Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Мои стихи, песни и проза

+3510 RSS-лента RSS-лента
Автор блога: Сергей Тимшин
Из предоктябрьского
Чернильный, тягучий, знобящий рассвет,
И листьев опавших сырая труха...
Всё глухо и сонно на тысячу лет,
Не слышно и хриплых рулад петуха.

Безликими массами дремлют сады,
И улица сельская - глухонема
В холодной испарине крыши седы,
Извёсткой набухшей белеют дома...

Но - пятится, пятится ночь за поля!
И небо меняет чернильный состав,
И дышит слышней, пробуждаясь, земля,
Летучий туман поднимая из трав.

И вот встрепенулся, зевнул ветерок,
И дробные капли упали с ветвей...
Все так, как вчера, лишь небесный восток
Впервые не вспыхнул восходом лучей.

Сентябрь 1994
Прячась от дождя


Дождь, раскинув струи-сети,
Нас загнал под купол ивы,
И, как пойманные дети,
Мы бездумны и смешливы.
Здесь, в шатре зеленокосом,
В этом колоколе мглистом,
С нами прячутся стрекозы,
Прикрепившиеся к листьям.
Но, промокшие до дрожи,
Мы стрекоз не замечаем -
Телом к телу, кожей к коже
Прикреплённые плечами,
Согреваемся дыханьем,
И в сердечных перестуках
Опьяняемся слияньем
Губ, заждавшихся друг друга...

Лето 1988 г.
Отсветы
Пламенем по глазам заря,
Холодно на рассвете.
Как из далекого октября
Плещет апрельский ветер
Рябью озёрною на песок...
Что загрустил, дружок?

Вспомнил ли Балтики волноход,
Вахтенные рассветы,
Чаек крикливых тяжёлый лёт,
Заморозков приметы?
Утро прощальное в октябре
С жизнью на корабле?

Странный и зыбкий оставил след
Миль сухопутных ветер...
По бездорожьям гражданских лет
Ты ли бродил и бредил?
В плазму кипящую смотришь зря:
Выжжет глаза заря!..

Но над расплавом её границ
Вдруг возникает ясно
Ряд позабытых знакомых лиц -
Юношеских, прекрасных.
Лент бескозырочных якоря
Красит огнём заря!..

Ах, пацаны мои, пацаны!
Я не теперь заметил:
Первые искорки седины
Брызнул эстонский ветер
Нам на мальчишеские виски.
Лики зари близки...

Блики зари возвращают свет
Из заповедной дали,
И отцветают, не дав ответ,
Кем мы на суше стали.
Гаснет с восходом зари поток.
Тихо вздохни, браток...

23. 04. 1994
Памятное
Гуси морские - халеи горластые -
Увальни на берегу.
Волны балтийские хрупко-скуластые
Косо на гальку бегут...

Все различаю сквозь даль беспощадную -
Прежний и флотский весь.
Солоноватую песню прощальную
Шлёт мне сырой норд-вест.

15. 12.1995
Памятное
Гуси морские - халеи горластые -
Увальни на берегу.
Волны балтийские хрупко-скуластые
Косо на гальку бегут...

Все различаю сквозь даль беспощадную -
Прежний и флотский весь.
Солоноватую песню прощальную
Шлёт мне сырой норд-вест.

15. 12.1995
Снежное затмение
Бывает – по чуткой заснеженной рани
Куда-то спешишь: по делам, на работу...
Всё сонно и ватно. Расплывчаты грани
Дороги, строений, небесного свода.

И вдруг замечаешь: оттуда, из бездны
(Ты видел когда-нибудь ход снегопада?),
Из выси небесной – потоком, отвесно -
Снежинок, снежинок плывут мириады!

О, чары явления! Перед глазами
Кружат светлячками снежинки-мгновенья...
И всем существом ты опять осязаешь
Всю зыбкость, всю бренность земного рожденья.

Вот так же, вот так же в веках эфемерных
Мы - люди - роимся, и меркнем - несчётно,
Снежинками вспыхнув в пространстве безмерном,
Мгновеньями канув во времени чёрном!

26. 11.1992
На Севере
Вмёрзли в небесную глыбу
Звёзд замороженных блики.
Заиндевелой монеткой
Дальняя виснет луна.
Мёртвые хрупкие сосны
Высятся сбоку тропинки.
В гиблом морозном паренье
Музыка смерти слышна.

