Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Блог клуба - Загадочные явления и события

+217 RSS-лента RSS-лента
Администратор блога: Геннадий Зенков
Результаты конкурса ЗЯС. Особое мнение жюри.
— Друзья! — сказал Пушкин. — Загадочные явления, описанные в произведениях конкурса разнообразны, как сама жизнь. И не может быть преимущества одного над другим. Я предлагаю всех участников конкурса признать Лауреатами. Вот список. Кто «за»?

Девять рук великих мастеров потянулись к небу.

— Есть особое мнение, —- вполголоса и с поспешностью пылкой заявил Борис Пастернак. Почему в списке нет Геннадия Зенкова?
— Разве? — удивился Сергей Михалков. -— Где мои очки?
— Считаю это преступлением! — возмутился Артур Конан Дойл.

Александр Блок нервно затеребил перья на шляпе.

Михаил Лермонтов и Сергей Есенин недоумённо переглянулись.

— Нет, ребята, всё не так, всё не так, ребята! — пропел Владимир Высоцкий.
— Я дольше писал «Вия», чем Геннадий свои тринадцать (!!!) работ на конкурс, — восхитился Николай Гоголь, на что Михаил Булгаков заметил:
— А его комменты под каждым рассказом! И, вообще, создал клуб и организовал конкурс, собравший нас вместе!
— Ай да Зенков! Ай да... — председатель, не закончив фразы, размашисто подписал Диплом инициатора и лауреата конкурса Геннадия Зенкова. — Прошу оставить здесь ваши факсимиле, господа!

Сонник. Стихи с продолжением. На конкурс ЗЯС (вне конкурса)
Мне снился странный сон вчера
Про странные дела.
Потом до самого утра
Уснуть я не могла.

Кричали дети во дворе,
И бился крик в окошко…
Мне снилась кошка на ковре,
И куча – больше кошки!

А чтоб порядок навести,
Искала я лопату…
К ворожке незачем идти:
Дадут, дадут зарплату!

Вчера мне снился странный сон,
Наверное, к деньгам…
Теперь – и года не пройдет –
Дадут зарплату нам!

P.S. Вот и попробуй в приметы не верь:
Сон в воскресенье, а деньги – во вторник.
Кошечка, милая, чистить наш коврик
Я ежедневно готова теперь!
Трофей океана (ЗЯС)
Найти приключения и загадки, отдыхая на море, очень легко. Вот, например, ярко-розовая резинка, которую покачивают в полосе прибоя набегающие волны. Откуда она здесь появилась, и как давно болтается в океане? Должно быть, ее владелица поначалу расстроилась, когда обнаружила пропажу. Для закрепления волос резиночкой почти не пользовались, она практически не растянута. Однако в воде пробыла прилично, вся в осклизлых точках зеленых водорослей. Если известна скорость, с которой ткань покрывается морской растительностью, можно вычислить, когда потерялась эта резиночка. Но и только, ничего больше.

Отпускник, надумавший таким образом поиграть в детектива, увы, не решился бы сделать никаких предположений относительно того, кем была владелица резиночки. Возраст любой, от совсем малышки до старушки, а впрочем, и пол не точен, даже парень или дед может сегодня потерять резиночку для волос. Панку вообще любой цвет подойдет для закрепления патл, хотя, скорее всего, это все же женская штучка. Социальный статус подавно не определишь, абсолютно демократичная вещь, а о распространенности упоминать неловко. Учитывая, что на международный морской курорт съезжаются со всего света, по виду резинки никак не угадать, где и кем она была куплена.

В общем, океан бесцеремонно утащил совсем новую вещь. И почти наверняка о ней долго не переживали, на каждом углу можно найти другую, такую же, или подобную. От большой семьи человечества не убудет. Эпоха массового производства не способствует тому, чтобы вещи становились реликвиями – вот, пожалуй, самый бесспорный вывод.
Байка бомжей будущего (ЗВМПА)
Глупости делают все. Глупости гениев принято называть гениальными. У истории особенно есть такая тенденция, благо ее читателям не приходится напрямую иметь дело с последствиями оных глупостей. А некоторые безответственные поступки еще как заслуживают права быть увековеченными, но увы, никому не известны.

Нынче народ не удивишь нелегальными пространственно-временными перемещателями. Ходит байка, талантливый парнишка на третьем курсе колледжа собрал такую штуку и держит у себя в сарае, за что получил уже немало крупных купюр. И понятно, при таком-то спросе, предложение оправдывает риск. Всевозможные жулики, а они никогда не переведутся, уж точно предпочитают транспортироваться в обход таможенных правил, и щедро платят за это. Если надо, и две, и три телепортации оплачивают — ограничения по весу никто не отменял.

Один такой жулик и явился к держателю машины. Еще торговался, жмот. А дело такое, что он, как сказать, при себе имел… Нет, точнее, в себе. Знаете же, уплотнители материи появились недавно? Понятно, не все это знают, а только те, кому надо. В общем, проглотил этот герой пакет с прессованным золотом на все 80 кг. Думал себе безбедную старость обеспечить.
Ну, до того случая никто и не знал, что будет, если телепортироваться с перевесом. Все по инструкции работали, и прецедентов таких на свою голову никто не создавал. А может, просто про уплотнители не знали. В общем, жулик оказался отчаянным дураком, решил — пронесет. И правда пронесло, только совсем в другом смысле.

Он-то, как всякий уважающий себя нарушитель закона, хотел в тропики податься, к теплому морю. А прибор с автоматической коррекцией сразу две палки в колеса ему вставил: перво-наперво перевесом сместило пространственно-временные координаты, а после попросту заклинило все, что сверх нормы. Где-то на уровне талии жулик застрял, значит.

