Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Моя малая Родина

+7
Голосов: 7
Опубликовано: 2060 дней назад (28 декабря 2012)
Редактировалось: 2 раза — последний 28 декабря 2012
Моя малая Родина
«Здесь забытый давно наш родительский кров… »
Н. Добронравов

    Убегают, уезжают, улетают - за «моря и океаны, за дальние страны». Покидают свою страну, кто  - то навсегда, кто - то на время. Кто - то в обиде на правительство, на существующий строй, на гонения. Кто -  то ищет лучшей доли. Видят там себя более защищенными, что дети будут расти в более свободной стране, с другими возможностями, с другими материальными ценностями. Некоторые могут прилетать на Родину, когда им захочется. И у них, наверное, нет  ностальгии  по родным дому, по родным местам, как у тех, кто уехал, и вернуться уже никогда не сможет. Как было с белыми эмигрантами после  гражданской войны, с теми, кто нелегально переходил границу. Тогда бросали все, лишь бы остаться в живых. А сколько осталось там, за границей после Великой отечественной войны?

    Я тоже сбежала в шестьдесят втором году прошлого столетия, вернее не сбежала, а меня увезли и не из страны, а с моей малой Родины, из деревушки, что спряталась далеко в глубинке, в ста восьмидесяти километрах от областного города. Ничем не примечательная деревня, с соломенными крышами, каких тысячи было в нашей громадной стране. Кажется, что все они одинаковые. Деревня есть деревня но, у каждой есть свой, не передаваемый образ, своя изюминка, что оставляет в душе след на всю оставшуюся жизнь. Даже если тебя и увезли одиннадцатилетним ребенком, вырвав с корнем оттуда, где ты родилась, где сделала первые свои шаги – след этот не вытравишь из сердца ничем!

    Машина медленно пробирается через ямины и колдобины, наполненные водой. Дорога покрыта остатками асфальта и  после зимы становится мало пригодна для легковушек. Прошло почти пятьдесят лет, как меня увезли отсюда. Но при любой возможности я стараюсь приехать сюда. Вот и сейчас, перед троицей, мы с мужем едем на деревенский погост, чтобы прибрать родную могилу, в которой покоятся мои близкие; постоять там, где когда - то стояла наша крохотная избенка. На ее месте ничего нет. Только небольшой холм заросший травой, да огород, который до сих пор соседи  засаживают картофелем. А сколько с этим огородом воспоминаний.

    Мне лет пять. На улице весна. В новых резиновых сапогах на вырост, вместе с подружкой стоим на краю огорода, и мне так хочется перейти его. Но все - таки страшновато. Я и сама не знаю, для чего мне надо перейти. Надо и все тут. Один шажок, другой, третий … десятый. Наверное, в душе я первооткрыватель! Я уже ушла от начала своего старта  метра на три, и тут сапоги мои намертво засасывает размокшая земля. Сил их вытащить,  у меня  нет. Беспомощно оглядываюсь на Валю, но от нее помощи ждать не приходиться. Хорошо, что сапоги мне великоваты и ноги из них вынимаются свободно. Прямо в чулках и шерстяных носках с трудом пробираюсь назад, а потом бегом к дому, где уже ждет мама. В окно, увидев все мои попытки перейти огород, выскакивает на улицу, но  не успевает вовремя остановить. Ей только и остается схватить меня поперек живота, чтобы не испачкаться самой, отправить Валю домой, и унести меня на кухню.  Посадив на табурет,  стащив грязные носки и чулки, наливает в тазик горячей воды, благо в русской печи всегда стоит большой чугун с водой. Мне было приказано греть ноги, а мама ушла вытаскивать сапоги.

    Весной, когда растает снег, даже взрослые парни, вместе с детьми выходили на луга играть в лапту. Только свист в воздухе стоит, от удара по мячу битой. И мчишься вслед за ним, даже дух захватывает. Сейчас знают, что такое бейсбол, даже клубы создают в больших городах, а настоящую русскую игру постепенно  забывают.

    И вот уже черемуха в белых гроздьях цветов. Не загнать детвору по домам, целыми днями пропадали мы в бывшей барской усадьбе. С букетами сирени, с венками на голове, усталые, бредем домой; чтобы выпить кружку парного молока, вымыть ноги и спать.
Летом на селе – окрошка, самая любимая еда. Все свое: яйца, картошка, зелень и квас холодный в погребе. Бегу в огород, чтобы нарвать лук -  мама послала. Одноногий сосед дядя Петя (ногу он потерял еще в первую мировую войну), держал пчел. Что одной из них не понравилось – бог ее знает. Но влепилась она мне  точно между глаз. Рев мой услышала, наверное, не только мама, но и все соседи в округе, и дед Петя в том числе. Он, оказывается, качал в этот день мед. Пчелы были взбудоражены, вот  и не понравилось одной из них бегущая девчонка. За укусы пчелиные,  чтобы соседи не сердились, дед угощает медом. Кажется, для деревенской детворы  ничего вкуснее на свете нет, как этот янтарный мед с только что испеченным хлебом.

    Перемазанные медом,  бежим  на речку, отмываться; босиком, по раскаленной от солнца земле, стараясь наступать ногами на росшую вдоль дороги траву, все не так горячо. На бегу срываешь с себя одежду и в воду, в которой будешь плавать до тех пор, пока губы не посинеют, и кожа не покроется мурашками. И все равно не уходишь, прикроешь плечи платьем, погреешься на берегу  под лучами горячего солнца и опять в воду, только голод прогонит домой.