...Знаешь, я видывал зимы
С холодом остекленевшим.
Знаешь, я пил, обжигаясь,
Жгуче пьянящую стынь.
Ночи там были чернее,
Звёзды блистали хрустальней,
Луны катились - огромны! -
В посеребрённую синь.

Здесь, где жилые вагоны
Врыты в опилки по окна,
Где от накала мороза
Звоном натянута тишь,
Следуя тропкой безлюдной,
Я - северянин недавний -
Вспомнил о Дальнем Востоке...
Чем ты меня удивишь?

Декабрь 1986
Философия чисел
Любознательным мальчиком я не любил вычислений:
Слишком скучно на белом чернильные цифры равнять.
В заоконной свободе - там столько чудесных явлений!
Там в стекляшках зеркальных –
Сиянье бесчисленных солнц.

Тополиная хрупкость и бабочек пёстрое племя,
Головастики в лужах, разбой воробьиный в пыли,
Запах фермы коровьей, люцерны сиреневой хмели -
Вот объём изучений,
Меня поглощавший до пят.

А ещё, за весной - шелкопрядовых коконов яйца,
Смолы зрелых садов и упавшие с веток плоды…
Арифметики точность меня угнетала, и в ямбы
Эту сущность земную
Я жаждал всегда воплотить.

Но начальную юность внезапным покрыло ненастьем,
И в плену самовольном мне горько пришлось подсчитать,
Сколько прожито вёсен, и сколько принёс я несчастий,
Сколько слёз я изжёг,
И на сколько свободу забыть.

И впервые тревожно я к магии цифр прикоснулся,
Но не понял их правды и вещие числа отверг!
И опять к облакам в изумрудное небо тянулся,
Пил глазами цветА
И туманные дали вдыхал.

Но и юность прошла - отгуляла она, отштормила,
Оттряслась в поездах по просторам великой страны.
И всё чаще мой взор возвращался к забытому миру,
Где жуки и козявки,
Где тайны в дремучей траве.

И, уже понимая, что жизнь исчислима и свыше
Нам дана, и не вправе мы Вечность себе начислять,
Я пытался укрыться под детства ветвистую крышу
То печалью стихов,
То в тоске ностальгических снов.

Нынче памяти смута - похмельная кара на крылья,
Под ногами рассыпана лет отзвеневших листва.
Неусидчивым мальчиком - как эту землю любил я!
Любознательным мальчиком -
Как не любил я считать...

11. 02. 1995
Зимняя заря
Холодное пламя зари
Глаза обожгло - изнутри...
В слоях горизонта - смотри! -
Восхода пылают костры.

Набавил великий пожар
На скулы пунцовый загар,
И студит дыхание в пар
Мороза неистовый жар.

Ах, даль! На пороге земном
Я стал убеждаться в одном:
С любым возродившимся днём
К нам ближе небес окоём.

Давно голова в серебре…
Однажды, моём декабре,
На розовом снежном ковре
Помчусь я к последней заре.

25. 12. 1992
Наш техникум
17 ноября – Международный день студентов


Там, в общежитии над Ангарой,
Мы проживали учебной порой.
Громко стучали в ночи поезда,
Быстро струилась речная вода,
И открывал нам четвертый этаж
Чудный пейзаж.

Парком иркутского студгородка
Мы устремлялись, хмелея слегка,
Из сессионных зевотных часов
В город свободный - на отдых, на зов
Улиц вечерних, программ цирковых,
Зрелищ иных.

И насыщали «духовности рост»
Нам стадионы в блистании «звёзд»,
Залы музеев и киноэкран,
Да надувной экстрасенсов туман.
И на экскурсиях взоры ласкал
Дивный Байкал!

«Славное море - священный Байкал»
В ранних скитаньях мне мимо мелькал,
Но через годы в дороге с тобой,
Он распахнул нам простор голубой.
Помнишь ли катера ровный полёт,
Чаек эскорт?

Всё, что осталось от этих времён -
Синих дипломов ненужный картон,
Ряд фотографий да памяти зыбь -
Молодость нашей совместной судьбы
Там, где грохочет без нас Ангара
Будто вчера...