Представьте такую картину: попал наш герой заместо тропиков аккурат на Аляску, лет так на 200 назад. Еще повезло ему, что прям возле лагеря геологов вывалился. А не повезло в том, что, значит, идет на него белый медведь, принюхивается, и как рыкнет жулику прямо в морду!
С такого приветствия жулик, пардон, и обделался. И хорошо, не то быть бы ему наполовину съеденным. Но глупостей нашему герою хватило, пришлось экстренно включать мозги. Золото естественным путем вышло, и лишний вес сместился, понимаете, в штаны; так жулик сообразил ремень расстегнуть, из штанов выскочил, и дернул в лагерь. Ох и удивились же там, наверное, гостю с голым задом!

Те штаны вместе со всем дурно пахнущим содержимым хозяин перемещателя, между прочим, сразу домашнему роботу велел выбросить. Вот что значит отвыкли люди сами что-либо поднимать! И любитель нелегальной наживы не подумал, почему задержка могла произойти! Тоже не очень сообразительный человек оказался и нелюбознательный.

Так и пропало прессованное золото на помойке. И до сих пор оно там лежит, погребенное под грудами старья, более удачливых потомков дожидается.
Ода плавучему крану (на конкурс ЗПВМА)
В туманной, призрачной дали
За горизонтом грёз
Везут надежду корабли
По волнам бурь и гроз.

Словно в пустыне караван,
Везут бесценный груз
Через барханов океан,
Через лишений грусть.

И вдаль уносятся мечты,
Где манит их и ждёт
В слиянье неба и воды
Рассветный горизонт.

А в серебре лучистых стрел
Там где-то, где-то там
Ждет кран плавучий – КПЛ
Надежды караван.

Он в океане мыслей – волн,
Что бьются о причал,
Словно кузнечик, невесом,
Изящен, хрупок, мал.

Словно кузнечик, но когда
Причалит караван, -
Кузнец, трудяга, великан:
Покладист и удал.

Движенья быстры и легки,
Красив стрелы полёт
Для всех, кто грозам вопреки
Надеется и ждёт.
Яблоко (на конкурс ЗЯС)
На ветках яблоньки – калеки
В одном из райских уголков
Размером с козьи карамельки
Росло подобие плодов.

Одно из этих низкопробных,
Что стыдно яблоком назвать,
Мечтало вырасти огромным,
Любой ценою вес набрать.

Свершилось чудо, просьбам внемля:
Набрав объем, и цвет, и вес,
Сорвалось яблоко на землю,
Как манна, павшая с небес…

Предоставляя всем на диво
Налива яблочного смак.
И даже не было червивым:
Скривился первый же червяк.
Борис Пастернак. Лето в городе. На конкурс "Загадочное в жизни" (вне конкурса).
Разговоры вполголоса,
И с поспешностью пылкой
Кверху собраны волосы
Всей копною с затылка.

Из-под гребня тяжёлого
Смотрит женщина в шлеме,
Запрокинувши голову
Вместе с косами всеми.

А на улице жаркая
Ночь сулит непогоду,
И расходятся, шаркая,
По домам пешеходы.

Гром отрывистый слышится,
Отдающийся резко,
И от ветра колышется
На окне занавеска.

Наступает безмолвие,
Но по-прежнему парит,
И по-прежнему молнии
В небе шарят и шарят.

А когда светозарное
Утро знойное снова
Сушит лужи бульварные
После ливня ночного,

Смотрят хмуро по случаю
Своего недосыпа
Вековые, пахучие
Неотцветшие липы.

