Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Блог клуба - Загадочные явления и события

+202 RSS-лента RSS-лента
Администратор блога: Геннадий Зенков
КАПРИЗНЫЙ ЛИФТ. На конкурс ЗПВМА (вне конкурса).
Много лет назад мне довелось поработать в Монголии. Я был молодым, и командировка в экзотическую страну была для меня интересной находкой. Хотя вначале я оформлялся в Египет, но там началась война с Израилем, и поездка сорвалась.
В Монголии я два года работал на тепловой электростанции в Улан-Баторе инженером по ремонту котельного оборудования. В то время там всегда присутствовали семь-восемь советских специалистов, которые помогали монголам в эксплуатации и ремонте, передавали свой опыт. У меня был подопечный Эрдэмбаяр. Он закончил Московский энергетический институт, при этом даже женился на москвичке и привёз её в Улан-Батор.
Мне нравятся необычные монгольские имена. Вот Бямбажав – директор станции, писатель и поэт по призванию и очень умный руководитель. Главный инженер Лувсанцэрэн - тоже выпускник МЭИ - в шутку говорил, что в Москве он как дома, а в Улан-Баторе как в гостях. Заместитель начальника котельного цеха Чимидцэрэн, женские имена: Золбоо, Лувсанхуу…
Работать было очень интересно. Ведь на Родине в должности заместителя начальника цеха мне редко приходилось иметь дело непосредственно с «железками». На то были опытные слесари, бригадиры, мастера. Другое дело здесь… Провожая меня по окончании командировки, Бямбажав сказал: «Вот приехал к нам Зенков, и я подумал: котлы такие большие, а он такой маленький. Что он с ними сделает? А он показал, как надо работать инженеру: сначала нарисует чертежи, а потом вместе с рабочими претворяет их в жизнь!»
Приходилось решать и необычные технические проблемы. Я – теплоэнергетик, а однажды пришлось ремонтировать… лифт.
Во время ремонта кирпичной обмуровки котла, я увидел, как обмуровщица-китаянка по крутым лестницам поднимает на своей спине с десяток кирпичей с помощью наплечных носилок из стального прутка. Конечно, я не мог равнодушно смотреть на такой «рабский» труд.
Оказалось, что в цехе есть грузовой лифт, но он не используется, потому что неисправен. При подъёме или опуске кабина лифта неожиданно останавливается, зависает. Срабатывает автомат защиты кабины от падения её на дно лифтовой шахты. Наш специалист по автоматике проверил схему и доложил, что она работает нормально. Значит, причина ненормальной работы лифта – в его механической части.
Изучаю устройство лифта. На самом верху – силовое отделение, где установлена главная лебёдка с электродвигателем и мощным стальным тросом, прикреплённым к кабине лифта. В шахте по двум её противоположным стенкам по всей высоте тянутся две вертикальные шины из стальных полос. За них своими «руками»-ловителями «держится» кабина лифта. Вернее, при нормальной скорости движения кабины «руки» пропускают шины «сквозь пальцы» и не дают «болтаться» кабине в шахте. А если скорость кабины превышает допустимую, пальцы «рук» сжимаются вокруг стальных шин, и кабина резко, с металлическим лязгом, останавливается.
Действие автомата безопасности стало понятным. Но кто даёт команду «рукам»-ловителям? Замечаю стальной тросик в палец толщиной, который прикреплён к кабине, и движется вместе с ней. А другим концом , проходя через окружность маленького блока, тросик связан с маленькой лебёдкой, на барабане которой он то накручивается, то раскручивается. Смотрю на тросик, блок, соображаю… И вдруг, по наитию, как по подсказке, говорю Чимидцэрэну:
- Надо сменить тросик!
- Зачем? Он же целый.
Я настаиваю. Приносят со склада новую бухту такого же тросика, заменяют «старый».
Включаем лифт. Теперь он работает нормально, без ненужных остановок. Монголы смотрят на меня, как на волшебника.
Оказалось, что на «старом» тросике был «угол», неисправимый перегиб. Когда он набегал на блок, получался неполный охват окружности блока тросиком. Блок на мгновение ускорял своё вращение, и этого было достаточно, чтобы автомат резко останавливал кабину.