22. 12.1996
Кладезь
Неожиданно память нахлынула,
Как волна от далёкого катера,
Заскорузлую душу омыла мне
Колыбельной задумчивой матери.
И глаза защипало растроганно:
Ничего ведь в судьбе не утрачено!
Возрастными неровными строками
Всё оплакано в ней и оплачено.

И заветное детство безбрежное,
И тревожная юность штормящая,
Скороспелая молодость грешная,
Чёрно-белые дни настоящего -
Всё исполнено в ней и очерчено,
Драгоценны все буковки-затеси.
Проявляет мне высь предвечерняя
Лики звёздные в памяти-кладези.

21. 12. 1995
Атлантиды
Мы – острова, и омывает
Нас жизни бурный океан,
Где время вместе с островами
Уходит в вечности туман…

Но всяк живущий – Атлантида,
И оставляет, канув, след:
Ведь острова растут из ила,
И в океане смерти нет!

1995
После юга
Здесь небес берегА
оторочены жаром рубиновым,
И массивен накат
фиолетовых облачных волн...
Здесь не брызжет луна
кислотою своей аскорбиновой
Из чернёных пространств,
истекающих сотами звёзд.

Я вернулся сюда,
обожжённый приморскими солнцами, -
На югорский причал,
как в гигантский распахнутый грот.
Но опять, но опять -
вон за теми зубчатыми соснами -
Черноморский прибой
мне полынную песню поёт...

29. 07. 2001, ХМАО
Сегодня День единения народов Беларуси и России!
ДАЛЬ БЕЛОРУССКАЯ
( Из цикла «Тебе»)

Волоокая, светло-русая,
Не невеста мне, не жена,
Как живёт твоя Белоруссия –
Мной невиданная страна?
Говорят, там места дождливые –
Всё болотистые леса,
И прохладны неторопливые
Серо-синие небеса.
Говорят, их края расцвечены
Будто заревом от войны...
Говорят, по корням отеческим,
Там немало твоей родни.

Расскажи о туманной родине
Незабудками ранних глаз,
Ведь и мной расставанье пройдено
С краем детства в далёкий час.
Или гены твои утратили
Свойство помнить её черты,
Оттого, что у русской матери
Под Ишимом взрослела ты?

Не жена моя, но любимая,
Но единственная моя,
Расскажи про неповторимые
Миги раннего бытия.
Я же знаю, с каким отчаяньем
Мы оглядываемся порой,
Если чувствуем вдруг печальные
Взоры родины за спиной…

Расскажи, растревожь, пожалуйста,
Ведь заслушаться вправе я,
Волоокая, беложавая,
Белорусская даль моя...

Январь 1993
Северные понедельники
Вновь понедельник в снег забивает
Длинные тени – зыбкие сваи…
В раме оконной – утро-строитель,
В думе застойной – строчек мучитель.

Синими днями северный город
Переполняет, точно раствором.
Но, обновляя снежные плиты,
Синь убывает в космос открытый…

Мчатся недели, как сновиденья,
Прячась в пределы стихотворений.
Вечера тени – зыбкие сваи.
В мир сновидений жизнь убывает…

3.12. 1995
Снежное измерение


Белые сумерки. Медленно с неба
Падают мягкие звёздочки снега,
Русской зимы чародей -
Он облачает в пуховые шубы,
В пышные шапки, в унты и тулупы -
Крыши, деревья, людей.

В детской забаве, охочи до драки,
Рады небесному дару собаки -
Все в белоснежном репье.
Словно в ином, внеземном измеренье,
Голову вскинув, стою в изумленье,
Напрочь забыв о себе.

Ноябрь 1987 г.
Дни насущные. Год 1996
Дни насущные пахнут травами
На тропинке моей судьбы.
Вне работы ходить по нраву мне
В лес по ягоды и грибы,
Да удить на зелёном озере
Пескаришек и окуней,
С облаками призывной осени
Оставаясь наедине.

Лишь в природе живут гармония,
Благолепие и покой…
От всеобщего беззакония
Ограждаюсь Казым-рекой.*
От политики, от коммерции,
От безденежья прячусь я…
Коронуют в России Ельцина,
И дымится в огне Чечня.