1953
Светланка. На конкурс "Загадочное в жизни"
Тёплый поток воздуха, нагретый летним августовским солнцем, согрел улицу. Быстро и плавно поток огибал встречные дома, шевелил листья на дремлющих березах и тополях. Наступил жаркий день. Изнемогая от жары, я Вова Витя и Светланка поехали порыбачить на реку и потом искупаться в волжской воде. В душном и тесном автобусе, как мы хотели, нам не удалось проехать «зайцами», то есть бесплатно. Мы, как могли, прятались за широкими спинами высоких дядей и тетей, но всевидящая, строгая кондуктор увидела нас, подошла и сердито произнесла:
- Ребятки, оплачивайте проезд!
Я достал из кармана рубашки 24 советские копейки, которые мама дала на мороженое и заплатил за всю свою компанию. Когда на остановке "10 опора" мы стали выходить, как вдруг у удочки, которую несла Светланка, отстегнулся от удилища крючок, который качнулся и вонзился, словно жало пчелы, в платье кондуктора. Недолго думая и упреждая конфликт, я ловким движением руки достал из своей сумки ножницы и перерезал леску. Не задерживаясь, мы быстро гурьбой, пока не очухалась кондуктор, спрыгнули на пыльную обочину. Вспотевший, как и мои друзья, я испытал здесь чувство физического облегчения и детской радости. Шли молча, не останавливаясь, каждый думал о чем-то своем, наверное, самом сокровенном. Наконец впереди засверкала яркими бликами речная вода, и сразу у всех появилось видимое желание, поскорее добраться до реки. И это желание заслонило все мои и моих товарищей предыдущие добрые и плохие события. И вот дойдя до цели и перемахнув через полутораметровый парапет, мы очутились на берегу. Берег был бетонным и круто уходил под воду. Я остановился, размотал леску, привязал крючок и стал ловить. Но неожиданно поднялся сильный ветер - клев прекратился совсем. Я разделся и скатился вниз в воду. Прохладная, зеленая вода тотчас освежила меня. Сильный ветер все больше и выше стал подымать волны, которые шумя и пенясь начали бросаться на берег. Волны то раскачивали меня, то удаляли, то приближали меня к берегу. Я чувствовал себя младенцем в зыбке. Когда стал выбираться из воды, ноги заскользили по покрытому слизью крутому берегу, я упал и вновь оказался в воде. И набежавшая волна опять оттащила меня от берега. Итак, было несколько безуспешных попыток выбраться на берег. Лишь Светланка первой заметила, как я беспомощно барахтался, и первой поняла, что я попал в бедственное положение. Нет, она не растерялась, схватила удилище, поднесла его ближе ко мне и крикнула:
- Держи!
Я крепко ухватился за него обеими руками. Тут подбежали Вова и Витя. И лишь втроем (и ещё, возможно, какая-то неведомая сила) вместе они смогли вытащить меня из речной пучины.
А.Д.Степанов. Шалай по имени Иван. На конкурс "Загадочное в жизни"
В селе Рязановке Оренбургской области дело было…
Супруги из дальнего поселения добрались сюда на подводе повидать кума Ивана, с которым не встречались давно. Так давно, что тот успел развестись с одной женой и женился ещё раз. В Рязановке родственники никогда не были, но знали, что молодожён жил на самом краю села. И сразу, как въехали, спросили прохожего, не знает ли, где живёт Иван Андреевич. Тот, как на грех, оказался недолго живущим здесь, поэтому предположил: «Кажется, на том краю живёт какой-то Иван…».
Поехали в другой конец. Там уже рязановцы удивились: «Да как же не знать: Иван Андреевич там и живёт, на том конце?!».
Поехали обратно. На этот раз приезжие были настырнее, и женщину, что доставала воду из колодца с воротом напротив крайнего дома, спросили более жёстко: «Скажите же, наконец, где тут Иван Андреевич живёт?». Женщина заторопилась к дому и крикнула во двор:
– Эй, Шалай, тут вот спрашивают про какого-то Ивана Андреевича. Ты не знаешь, кто это?
Из калитки показался мужчина, в котором приезжие как раз и узнали своего кума.
Он заторопился к гостям, а на жену взругнулся:
– Ах, ты, такая-рассякая! Да я и есть Иван Андреич!..
И грех, и смех… Случилось же это потому, что в большинстве наших сёл распространено обращение друг с другом по прозвищам, или, как говорят те же сельчане, по-уличному. Да так привыкают к «кличкам», что даже близкие забывают настоящие имена. Как и случилось в Рязановке с женой кума Ивана.
А.Д.Степанов. ХОТЬ БЫ ОДИН ЦВЕТОЧЕК ПОДАРИЛИ... На конкурс "Загадочное в жизни"
Директор мебельного предприятия Иван Федорович Ковалёв (имя, конечно же, вымышленное, а событие – достоверное) взял под постоянную опеку детское учреждение. Старается бывать здесь часто и обязательно является на разные торжества. Причем не любит навещать коллег (первой профессией он причастен к педагогике) с пустыми руками. На этот раз, когда коллектив отмечал юбилей учреждения, Иван Федорович расщедрился особенно: во время торжества объявил о передаче коллективу автобуса и грузовика, а видеодвойку в дар внесли прямо на собрании. Кроме того, привёз кое-какое угощение к праздничному застолью.
Вечер удался на славу. Было много поздравительных речей и аплодисментов, был богатый стол, громкие песни и весёлые танцы. А цветами, которые принесли родители юных воспитанников, были заставлены вазы и банки, ещё охапки цветов помещены в вёдра с водой, кроме того, букеты цветов лежали на столах и подоконниках. И никто-никтошеньки не удосужился – не догадался, наверное, из-за волнения необычного события, – никто не умудрился вручить спонсору-благодетелю хоть один цветочек! Да и спасибо никто ему не сказал ... Забыли. Не догадались. Закружились ...
А.Д.Степанов. ДЕД ПОЭТ (Весёлая фантастика). На конкурс "Загадочное в жизни"
Дед Степаныч, мой сосед,
Съел в обед пятьсот котлет
И омлет без хлеба,
Сел в прабабушкин сундук,
Над столовой сделал круг,
Запустился в небо…

Космонавтом стать сосед
Жил мечтою с детских лет
Говорил при этом:
«Если в космос не взлечу,
Сто стихов «намолочу», –
Стал смешным поэтом…
А.Д.Степанов. Земля и небо. На конкурс "Загадочное в жизни"
Какая связь между землёй и небом?
Не та ли, что извечно не во зле
Нас призывали жить единым хлебом
И муравьями ползать по земле?!

Какая связь меж голубым и чёрным?
Луна на взлёте – небо голубей,
И звёзды за просыпанные зёрна,
Вздымая пашню, принимал плебей.

Но было так, как от земли до неба
До радости, до гордости и хлеба...

Какая связь между землёй и небом?
А то, что наш российский хлебороб
Взвращённым на земле российским хлебом
Встречает их, героев звёздных троп...
А там, в глубинах неба, крутолобый
В цветном скафандре сказочный на вид
Земной, как есть, потомок хлебороба
Те звёзды, словно жито, ворошит...
С.Михалков. Где очки? На конкурс ЗЯС (вне конкурса).


ЧТО ЭТО БЫЛО? (Вне конкурса ЗЯС)
Одно время я работал в Сиднее на предприятии, эквивалентном советскому ‘почтовому ящику’, где гражданские инженеры выполняли заказы военных ведомств.

