Одинокий ковбой

ОДИНОКИЙ КОВБОЙ

У многих есть мелодия, та, что приходит на ум при определенном настроении или, наоборот, сама мелодия напоминает какой-нибудь случай, человека или ситуацию, в которой ты когда-то оказался.
В тот вечер мы сидели во дворе у дяди. На следующий день мы уже уезжали домой. Дело шло к осени, вечера становились прохладнее, но днем пекло и жара стояла не первую неделю, трава и поля просили дождя. Наша машина уже стояла во дворе, ворота были закрыты. Магнитофон в машине тихо играл записи с диска. Я, муж и дядя закончили все дела после рыбалки, отдыхали, разговаривая обо всем и … не о чем. Все новости мы успели обсудить Дядя, как старший в роду, и как человек немало проживший, что-то рассказывал нам.
Когда-то большая деревня опустела за последние четверть века. Поскольку дядя жил ближе к окраине села, в соседях у него остался один Нурбай, дом которого стоит напротив. Когда деревня была большой, за домом Нурбая и за домом дяди было по десятку домов. Дом Нурбая построен в начале прошлого века, одним из первых переселенцами. Дядин дом строился в середине века. Но Нурбай может и не знать об этом. Знаем мы, поскольку когда-то в доме Нурбая жили наши родственники. Дом родителей Нурбая завалился, после их смерти он перебрался в этот, его родственники подарили дом, сами перебравшись в центр деревни. Нурбай, в силу своей лени, мало следит и за этим домом, а дома построенные из самана требуют постоянного ухода. Да и не принято у нас, чтобы мужики подмазывали и подкрашивали свое жилище, этим занимаются женщины.
Нурбай бывает незаменимым. Когда мы приезжаем, он знает, в какой яме по речке мы можем наловить чебаков. Они нужны нам в качестве наживки на щуку, когда мы едем на другую речку в степь за полсотни километров от деревни.
Деревня, где живет дядя, длинная, она растянулась вдоль местной речки на три километра. Когда-то вдоль реки рос тал и черемуха, по кустам было полно ежевики и других ягод. А по весне здесь заливались соловьи. Да и другие птицы селились тоже. Теперь сплошные заросли клена, непролазная чащоба из засохших и живых деревьев.
Дядя родился в этой деревне, вырос здесь и практически всю жизнь прожил в этом краю деревни. Ему за восемьдесят. Одну часть своей жизни он пас совхозных коров, другую – работал на совхозной пасеке. И всю сознательную жизнь у него была своя пасека. Мой дядя спокойно относится к музыке, он слушает ее без эмоций. Но как-то, услышав по радио в песне ненормативную лексику, попросил выключить – сказав, что ему неприятно. Это была единственная реакция на музыку.
Когда-то в этом краю кипела жизнь. По соседству с дядей жила сестра с мужем и шестью детьми, у родителей Нурбая детей тоже было шестеро. Да и другие семьи детьми не бедствовали. Женился дядя поздно, на женщине с двумя детьми. Вырастил их, подрастил внуков. Жена умерла, как и многие старики, а дети разъехались. Они приезжают изредка, чаще летом, а на зиму дядя остается один.
Мы возим дядю на рыбалку, для него это лучший отдых. Он устраивается на одном и том же месте под вербой, расставляет около пяти закидушек на щуку и сидит в ожидании, когда щука хватит наживку и тут нужно не дать щуке сойти и затянуть снасть под корягу.
Приехать нужно на заветное место как можно раньше. Мы встаем часа в три, собираемся, едем на местную речушку забирать в заветном месте живцов. Набираем флягу воды и пускаемся в путь. Мы едем по степи, по степным дорогам. И так хочется увидеть по дороге какую-нибудь живность. У меня своя примета (о которой я не говорю мужикам), если мы увидим зайца, лису или косулю – щуки будут. Дядя радуется увиденной рыжей плутовке наравне с нами. Если плутовка попадает в свет фар, можно ехать за ней потихоньку с километр. Плутовка поворачивается, шерсть на ней дыбом, ей страшно, но она пытается напугать нас. Мы останавливаемся, давая возможность ей забежать в траву. Косуля может выскочить на дорогу. Стройная красавица ненадолго останавливается и убегает дальше по своим делам. Дядя комментирует все происходящее и весело смеется. Когда-то дядя занимался охотой, и на пасеке завалили пару медведей, но это было давно, теперь он любуется и зверем и птицей. После рассвета можно увидеть журавлей и уток.
Самые ценные – утренние часы на рыбалке.
Кругом тишина, слышно только течение реки, шуршание травы, да кряканье уток и их плеск где-то в кустах. Кажется, что над водой плывет тихая мелодия, но какая?
