Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Я иду тебя искать (продолжение 23)

0
Голосов: 0
Опубликовано: 37 дней назад (13 мая 2019)
«Мистика какая-то, — подумала Клава. — Всегда час пятнадцать». Клава поёжилась. В квартире заметно похолодало. Она прислушалась к шуму. Он шёл со стороны кухни. Она встала и, накинув халат, пошла на кухню. Включив свет, Клава застыла как вкопанная. В окне отражался свет уличного фонаря, но даже сквозь его отблески Клава заметила, что в окно кто-то смотрит. Клава присмотрелась внимательнее. Это было чьё-то очень бледное худое лицо. Глаза на фоне этой болезненной худобы казались просто огромными. Они горели красными огнями, создавая впечатление, что в окно решил заглянуть сам дьявол из преисподней. Заметив, что Клава на него смотрит, лицо расплылось в ухмылке, обнажив длинные острые зубы. Затем лицо начало трансформироваться, и это уже был не человек. То, что Клава приняла за лицо человека, оказалось огромной чёрной птицей с проницательным взглядом. Её глаза горели злобой и ненавистью, которой хватило бы на весь мир. Клаве казалось, что этот злой взгляд прожигает её насквозь. Она хотела закричать, но крик комом застрял в горле. Она почувствовала, как кто-то обнял её за плечи. Прикосновение было мягким и успокаивающим, но очень холодным. Как будто этот кто-то перед тем, как прикоснуться к ней, подержал руки в ледяной воде. Клава оглянулась. Рядом никого не было. Прикосновение стало более жёстким. Клава попыталась освободиться. Тогда хватка стала еще сильнее. Клава почувствовала, что холод от прикосновения невидимых рук начинает расползаться по всему её телу концентрическими кругами. Те места, которые леденели, теряли свою чувствительность, и скоро Клава уже не чувствовала половины своего тела. Ей стало по-настоящему страшно. Руки по-прежнему продолжали крепко сжимать её и удерживать. Клава попыталась отцепить их от себя, но сил на это у неё уже не осталось. Клава почувствовала, как какая-то неведомая сила увлекает её в водоворот, и вот уже она летит, закручиваясь, в какую-то бездну. Водоворот всё сильнее и сильнее. Клаву неотвратимо влечёт на дно. Она умирает. Наверное, это смерть пришла за ней. Лёд, противными щупальцами растекающийся по ее телу, наконец охватил её полностью, и она перестала ощущать себя.
Очнулась Клава от того, что кто-то трясёт её за плечо.
— Клава, Клав, очнись. Что с тобой?
Клава огромным усилием воли разлепила глаза. Она лежала на полу в коридоре. Рядом с ней на корточках сидел Борис и держал её за плечи, пытаясь привести в чувство. В стороне стоял Вадим и с ужасом смотрел на всё происходящее.
Клава попыталась сделать беззаботное лицо и медленно, с помощью Бориса, поднялась с пола. Он довёл её до кровати и положил, бережно накрыв одеялом.
— Сынок, иди спать, — сказала Клава Вадиму, который не отходил от матери. — У меня всё нормально.
— Ладно, мам, — нерешительно сказал Вадим. — Спокойной ночи!
Когда Вадим ушёл, Борис закрыл дверь и спросил:
— Клав, что с тобой случилось?
— У нас в квартире какая-то чертовщина происходит, — сказала Клава, закрывая лицо руками, и начала рассказывать обо всём, что она видела в последнее время.
Борис молча слушал её рассказ, и тени сомнения пробегали по его лицу. Впервые в жизни Борис усомнился в адекватности и здравомыслии своей жены, с которой прожил вместе уже почти двадцать лет.

***
Утром Клава нехотя встала и начала собираться на работу. Мысли о том, чтобы уволиться, покинули её голову. Ну а куда она уволится-то? Сомнительно, что Борька найдёт себе работу в ближайшее время. Придётся пахать ей. Другого выхода нет.
В цеху стоял шум. Конвейер уже пустили. Клава быстро прошла на своё рабочее место.
И тут подскочила Людмила Анатольевна.
— Клавдия, ты почему на работу опоздала?
— Проспала, — недовольно сказала Клава. — Вчера тяжёлый день был.
— Я слышала про твой тяжёлый день, — многозначительно сказала Людмила Анатольевна. — Но это не даёт тебе никакого права на работу опаздывать.
— А какое вам дело? — огрызнулась Клава. — Вычтут-то из моей зарплаты.
— Смотри, Клавка, — Людмила Анатольевна погрозила ей пальцем.
