваться легко, как опасно к вершине движенье –
Рассказать бы кому, да не хочется кликать беду.
Среди тысяч зеркал я теряю свое отраженье.
Среди тысяч путей я дорогу свою не найду.

По ночному шоссе хорошо возвращаться, не так ли?
Желтый свет фонарей, тополя вдоль дороги рядком.
Вот закончился дождь, вот упали последние капли…
Я не жду ничего. Я не плачу уже ни о ком.

Замыкается круг – безнадежно, железно, уныло…
Все одно к одному, и опять мы надеемся зря.
Но блеснуло во тьме… Не уверена, что это было –
Теплый розовый свет, то ли розы, а то ли заря!
Сиреневый романс
Полыхая зарей, день клонился к закату,
Вечер краски стирал, как художник с холста…
И дышали сирени теплым сумраком сада,
И, о чем-то печалясь, шепталась листва.

Где-то пел соловей песню звонкого мая
Так небрежно, легко, словно просто дышал…
И тепло твоих рук за любовь принимая,
Прямо к звездам моя устремлялась душа.

Но растаяла ночь… И любви больше нету…
И в тускнеющем свете предутренних звезд
Ты оставил меня, и на грани рассвета
Уронили сирени росу своих слез.

Пролетит много лет, и при встрече случайной
От тебя не услышу я ласковых слов.
Но живут в моем сердце светло и печально
Соловьиные песни сиреневых снов.
Не в деньгах счастье. Послесловие
Хотела я вам рассказать сказку о любви и счастье… Не получается. Ну что же, послушайте быль. Расскажу, что было, как стало, и чем дело кончилось.
В некотором царстве, как положено, жил-поживал Криворожский турбинный завод «Восход». Делал газоперекачивающие аппараты, ремонтировал их и модернизировал, славился на все СНГ.
Даже из кризиса девяностых вышел, сохранив коллектив. И, не иначе как от большого ума, решил сменить свое имя. И нарекли завод: «Констар». Это от английских слов constant – постоянная и star – звезда. Получается «Постоянная звезда».
А поскольку в мире нет ничего постоянного… В общем, как вы яхту назовете, так она и того, поплывет.
Ладно, все это присказка.
Как понял хозяин завода, что «не в деньгах счастье», я не знаю. Однако понял. И начал задерживать нам зарплату. Ненадолго. Дней на десять, на две недели. Ну, если вы получали зарплату десятого числа, то на следующий месяц – уже двадцатого, потом – тридцатого. И так несколько лет.
И начались у нас проблемы. Кто-то не поехал в отпуск к морю. Пустяки, да? Кто-то не смог оплатить коммуналку, кредиты, операцию ребенку… Квалифицированные рабочие начали уходить, искать, где же платят те деньги, в которых нет счастья.
Счастливого конца в этой истории нет. В мае прошлого года завод объявили банкротом. И он мне до сих пор должен.
Ну а я поняла следующее:
1) Не в деньгах счастье.
2) Чтобы быть счастливым, нужно быть живым.
3) Чтобы жить, нужны деньги.
Такой вот круговорот счастья и денег в природе.
Счет вечности
Счет вечности ведется на мгновенья:
Один лишь взгляд, одно прикосновенье, –
Времен и судеб шелковая нить.
Наложены последние заклятья,
И мы не в силах разомкнуть объятья,
Свою судьбу не в силах изменить.

И вдруг так ясно станет нам обоим:
Вот это называется любовью,
И нам судьбы не надобно иной.
И в январе вдруг наступает лето,
И мир наполнен золотистым светом,
И жизнь прекрасна, если ты со мной.

Но если любишь только по привычке,
Душа подобна обгоревшей спичке,
И все напрасны слезы и слова.
Рванутся стрелки по большому кругу,
И вдруг застынут на пути друг к другу,
И в полночь зацветет разрыв-трава.

И вдруг так ясно станет нам обоим:
Все то, что называли мы любовью,
Всего лишь жажда света и тепла.
Но свет погас, и нет огня в камине,
Ну а любви и не было в помине,
И вместо сердца – серая зола.
Календарь
Когда поймешь, что, очевидно, зря
Ты счет не вел ошибкам и утратам,
Опавшие листы календаря
Не поднимай, и не смотри на даты.

Они ничем не могут нам помочь,
Они – простые времени отметки.
Они не знают, что такое ночь,
Когда не спишь до самого рассвета.

Когда поймешь, что точно так же зря
Ты не считал счастливые минуты,
Опавшие листы календаря
И здесь помочь не смогут почему-то.

В них нет добра. И зла в них тоже нет.
Они – лишь время, бывшее когда-то.
Они твоих не ведают побед,
Они не знают о твоих утратах.