И страна принимает беженцев
В разворованный гневный дом.
И - покаюсь я - совесть-грешница
Знать измучилась о людском.
Лишь в природе живут согласие,
Мир и мудрость, и благодать.
Во всеобщее безобразие
Мне себя бы - не возвращать...

*Казым - река в ХМАО-ЮГРА
10. 08. 1996
Снежное затмение
Бывает – по чуткой заснеженной рани
Куда-то спешишь: по делам, на работу...
Всё сонно и ватно. Расплывчаты грани
Дороги, строений, небесного свода.

И вдруг замечаешь: оттуда, из бездны
(Ты видел когда-нибудь ход снегопада?),
Из выси небесной – потоком, отвесно -
Снежинок, снежинок плывут мириады!

О, чары явления! Перед глазами
Кружат светлячками снежинки-мгновенья...
И всем существом своим вдруг осязаешь
Всю краткость земного пути от рожденья.

Вот так же, вот так же в веках эфемерных
Мы - люди - роимся, и меркнем - несчётно,
Снежинками вспыхнув в пространстве безмерном,
Мгновеньями канув во времени чёрном!..

26. 11. 1992
Наедине вдвоём
Грустные праздники нам предстоят
Да вереницы дней,
Если устало смотреть назад -
В сумрак годов-теней.

Так в неуютный сезон дождей
Тусклое клонит в сон...
Может, давай, созовём гостей,
Рюмок устроим звон?

Будем до ночи слепой гулять,
А, отшумев, поймём,
Что одиночества не унять
Даже когда вдвоём.

Муть наваждения глубока,
Света не жди от грёз…
Но не осядет на дно тоска,
Если хандрить и врозь…

В этой безрадостной тишине
Нужно дышать и жить,
Нужно о завтрашнем нашем дне
Тихо поговорить;

Шторы задёрнуть, плиту зажечь,
Чай заварить... И, верь,
Нехотя спрыгнет усталость с плеч,
Кошкой мяукнет в дверь.

В жизни немало сиротских дней
Каждый из нас постиг.
Будут и праздники нам светлей!
Будни лишь мне прости...

Декабрь 1991
Инфляционное
Ах, цены, цены, цены –
Раздутые шары,
А у народа вены
Вздуваются - в бугры!
А у народа жилы
Под кожей - тетивой!
Но все мы будем живы,
Поскольку – не впервой...

Поохаем на цены,
И сузим вновь глаза,
Поскольку в наши гены
Заложено дерзать,
Сновать по магазинам,
Давить в очередях...
Привычны наши спины
И шишки на локтях.

И в том, что злее будем,
Друг друга ли винить,
Поскольку все мы люди
И все желаем жить!
Пусть в давке за насущным
Кого-то и сомнёт -
Не страшно власть имущим
Испытывать народ…

Всё - цены, цены, цены
Дамокловым мечом...
А все ли будем целы,
Хватая воздух ртом?

6.11.1991
Раскопки
Будто археолог, на коленях
Прошлое вскрываю - каждый слой…
Сколько ж артефактов драгоценных
Кроется под времени золой!
Сколько неожиданных признаний
В письмах нахожу и дневниках,
Сколько ненадуманных страданий
Вижу в ученических стихах!

Был я и отчаянным, и робким,
Верил в справедливость и грешил...
Может, святотатственно раскопки
Я себе затеять разрешил?
Может, и мудрей и безопасней
В прошлом не копаться у судьбы?
Может быть... Но было бы ужасней
Жизнь свою мне заживо забыть.

Милые, любимые, родные,
Солнцем опалённые со мной,
Все мы, соплеменники земные,
Связаны не высью – глубиной!
Все мы говорим за не доживших...
Свято отпылавшее храня,
Я ещё поведаю о бывшем -
Времени б хватило у меня!

Прошлое поднимется из толщи
Времени, избытого для нас,
Если археолог и художник
Дарят нам о времени рассказ.
Кто из нас не истины искатель?
Вон стоит, задумчивей, чем я,
Глину разминающий ваятель,
Видящий скульптуру Бытия.

22 01 1993
Прогресс
(Из давних блокнотов)

Средневековье. Плач.
Взмахнёт топором палач
И голова –
Вскачь…
Через четыре века,
С развитием человека,
Смонтирована машина –
Гильотина.