Клава со злостью клеила акцизные марки. Девчонки, стоящие сзади неё, шушукались.
— Клав, тебя чего там, говорят, вчера дед какой-то сметаной облил? — посмеиваясь, спросила Таня.
— Я тебе не Клава, а Клавдия Ивановна, — со злостью ответила Клава. — Я тебя в два раза старше. Это во-первых. А во-вторых, не лезь не в своё дело.
Улыбка сползла с лица Тани. Она отвернулась, и Клава снова услышала шушуканье.
Что за назойливые любопытные люди? — думала Клава. Почему обязательно надо задавать вопросы? Клавдии сейчас хотелось побыть одной, в тишине. Но какое тут одиночество, когда вокруг тебя кишат люди? Какая тишина, когда за грохотом конвейера собственного голоса не слышно?
Клава думала о том, что послезавтра у Людмилы Павловны похороны. Она обещала ей помочь устроить поминки. Завтра весь вечер Клава будет резать салаты, потому что у Людмилы Павловны и без этого забот хватает. Клава прекрасно её понимала. С этими похоронами столько бумажной волокиты. А еще ведь надо место на кладбище купить, памятник выбрать, ограду поставить, оркестр нанять… Господи, да всего и не перечислишь. Как подумаешь, голова идет кругом. Бедная Людмила Павловна. И с чего на неё такая беда свалилась? Грех не помочь старушке? Она ведь вместе с Алексеем Петровичем столько для неё сделал. Клава вместе с Людмилой Павловной уже составили приблизительное меню. Людмила Павловна выделила Клавдии денег, чтобы та купила все необходимые продукты. Если чего-то в магазинах не найдется, придётся корректировать меню на месте. Сколько же всего надо держать в голове. Успеет ли Клава всё это сделать? Ведь у неё только вечера свободные. Остальное время занято работой. Надо постараться всё сделать вовремя. Вон и Борьку надо подключить, а то сидит дома без дела. Вот пусть завтра салаты режет целый день, чем лоботрясничать-то. От этих мыслей Клаве немного полегчало. И как это она сразу Борьку в расчёт не взяла? Наверное, потому, что за долгие годы совместной жизни привыкла всё делать сама, ни на кого не рассчитывать и не надеяться ни на чью помощь. Клавдии так было проще.
Она вспомнила, как однажды, еще в самом начале совместной жизни, они с Борькой решили поклеить в комнате новые обои. Они вместе сходили на строительный рынок, чтобы присмотреть обои. Клаве понравились голубые такого прекрасного оттенка, который, как ей казалось, очень оживит их комнату. С Борей они решили, что как только кто-то из них первым получит зарплату, они сразу же пойдут вместе на рынок и купят эти обои. Но Боря решил сделать сюрприз для Клавы. Он занял денег у своего товарища, сходил на рынок, купил обои и, пока Клава была на работе, самостоятельно поклеил комнату. Когда Клава, придя с работы, зашла в их с Борей спальню, у неё подкосились ноги. Она увидела обои какого-то грязно-зелёного оттенка, отдававшего ржавчиной. Их комната, которую Клава планировала сделать уютным местом, в котором приятно было бы находиться, превратилось в какую-то на вид обшарпанную халупу, из которой хотелось бежать без оглядки. Клава опустилась на кровать и заплакала. Боря, который встречал жену, чтобы посмотреть её реакцию на сюрприз, который он для неё устроил, не знал, как реагировать на слёзы жены. Он молча вышел из спальни и сел на кухне. Он искренне не понимал, чем не угодил жене. Потом выяснилось, что он перепутал обои. Эти страшные зеленые находились рядом с теми прекрасными голубыми. Но это же мужчина, что с него возьмешь? — решила Клава и не стала устраивать Борису истерику. Она просто тактично попросила больше никогда не устраивать ей таких сюрпризов. Она ещё долго переживала по поводу этих злосчастных обоев. Каждый раз, заходя в спальню, Клава с раздражением замечала, как настроение её падает в бездну. Потом, со временем, она, конечно, привыкла к этим обоям. Привыкла не так, что смирилась с ними, просто перестала их замечать, как перестаёшь замечать то, что видишь изо дня в день на одном и том же месте.
Это воспоминание нагнало на Клавдию грусти, которая и так уже переполняла её до краёв. Близилось время обеда, но Клавдия совсем не хотела есть.
В цех вошла Людмила Анатольевна и объявила, пытаясь перекричать шум конвейера и звон беспрерывно двигающихся бутылок, что после обеда все идут на коробки.
Клавдия скривилась. Похоже, сегодня всё против неё. Что за денёк такой? Коробочек только и не хватало для полного счастья.