Откуда же у них такая власть
Нам диктовать и праздники и будни?
Нет, календарь выбрасывать не будем.
Сорви листок и дай ему упасть.
Зимние песни
Голые ветки деревьев дрожат, словно струны…
Съежилась речка, оставила грязную пену.
И, то и дело сбиваясь на «Мурку» блатную,
Ветер выводит «Разлуки» тоскливую тему.

Вот уже месяц, как солнышка нет и в помине,
Сеется дождь через мелкое-мелкое сито…
Нам бы огонь развести, посидеть при камине.
Нету огня, и камины давно позабыты.

Южному городу зимние песни? Невместно.
Глупое сердце, да что ж тебе снова неймется?
Вот и снежок закружился, как в танце невеста.
Кончится танец. А дальше – уже как придется.

Скрипки метели, и снова дождя кастаньеты.
Ветер безжалостно струны гитары терзает…
Глупое сердце, зачем ты тоскуешь о лете?
Кошка трехцветная – счастье домашних хозяек –

Сладкие песни мурлычет со мной на диване.
Мне бы огонь развести, да немного согреться…
Только вина уж почти не осталось в стакане,
Нет и огня. Замолчи, мое глупое сердце!

Зря ты поешь мне печальную песню о главном.
Старые письма – ты видишь? – осыпались пеплом…
…Южному городу зимние песни? Забавно.
Глупо. Смешно. Безрассудно. И очень нелепо.
Почти олимпийские игры
Мне поручили защищать
КБ родного честь.
Мне б от восторга запищать,
И громко крикнуть: «Есть!»

Но начала я возражать,
Хотя мне и неловко:
– Мне никогда не пробежать
Всю эту стометровку!

Я посчитать легко могу
Любой фигуры площадь,
Но из меня такой бегун,
Как из барьера лошадь.

Но мне начальник объяснил
На эти возражения,
Что много радости и сил
Приносит нам движение,

Что схлопочу я выговор,
Коль буду продолжать.
Ведь главное – не выиграть,
А просто пробежать!

Еще пыталась я сказать,
Что, дескать, отработаю,
Что, может, лучше наказать
Рабочими субботами.

Но все мои усилия –
Как мертвому укол,
Вот так моя фамилия
Попала в протокол!

И под трибун веселый смех
Я выхожу на старт.
Пусть нету шансов на успех –
Но где же мой азарт?

Конечно, каждому своя
Милей всего рубашка,
И я б сбежала. Но судья
Уже дает отмашку.

И вот, трибуны веселя,
Я двигаюсь вперед…
Уходит из под ног земля,
Меня по пяткам бьет.

Я слышу, зрители орут:
– Не спи!
– Беги!
– Не стой!
И я упала.
Прямо тут.
За финишной чертой!
Не пишется
Не пишется. Слова, как кирпичи,
Рвут кружева еще невнятных строчек.
А недоговоренность многоточий
Настойчиво советует: «Молчи!

Слова? Зачем? Кому все это нужно?
Ведь все уже написано давно!
Зачем нам отраженье неба в луже?
Что есть оно, что нету – все равно.

Не станет луж – исчезнет отраженье,
Но небо не исчезнет никогда!
Пройдут секунды, сложатся в года…
А есть ли прок от этого сложенья?»

Ах, если б знать, что это все – не зря:
И ласковые, жаркие июли,
И хмурые рассветы декабря…
Вот в небе свежевыстиранным тюлем

Плывут себе куда-то облака
Над крышами, дорогами. Над нами.
А мы опять пытаемся словами
Рассказывать, как эта даль легка,

Как глубока прозрачная река,
И как дождя неприхотливы ритмы…
К карандашу потянется рука,
И первые попавшиеся рифмы

Вдруг лягут на бумагу. Ну так что ж?
К чему слова, когда и так понятно:
Все то, что ты у времени берешь,
Уже не сможешь возвратить обратно.
Не пишется? Не спится? Снова ложь...
Сказка тысяча первой ночи
Тысячу раз рассказана,
Тысячу раз прочитана.
Любая о ней фраза
Становится нарочитой.

Любое о ней слово
Становится невозможным.
Но я повторю снова:
Это же так несложно!

Любишь меня, и хочешь –
Чувствую каждым нервом я.
И после тысячной ночи
Будет тысяча первая.

И сколько пылать звездам,
Сколько дождям литься –
Каждую ночь просто
Буду тебе сниться.

Дочка вздыхает горестно:
«Что за дурная привычка?
Родители! В вашем возрасте
Это почти неприлично…»

Я ей отвечу с сердцем:
«Хватит учить старших.
Это острее перца,
Это халвы слаще!»

Кто-то посмотрит искоса,
Кто-то вздохнет с участием…
Нету сильнее искуса,
Чем искушенье счастьем.
Дорога назад
Мы наслушались сказок про вещие сны,
И уже без подсказок не видим весны.
Мы приметы отыщем на случай любой,
Но забыли значение слова «любовь».