Инструкция такую неисправность не предусматривала. А монтажники, видимо, пользовались неисправным лифтом, каждый раз вновь запуская его при неожиданной остановке.
Похоже, не зря знаменитый Вольф Мессинг сказал при встрече, что у меня сильная аура. Интуиция и логика ещё не раз выручали меня в Монголии…
ЧАСЫ (на конкурс ЗПВМА)
Часы – это странное устройство, которое умудряется измерять то, что невозможно ни увидеть, ни услышать, ни пощупать, ни вообще как-либо ощутить. "Пойди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что". И часы умудряются измерять "не знаю что" и сообщать нам об этом.
Необычность поведения наших домашних часов я стала замечать лет с десяти. Возможно, она существовала всегда, но до этого возраста я мало интересовалась часами.
Странность состояла в том, что, какие бы часы мы ни покупали, они через короткое время переставали идти. Часы на батарейках тогда ещё не водились, и двое наших настольных часов были механическими, которые раз в сутки положено было заводить. Отец заводил их аккуратно, в одно и то же время. Обращение с часами было бережным, никто их не ронял, но они с каждым днём шли всё ленивее, останавливались задолго до истечения суток, а потом и вовсе переставали идти.
Родители покупали другие часы, третьи, но со всеми происходила та же история. В точности такие же часы у соседей, у моей подруги, у маминой знакомой – у всех, кого мы знали, работали прекрасно. У всех, кроме нас.
Мы заметили, что если часы лежат ничком – циферблатом вниз, – они идут. И мы смирились с этой их прихотью. Теперь часы в обеих комнатах лежали на столах, и когда нужно было определить время, кто-нибудь осторожно их приподнимал на уровень выше головы и, продолжая держать в «лежачем» положении, снизу заглядывал на показания стрелок. Не очень удобно, конечно, но всё же удобнее, чем обходиться вообще без часов и определять время по солнцу. И мы терпели.
Все в семье быстро привыкли к чудачеству часов и привычным движением поднимали их над головой, чтобы взглянуть на циферблат.
Однако этим странности наших часов не ограничивались. Идти-то они шли, но сильно отставали. В сутки набегало минут семь. Папа проверял время по радио и подводил часы. Но часто он забывал это сделать. Проходило дня четыре – и вот уже часы отстают на полчаса. Мы снова их подводили, а часы опять отставали. Мы носили их к часовщику, тот чистил часы, что-то в них регулировал, но всё понапрасну.
Вскоре родители устали бороться со строптивыми механизмами, притерпелись и махнули рукой на точность показаний. Они предпочли делать мысленную поправку, проверяя постоянно по радио, на сколько отстают наши часы.
Мама приходила с работы и спрашивала у отца, как дела. Папа сообщал ей последние новости: картошку он купил, у меня температура уже нормальная, часы в первой комнате отстают на 48 минут, а во второй – ровно на час. Это были обычные в нашей семье диалоги.
Или кто-то из нас спрашивал, который час. Другой член семьи поднимал часы, заглядывал под них, потом бормотал себе под нос: «Так, на часах 6 часов 35 минут, плюс 1 час 12 минут…», далее следовала пауза, и затем громкий ответ: «Без тринадцати восемь!»
Отставание с каждым днём увеличивалось, но мы с философским спокойствием наблюдали этот процесс, словно выясняя, до какого предела могут дойти часы в своей наглой лени, и когда же у них пробудится совесть. Однако с совестью у наших часов обстояло совсем плохо, и вскоре одни часы отставали уже на два часа с четвертью, а другие - на три часа. И мы покорно пересчитывали, добавляя часы и минуты.
Но нет худа без добра. Постоянные пересчёты времени научили меня быстро складывать числа. Ошибки в устном счёте я делала очень редко и считала быстрее многих одноклассников.
Когда отставание становилось уж очень значительным, мы подводили часы, и всё начиналось заново.