1990 г.
Прячась от дождя
Дождь, раскинув струи-сети,
Нас загнал под купол ивы,
И, как пойманные дети,
Мы бездумны и смешливы.
Здесь, в шатре зеленокосом,
В этом колоколе мглистом,
С нами прячутся стрекозы,
Прикрепившиеся к листьям.
Но, промокшие до дрожи,
Мы стрекоз не замечаем -
Телом к телу, кожей к коже,
Согреваясь, приникаем,
Пьём горячие дыханья,            
И в сердечных перестуках              
Опьяняемся в слияньи
Губ, заждавшихся друг друга...

Лето 1988 г.
Был у меня брат…
Михаилу Звонкову, брату названному…

Авторская песня


1.
Был у меня брат -
Будто родной брат...
Звал я его - брат,
Звал он меня - брат!
Где-то в тайге злой,
Где-то в ручье-тьме,
Рай он обрел свой,
Ад подарив мне...

…Мишка, Мишка, Мишка,
Как же это вдруг?!
Младший мой братишка -
Старший друг...

2.
Сердцу не бить в лад,
И не понять всем:
Был у меня брат
Лучше, чем я - всем!
Крепче меня рос,
Чище меня жил...
В годы моих гроз
Братом моим слыл!

…Мишка, Мишка, Мишка,
Как же это вдруг?!
Младший мой братишка -
Старший друг...

3.
С криком слепых глаз
Душу б теперь - вон!
Как я сумел раз
Не различить стон?!
Как я посмел - в свет
Песней своей мчась,
В годы его бед
С ним потерять связь!

…Мишка, Мишка, Мишка,
Как же это вдруг?!
Младший мой братишка -
Старший друг...

                                   1991 г.
Протез
Сердце заныло как старая рана…
В непроизвольный стон
Из незапамятного тумана
Выплыл небесный склон.

Там - колеи с тополиною ватой,
Мир виноградных лоз...
Самозабвенно и бесновато
Детство моё неслось.

И недосуг опечалиться было,
Что - золотой хирург -
Время безбольно меня лишило
Крыльев ребячьих рук...

Памятью сердце сегодня залито,
Как на берёзе срез.
В чёрной перчатке у инвалида
Вдруг заболел протез...

1995
Стихотворение в уходящем году (1994). С Днём Поэзии!
(В День Поэзии-2013)

...Вас, стихи мои родные, никогда
Не покину,  но оставлю… навсегда.
Покажите тем, кто вспомнил и о нас,
Время звонкое – и чувств моих, и глаз.
Ведь дышали этим воздухом и мы –
Полногрудо, полноправно - не взаймы!
И любили, и пылали - не для книг,
Вырастая, убывая каждый миг.

...Это Солнце, это Небо, этот Свет -
Всем живущим мой завещанный завет.
Эти вечные хмельные зеленя -
Те же соки, те же строки из меня.
Дорогие! Вы продолжите мой вдох,
Потому что уж не так я был и плох,
Потому что вас не предал - никогда!
Но оставил, но оставил навсегда...

                                          30.12.1994 г.
Дорогие мои, люди грешные...
Дорогие мои, люди грешные,
Люди добрые, люди нежные, -
Непохожие, своенравные,-
Люди сильные, люди равные,
Не являйте себя жестокими:
Рождены мы, чтоб быть высокими!
А еще, а еще, родимые,
Все мы - дети, и все - ранимые.

Наши души - тычинки чуткие,
Что пыльцой золотой опудрены.
Наши души - снежинки хрупкие;
Дрожь росинок на травах утренних.
Наши души светлы и трепетны:
Все мы дети земли и возраста,
Но и дети страны и времени...
Оттого ль мы горды и горестны?

Дорогие мои, великие -
И упавшие, и восставшие -
Не убогие, не безликие,
Но - угрюмые, но - уставшие...
Вас люблю я и вас жалею я!
Мы от века - не безрассудные!
И поэтому, как умею, я
Призываю вас, люди мудрые,

Не к терпению и страданию,
Не к покорности и смирению -
Призываю вас - к Состраданию!
Призываю вас - к Примирению!

Мы не звери. По дару Разума
Все мы - братья, родные, разные...