Можно жить без любви? Или, может, нельзя?
Мы бредем по грязи, оступаясь, скользя…
Наши души чисты, наши души нежны.
Но кому и зачем мы, такие, нужны?

Рассказать бы кому… Да кому рассказать?
Нет дороги длинней, чем дорога назад.
Нет дороги длинней, и печальнее нет
Возвращенья домой после прожитых лет…

И апрельская прель прошлогодней листвы,
И сосулек капель как приметы весны.
Но предутренних звезд неуверенный свет –
Словно в талом снегу остывающий след.

Намеренья понятны и мысли ясны,
Но ночами мне снятся тревожные сны.
Снится мне, что в снегу, задыхаясь, бегу,
И вернуться назад не могу, не могу…

И тогда возникает законный вопрос:
Ну, подумаешь, сны, разве это – всерьез?
Ну, подумаешь, сад мой крапивой зарос.
Но ведь можно отлично прожить и без роз!

Или все же нельзя? Да о чем говорить!
Было б только кому эти розы дарить.
Было б только кому свои сны рассказать.
Было б только куда возвращаться назад…
Работа над ошибками
Жизнь настолько сложна, что почти до смешного проста,
И во всех словарях не отыщется нужное слово.
Начинаем апрель. Словно с чистого пишем листа.
Исправляем ошибки, и вдруг ошибаемся снова.

Кто-то скажет: «Судьба! Разве можно бороться с судьбой?»
Хорошо, я согласна. И все-таки дело не в этом.
Жизнь вообще-то проста. Только сложно остаться собой.
Но приходит апрель, и душа наполняется светом.

Мы прощаем других. Мы прощаем себя иногда.
Обижаем родных, обижаемся сами, и плачем.
Но приходит апрель, как приходит большая вода,
И смывает ошибки. И в жизни не будет иначе.

Мы однажды поймем, что слова – это просто слова…
Прозвучали – и нет их. За птицами вслед улетели.
Вот, поверив теплу, молодая пробилась трава…
Что ж, поверим и мы. И давай улыбнемся апрелю.
Теория абсолютной относительности
«Все в мире относительно!» – сказал Эйнштейн когда-то.
И скорость света выдумал, и взял за абсолют.
Возьмем, к примеру, календарь, и разберемся с датами:
Когда настанет Новый год? А вот когда нальют!

Вот мы, допустим, в поезде. Все точно по учебнику:
Перрон тихонько тронулся, отъехал и вокзал…
Ну что, ребята, вздрогнули? И тут пришли нахлебники.
Ну, это относительно, еще Эйнштейн сказал!

Прогноз погоды слышали? Жара стоит в Антарктике,
Пингвины обалдевшие без меры воду пьют.
И тут же относительно похолодало в Африке,
И только сорок градусов – чистейший «Абсолют»!

Вот вечер и кончается, бегут маршрутки резвые.
Домой мы возвращаемся, имея бледный вид…
Напрасно укоряете. Мы абсолютно трезвые.
Конечно, относительно тех, кто в салате спит!
В заброшенном саду
Не ухоженный парк городской,
А дорожки заросшего сада,
Где живет неизбывной тоской
Прошлогодняя медь листопада.

Я сюда прихожу много лет,
Потому что живу по соседству.
Здесь давно уж хозяина нет.
А хозяйка… Пропало наследство!

Покосившийся старый сарай,
Окна досками криво зашиты.
Здесь собакам бродячим не Рай,
А всего лишь от ветра защита.

Здесь мальчишки ломают сирень,
Что так пышно цветет у забора.
Приходите и вы, коль не лень.
Здесь открыто, здесь нету запора!

Здесь окончили листья свой путь,
А в траве – одуванчиков брызги.
Я сюда прихожу отдохнуть.
От людей. От событий. От жизни.

Здесь живут мои детские сны,
И от маминых рук пахнет хлебом…
Здесь я вся – отражение неба,
Отражение новой весны.
Все, что было
Все, что было, все, что было,
Ты забыл, и я забыла.
Как мы жадно целовались
В парке «Правды» на мосту.
Неужели в самом деле
Эти годы пролетели,
Когда я вставала раньше –
Заплетать свою косу!

Отчего же мы забыли,
Как отчаянно любили,
Как сиреневое море
Вдруг заполнило весь мир?
Как, девчонка и мальчишка,
Мы любви читали книжку,
Что была до нас другими
Вся зачитана до дыр?

Ты не знал, и я не знала,
Что любви для жизни мало,
И бродили мы по парку,
Взявшись за руки, вдвоем.
И хотя мы все – крутые,
Жизнь расставит запятые,
А потом поставит точку
В предложении своем.

Жизнь вообще такая штука:
С виду – сложная наука,
А она проста как двери,
И забавна, как кино.
Ты любил, и я любила.
Это было. Точно, было!
И порой до слез обидно,
Что закончилось давно…