Во время обеда за общим столом рабочие возбуждённо галдели. Таня, Валя и Оксана сидели рядом с Клавой.
— Все почему-то думают, что если ты работаешь на водочном заводе, значит, ты обязательно алкоголик, — вещала Таня.
— Бред какой, — сказала Оксана. — Кто это говорит, хоть бы подумал, как мы тут водку эту пить-то будем? Прямо с конвейера, что ли, брать и отхлёбывать?
Кто-то из мужчин громко заржал
— Оксан, а чё, можно и парами подышать.
— Ага, подыши иди, — сказала Оксана. — Тебе быстро пинка под зад и иди ищи себе другую работу.
— А мне тут один знакомый сказал, что у меня эта водка, наверное, дома ящиками стоит, — сказала Таня.
— Ящиками, скажут тоже. Да тут напёрсток-то не вынесешь, не то что ящик. Когда с проходной выходишь, чуть ли не до трусов обыскивают, — усмехнулась Оксана.
— А я слышал, что те, кто на розливе стоит, как-то проносят, — сказал всё тот же мужчина.
— Ага, да такие же говорят, которые там и рядом не стояли, — махнула рукой Оксана. — Сплетни всё это. Сами знаете, что отсюда ничего не вынесешь.
— Я б попробовал, — мечтательно сказал мужчина.
— Ты сначала попробуй, а потом расскажешь, — сказала Оксана.
Обед закончился. Те, кто уже поел, поплелись в подсобку собирать коробки. Те, кто не успел, быстро заталкивали в себя пищу, на ходу убирая за собой со стола.
Клавдия села около огромной стопки картонных листов. Взяв один, она принялась собирать из него коробку. Лист попался какой-то тугой, коробка никак не хотела формироваться. Клавдия поднажала посильнее — лист разошелся по шву.
— Ну что ж за день-то, а? — недовольно буркнула Клава и бросила лист на пол.
В это время в дальнем конце подсобки послышалась какая-то перебранка на повышенных тонах. Клава посмотрела в ту сторону. Васильев, с которым вчера Клавдия развозила подарки, что-то выяснял с другим рабочим, отличительной чертой которого были огромные усы, из-за которых и лица-то не было видно. Они стояли друг напротив друга и орали.
— Ты чего, не понял, да? — кричал Васильев.
— Сам ты не понял, — кипятился усатый.
— Заткнись, а то я тебе щас вломлю, — грозился Васильев.
— Ну давай, вломи, — подначивал усатый, вставая напротив Васильева и выпячивая грудь.
Васильев покраснел от гнева и ринулся на усатого. Схватив его за грудки, Васильев со всей силы швырнул его в угол, в котором стояла целая гора уже собранных коробок. Усатый отлетел прямо в этот угол и приземлился в самую гущу коробок. Пирамида из коробок рухнула, и они с грохотом полетели на пол, разлетаясь по всему цеху.
— Да я тебя щас, — заорал усатый, поднимаясь и разбрасывая попадающиеся на его пути коробки.
В это время в цех влетела Людмила Анатольевна.
— Да вы что делаете, ироды? Вы какого чёрта имущество чужое портите? Не свое, значит, можно портить, да? А платить за это кто будет?
Усатый и Васильев притихли, но оба смотрели друг на друга как два разъярённых быка, готовых ринуться в бой, как только непредвиденное препятствие будет устранено.
— А ну пошли со мной к директору! — гаркнула Людмила Анатольевна и, не оглядываясь, решительным шагом вышла из подсобки.
Усатый и Васильев, не смотря друг на друга, молча поплелись вслед за Людмилой Анатольевной.
— Совсем обнаглели, — буркнула Клава, провожая взглядом эту нетривиальную процессию.
Через час в подсобку снова заглянула Людмила Анатольевна, чтобы проверить, как идёт работа.
— А где драчуны-то? — спросил кто-то. — Что-то не видно их.
— Больше и не увидите, — рявкнула Людмила Анатольевна. — Уволил их Виктор Сергеевич. Так что мотайте на ус, — Людмила Анатольевна грозно окинула взглядом притихших рабочих.
До конца смены все сидели как пришибленные. Никому не хотелось ни смеяться, ни шутки шутить, ни зубоскалить, как обычно бывало, когда всех сгоняли на коробки. Рабочие особо не старались, делали работу лишь бы как, не для себя ведь стараются. Но сегодня все были как-то по-особенному сосредоточены, словно выполняли миссию, от которой зависела их жизнь.

(продолжение следует...)
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!