Миниатюрные и совсем не замаскированные отслеживающие камеры висели везде: над главным входом-выходом, в паркинговом подвале, в кафе-столовой, в огороженном садике для перекуров и даже над рабочими столами.

Хорошо помню тот мой типичный рабочий день, когда я пришёл в оффис раньше девяти часов утра, засел до обеда за срочные, как всегда, отчёты, перекусил в кафе и опять за стол — разбираться с чертежами до конца дня.

Вернувшись после работы домой, я застал жену и пришедшую в гости сестру, мирно беседовавших за кухонным столом. Поздоровался и поцеловал обеих.

— О, — сказала сестра, — ты стал здороваться дважды в день!
— Не понял! — удивился я.
— Ты уже здоровался с нами сегодня, — пояснила жена.
— Когда?
— После обеда ты приехал за папкой, которую забыл взять на работу утром.
— О чём вы говорите? Я не приезжал домой!
— Как же ты не помнишь? — подтвердила сестра, которая, оказывается, была здесь с обеда. — Ты, быстро проходя через кухню в свою комнату, поздоровался, сказал, что забыл папку.

Было чему изумиться, но, хорошо зная обеих, никогда не замеченных в каких-либо розыгрышах, я не мог им не поверить. Их лица выражали полную готовность побожиться...

Что же тогда происходит со мной?..

На следующий день я попросил охрану прокрутить камеры слежения. И что же? Да ничего особенного! Вчера я пришёл в 8.30, у меня был короткий обед с 12 до 12.25, после которого я сидел за своим столом до 17.20. И ещё: моя машина не трогалась с места весь день.

А разве я не знаю, что никаких папок не разрешается вносить и выносить?..

Вечером жена и сестра (по телефону) поклялись, что я вчера приходил после обеда домой и сразу ушёл с какой-то папкой.