    А сейчас речка заросла, не подойти к ней стало. Местная детвора и не представляет, как в ней можно было купаться.  На месте бывшего барского сада, где росли вишни, и  цвела черемуха, где аллеи из вязов вели к  поляне, на которой росли старые липы, и где собиралась местная молодежь,  теперь бурелом и водятся дикие кабаны.  Да и деревня совсем не та, что прежде. На месте старых домишек  - новые кирпичные коттеджи, газ проведен; но нет в ней того тепла, той соседской сплоченности, что была в послевоенные годы.

    Даже на местном погосте вместо привычных крестов теперь ставят мраморные и гранитные памятники, которые, кажется,  давят своей монолитностью на маленькие земляные холмики. Здесь много знакомых мне людей. Рядом с могилой моих родных – могилы наших соседей. Моей крестной матери – что крестила меня тайком в те годы, когда это было запрещено;  рядом одноногий дядя Петя вместе  со своей женой, тетей Пашей. Тетя Паша принимала меня в этот мир, когда у матери начались схватки, а фельдшера в это время в деревне не было.  Мне становится тепло на сердце, как будто я побыла в гостях у близких мне людей. Поклонюсь им всем  до земли, перекрещусь на прощанье и скажу:
    - Спасибо вам мои родные за то тепло, что осталось в сердце навсегда. Дай Бог здоровья, чтобы смогла и на следующий год приехать сюда, на свою малую Родину.
Комментарии (16)
Марат Валеев #    28 декабря 2012 в 11:03
А меня наоборот, совсем маленького увезли из города, и все мое детство, да потом и значительная часть взрослой жизни, прошла в деревне.  От нее сейчас тоже и половины не осталось, но все равно меня туда тянет и тянет. Приеду, чтобы расстроиться и пообещать себе, что больше здесь не появлюсь. Ан нет - пройдет несколько лет, и снова с неимоверной силой влечет туда, где так же был счастлив, как и вы, Надежда. Вот и нынче опять собираюсь съездить в свой Пятерыжск на высоком берегу Иртыша...
Надежда Лукашевич #    28 декабря 2012 в 11:08
Наверное деревню из нас не вытравить не чем! Меня увезли после того, как трагически  погибла мама, и раскидала нас с братом и сестрой судьба по разным местам. А самые счастливые дни остались там - в родной деревне.
Надежда Цыганкова #    28 декабря 2012 в 11:12
Как всегда, порадовали Вы меня Надежда,своим задушевным,жизненным рассказом.Нахлынули воспоминания.Только хорошие.
Спасибо Вам.
Надежда Лукашевич #    28 декабря 2012 в 11:21
Это Вам, Надежда, спасибо, что заглянули на мою страничку.
Ирина Коротеева #    28 декабря 2012 в 11:34
Замечательный рассказ, замечательные воспоминания! Всего Вам самого лучшего!
Ольга Михайлова #    28 декабря 2012 в 12:06
А у меня всю жизнь - Самара... Но почему-то так близка и понятна ваша боль-исповедь, Наденька.
И замечательное чувство тепла в душе - скорее всего от вашей большой, искренней любви к родному краю.
Надежда Лукашевич #    28 декабря 2012 в 16:04
Спасибо Оля с Ириной, что нашли время заглянуть ко мне на страничку.
Николай Черняев #    28 декабря 2012 в 22:11
Какие хорошие и добрые воспоминания! С какой любовью написано! Так мне всё близко, хотя я уехал из деревни в 23 года. Спасибо Вам, Надежда, за живую картину моего детства и молодости!
Надежда Лукашевич #    29 декабря 2012 в 07:05
Спасибо, Николай!. Наверное, всем, кто жил в деревне это знакомая тема!
Александр Пивоваров #    29 декабря 2012 в 09:27
Признаю, что на малую Родину все-таки хочется вернуться, но не всегда это удается. Да, деревня есть, стоят дома, в некоторых даже мебель сесть, телевизоры и холодильники старые, людей только нет - мертвая зона - деревня Ромаши.
Надежда Лукашевич #    29 декабря 2012 в 18:56
Да, жаль, что Ваша, Александр, деревня вымерла, моя стоит!!!
Надежда Алексеева #    29 декабря 2012 в 10:12
А я вот из своего города никуда и никогда не уезжала. Разве только поменяла место жительства. В 1992 году нас переселили из ветхого барака в квартиру. Так вот, барак мне сниться до сих пор. Да, там невозможно было жить: мы спали под полиэтиленом, потому что протекала крыша повсеместно. По той же причине часто сидели без света - замыкала проводка. Вечная проблема с углем, дровами. Много чего еще. Но тогда я была намного счастливее... Может потому что мое отображение в зеркале было другим? Ведь недаром говорят, что молодость беспечна!:)))))))))
Я иногда хожу на то место, где стоял мой дом. Там сейчас пустырь. И береза, которую я посадила собственными руками в память о бабушке, когда она умерла.
Надежда Алексеева #    29 декабря 2012 в 10:13
Надюша, спасибо за чудесные воспоминания!
Надежда Лукашевич #    29 декабря 2012 в 19:00
Спасибо Надя, что прочитали, и я  рада, что кто то вспомнил о своем  детстве, юности, о своей малой Родине!
Владимир Бородкин #    4 января 2013 в 21:05
Хорошо, искренне, тепло, написано!Когда -нибудь и я на свою малую Родину съезжу. Всего Вам наилучшего!+
Надежда Лукашевич #    5 января 2013 в 09:17
Наверное, ее никогда нельзя забыть! Спасибо Владимир!