А потом я стала студенткой, к родителям приезжала только на каникулах, но в доме ничего не менялось. Часы по-прежнему лежали в глубоком обмороке, мама и папа делали поправку на отставание часов, бормоча: «плюс 41 минута… будет…» И от всего этого, привычного и родного, мне становилось тепло и легко: я дома, я снова дома!
После третьего курса я вышла замуж и летом приехала к родителям уже с супругом.
Зайдя в комнату, мой муж сразу заметил: «О! Часы упали!» Подошёл к столу и поставил часы. И сразу в несколько голосов мы закричали: «Нельзя! Положи! Положи обратно!» Мой муж очень удивился. Он прошёл во вторую комнату и увидел и там лежащие ничком часы. Он сделал движение рукой, порываясь их поднять, потому что, по его понятиям, они упали, и нужно восстановить порядок. Но оглянувшись на меня и прочитав на моём лице решительное «нет!», удержался.
А когда отец на вопрос «который час?» стал снизу заглядывать на циферблат и затем, бормоча, приплюсовывать к показаниям стрелок ещё два с лишним часа, лицо у моего мужа стало совсем тревожным. Возможно, он подумал, что слишком поспешно женился, ничего толком не узнав о семье будущей жены.
Но поскольку чудачества эти не распространялись ни на что другое, ограничиваясь только отсчётом времени, мой муж успокоился. Он решил выяснить, в чём там дело с этими часами. Он раскрутил их, почистил, что-то подкрутил и поставил. Часы шли. СТОЯ шли! Мы были глубоко поражены, а мой муж ходил с гордым видом. Увы, длилось всё это недолго. Твёрдая мужская рука привела наши часы в чувство, но потом они опомнились и снова закапризничали. Они перестали идти, и пришлось их снова уложить, мягко и бережно, словно извиняясь перед ними за невоспитанность чужака. После этого мой муж махнул на них рукой.
Семейная невезучесть в том, что касается часов, перешла на меня и мою собственную семью. И в нашем с мужем доме часы всегда безбожно отставали, шли только лёжа, а с наручными часами у меня вообще была беда. Мне купили часы, очень милые, в позолоченном корпусе, противоударные. Я ни разу их не уронила, поэтому противоударность проверить не смогла. Зато я вскоре намочила их под дождём. Я поехала к подруге в Днепропетровск, она жила на квартире у строгой хозяйки, которая не разрешала ей приводить никаких гостей. И мы весь день гуляли по городу, по парку у Днепра до позднего вечера, и всё это время под дождём. Нам-то ничего, а мои часы вышли из строя, и реанимировать их не удалось.
Пришлось покупать новые часы. Теперь, учитывая горький опыт, я приобрела водонепроницаемые. В многочасовый ливень я больше не попадала, зато роняла их чуть ли не каждый день. А противоударными эти часы, увы, не были. В общем, пришлось покупать третьи часы. Я попросила дать мне противоударные, водонепроницаемые, несгораемые – со всеми мыслимыми противо- качествами. Продавщица посмотрела на меня как-то странно. Наверно, она решила, что я кто-то вроде Джеймса Бонда в юбке. Но ничего не сказала, а только объяснила, что таких универсальных часов у них в продаже не бывает. Я обречённо вздохнула и купила противоударные-водонепроницаемые, понимая, что это ненадолго. Так и оказалось. Нет, слава богу, в пожар я не попала. Но у меня часы украли. Противоугонные качества не входили в число достоинств моих часов.
Купив следующие часы, противокражу я обеспечивала самостоятельно путём бдительного надзора. Но тут мы поехали в Польшу на стажировку. Там я очень быстро промотала все свои злотые, которые нам выдали в обмен на тридцать рублей стипендии, а сувениры были куплены ещё не для всех близких и друзей. И пришлось продать свои часы, не могла же я вернуться из-за границы без подарков. И часы уплыли от меня, потому что противофинансовокризисных свойств у них, бедных, не было.
И в дальнейшей жизни ни одни часы у меня не держались дольше трёх месяцев, пока однажды на работу к мужу не зашёл торговый агент, у которого был очень хорошо подвешен язык, и его, против обыкновения, не выпроводили, а стали слушать. Торговый агент быстро уговорил моего супруга купить (у них именно сегодня акция, ага, и они всё отдают практически даром!) комплект из наручных электронных часов, машинки для стрижки катышков с трикотажной одежды и какой-то немыслимо сложной открывалки для всевозможных банок, бутылок и прочей тары. Я поворчала на мужа за ненужные покупки, но тут взглянула на часы… и моё сердце пронзила любовь. Обычная штамповка, часы мужские, ремешок из пластика. Но вверху над окошечком с показаниями времени и внизу на циферблате переливались какие-то крошечные перламутрово-радужные квадратики, и этот перламутровый перелив сразу вверг меня в сладостный транс. По натуре я сорока. Блестящая фольга, цветные стёклышки, красивые сверкающие упаковки от зубной пасты… Эх, да что там говорить, всё равно не поймёте!
В общем, часы я полюбила с первого взгляда и носила, можно сказать, не снимая. Одно было плохо: я не знала, как ими управлять. Четыре штырька, которые торчали из круглого корпуса, нажимались, и определённая комбинация одновременного нажатия на какие-то два из четырёх штырьков, а потом ещё на один или два – давала нужный результат: установление времени для будильника, перевод времени, календарь. У меня с запоминанием комбинации и последовательности движений всегда были большие трудности, и я так и не запомнила, в каком случае какую комбинацию штырьков надо задействовать. Когда мы уезжали в отпуск, я просила дочку выставить на моих часах украинское время, а по возвращении она переводила часы на прежнее время. То же было и при сезонных переходах – на летнее или на зимнее время.
А потом случилось непонятное: дочь забыла, как это делается. Сколько она ни нажимала, ни перебирала комбинации, часы не реагировали. Может быть, что-то в них просто сломалось, и они не отзывались на правильную комбинацию нажатий, а память моей дочки ни при чём. Не знаю. Но переставлять время на часах я больше не могла. А если ещё учесть, что они сильно спешили, то вскоре их показания ничего общего с действительностью уже не имели. И лежали они, мерцали, переливаясь перламутрово-радужными вставочками, красивые и бесполезные. Хотя почему бесполезные? Красота ведь сама по себе полезна для души.
Затем произошло что-то и вовсе загадочное. Мои часики исчезли. Я не могла их найти, сколько ни искала. При этом они подавали голос: регулярно по утрам в них срабатывал будильник, и они деликатно попискивали, словно напоминая о себе. Каждый раз я кидалась на этот звук, но не могла определить, откуда он доносится. То мне казалось, что из тумбочки в дальнем углу, то – из секретера в другом конце комнаты, то откуда-то с верхней полки шкафа. Часы словно дразнили меня, вели со мной какую-то сложную игру. Так я их и не нашла, но ещё долго слышала по утрам знакомый писк. Я прекратила безуспешные попытки их отыскать. Я поняла, что мои любимые часики просто оказались в параллельном мире, и обратно им ходу нет, туннель закрылся. Со временем попискивание прекратилось: видно, села батарейка.
Я могла бы ещё долго рассказывать истории про часы, которые у нас в разное время жили. Да-да, жили, потому что часы мне кажутся живыми существами. Нам попадались исключительно упрямые, капризные, неуправляемые и ленивые особи. Наверное, бывают и другие, но мне они не встречались.
А может, мы их воспитывали неправильно?
ПТИЧИЙ КОНЦЕРТ (На конкурс ЗЯС)
Сестра переехала в Вайоминг, поселилась в доме рядом с большим, как она писала, городским парком. Я приехал навестить её и остался на ночь. Место тихое, машины проезжали редко, я спал с открытым окном.

