Самарские судьбы

Самара - Стара Загора

Газета "Стерлитамакский рабочий" 04. 09. 2015

4 сентября 2015
Раздел: Новости
Просмотров: 1685
Рейтинг: +1
Голосов: 1

Поделиться:
Газета "Стерлитамакский рабочий" 04. 09. 2015
4 сентября 2015
Раздел: Новости
Рейтинг: +1
Голосов: 1

Просмотров: 1685
Поделиться:

 

На вопросы из шляпы отвечает стерлитамакский поэт К. Вуколов

Визитка
Константин Иванович Вуколов – наш земляк. С 1975 года преподавал в Стерлитамакском строительном техникуме, потом 21 год возглавлял это учебное заведение. Стихи начал писать 12 лет назад, в возрасте 55 лет. Автор шестнадцати поэтических сборников, один из которых вышел в республиканском издательстве «Китап», второй – в Минске, третий – в московском издательстве «Козерог». К.И.Вуколов – член Союза писателей России, неоднократный лауреат литературной премии «Золотое перо Руси», победитель регионального конкурса «Родники вдохновения» и многих интернет-конкурсов. Редактор детского литературного сайта «Брайлленд». Константин Иванович – автор песен о Стерлитамаке, которые часто исполняются на концертах и праздничных мероприятиях. В течение многих лет он сотрудничает с композиторами Альбиной Имаевой, Вадимом Канищевым, Ириной Латыповой, Рустамом Абдрашитовым.

— Сравниваете ли вы себя с другими людьми и в чём?
— Да, сравниваю. Кто-то умнее, чем я, кто-то – талантливей, тоньше, проникновенней. Сравнение – это определённый стимул для совершенствования, для личностного роста.

— Что вы думаете о ненормативной лексике?
— Я её негативно воспринимаю. Хотя бывают такие ситуации, правда, очень редко, когда приходится её применять. А вообще нецензурная брань засоряет язык, режет слух. Словом, я – против.

— Что может заставить вас покраснеть?
— Краска стыда заливает лицо, когда чувствуешь, что что-то не так сделал, не то сказал. Так же могу реагировать на замечания других людей, на чужую бестактность.

— Какой уникальной способностью вы хотели бы обладать?
— Мне всегда хотелось научиться играть хотя бы на гитаре. В юности я много ходил в походы и там отчаянно завидовал гитаристам, которые всегда становились центром притяжения у походного костра. Мне однажды даже предлагали брать уроки игры на гитаре, но что-то помешало, должно быть, моя собственная лень. А ведь у меня много стихов, которые хорошо ложатся на музыку. Но сейчас учиться музицировать, увы, уже поздно…

— За воздержание от каких привычек надо бы поощрять?
— Здесь у меня список традиционный – от курения, алкоголя, сквернословия. А ещё я бы, наверное, поощрял за воздержание от обмана, лжи, мелкого вранья. Любая, даже самая маленькая, неправда может привести к большой беде.

— Какие игрушки были у вас в детстве?
— Самые первые, которые я помню, – это набитые опилками два тряпичных медведя и заяц. Эта троица была довольно замызганной, потому что в этих зверушек до меня играли мои старшие брат и сёстры. Из одного медведя всё время сыпались опилки. Ещё был деревянный конь на колёсах, тоже перешедший ко мне по наследству. Я, как четвёртый ребёнок в семье, наследовал не только игрушки, но и валенки, пальто, другую одёжку.

— А была у вас ваша личная игрушка?
— Да, я помню, как мне купили пистолет, который стрелял пистонами. Это было счастье! И ещё в деревню часто приезжал старьёвщик, который за старый хлам, утиль, тряпьё давал нам, ребятишкам, то игрушечные часы, то свистульку. У меня даже была попытка сдать ему чугунок, но её вовремя пресекла проявившая бдительность мать.

— Какое историческое время вызывает у вас наибольший интерес?
— История вообще интересная штука. Но меня больше всего интересует время декабристов, когда жили Пушкин, Пестель, Рылеев.

— А чем оно вас так увлекает?
— Это эпоха настоящего романтизма, пронизанная желанием имущего класса изменить жизнь российского общества, устройство государства, облегчить положение народа. И герои эти наиболее ярко представлены в нашей отечественной литературе, в нашем кинематографе. Сколько всего интересного и написано, и снято о декабристах, их жёнах и последователях. И сколько ещё будет написано и снято!

