Умер Михаил Жванецкий

"Их знали миллионы"



Уход Михаила Жванецкого — резкий, неожиданный, почти непредопределенный. "Почти" — потому что сам Михаил Михайлович все же незадолго до кончины объявил об отказе от публичных выступлений. Это повод остановиться, обернуться и посмотреть на все его творчество. Теперь там уже не прибавится ни строчки: все сказано, все написано, все проговорено — Жванецкий становится частью нашей общей литературной истории.[cut=Читать далее......]

Есть несколько признаков гениальности писателя. Первый из них — истинный гений всегда самоироничен. И вот этого качества Михаилу Жванецкому как раз хватало с лихвой: пожалуй, не было ни на отечественной эстраде, ни тем более в литературе того, кто к самому себе относился с такой зубодробительной иронией, как он.

Ни на секунду не "забронзовевший", он своим острым умом мог выделить слабые точки любого человека — но начинал-то с себя.

Второй признак — это умение вести литературный диалог. И здесь у Жванецкого были более чем достойные соратники и собеседники: он, конечно, был наследником Аверченко и Зощенко с их короткими бытовыми зарисовками. Почти с натуры, при минимуме вымысла, внимании к деталям и с абсолютно четкой, можно даже сказать, филигранной словесной формулировкой. Неслучайно его тексты мгновенно разлетались на цитаты.

Он был смел в этом творческом диалоге — можете представить, чего стоило начинающему автору-самоучке подойти ко всесильному Аркадию Райкину и передать ему свои произведения!

Мэтр обладал феноменальным художественным вкусом — и взял Жванецкого к себе на работу, в свой театр завлитом — а значит, и автором. Райкин потом дал творчеству Жванецкого идеальную характеристику: "умение улавливать фантастичность действительности". И вот на этой внутренней парадоксальности, сочетании лирики, сдобренной просторечием, — Жванецкий и выстраивает свой собственный литературный язык — третий признак любого гения.

И наконец, четвертый, наиболее важный. Гений — всегда демиург. Он создает целый мир, наносит его на литературную карту — и тут Михаил Жванецкий совершает подвиг патриотизма. Он описывает и фиксирует жизнь и язык Одессы, своего родного города. Он всегда был и остался настоящим одесситом, который так или иначе вкрапляет в свои тексты разговоры во дворах, споры на Привозе, сплетни на Дерибасовской и просто очередные слухи этого вечно молодого, шумного и неизменно живого города.

Свою Одессу Жванецкий сделал общей — единой для всех, вне границ, вне исторических рамок.

Он был бескомпромиссен и откровенен, причем иногда совершенно безжалостен. Одним из его последних "громких" текстов стал "Девушка и дедушка", за который на него во многом обиделись некоторые популярные телекомики. Жванецкий, как всегда, одной фразой описал состояние современного юмористического телевидения: "Это телевидение, это не для умных, дед. Для рейтинга в лоб надо. Дома будешь намекать бабке своей, а с экрана — репризой в дых!"

Михаил Михайлович всегда выделялся: в любом концерте, где он был в числе участников, даже не имело смысла говорить о том, кто станет главной звездой. Вот появлялся Жванецкий с неизменным портфелем, доставал оттуда свежеотпечатанные листы и начинал читать. Если старое и знакомое — прекрасно, а если новое — то еще лучше.

Его выход на эстраду был праздником, фонтаном эмоций — за годы он отработал каждый жест, свою манеру: чуть отвести руку с листочком, говорить с легкой паузой после каждого предложения.

Мы все это видели — его программа "Дежурный по стране", которая выходила вплоть до декабря прошлого года, была одним из самых популярных вечерних шоу на телевидении. Впрочем, слово "шоу" к Жванецкому не очень применимо. Скорее, это был театр — и он был автором, режиссером, демиургом этого многосерийного спектакля. И в глазах всегда горел лукавый огонек, и полет мысли был ярок и стремителен — даже несмотря на почтенный возраст.

Да он и писал так. Короткой фразой. Отрывистыми предложениями. Каждое — завершенная мысль. Каждая — цельный образ. Множество мелких деталей, почти чеховских, которые, кажется, ничего не значат, но вместе сплетаются в единое полотно.

Он любил своих друзей — тех же Карцева и Ильченко, с которыми начинал работать еще в одесской самодеятельности, — и периодически отдавал им свои тексты (как те же знаменитые "Раки", которые были сперва по пять, но большие — но вчера, а сегодня по три, но маленькие).

И в этих гомерически смешных строчках тоже было ощущение дня сегодняшнего. Да нет — любого дня, когда мы жалеем о том, что было вчера, а сегодня уже не вернешь. Так что берите по пять и берегите сегодня — тех, кто большие. А то завтра будут только маленькие.

Ушел мудрец, который мог описать происходящее с иронией и сатирой, нежностью и теплотой. Так, чтобы захотелось восхититься, прослезиться — и поменять все к лучшему. Сотворить маленькое чудо в ответ на те волшебства, которые проделывали с нами тексты Михаила Жванецкого.


https://ria.ru/20201106/zhvanetskiy-1583413313.html

Оцените пост

+5

Оценили

Ольга Борисова+1
Лидия Павлова+1
Яна Солякова+1
ещё 2
Нет комментариев. Ваш будет первым!