Проснулся ранним утром от громких птичьих голосов. В окно залетали щебет,свист, щёлкание, чирикание, гоготание, клёкот, но, странным образом, то был не базар, всегда сопровождающий скопление крылатых, не беспорядочная какофония звуков, а слаженное пение, хор птиц под чьим-то строгим управлением, настоящая хорошо отрепетированная оратория.

Я наслаждался оригинальной, никогда не слышанной мелодией, удивляясь разнообразию и диапазону голосов и мастерству пернатого коллектива. Птицы давали концерт, и концерт уже подходил к концу, так как послышались сольные номера, как бывает в конце шоу, когда конферансье представляет публике каждого отдельного музыканта из оркестра и тот выжимает из своего инструмента всё, на что способен. Раздалось частое уханье басом, затем высокая трель... Я выглянул в окно: музыка плыла из парка... А, может, я ещё сплю и слышу всё это во сне?..

За завтраком я рассказал сестре о концерте.

— Ну ты и выдумщик, — засмеялась она, — хор птиц под чьим-то управлением!..

— Пошли прогуляемся, — предложил я, — покажешь мне парк.

— Пошли. Только я в нём ещё сама не была!

Мы прошли несколько рядов эвкалиптов, вышли на большую поляну и замерли:

Посреди поляны стояли синие пюпитры... Один из них был крупнее остальных: очевидно, для дирижерской партитуры. Нотные листы были вставлены вниз головой, чтобы птицы могли их читать, стоя на верхних кромках пюпитров...

— А ты говоришь — выдумщик! — восторжествовал я.

— Забираю свои слова, — извинилась сестра. — Кто бы мог подумать, что в этом парке птицы со специальным музыкальным образованием!

УДИВИТЕЛЬНЫЕ СОВПАДЕНИЯ. На конкурс "ЗАГАДОЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ и СОБЫТИЯ" (вне конкурса)
Наверное, у каждого в жизни были удивительные совпадения. Кто-то помнит их всю жизнь, кто-то забывает. В этом есть что-то мистическое. Я помню три свои удивительные совпадения.

Первое совпадение. 40,2

В 1956 году мне было 15 лет, я учился в техникуме и очень любил спорт. Газета "Советский спорт" была моим самым любимым изданием. Я был в курсе всех важнейших событий в спорте, как в стране, так и в мире. Конькобежец Евгений Гришин был одним из самых уважаемых мной спортсменов. Он был отличным спринтером, на дистанциях 500, 1000, 1500 метров был непобедим и устанавливал мировые рекорды. Перед Зимними Олимпийскими играми 1956 года, которые должны были пройти в Кортина д*Ампеццо, я нарисовал дружеский шарж на Гришина, сопроводив его таким четверостишием:

Евгений Гришин, как всегда,
На "пятисотке" самый резвый.
Вновь демонстрирует он льда
Сверхскоростное резанье!


Шарж я отослал письмом в "Советский спорт". Думал: победит Гришин на Олимпиаде, и опубликуют мой шарж! Была ещё одна интересная деталь в моём рисунке. Следы от коньков Гришина превращались на льду в цифры, из которых складывалось число 40,2. Так я предсказывал результат Гришина в секундах на дистанции 500 метров на Олимпиаде. Это было намного лучше тогдашнего мирового рекорда(40,8). Конечно, шарж провинциального мальчишки на великого спортсмена в газете не появился, а Гришин стал чемпионом Олимпиады, победив на дистанции 500 метров с результатом именно 40,2 секунды.




Второе совпадение. ПАВАРОТТИ

В 2003 году я "отдыхал" в онкологическом диспансере, где мне сделали операцию на лёгком. Присоединённый шлангами к специальному аппарату, я с тоской глядел в окно на перекрёсток, который много раз проезжал на машине, естественно, останавливаясь при красном свете светофора. Невольно рождались стихи:.

А я застрял на повороте.
Как тут некстати поворот!
Не для меня ли Паваротти
На полном выдохе поёт?

О, как легко он дышит в пенье!
Какой протяжный выдох-вдох!
Я замираю в восхищенье:
- Какие лёгкие, мой Бог!..


А я в жестокой круговерти
Из окруженья выйти смог,
Оставив лишь в когтях у смерти,
Как выкуп, лёгкого кусок.

Я полз, как раненый на фронте,
Кровавый оставляя след...
И задержал на повороте
Меня кровавый красный свет.


…И кто-то сзади в чёрной маске
Царапает средь бела дня…
О, спойте, Паваротти – Басков,
«Аве, Мария!» для меня…


После обеда меня навещает жена. В принесённой ею газете читаю: "В Кемерово с единственным концертом прилетает знаменитый итальянский певец Паваротти."



Третье совпадение. ЕЛЕНЫ

Третье совпадение случилось совсем недавно. В середине одного из ноябрьских дней я встретился с Еленой Белоноговой, чтобы обсудить текст песни о борьбе с наркотиками (Елена - специалист в этой области). Пользуясь случаем, я рассказываю Елене о том, что мой внук Ваня участвует в конкурсе "Звезда Удачи". Елена обещает посмотреть выступление Вани и, если понравится, проголосовать. Вечером включаю компьютер, захожу на страничку "Звезда Удачи" и вижу очень хороший
отзыв о Ване с подписью "Елена Белоножкина". Думаю: как быстро сработала Елена! Вот только фамилия смущает… Звоню Елене. Она говорит, что ещё не голосовала, но обязательно это сделает. А фамилия её Белоногова. Так я в один день познакомился с двумя Еленами с почти одинаковыми фамилиями! С одной - очно, с другой - заочно. Елена Белоножкина - прекрасная женщина, живёт в Санкт-Петербурге. Её дочь Дана тоже
участвовала в конкурсе "Звезда Удачи".
Домовой На конкурс ЗПВМА
А все мои вещи ведут себя так, как положено:
Ломаются вовремя, в прятки играют подчас.
Да где же мобильник? Ну вот, догадаться несложно:
Лежит в холодильнике, там, где на полочке квас.

Да, кстати о прятках. Меня посещает мыслишка,
Что хватит разыскивать. Думать пора головой.
Ушла неизвестно куда интересная книжка?
Да ладно «ушла»! Это просто шалит домовой.

И кошка так пристально смотрит во тьму коридора
(А взгляд ей навстречу – как будто натянута нить),
Когда я с подругой до ночи веду разговоры.
Мобильник остыл, так чего бы и не позвонить?

Пойти погулять? Рукава завязала рубашка.
А где моя кошка? Ну точно, залезла в буфет.
И кофе не выпить: пропала любимая чашка.
Взамен отыскалась коробка забытых конфет.

Ну, что вы придумали: вещи, загадки и прочее?
Узнают ученые – нас же со свету сживут!
Вот вечер настанет, закончится время рабочее,
И мы с домовым наведем непременно уют.
ХИТРАЯ ЗАГЛУШКА. На конкурс ЗПВМА (вне конкурса).
- Я собрал вас, чтобы сообщить, что вчера у меня был серьёзный разговор в отделе промышленности и энергетики ЦК.
Директор ТЭЦ – маленький, сухощавый монгол с лицом, похожим на мордочку тарбагана* – обвёл умными глазками участников совещания.
- Мы снова чуть не заморозили Улан-Батор из-за аварийной остановки котла, когда на улице мороз тридцать градусов, и всё на пределе. Я не технарь, а литератор, но партия поставила меня руководить электростанцией, чтобы обеспечивать столицу теплом, а всю Монголию – электричеством. И я спрашиваю, что у нас происходит? Давай, Лхагва, скажи, ты начальник котельного цеха.
Лхагва, лет тридцати, не по-монгольски узколицый, встал, помолчал с полминуты, теребя пальцами ежедневник. И негромко сказал:
- Я по специальности тоже не технарь. Партия и вы поставили меня руководить коллективом котельного цеха…
Директор не дал ему договорить:
- Ну, вот! Собрались тут начальниками писатели да бывшие ревсомольские работники! Ладно, хоть заместитель у тебя технарь, диплом инженера имеет. Говори, Чимидцэрэн!
Молодой парень с копной чёрных волос на голове, с симпатичными монгольскими чертами лица порывисто встал и горячо заговорил:
- Да этот пятый котёл издевается над нами! Мы его досконально изучили, можно сказать, «обнюхали» со всех сторон, этим летом капитальный ремонт сделали, заменили всю арматуру! А он, как неблагодарная тварь, то и дело аварийно останавливается из-за резкого понижения уровня воды в барабане. Воды, видите ли, ему не хватает! Если бы не автоматика, давно бы взорвался! Я уже не знаю, что вскрывать и в какую дыру лезть…
Бямбажав покачал головой.
- Может, молодой ремонтник что-нибудь дельное скажет?
Но главный инженер Лувсанцэрэн ни слова не дал сказать инженеру по ремонтам Эрдэмбаяру, всего полгода назад окончившему Московский энергетический институт. Можно сказать, «прикрыл» его своей широкой спиной. Он сам был выпускником МЭИ, только не теплоэнергетиком, а электриком. В шутку он говорил: «Как приеду в Москву, чувствую себя как дома, приеду в Улан-Батор – как в гостях!»
Он не стал вставать и говорил сидя.
- Я разговаривал с советскими специалистами. И для них ситуация с пятым котлом очень непонятная. Тем более, что Николай Иванович Баранов у нас по контракту инженер-консультант по эксплуатации котлов, а не по ремонту. Но есть хорошая весть. Завтра к нам прилетает из России как раз инженер по ремонту котельного оборудования.
- Ну-ка, поподробнее, - попросил директор.
- Шипков Владимир Михайлович. 27 лет. Работал на Ульяновской ТЭЦ начальником смены и заместителем начальника котельного цеха. Там котлы среднего давления, такие же, как у нас. Я специально интересовался, разговаривал с «Загранэнерго».
- Неплохая весть, - одобрил Бямбажав. – Молодой только ещё. Опыта большого, конечно, нет.
В разговор «встрял» Лхагва:
- Начальник смены, замначальика цеха – это тоже больше эксплуатация, чем ремонт.
- Ну, посмотрим на деле, - завершил совещание директор…

Владимир Шипков, светловолосый парень, чуть ниже среднего роста, в очках, как только ему рассказали о «чудачествах» пятого котла, в первую очередь заставил вскрыть всю арматуру – задвижки, вентили, клапаны – по ходу воды в котёл. Всё было в порядке. Причина «чудачеств» была в чём-то другом.
На Ульяновской ТЭЦ, куда он получил направление по окончании Куйбышевского «политеха», вначале он действительно занимался эксплуатацией, работая начальником смены котельного цеха. Но когда стал заместителем начальника цеха, то пришлось вникать и в ремонтные дела. Общение с опытными мастерами, бригадирами, слесарями, сварщиками очень много дало ему. Потому что он старался вникнуть в суть каждого дела. Иногда бригадир Александр Иванович Железняков (фамилия-то какая!) даже «гнал» его от ремонтируемого оборудования:
- Владимир Михайлович! Да идите вы в кабинет или по другим делам! Справимся мы вовремя, не в первый раз!..
А ещё Владимир не раз в мыслях «хвалил» себя за то, что перед отъездом в Монголию не поленился в Москве сходить в «Техническую книгу» и приобрести там очень полезную для себя книгу А.А.Цешковского «Ремонт оборудования котельных цехов».
Отправляясь вместе с Чимидцэрэном и Эрдэмбаяром в «путешествие» по пятому котлу, Владимир вспомнил, как однажды в Ульяновске один из руководителей города, будучи на «экскурсии» в котельном цехе, спросил: «А где же тут котлы? Я не вижу ни одного!» В его представлении котёл на станции был чем-то вроде большого чайника или самовара. А энергетический котёл – это огромное сооружение высотой пятьдесят-семьдесят метров, обшитое металлом и опутанное трубами, металлическими лестницами, площадками. Как у Есенина: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье…»
Вода, которая в котле превращается в пар, попадает в барабан – стальной цилиндр с толстыми стенками диаметром около полутора метров, расположенный на самой верхней площадке котлоагрегата. Но прежде чем попасть в барабан, вода подогревается уходящими из топки газами (экономия!) в экономайзере – трубном теплообменнике, обычно состоящим из двух ступеней. Между этими ступенями есть водоперепускная труба. Эта труба имеет длину шесть-восемь метров, потому что между ступенями экономайзера располагается ступень воздухоподогревателя (в топку лучше подавать горячий воздух!).
Вот эта водоперепускная труба между ступенями экономайзера и попала «под подозрение» у Владимира.
- Мне нужен металлический шарик, - сказал он Чимидцэрэну. Тот удивлённо посмотрел на Владимира, но удержался от вопроса «зачем?» и послал Эрдэмбаяра искать шарик.
Через некоторое время Владимир увидел, как на соседней площадке сварщик «режет» большой подшипник.
- Что он делает! – воскликнул он.
- Но ты же просил шарик, - невозмутимо ответил Чимидцэрэн.
- Вы же сейчас зарезали большого барана! Разве нельзя было найти на станции ненужный шарик?!.
Как бы то ни было, шарик оказался в руках у Владимира. Он попросил Эрдэмбаяра спуститься на площадку верхнего коллектора первой ступени экономайзера, чтобы через открытый лючок коллектора зафиксировать падение шарика в него через водоперепускную трубу. Подошли с Чимидцэрэном к вскрытому лючку нижнего коллектора второй ступени экономайзера. Посветив фонариком, нашли «дыру» перепускной трубы в коллекторе.
- Эрдэмбаяр, готов?
- Готов!
- Бросаю шарик!
Через десять секунд:
- «Поймал» шарик, Эрдэмбаяр?
- Нет никакого шарика!
- Не может быть!
- Точно! Я бы услышал, если бы он упал сюда!
Довольно длинная водоперепускная труба была сварена из двух коротких.
- Пусть сварщик режет сварной шов! – сказал Владимир Чимидцэрэну.
Через пять минут сварщик подал инженерам металлический кружок, извлечённый им из разрезанного шва водоперепускной трубы. Он был толщиной пять-шесть миллиметров, а по диаметру почти такой же, как труба.
Владимир догадался, что кружок-диск «висел» в трубе, задержанный внутренними наплывами сварного шва, превратившись в своеобразный клапан. Действия его были непредсказуемы: встанет вертикально – проход воде открыт, «ляжет спать» горизонтально – воде «красный свет – прохода нет!», и котёл кричит: «Я без воды, сейчас взорвусь!»
Но как попал этот «клапан» в водоперепускную трубу? Это тоже надо было выяснить. Владимир спустился к верхнему коллектору первой ступени экономайзера и через вскрытый лючок, подсвечивая фонариком, ещё раз внимательно осмотрел «внутренности» коллектора. Через некоторое время ему всё стало ясно.
В этот коллектор входила ещё одна труба такого же диаметра, как и водоперепускная. Это была труба, отводящая воду от пароохладителя. Есть такое устройство на энергетическом котле. Оно снижает температуру пара после пароперегревателя до температуры, нужной паровой турбине. Пар вращает рабочие диски турбины, турбина вращает ротор генератора, который вырабатывает электроэнергию. Вот вам и схема электростанции.
Но вернёмся к нашим «баранам». Эта труба от пароохладителя входит в коллектор горизонтально и заглушена с торца приваренным к ней металлическим диском, а воду в коллектор «выпускает» через просверленные в ней мелкие отверстия, как в дущевой сетке. Здесь-то Владимир и понял, откуда взялся тот металлический кружок в водоперепускной трубе. Это была торцевая ЗАГЛУШКА трубы с пароохладителя! При монтаже котла, вероятно, сварщик «прихватил» её к трубе двумя-тремя сварными «точками». А обварить по окружности забыл или не счёл нужным! Постепенно от коррозии, от механического воздействия давления воды заглушку «оторвало» от трубы и «потащило» питательной водой котла в водоперепускную трубу между первой и второй ступенью экономайзера, где она благополучно застряла в сварном шве и превратилась в «ХИТРУЮ ЗАГЛУШКУ» - нерегулируемый клапан.
Так Владимир Шипков раскрыл причину загадочного поведения пятого котла на ТЭЦ в Улан-Баторе и этим не дал упасть авторитету директора ТЭЦ Бямбажава в отделе промышленности и энергетики ЦК МНРП, а котельщиков ТЭЦ избавил от «издевательств» пятого котла…
За два года, проведённые Владимиром в Монголии, он «разгадал» ещё немало загадок и, пользуясь безграничным доверием главного инженера Лувсанцэрэна, с монгольскими друзьями-инженерами провёл ряд реконструкций в котельном цехе. И кое-кто на станции звал его «Багш» - «Учитель».
Провожая Владимира после окончания контракта, Бямбажав подарил ему прекрасную кожаную куртку и сказал:
- Вот на станцию приехал Шипков. Я смотрю: котлы такие большие, а Шипков такой маленький! Ну что он с ними сделает?! А он показал, как надо работать инженеру. Сначала всё изучит, нарисует, какие надо, чертежи, а потом идёт в цех и вместе с рабочими претворяет задуманное в жизнь!..

Возвратившись из монгольской командировки, Владимир нашёл в Москве Александра Алексеевича Цешковского, автора книги, которая очень помогала ему в Монголии. Тот был заведующим лабораторией Московскго отделения ЦКТИ имени И.И.Ползунова. Владимир поблагодарил его и оставил на память бутылку хорошего коньяка.
Кстати, о проверке труб с помощью металлического шарика тоже написано в книге Цешковского…

*Тарбаган – монгольский сурок.


Бямбажав (второй справа)
Лувсанцэрэн (в центре)
Чимидцэрэн
Эрдэмбаяр
Условия конкурса "1.ЗАГАДОЧНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ВЕЩЕЙ, МЕХАНИЗМОВ и АГРЕГАТОВ. 2.ЗАГАДЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ и СОБЫТИЯ."
Иногда "бездушные", созданные руками человека вещи, механизмы, агрегаты ведут себя как живые существа, "подшучивают", а то и "издеваются" над своими хозяевами или над окружающими их людьми. Но могут и выручить в трудной ситуации. В природе, в жизни городов, сёл, людей могут происходить загадочные, непонятные явления и события.
Предлагается вспомнить такие случаи в вашей жизни или в жизни ваших родных, друзей, знакомых, описать их в рассказе или стихотворении и подать на конкурс.
Конкурс состоит из двух самостоятельных частей. 1. ЗАГАДОЧНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ВЕЩЕЙ, МЕХАНИЗМОВ и АГРЕГАТОВ (ЗПВМА). 2.ЗАГАДОЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ и СОБЫТИЯ (ЗЯС).
Каждый участник имеет право подать два произведения (рассказ и стихотворение) по каждой части конкурса. Всего - четыре произведения.
Объём произведений: рассказ - не более 9000 (девять тысяч) знаков без пробелов, стихотворение - не более 40 (сорок) строк. При этом не допускается сокращать объём стихотворения за счёт соединения двух строк в одну, объясняя это "внутренними" рифмами.
Призы - Дипломы имени Александра Сергеевича Пушкина. Каждое произведение может получить отдельный приз.
Срок конкурса - с 22 июня по 28 июля 2020 года (включительно).
Публиковать конкурсные произведения следует в Блоге клуба "Загадочные явления и события".
Страницы: Первая Предыдущая 1 2 3