Ноябрь 1992
Я ещё возвращусь...
Селу Ново-Эстония*

Авторская песня
http://www.clubochek.ru/articles.php?id=474



Я ещё возвращусь в золотую страну,
Где небес океан неогляден и синь.
И в родное село интуристом вшагну -
Незнакомый его и задумчивый сын.
Задохнувшись от яви -
Замру,
Разорвавшимся сердцем
Умру!
К удивленному тополю
Головой прикоснусь...

Сколько вызрело трав - только мне и понять:
Здесь мальчишкой я жил средь друзей-пацанов;
Здесь растила меня одинокая мать -
Не увядших еще, не излётных годов...
Опьяняясь от яви,
Замру,
В кулаке сигарету
Сомну.
К постаревшему тополю -
Сам не свой - прислонюсь.

Золотая страна! Побратимы-друзья!
Нам не всем удалось дошагать до седин...
Дорогое село! В том повинен и я -
Уцелевший пока, да забывчивый сын...
Прояснённый от яви,
Вздохну,
Повлажневшие веки
Сомкну,
К молчаливому тополю,
Как ребенок, прижмусь...

    *Ново-Эстония - село в Крыму
    
   1988 г.
Продолжение . В день Высоцкого
...И снова голосом клокочущим
С экранов, дисков и кассет,
Хулы не ведая и почестей,
Встаёт не умерший поэт.
Мы все к феноменам привычные
В грохочущий эстрадный век,
Но чем с гитарою обычною
Пленил нас этот человек?
Как смог он, в дУши не влезающий,
Он весь - насмешливый и злой,
Стать равным другом и товарищем
Любому, ждущему душой?
За что он, с виду не отмеченный
Ничем сверх даденным извне,
Был нами признанный и встреченный
В быту, в высотах и на дне?..

Пророков тьма в моём в Отечестве...
Но кто ещё, как он, правдив,
На потрясающем наречии
Излил нам праведный мотив -
В котором грубостью не брезговал,
Как воин, вырвавшийся в бой -
Нам вынес честную и трезвую,
По-русски спетую любовь?

… Звенит гитара в исступлении,
Судьбу не втиснешь в кинокадр:
Поездки, съёмки, выступления,
Гастроли, записи, театр…
О, сколько ж сердцем надрывавшимся
Излито горечи и сил!
А он, от темпа задыхавшийся,
Ещё смеялся и шутил.
Но есть предел у напряжения,
Когда сверх яркости накал...
На сорок третьем представлении
Пред залом занавес упал.

...В тот год, на выпады не сдержанный,
Сходили лучшие со сцен:
И Леннон, выстрелом поверженный,
И сердцем взорванный Дассен…
В те дни не боги олимпийские,
Москва которых собрала, –
В костюме Гамлета российского
Страна Высоцкого несла!..
------------------------------------------
А мы – поклонники-хулители
До срока смолкнувших певцов?
Мы столько ахали и видели
Падений, взлётов и концов.
Но так ли должное воздали им,
Для нас сорвавшим голоса,
Или почтили и оставили,
И сохла пресная слеза?

Нет, смерть ещё не завершение!
У песен истинных творцов
Есть только жизнь и продолжение
И нет падений и концов!
Недаром голосом клокочущий
Над временем и над страной,
Живою песней кровоточащий
В сердцах и в памяти людской,
Он – с нами!..

1986 г.
Я за любовь свою в ответе... Из цикла "Тебе"
Я за любовь свою в ответе
Перед тобою и пред собой...
Стал неприкаянным я, как ветер,
Стал одиноким, как домовой.
Вот я,  отчаявшийся и нервный,
Сложную душу твою люблю.
Вот, по-собачьи, ревниво-верный
Детские игры твои терплю.

...Я оберну себя у порога:
Женская гордость порой слепа.
Но, если  я не лишён порока,
То и рождён я - не от раба!
Всё, дорогая, довольно глупо...
Я - непокорный - из тех же снов.
Я, огрызаясь, оскалю зубы,
Чтоб искусать себе губы - в кровь!

Вот почему в ожиданьях каясь,
Тем же упрямством тебя томлю.
Вот почему и любя, и маясь,
Терпишь ты гордость во мне - свою!
И потому, за гордыни эти,
Обручены мы виной – одной!  
И за любовь свою в ответе
Ты пред собою и предо мной...

Ноябрь 1989