До сих пор не могу понять, что это было.
ШЕСТОЕ ЧУВСТВО
Гаврюшину жену Маню болезнь приковала к постели. Весь день лежала она, сухонькая и молчаливая, в комнате одна. Уходя, он запирал ее, клал ключ в условленное место, оставляя открытой веранду. Сердобольные соседки периодически присматривали за Маней с веранды, приподняв шторку на окне в комнату. Входили, если Маня звала к себе, а в обеденное время, разогрев суп, кормили ее. В то время пополз слух, будто объявился в округе странный человек в солдатской гимнастерке, незаметно пробирается в чужой дом, залезает под кровать и выбирается оттуда ночью, пугая хозяев до смерти. Вор не вор, скорее, придурошный... И вот, случилось!— наведался он прямо с утра к лежачей бабе Мане. Днем об этом происшествии рассказывала стоявшая на углу с клюкой наша половинщица Петровна. Ей самой с внуком-здоровилой Генкой бояться нечего, а недужную старушку после этого чуть не парализовало заново…
Вечером, когда вернулся Гаврюша, все отправились сочувствовать Мане. Торжественно-бледная, она возлежала на трех подушках. Дарья Терентьевна с соседнего квартала с Петровной наперебой пересказывали всем желающим Манин страх.
Дело было так. Утром, как обычно, заперев жену на ключ, Гаврюша ушел на работу. Почти вслед за этим на веранде послышались звуки. Приподнялась занавеска на окошке, в полумрак комнаты с веранды стал вглядываться мужчина в солдатской гимнастерке. Маня потом уверяла, что на его руке блеснули золотые часы... С улицы, не зная секрета отмыкания калитки, во двор не войти. Очевидно, мужчина проник в него с соседней улицы Железнодорожной. Она завизжала, а он не стушевался, молча продолжал дергать дверь, затем принялся ковырять в замочной скважине гвоздем… На счастье, в этот момент с улицы в окно постучала Дарья Терентьевна, и напоследок, издевательски, по-кошачьи, взвыв, тот ретировался.
Соседки ахали и охали, перебирали ранее услышанные случаи. Кто-то вспомнил, как минувшей зимой неизвестный подкарауливал заводских женщин с вечерней смены. Они в теплых платках да шапках идут, снег скрипит, чужих шагов не слышно. Тут он подкрадывается сзади и бьет палкой по голове, затем достает нож…
Слушать эти истории в комнате, где горит яркая лампа и полно народу, было совсем не страшно. Да и пострадавшая немножко отошла от утреннего потрясения, даже повеселела… Гаврюша приволок из погреба десятилитровую бутыль с маринованной вишней. Старушки ели, нахваливали, обещали не оставлять отныне Маню одну… Засидевшись до черноты, разбились на пары, взяли друг дружку под ручку и так, сцепившись, пошли к себе по освещенной фонарем дорожке. Гаврюша загремел железным засовом, загоняя его в кольца ворот. Нам с моей тетей и половинщицей Петровной только дорогу перейти, дом-то наш аккурат напротив Гаврюшиного, но вдруг я ощутила, как прилипает ко мне тревожное предчувствие…
…Летом мы загуливались допоздна, катались на велосипедах, ходили в парк на качели. В одну из суббот в самом его глухом углу облепили скамейку. Нас было шестеро. Второгодница Шура, которая теперь пойдет вместе с нами в пятый класс, в серединке умостилась, смешила нас анекдотами. Солнце почти скатилось вниз , его остаточный восковой, точно от керосиновой лампы, отсвет лег на деревья и кусты… Я повернула голову влево. В двух шагах от меня, скабрезно ухмыляясь, стоял тот самый «солдат». Подумала обреченно: это он за мной охотится. Маню выследил, и меня выследит. Придет однажды днем, когда взрослые на работе…
Как в воду глядела! Я собиралась в школу во вторую смену, зашнуровывала кеды. Первый урок — физкультура, можно прямо в спортивной форме прийти, чтобы в раздевалке второпях не переодеваться. Удобно! И вдруг подкатило уже знакомое предчувствие опасности, и, тотчас, словно кто толкнул в плечо: посмотри в окно! Мелькнула в нем пригнувшаяся спина в гимнастерке…
Я успела накинуть массивный крючок на дверь. Дверь в сенцы открылась почти бесшумно. Выдавали мерзавца громкое сопение и крадущиеся шаги. Я знала звук каждой половицы, когда, ступая по ним, уходят, а когда приближаются… Сама прокралась к столу за большими портновскими ножницами тетиного мужа. Развернула их в одну линию…
Не каждый день заглядывали к нам на примерку дяди Костины клиенты, но я молила Бога, чтобы появился в сей момент кто-нибудь из них. Вот бы срочно понадобилось прийти тому рослому милиционеру, который в прошлом году принес на «кожаное» пальто целый рулон дерматина… Я представила, как мужчину в гимнастерке (и зачем он только надевает ее, позоря военных!) поведут со связанными руками к милицейскому «бобику»… Но во дворе стояла тишина. И половинщицы Петровны не было дома: уехала к родственникам на хутор. Никто не придет на помощь...
Меня не удивил вкрадчивый стук: «солдат» учитывал, что его могут услышать соседи, потому прикасался к двери едва-едва, скорее, ее царапал. Хорошо, что одновременно со мной он не выследил Петровну, а то, зная, что никого вблизи нет, не таился и, может быть, попытался бы взломать дверь...
Он сделал вид, будто ушел. Громко протопал, а на самом деле затаился — его по-прежнему выдавало животное дыхание. С грохотом раскатились по полу тазы: двинувшись неловко, неизвестный задел их. Только тогда, взвыв по-кошачьи, он убежал...
Нынешняя «продвинутая» детвора без стеснения рассказала бы о случившемся взрослым. А я не знала, как объяснить, чего боюсь, мои страхи были смутными, настоянными на пересказах моими подружками каких-то пугающих историй, подслушанных у старших сестер, на наших глупых домыслах. Неизвестно еще, что подумают обо мне в этом случае. Наверное, так и скажут, что я глупостями голову забиваю…
В июле у нас началась стройка. На месте старого дома возводили новый. Тетя спала в летней кухне, мы с ее старшей дочерью — во флигеле, снятом на лето у Петровны. Для этого и лаз в заборе проделали. Младшая тетина дочка пребывала в пионерлагере. Для меня путевку не взяли, ведь в прошлом году я опозорила дядю Костю, с трудом добывшего нам двоим путевки через местком, совершив побег из лагеря за компанию с новыми подружками. Сбежала я оттуда от скуки. Сейчас, предоставленная самой себе и улице, я могла сколько угодно, не по свистку, купаться в озере, бегать на речку, стоять на перроне вокзала, провожая глазами разгоряченные поезда с отпускниками…
…В то душное воскресенье после ужина мы долго сидели во дворе. Наконец тетя поднялась со скамьи:
—Ну, давайте ложиться. Завтра надо будет пораньше встать — люди придут помогать, — сказала она. Я отправилась во флигель. Светланы еще не было — наверняка, миловалась под раскидистым кленом со своим парнем. Мне не спалось. Во флигеле не было света, проем двери сливался с уличным мраком, и пришел на ум тот недавний случай с мяукающим человеком. Заколотилось сердце, одновременно с этим поползло с меня вниз покрывало: его тянула вниз волосатая рука с золотыми часами на запястье… Я завизжала с не меньшей силой, чем в свое время баба Маня, и разбудила пол улицы…
Тетя заключила, что ко мне приходил домовой, и теперь мне необходимо выливать испуг. — Разве домовые носят часы? — спросила я.
—Они могут в любом виде показаться, — заверила она. Стали искать бабку, которая умеет «выливать испуг». Оказалось, это дефицитная специальность, и так просто, «на кривой козе», к такой ведунье не подъедешь. Та, которую нашли, долго артачилась, мол, давно этим делом не занимается и даже потеряла квалификацию. Сошлись на том, что за весь цикл «выливания» ей дадут три рубля, а на «верхосытку» дядя сошьет ей без очереди теплый жилет.
Выгоняли из меня испуг, как положено, каленым железом. Старуха водружала мне на голову таз с водой, опускала в него нагретую подкову, что-то шептала. На третий день велела прийти с бидончиком. Вылила в него заговоренную воду с наказом пить ее как микстуру. Не знаю, силой ли воображения увидела я «домового», прятался или нет кто под кроватью, но оставаться одна в темной комнате по сей день боюсь…
Ресница (на конкурс ЗЯС)
С тех пор как только я научилась из букв складывать слова, чтение стало моим любимым занятием. Сначала были сказки, потом приключения. В подростковом возрасте я увлеклась фантастикой. Беляев, Жюль Верн, Герберт Уэллс… А ещё я обожала журнал «Знание – Сила», в котором печатались захватывающие истории о пришельцах, снежном человеке, лох-несском чудовище и прочих загадочных явлениях. Как раз в то время, примерно в середине шестидесятых, со мной произошёл странный случай…

Поздний зимний вечер. За окном метёт снег. В маленькой комнате горит настольная лампа. Может быть, помните, были такие, коричневые, из карболита? Я читаю за столом, укрывшись маминой шалью, забравшись с ногами на стул. Сегодня у меня праздник: принесли свежий номер любимого журнала. Настолько интересный, что оторваться просто невозможно! Но в дверях комнаты появляется мама:

— Наташа, пора ложиться! В школу завтра проспишь!

