Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Я вспоминаю

3 июля 2018
Просмотров: 403
Рейтинг: +3
Голосов: 3

Поделиться:
3 июля 2018
Рейтинг: +3
Голосов: 3

Просмотров: 403
Поделиться:

Закрепив конёк на крыше времянки, я увидел, что во двор вошел незнакомец. Посмотрев на меня, он воскликнул: «Середина сентября, а тепло-то как! А у нас уже ложится снег. Кончай это никчёмное дело, и поехали со мной. У нас четырёхкомнатная квартира и одну комнату я выделю вашей семье. Негоже моей крестнице жить на материнских задворках».

С детства я зачитывался произведениями Джека Лондона и завидовал его героям, преодолевающим далёкие и опасные расстояния. Но когда увидел Братскую ГЭС, соединившую берега Ангары, и раскинувшийся по её берегам город, то поразился энтузиазму наших людей, построивших всё это в суровой Сибири.

Работая на ЛПК, я оценил высокую заработную плату и сплочённость сибиряков. Единственное, что меня не устраивало – в городе мало новостроек и очередники долго ждут свое жильё.

Посоветовавшись с женой, четырёхлетняя дочь жила у бабушек, я решился проехать по Байкало-Амурской железной дороге имени Ленинского комсомола, и узнать, как там обстоят дела. В мае я взял недельный отпуск и сел в поезд до станции «Лена». Как оказалось, чтобы увидеть БАМ, мне нужно договориться с машинистом тепловоза, другого транспорта туда не было.

На станции – «Звёздный», к прибывшему тепловозу подошли пожилые рабочие. «А что вы тут делаете?» – по-простецки спросил я. – «Мы стрелки чистим, – ответил один железнодорожник. – Комсомольцы, положив рельсы, пошли дальше. Возвращайся, ты опоздал и их уже не догнать!»

Весь вечер я топил «голландку», а за тонкой перегородкой дремал дежурный по железнодорожной станции. Разглядывая в окно барачные постройки и уже осыпавшиеся землянки на склоне реки, я удивлялся: «Вот как здесь жили строители». Утром дежурный посадил меня на возвращающийся тепловоз, что тащил к «Лене» небольшой состав из пустых платформ.

В Усть-Куте, от ожидающих поезда пассажиров, я услышал о городе – Усть-Илимск, и купил туда билет. Со станции, на попутках, я добрался до ЛПК, что строили вдалеке от возносившегося высотными кварталами Усть-Илимска. «Странно, – размышлял я, – до Братска двести пятьдесят километров, но я даже не слышал об этой Всесоюзной ударной комсомольской стройке».

Начальник древесно-подготовительного цеха, посмотрев мои документы, заверил: «Приезжайте. Я возьму вас машинистом рубительной машины, а вашу жену обучим и предоставим ей работу в цехе». К жене я летел как на крыльях – среди тайги новый город и огромный лесопромышленный комплекс!

По приезду в Усть-Илимск, нас с женой поселили в разные общежития, и мы устроились на работу. Буквально прошла трудовая неделя, и я оказался – не у дел. В Москве проходила летняя Олимпиада – 80, а в фойе общежития люди собирались у экрана телевизора и, глядя на успехи своих спортсменов, плакали: из всех социалистических республик на комсомольскую стройку приезжали стройотряды студентов. Я же уходил в тайгу и там рыдал, не зная как жить дальше. Слова супруги так и пульсировали у меня в голове: «Мы больше не будем вместе. Город молодых, и мне есть с кем проводить время».

В течение года моя душевная рана заросла. Мне приглянулась девушка, приехавшая сюда по комсомольской путёвке, и мы поженились. Все у нас было хорошо. Жена родила троих детей: два сына и дочь, а на работе выдали ордер на трёхкомнатную квартиру.

В ту последнюю, мою десятую сибирскую зиму, с экрана телевизора без устали высказывался первый президент СССР. Слушая Горбачёва, порою до утра, я всё яснее понимал, что страну ждут глобальные перемены. В мае я отправил жену с детьми к себе на родину, с наказом: купить домик для дальнейшего нашего проживания. Получив телеграмму: «Приезжай сам, вариантов много», – я решился.

Рассчитавшись с работы и загрузив контейнер домашними вещами, я полетел на родину. Жене же пришлось вернуться в Усть-Илимск, рассчитаться с работы и сдать в ЖЭК орден на квартиру.

Так в нашей семье произошли глобальные перемены, а сыны пошли в первый класс школы. Приходя с работы, я перестраивал купленный дом. В таком «ключе» прошли годы. Теперь мы с супругой на пенсии, отдыхать бы и радоваться за семьи детей, но ко мне подкралась неизлечимая болезнь. Когда боль отступает, вспоминаю лица людей, с которыми работал. В Сибири мы были молодыми и, порою, бесшабашными, а комсомол сближал нас, продвигая к общей цели.

Комментарии (10)
Татьяна Ларченко #    3 июля 2018 в 17:45
«Странно, – размышлял я, – до Братска двести пятьдесят километров, но я даже не слышал об этой Всесоюзной ударной комсомольской стройке». Действительно, странно: стройка была известна на всю страну уже с конца шестидесятых. Александра Пахмутова побывала там, написала песню: "Письмо на Усть-Илим" (вначале Усть-Илимск именовался Усть-Илимом). Нужно бы добавить, Александр, папу слов о своей комсомольской юности. Вы ведь комсомольцем были в ту пору? Удачи вам в конкурсе, здоровья!
Александр Ионкин #    3 июля 2018 в 20:18
Татьяна, в рассказе «Я вспоминаю», заключена лично моя жизнь, с самого начала и до сегодняшнего дня. Сейчас моя дочь, от первого брака часто гостит у меня, имея дочь и сына, и её мать тоже в Брянске живёт. Моя семья приехала как раз перед перестройкой, и мы успели купить дом, пока не «рухнули» все сбережения у людей. Да, у нас с женой, что действительно приехала с подругой по комсомольской путёвке в Усть-Илимск, трое детей: сыны погодки (учились в одном классе, навстречу пошёл мой учитель, с моей же школы), и младшая дочь, что сейчас москвичка и обидно редко, привозит нам внучку. Сибирь для меня – это святое. Три года просыпался в слезах, так живо и ярко снились все те и то, с кем работал и отдыхал не только на берегу реки Ангары, но и на нашем «море». Мы сплавлялись по реке Полива в Кату, а затем – в Ангару. Так что, Татьяна, если всё что было описать – роман получится. Кстати, я был в комсомоле пока не исполнилось 28, но в партию не пошёл, хотя и настойчиво звали. Та надпись на скалах: «Я ещё к тебе вернусь, Ангара!», – стоит, даже когда меня болезнь «гложет». Возможно, мне везло на хороших людей, за что, видимо, и плачу…

(Р.м. В то время, в братских газетах не было ни слова об Усть-Илиме, чтоб наши не «ломанулись», такой был строй. Но когда я впервые оказался в ДПЦ, то наши уже там работали. «Как вы сюда попали?) – первый вопрос при встрече. – «Так же как и ты!» – ответ. И в Звёздный я попал, как и описал. А за спиной – перестроечная работа в Испании. Но это иная, и не менее яркая история).
Татьяна Ларченко #    3 июля 2018 в 21:31
Подброшу вам еще воспоминаний:
Татьяна Ларченко #    3 июля 2018 в 21:32
Майя Симонова #    4 июля 2018 в 16:28
Александр Ионкин #    4 июля 2018 в 19:20
Майя, спасибо.
Галина Парфёнова #    4 июля 2018 в 16:41
Человек вы, конечно, бесшабашный. Из тех, кто живёт километрами. а не квадратными метрами. Если бы не комсомольские стройки. у вас, надо понимать, не было бы возможности "хлебнуть романтики". Хотелось бы, чтобы в рассказе эта мысль прозвучала отчётливей. Может быть, комсомольские стройки - это единственное, за что можно комсомол уважать? Развод с женой и болезнь настораживают.
Александр Ионкин #    4 июля 2018 в 19:20
Галина, в СССР было много чего хорошего. Полагаю, что для развития детей, мы зря потеряли «октябрят» и комсомол. Придёт время, и нечто подобное возникнет в нашем обществе. Так устроена жизнь, что в коллективе людям легче и веселей. Возможно, по этой причине и всевозможные секты набирают «вес». Ну а что касается развода, то это даже хорошо, что всё так и вышло, а вот с болезнью, тут совсем другое. Но если трезво разобраться, то рано или поздно нужно уйти.
Людмила Косарева #    12 июля 2018 в 17:37
За память о стройках, романтике и нелёгком труде молодёжи - покорителей разных высот(+). Удачи, Александр!
Александр Ионкин #    13 июля 2018 в 07:51
Комсомол
Комсомол вёл молодёжь вперёд,
И взрослел в нем наш народ.
Путь к звёздам с ним мы проложили,
В союзе дружно люди жили.
Но в перестройку он остался не у дел:
А у республик появилось много своих дел.
Комсомол нам следует вернуть.
И продолжить праведный тот путь!

Спасибо, Людмила за поддержку.