Вечер был тихий, и мы уже собирались выключить магнитофон и идти отдыхать, когда пришел Нурбай. Он был в приподнятом настроении, общительный и не глупый, быстро включился в наш разговор. Спросил про рыбалку. Мы отчитались о пойманных щуках и окунях с чебаками. Нурбай очень наблюдателен, он хорошо знает приметы и сам примечает, что и как происходит в природе. Он пасет овец, и за день успевает многое: и посидеть, и полежать, и пообщаться. С последним правда хуже всего, там, где овцы пасутся свободных ушей нет, а идти вечером на село ему не хочется, да и большинство людей заняты своими делами.
Нурбай сказал, что убил в этом году пятидесятую змею.
— Когда-нибудь, может укусить. – говорит он.
— Говорят, что услышав человека, змея старается уползти? — спрашиваю я.
— Ага, верь больше, если она тебя далеко увидела или почувствовала. Я сегодня только на камень присел, а она под ногами.
Нурбай скручивает из газеты «козью ногу» и закуривает:
— Дождь скоро будет. Вон месяц с рога воду сливает, уже вечер, а листья пожухлые.
Все замолчали, а Нурбай вдруг обратился ко мне:
— Тань, а у тебя нет записи мелодии «Одинокий ковбой»
— Нет, ответила я.
И вдруг понимаю, какая мелодия чудилась в утреннем шелесте травы и звуке воды. В моей голове возникает звук флейты, но голос дяди обрывает возникшую мелодию.
Дядя включился мгновенно, выдумщик и шутник иногда шутит очень жестко:
— Это ты-то ковбой? – дядя презрительно фыркает, и продолжает, – да пастух ты, обыкновенный пастух.
Нурбай тоже не молод, ему под шестьдесят, из-за своей лени он не имеет даже документов, работой его обеспечили родственники. Родители избаловали своего младшего сына, когда одного из их мальчиков привезли «грузом двести» из Афгана. До этого благополучные родители стали выпивать, и лелеять своего младшенького, который мог вовремя притвориться хворым, если требовалась его помощь. Читал он запоями, но учиться ему тоже было лень. Вот и сейчас возле дома ни запаса дров, ни запаса угля, хотя зима не за горами. Картошку ему было лень полить и прополоть, теперь на огороде кустов картошки не видать, одна полынь.
— Ковбой, ты, что же картошку до сих пор не полил? Что зимой есть будешь?
— Да не много картошки там будет, мне хватит. Силки поставлю по кустам, зайца поймаю.
— Угу, с одного зайца на всю зиму мяса хватит.
Мы с мужем улыбнулись. Нурбай промолчал, дядя смотрит на Нурбая неодобрительно и продолжает:
— Ты посмотри на своих братьев, у Борьки в соседнем селе дом от добра ломится, уедет Тамара в город, кто тебе поможет?
Тамара жена одного из братьев Нурбая – Турсуна. Турсун умер внезапно, от сердечного приступа, оплакивали его всем селом и русские и казахи. Перед смертью все равны. Дети брата перебрались в город, и Тамара по осени решила распродать скот и уехать к ним.
Нурбай отмахнулся, он улыбался чему-то своему, и кажется не обижался на проповедь дяди, а потом сказал:
— Как-нибудь проживу.
Вскоре мы отправились спать.
Дядя не любил бездельников, всю жизнь работал, работает, до сей поры. Пасека требует постоянного внимания и есть у него куры, овцы, большой огород. Мы уговорили его уменьшить посадки картофеля. Большую часть выращенного урожая он раздавал. На дядину картошку можно любоваться, чистенькая, без колорадского жука, ровными рядами красуется она на огороде.
Дядя долго не мог успокоится, обзывая Нурбая лодырем, он предположил, и не без основания, что Нурбай зимой, оставшись без работы и дохода, будет подворовывать по всему селу.
Ночью разразилась гроза.
Утром мы уехали.
И сейчас если я вспоминаю о дяде и иду ему звонить, то обязательно спрашиваю о Нурбае. Дядя обычно отзывается о соседе не лестно.
Если дяде что-то нужно сделать, а один он сделать это не в силах, он все-таки зовет Нурбая. Платит соседу за помощь щедро, гораздо больше чем тот заслужил.
Так и живут на краю деревни два одиноких ковбоя. У одного часто звонит телефон, и звонят дети, внуки, племянники, знакомые. А летом его по очереди неоднократно посещают все.
У Нурбая нет телефона. И Тамара, если приезжает в деревню, останавливается у нашего дяди. Она немного помогает Нурбаю, хотя и ворчит, что она не кровная ему родственница.
Иногда Тамара передает сумку с продуктами и куревом из города. Делает она это не часто, своих забот хватает. Дочь с сыном подарили ей внуков и бабушка должна успеть помочь в двух домах. Да и дорога, в ту сторону из города, часто закрыта из-за схода лавин и буранов.
И с глубокой осени до поздней весны звучит в моей душе мелодия, передавая одиночество этих совсем непохожих людей.

Оцените пост

+3

Оценили

Светлана Копейкина+1
Гость №368+1
Лидия Павлова+1
Нет комментариев. Ваш будет первым!