— Ну мамочка, ну пожалуйста, ещё пять минуточек!

— Ладно, дочка, только пять минут, не больше. Приду проверю! — мама целует меня в макушку и выходит. Я торопливо дочитываю страницу.

В ночной квартире тихо. Лишь круглый синий будильник тикает на тумбочке. Едва коснувшись головой подушки, я засыпаю.

…Комната вдруг наполняется голубоватым свечением. В неясном, расплывчатом свете вижу, что ко мне приближается какая-то высокая фигура, отдалённо напоминающая человека. Она уже рядом. Но это явно не человек. Кто же? Неужели инопланетянин?! Я замираю в ужасе, боясь пошевелиться. Только сердце громко колотится в груди. Существо склоняется надо мной и молча рассматривает меня, покачивая вытянутой головой. У него огромные продолговатые глаза с очень длинными ресницами. Я вдруг отчётливо понимаю: существо знает обо мне всё. Оно считывает мысли. Оно изучает мой мозг! А в голове необъяснимым образом появляется сообщение: «Не бойся. Я не сделаю тебе ничего плохого. Ты поняла?» Так же мысленно я отвечаю: «Да, поняла». Не помню, сколько времени прошло с той минуты. Но свечение постепенно ослабевает, становится темно...

Проснувшись утром, сразу вспоминаю свой необычный сон. Я собираюсь уже вставать, как вдруг замечаю на белой футболке, в которой спала, возле горловины очень длинную… ресницу! Не волосок, а именно ресницу, утолщённую в основании, слегка выгнутую и слишком, чересчур длинную. Это был не сон, всё произошло на самом деле! Бросаюсь к маме, возбуждённо рассказываю про инопланетянина, показываю ресницу. Но мама – человек взрослый, а потому не верит в пришельцев. Она объясняет впечатлительной дочке, что та начиталась перед сном про НЛО, вот ей и приснился инопланетянин. А ресница? Ну это просто обыкновенный волосок. У инопланетян и ресниц-то, наверное, нет...

С тех пор прошло много лет. Я по-прежнему люблю читать. Правда, увлечение фантастикой осталось в далёком детстве. Однако удивительный сон (сон ли?) до сих пор надёжно хранится в памяти. И я жалею о том, что не сберегла ресницу. Не исключено, что сейчас её можно было бы исследовать в какой-нибудь современной научной лаборатории.
Артур Конан Дойл. Пляшущие человечки. На конкурс ЗЯС (вне конкурса).


