Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Вспоминая поездку

+5
Голосов: 5
Опубликовано: 1595 дней назад (19 ноября 2015)

Неистовый пианист

По пути из Инжавино в Тамбов мы с Ларой заехали в Ивановку, в усадьбу-музей Сергея Рахманинова.
— Вам бесконечно повезло! — сказала гид на проходной. — Только что начался концерт нашего гостя, пианиста-чародея из Москвы. Я вас проведу!

Мы ускоренным шагом прошли мимо больших круглых цветочных клумб.
— Он приезжает к нам редко, — продолжала гид, — привозит своё собственное пианино, даёт только два представления.

В концертном зале звучала музыка. Приложив палец к губам, гид повернула ручку двери и та с неожиданной силой резко отворилась, отодвигая гида в сторону. Мы попали под поразительную лавину звуков. Их частота ошеломляла. Показалось, что исполняется концерт для двух фортепиано, но у окна стояло одно вишнёвое пианино и за ним сидел один пианист в вишнёвом костюме.

Свободных мест в зале не было. Мы и не пытались пройти вперёд, чтобы ни малейшим шорохом или движением не нарушить атмосферу зала. Рядом слушатели вытягивали шеи. Нам же всё было хорошо видно. Молодой пианист с каменным лицом не отрывал глаз от пюпитра. Он, очевидно, не хотел своими внешними эмоциями мешать присутствующим воспринимать музыку. На пюпитре не было нот, вместо них там расположился тряпочный медвежонок, наверное, талисман, как та собачка, которую на все гастроли и концерты возил с собой Рахманинов. А руки... руки его летали... за ними невозможно было уследить; из-под пальцев звуки рассыпались к ногам музыканта, катились по полу, поднимались к потолку, пронизывая слушателей и сверкая в люстрах. Окно в парк было предусмотрительно распахнуто: пространство зала должно было разряжаться, иначе мог произойти взрыв...

В окно смотрела голова Рахманинова, венчавшая скульптурный памятник. Я не мог разглядеть выражение его лица — недоумевал он или восхищался игрой музыканта.

Ног исполнителя не было видно, их закрывала невысокая ширма тоже вишнёвого цвета.

С последними сумасшедшими аккордами раздались такие же неистовые апплодисменты. Маэстро какое-то время, не вставая, смотрел себе под ноги, потом вышел из-за ширмы и низко поклонился.

Мы покидали зал потрясённые. Впрочем, не только мы.
- То, что вытворял музыкант, — сказал кому-то мужчина в толпе, — невозможно исполнить десятью пальцами! - и повторил: - Невозможно! Виртуозность немыслимая!

Я был полностью с ним согласен.

Народ рассеялся. Мы медленно пошли по другим комнатам и залам. По первой попавшейся лестнице поднялись на второй этаж, осмотрели всё и, спустившись в другом месте, очутились в проходном зале с двумя роялями: белым и черным. Полировка белого слепила глаза, черный походил на бездну. Завороженные резким контрастом, мы остановились. И тут прямо на нас из другой комнаты вышёл музыкант в вишнёвом костюме с большой стеклянной кружкой в руке.
— Я не могу упустить такой момент, — прошептала Лара, — здесь среди рахманиновских роялей я просто обязана прочесть свои стихи о музыке! И кому! Удивительному виртуозу!

Она решительно пошла навстречу музыканту:
— Маэстро, мы только что слушали вас в концерте! Ваше мастерство поражает!
Маэстро поклонился. Кофе из его кружки чуть не выплеснулся.
— Я очень хочу прочесть вам мои стихи о музыке!
Пианист с удивлением посмотрел на Лару и кивнул. Она, воодушевлённая согласием, начала:

— «Что делать с этой музыкой?.. Обрушит
Весь этот мир непрочный, не спасёт.
Иль насмерть каждой нотой захлестнёт,
Или во сне, как памятью, задушит...»


Музыкант закрыл глаза. Лара вдохновенно продолжала:

— «Закрой рояль, ключ утопи в реке,
И будем жить, не нарушая лада ...
Но знай, что, если не вернусь из сада
Однажды осенью, и ждать не надо:
Кто-то играл в туманном далеке...»

Пианист опять поклонился, не открывая глаз. Кофе выплеснулся на его туфлю, огромную туфлю с необычно широким носком. Я вздрогнул от неожиданной догадки...

— Позвольте ещё одно стихотворение? — не унималась Лара.
Пианист кивнул.

— «Звезда ночная осветила сон,
Где мы с тобой вдвоём опять в концерте...»


Я тихо вышел из комнаты и чуть ли не бегом направился в концертный зал. Он был заперт. Я вышел наружу. Смеркалось. Быстро обошёл здание к памятнику. Окно всё ещё было распахнуто. Оглянувшись, я забрался на карниз, перелез на подоконник и спрыгнул внутри прямо у пианино. Ширма по-прежнему закрывала всё пространство вокруг инструмента. Я раздвинул её. Передо мной на полу, под двумя педалями лежала... черно-белая клавиатура, точная копия верхней, по которой так неистово бегали сегодня пальцы виртуоза. Вот оно что!.. Моя догадка была подтверждена... Я задвинул ширму, выпрыгнул во двор и через три минуты, как ни в чём не бывало, стоял рядом с Ларой. Она заканчивала читать своё самое длинное стихотворение о музыке:

— «.... Любовь и жизнь — опять одно:
Их музыка вспоила смыслом,
И я целую ноту До
В седых усах у пианиста!»


Музыкант опять поклонился Ларе с восклицанием: «Я очень жалею, что у меня нет седых усов!»

«Зато у тебя, чародей, — мысленно ответил я, — есть ноги, которые играют на пианино... и ты это тщательно скрываешь!»
Он поцеловал Ларе руку и продолжил свой путь, а мы пошли в следующую комнату.
Мне не терпелось рассказать о своём открытии, но Лара была под сильным впечатлением, которое она произвела на пианиста... Ладно... Расскажу в машине ...

На парковке мы долго усаживались. К рядом стоящей вишнёвой машине подошёл наш маэстро. Его сопровождал молодой человек с удивительно голубыми, озорными глазами.
— Ну как вам моя клавиатура, маэстро? — спросил он. — Я писал её на полу три дня подряд перед вашим приездом. Надеюсь, сюрприз получился!
— Ещё как получился! Клавиатура так искусно выписана, что мне казалось, будто я играю и ногами тоже... Вы — большой шутник, мастер!
Они громко засмеялись...
А я засмеялся ещё громче: Шерлок Холмс из меня не получился...
Комментарии (4)
Евгений Сидоров #    19 ноября 2015 в 15:35
Техника и изобретательность! )))
Валерий Гринцов #    19 ноября 2015 в 20:57
Хитро! laugh
Яна Солякова #    20 ноября 2015 в 09:30
Дааа... когда кто-то делает нечто на грани фантастики, поневоле начинаешь фантастическое объяснение искать его умению!)))))
Яков Смагаринский #    20 ноября 2015 в 10:57
Памятник Сергею Рахманинову на усадьбе в Ивановке (тамбовская обл.)


А это собачка, которую композитор возил с собой на все свои концерты: