Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Рафаил Вагабов. Память сердца

29 сентября 2015
Раздел: Событие
Просмотров: 3899
Рейтинг: 0
Голосов: 0

Поделиться:
Рафаил Вагабов. Память сердца
29 сентября 2015
Раздел: Событие
Рейтинг: 0
Голосов: 0

Просмотров: 3899
Поделиться:

Наша неутомимая балерина Ирина Чистякова принимала самое активное участие в фестивальной программе: столько, сколько танцевала она, в те дни не танцевал никто… Каждое выступление Ирины Чистяковой было безупречным во всех отношениях… Мужественный стиль танца присущ премьеру Большого театра Александру Ветрову. Николай Цискаридзе из Большого театра мгновенно сделался любимцем публики. Наши петербургские танцовщики Александр Климов и Никита Щеглов уверенно и не без эстетических «приятностей» для глаза преодолели всевозможные технические «рифы», что попадались на их пути. Но главной героиней всех вечеров, эмоциональным центром этого праздника балета, конечно же, была Алла Шелест. Фестиваль завершился на лирической ноте. После окончания «Лебединого озера» зазвучала грустная и проникновенная музыка сен-сансовского «Лебедя», под которую на сцену вышла Алла Яковлевна. Зал стоя приветствовал великую артистку, к ее ногам сыпались белые хризантемы, а она поблагодарила всех незабываемым и неповторимым «шелестовским» реверансом…»

По поводу цветов, оно действительно так: наш гостиничный номер утопал в белых хризантемах.

Накануне открытия следующего фестиваля, на котором Алла присутствовала, мы смотрели оркестровую репетицию «Баядерки». И стало ясно: обе участницы фестиваля, балерины Мариинского театра Ульяна Лопаткина и Татьяна Амосова, украсят сцену. Когда-то Лопаткина потрясла самарскую публику своей Заремой. По этому поводу в одном из интервью Аллу спросили:

– Алла Яковлевна, что вы можете сказать об Ульяне Лопаткиной?

– Талантливая балерина. Она даже не знает, насколько она талантлива…

Может быть, мое отступление – ложка дегтя, но мне не удается проникнуться тем свойством таланта этой балерины, каким видит ее Алла: на сцене воля и интеллект Ульяны главенствуют, я смотрю ее танец профессиональным взглядом, спокойно оценивая уникальные достоинства балерины, она не заставляет меня забыться. Может быть, это веяние времени, возможно, на сцену пришел новый тип артиста.

Так что на следующий день в Самаре праздник – открытие фестиваля. От Лопаткиной ждали таких же, как и прежде, высоких откровений.

Публику на этот раз не надо было готовить: как только Алла Шелест вошла в ложу – зал поднялся в едином порыве. Открытие прошло на «ура», ибо все трое – Ульяна Лопаткина, Татьяна Амосова и Александр Курков – подняли «Баядерку» высоко, им устроили оглушительные овации. После спектакля Алле моей проходу не давали: бесконечные интервью, автографы в антрактах, в зале и на сцене… Все остались очень довольны.

«…Восторженными аплодисментами встретили непредсказуемую Ульяну Лопаткину в Никии, – читаю в статье Е. Соратник. – Радостным открытием стала Татьяна Амосова, чья индивидуальность освежила роль Гамзатти. Разносторонне интересным предстал публике Александр Курков, танцовщик, вызывающий восхищение».

По поводу Куркова: мне импонируют качества его характера, основное из них – чувство собственного достоинства. У нас сложились чисто человеческие отношения.

Последний день фестиваля закрывала «Жизель». И вновь продуманный финал. Накануне я показал актерам общую композицию поклона – финал коды «Шопенианы». Все как у Фокина, лишь вместо последней группы неожиданно для зрителя должна появиться на сцене Алла. Для этого Курков первый бежит назад (как у Фокина), затем уходит за кулису и оттуда выводит Аллу на сцену. Кордебалет закрывает все пространство у задника, потом расступается, и зритель видит Шелест рядом с Курковым. Она проходит вперед и делает полюбившейся публике реверанс. Дальше цветы, цветы, цветы…

Отрепетировали, договорились, разошлись.

На следующий день Валентина Пономаренко смотрела «Жизель» в артистической ложе рядом с нами. К концу второго акта она вдруг шепчет мне на ухо:

– Рафаил Юсуфович! Вы уведете Аллу Яковлевну, а я останусь, кивну дирижеру, и после этого он начнет.

– Валя, мы ведь договорились: я увожу – он сразу начинает.

– Вы не успеете дойти.

– Успеем.

– Рафаил Юсуфович, ну, дайте мне кивнуть головой!

– Ладно, – уступил ее настоянию, – только не передерживай.

Кончился балет, вывожу Аллу из ложи, веду в последнюю кулису у задника (она в темноте стала плохо видеть). Стоим, ждем. Все танцуют «Шопениану», Алла волнуется:

– Где Саша?

– Он танцует, сейчас придет.

В этот момент показался у задника Курков, «ищет», как я его просил. В одну сторону посмотрел, потом в другую. Не знаю, что на меня нашло (волнение, наверное), но я забыл, что сам показал ему, как «искать», а он это сделал так естественно, что я не удержался, перекрывая музыку, крикнул ему на сцену:

– Саша! Она здесь!

На поклонах Алла была хороша, и вообще после «Жизели» «Шопениана» прозвучала так жизнерадостно! Легко, стремительно, светло!!

В гостинице жили, как у Христа за пазухой, все наши заботы – театр и обратно. В таких условиях можно творить, голова хорошо «работает». Говорю Светлане Петровне:

– Вы подарили ей еще одну каплю жизни.

– Алла Яковлевна, чем дальше, тем больше хорошеет…

Последние два дня повалил снег, метель – мы к такому не готовы. Алла в туфельках по снегу, с непокрытой головой (но в нутриевой шубке!), и хоть бы что! Вернулись домой, сразу же – холодно, неуютно, через день опять носовые платки, хандра...

При подготовке материала использованы фото из архива автора.

Страницы: Первая Предыдущая 1 2
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!