Колодец ( на конкурс ЗПВМА )
Как это давно было! Жила я тогда в степном, очень уютном казачьем хуторе на берегу реки Маныч. Название его Свобода. Такое название он получил в советские времена, до этого назывался Платовкой. Тогда я работала после окончания библиотечного техникума в хуторе Свобода заведующей сельской библиотекой.
В первую свою зарплату купила я себе на память золотые серёжки. Были они изящной работы и мне очень нравились. Я с ними не расставалась, носила повседневно и настолько к ним привыкла, что перестала их ощущать. Носила я их не один год, но в год замужества сама не знаю, как и где, одну серёжку потеряла. Поэтому вторую сняла и положила в свою коробочку со всеми своими побрякушками. Потом подумала, что нужно сохранить хоть одну серёжку, как память, и переложила в мамин маленький горбатенький сундучок. В нём она хранила папины письма со стройки Невинномысского канала, который начали рыть вручную до войны. Хотели таким образом опреснить горько-солёную воду Маныча водами реки Кубань. Там же, в сундучке, хранились и папины военные письма с фронта и все остальные важные документы.
Первое моё замужество не сложилось, и я вынуждена была уехать из хутора, забрав маму и трёхгодовалую дочь. Уехала в далёкий горняцкий посёлок. Там жили мой брат Саша со своей семьёй и старшая сестра Валя тоже со своей семьёй. После этого в хуторе я не была более десяти лет. Но однажды мне очень захотелось побывать в своём родном хуторе. Захотелось искупаться в реке, полюбоваться дорогими сердцу лиманом и лугом, надышаться воздухом, напоённым запахом степных трав. Ещё очень хотелось побывать на своём подворье (я ещё не знала, что подворья уже нет) и встретиться с двоюродной сестрой Марией. Она в письме просила меня приехать. Как раз в это лето припал мой отпуск. Взяла я с собой дочь. Решила показать ей наше подворье, в котором она жила до трёх лет, рассказать, что его строил её прадед Александр, отец её деда Стефана, погибшего на фронте во время Великой Отечественной войны. Деда Стефана она хорошо знала по рассказам бабушки Прасковьи, моей мамы.
Поехали мы на катере, тогда они ещё ходили до хутора. Прибыли на пристань в Свободу ранним утром, в четыре часа. Тогда Леночке шёл четырнадцатый год.
- Ну вот, дочь, знакомься со своей малой родиной. Сейчас мы будем идти по степной дороге до хутора примерно полтора километра. Когда-то я часто по этой дорожке ходила на пристань, носила фрукты продавать, чтобы на эти денежки купить себе учебники.
- Как, мамочка, а что бабушка не могла тебе их купить?
- Я же тебе, дочь, уже рассказывала, что послевоенная жизнь была очень тяжёлой. Не будем сейчас говорить об этом. Ты просто иди и наслаждайся тем, что видишь, что чувствуешь. Вот я, Леночка, чувствую нежное прикосновение свежего ветерка с запахом степных трав, а ты?
- А мне, мамочка, холодно от этого свежего ветерка.
- Так набрось на плечи свитер! Фу, какая ты у меня бесечувственная, дочь!
- Да нет, мамочка, я просто спать хочу.
Я поняла, что беседовать с ней не приходится. Дочка просто устала и не способна воспринимать то, что чувствую и воспринимаю я. И мы продолжили путь молча.
Через некоторое время Лена вдруг воскликнула:
- Смотри, смотри, мамочка, что это за птица? Кая она красивая! Ну просто сказочная! Смотри, как важно, не торопясь, нам дорогу пересекает. И не боится!
- А что ей бояться, она дома. А мы гости её. Это, доченька, фазан! А теперь давай послушаем пение степных птиц, - решила я обратить её внимание на пение жаворонков в небе. Лена даже остановилась, чтобы послушать и посмотреть на них.
Так мы с дочкой незаметно дошли до двора сестры Марии. Она у калитки одиноко стояла и внимательно всматривалась в людей, приближавщихся к ней. Я ей не сообщала о своём приезде. Очень я люблю приезжать в гости к своим без предупреждения, чтобы не обременять хлопотами. Для этого я всегда беру с собой, что-нибудь вкусненькое, чтобы можно было быстро накрыть стол.
На другой день мы с дочерью отправились на место нашего бывшего подворья. Нам Мария уже рассказала, что его уже нет.
- Растянули всё, остался на подворье один колодец, - сказала она.
- А из соседей кто остался жить в нашем краю? – спросила я.
- На подворье Жулидовых живёт семья приезжих Микитиных. Семья большая, многодетная. Они пользуются вашим огородом и колодцем.
- Вот и отлично, пойдём, доченька, поклонимся нашему колодцу и земельке нашей. Ведь выкопал его и обустроил мой папа, а твой дедушка Стефан. Этот колодец - хранитель нашей земли и памяти нашего рода.
- Да, да, Зиночка! - воскликнула Мария. - Ведь пресная вода у нас в хуторе на вес золота, а к вашему колодцу ходит весь край за водой, и все так и говорят: «иду к Стефанову колодцу за водой».
С замиранием сердца шла я к отцовскому колодцу, как к родному живому существу. Ведь ничего не осталось от кровного местечка, кроме земли да колодца.
- Здравствуйте, дорогие моему сердцу земелька-матушка кормилица, да ты, батюшка колодец! - причитала я, заливаясь слезами: радости встречи, горести разлуки и потери чего-то дорогого, родного и любимого.
Лена стояла рядом молча, глядя на меня широко расткрытыми глазами, а слёзы крупными жемчугами катились у неё по щекам. Она с большой тревогой глядела на меня.
Посмотрела я на неё и опомнилась, поняла, что напугала свою кровинушку. Я её обняла, а она прильнула ко мне и говорит:
- Мамочка, не расстраивайся так, ведь посмотри, живёт твоя земля. Какой урожай даёт она людям! Какие арбузы лежат на земле, и колодец не разрушенный, он поит всех нуждающихся своей живой водой. Посмотри, мамочка, а ведь она действительно живая! Смотри, как всё хорошо растёт! Какой богатый урожай от полива этой водой растёт. Радоваться надо, мамочка!
- Радуюсь я, доченька, радуюсь, служат земля и колодец людям, не заросли бурьяном, а слёзы мои от радости. Давай, Леночка, зачерпнём водицы. Обмоем наши слёзы и напьёмся, как ты сказала, водицы живой.
Так мы и сделали. День был жаркий. Солнце жгло беспощадно. Мы достали полное ведро воды из колодца, вымыли лица и руки, немножко освежились, потом напились воды из ведра. Вода была такая холодная, что ломило зубы, но я была спокойна за Лену, так как знала, что от этой ключевой воды она не простудится и не заболеет. Остатки воды я хотела выплеснуть из ведра, но почувствовала, что на дне его что-то передвигается и издаёт лёгкий скрежет металла. Мне стало очень интересно, и я подумала: наверное, это гвоздь. Надо его достать, решила я. Достала, вижу, что это не гвоздь, но мне непонятно, что это. Чувствую в ладошке что-то тяжеловатое. Решила обмыть муть и ил. Какое же было удивление! На ладони у меня лежала моя утерянная серёжка! Вот так находка! Отблагодарил меня щедро мой колодец за посещение его.
Встретившись с родным колодцем, я поняла его тоску и почувствовала его живую душу. Он как бы ждал эту встречу и передал своё желание мне, и я почувствовала это. И вот я здесь и рада нашей встречи.
Почему гибнут австралийские вороны (на конкурс ЗЯС)
Как известно, в англоязычном обиходе легковые машины определяются словом CAR (КАР), а грузовые – TRUCK (ТРАК).

В Северной Территории на участке скоростной трассы между Нунама и Палмерстоном было обнаружено более 200 мёртвых ворон. Кто-то высказал предположение, что причиной их массовой гибели явился птичий грипп.

Были приглашены специалисты по птичьим болезням. После тщательного осмотра останков ворон они объявили, ко всеобщему облегчению, что птичий грипп тут ни при чём.

Однако, сказали они, 98% ворон погибло от столкновения с грузовиками (ТРАКАМИ) и только 2% из них убито легковыми машинами (КАРАМИ).

Тогда озабоченное руководство Северной Территории наняло учёных, занимающихся птичьим поведеним, разобраться в такой непонятной диспропорции.

После 18-ти месяцев исследований и 2,7 миллионов долларов затрат учёные нашли причину массовых вороньих смертей.

Они определили, что, когда вороны пиршествуют на сбитых и оставленных на трассе животных, они выставляют дозорного на ближайшем дереве, который должен громко предупреждать всю стаю об опасности.

Но, как оказалось, дозорный может только кричать: «КАР!», но никак не может выговорить: «TРАК!»

Светило (на конкурс ЗПВМА)
Не знаю как вы, а я поспать люблю. И встаю довольно поздно, потому что спешить мне некуда: нахожусь я теперь, как говорится, на заслуженном отдыхе. Вот и получается, что восходы «встречаю» обычно в постели, кроме осенне-зимнего сезона, конечно. Понятное дело, солнце тогда поздно поднимается, и «почивать» так долго даже неприлично, да и не хочется уже. А летом ночи короткие; и если вы не относитесь к «жаворонкам», не страдаете бессонницей, не увлекаетесь утренней рыбалкой, если вам далеко за восемнадцать и вы ведёте размеренную пенсионерскую жизнь, то вам вряд ли приходится любоваться солнечными восходами. Но бывают иногда исключения…

Я проснулась внезапно: сквозь плохо задёрнутые занавески в глаза бил ослепительный луч света. На часах около четырёх утра. Пришлось встать, чтобы закрыть шторы плотнее. Надо заметить, что окно нашей спальни выходит на северо-восток. Напротив, примерно в полусотне метров, стоит восьмиэтажный дом, из-за которого к нам, на второй этаж, утреннее солнце попадает вскользь, когда оно уже высоко. Слева от восьмиэтажки – ещё дом, а между ними просвет. Там идёт небольшой уклон в сторону заросшего деревьями старого сада. За садом нет строений и открыто небо.

Так что же разбудило меня? Пристально вглядываюсь в окно. Во дворе темно, фонари не горят. Небо едва-едва начинает светлеть, и по-ночному обесцвеченным домам, деревьям, машинам, детской площадке ещё только предстоит окраситься в свои обычные, дневные, цвета. А на горизонте между домами, из-за деревьев, скользя по их верхушкам, искрясь, вырываются яркие лучи. О, оказывается, солнце всходит! Хоть я и не сильна в географии и астрономии, но знаю, что летом солнце в нашей местности должно вставать на северо-востоке. А теперь вижу, что в действительности оно восходит левее, то есть, на северном северо-востоке, если можно так выразиться. Впрочем, ничего удивительного, ведь на календаре конец июня – пора самых длинных дней и коротких ночей.

Признаться, я даже не припомню, как давно в последний раз наблюдала летний восход, это великолепное зрелище, когда оранжево-огненный шар медленно всплывает над горизонтом, согревая и оживляя всё вокруг сияющими лучами. В школьные годы? Или в молодости? А может быть, позже? Неужели прямо сейчас, через пару минут, я увижу прекрасное явление природы? Душа моя вдруг наполняется восторгом. В ней пробуждается нечто первобытное, языческое, такое, что хочется распахнуть окно и громко закричать навстречу солнцу: «Явись, Ярило!» – или ещё что-нибудь тому подобное.

Стоп! Силой воли гашу свой эмоциональный порыв, дабы случайно не довести до инфаркта мирно похрапывающего мужа. Да, боюсь, и соседи вряд ли разделят мой восторг в столь ранний час. Молча жду, мысленно отсчитывая секунды до торжественного появления дневного светила. А оно, кажется мне, несколько задерживается, хотя вокруг заметно посветлело. Ну вот, сейчас, ещё чуть-чуть и… и свет неожиданно гаснет. Боже мой, не могу поверить, оказывается, это был всего лишь уличный фонарь! Непонятно, почему он горел один? Светильники во дворе всегда и включались одновременно, и выключались все вместе. А сегодня вдруг произошёл сбой. (Но в последующие дни – я проверяла! – ничего подобного больше не наблюдалось.)

Вот такое недоразумение случилось со мной однажды ранним июньским утром. Конфуз, одним словом. Так и в жизни иногда бывает: появится на жизненном небосклоне некое «светило», мы им восхищаемся, а пройдёт время, оно раз – и погасло. И становится ясно, что это совсем не светило, а просто обыкновенный, заурядный светильник.

Кстати, о светильниках. Фонарь, свет которого ввёл меня в заблуждение, находится в таком месте двора, что его лампа, если смотреть со второго этажа, как бы совпадает с верхушками деревьев на горизонте. Поэтому в темноте кажется, что свет исходит не от фонаря, а из-за деревьев, перед которыми он на самом деле стоит. И, конечно же, летнее солнце всходит у нас, как и полагается, на северо-востоке. В смелой же версии насчёт «северного северо-востока», безусловно, опять-таки повинен фонарь (а вовсе не мои слабые познания в естественных науках, как вы могли подумать). Между прочим, подъёма солнца мне пришлось бы ждать довольно долго. Теперь-то я в курсе, – спасибо интернету! – что от начала рассвета до восхода около 50 минут. А тогда… ну, думаю, вы всё уже поняли.

После этого случая мне захотелось полюбоваться настоящим восходом. Но нужно будет встать и выйти на улицу рано на рассвете. Одной – страшновато. Придётся убедить в необходимости такого мероприятия мужа. Надеюсь, у меня получится.