— Согласны ли вы с утверждением, что школьные годы – это счастливая пора?
— Конечно, согласен. В моей памяти хранятся воспоминания о начальной школе в родной Васильевке, годе учёбы в Стерлибашево и трёх годах обучения в Ишимбае, где я закончил восьмилетку. Три коллектива, и каждый помнится. Помню всё до сих пор – и фамилии соучеников, и имена-отчества учителей. Это годы, когда набираешься ума, взрослеешь, узнаёшь что-то новое о мире, о людях, начинаешь разбираться, кто есть кто, делить окружающих на друзей и врагов.

— А враги у вас в школе были?
— Нет, врагов не было, скорее, это были завистники. Я с отличием закончил восьмой класс, мне хотелось учиться, мне надо было учиться, потому что достичь чего-то стоящего в жизни я мог только сам, надеяться было не на кого. И я старался. А некоторые одноклассники завидовали тому, что я всегда готов ответить на уроке, что у меня нет двоек, что учителя относятся ко мне доброжелательно, с уважением.

— Мне кажется, что вы – очень положительный человек. Вы хоть раз совершали поступок, за который вам было бы стыдно?
— Скорее, я не совершил поступка, который должен был совершить. Один момент много лет не даёт мне покоя, гложет совесть. Это случилось в школе. Была у нас учительница географии Алевтина Валентиновна Гребнева. Не умела она держать дисциплину в классе, хотя учителем была грамотным, знающим свой предмет. На уроке её кто хотел – слушал, кто не хотел – занимался посторонними делами. Была у неё обидная кличка – «Бегемот». И однажды прямо на уроке один мой одноклассник прилюдно стал так её называть. Я смалодушничал, не вмешался и не дал ему отпор. И до сих пор стыжусь этого своего непоступка.

— Какую самую тяжёлую физическую работу вам приходилось выполнять?
— Живя в деревне, приходилось колоть дрова, косить, но этот труд не был для меня тяжёлым. А вот когда учился в техникуме, проходил практику на «Соде», и там заливали бетонный фундамент под какую-то машину. В основании делали специальные углубления, для этого туда вставлялись деревянные пробки. Меня после смены оставили убрать эти четыре пробки, а их уже прихватило бетоном. Одну из них я кое-как раскачал, а три других ну никак не поддавались, хотя я бился над ними до слёз. Утром пришёл к бригадиру с повинной. Он взял трос, кусок тонкой металлической трубы, соорудил рычаг и вытащил пробки из застывшего бетона. А у меня на это просто не хватило соображения. Мне тогда было 17 лет.

— Какая ваша мечта осталась нереализованной?
— А у меня с мечтами всё нормально. О чём мечтал, всё у меня исполнилось. Есть семья, дети, внуки. Была любимая работа. Сейчас отдыхаю на пенсии и в своё удовольствие пишу стихи. Вот буквально на днях вышел в свет мой новый сборник «Счастье моё хорошее», и есть уже с десяток новых стихотворений.
Впрочем, не все мечты сбылись, я поторопился. Сегодня моему младшему внуку Тимуру исполнилось два месяца. И у меня появилась мечта погулять на его свадьбе. Реально ли это? Лет через двадцать мне стукнет всего-то 87. А что, вполне адекватный возраст. Будем стараться!

— В чём мы перегнали Америку?
— В 1996 году был я в Америке – в Нью-Йорке, в Вашингтоне, в Западной Вирджинии. Мы с делегацией посещали Шепард-колледж, были в студенческом городке, обменивались с американскими коллегами опытом. Мне кажется, то, чем мы отличаемся от американцев, – это душа человеческая. Там и улыбнутся, и скажут: «Привет!», но за этими улыбками и приветствиями ничего не стоит. Наши люди добрее, приветливее, искреннее. И, как ни старайся Америка, она нас в этом не догонит.

— А вы часто бывали за границей?
— Да нет, всего три раза. После Америки была аналогичная поездка в Германию, удалось даже съездить во французский Страсбург на денёк. А самую первую свою загранпоездку я заработал в 21 год, работая конструктором в «Башнефтепроекте». Тогда меня поощрили за активную комсомольскую работу. В составе большой молодёжной делегации я побывал в Польше – Варшаве, Познани, Кракове, Закопане и Освенциме. Освенцим запомнил на всю жизнь – эти страшные ворота, печи-крематории, бараки, горы детской обуви и тюки остриженных волос. Всё это произвело на меня тягостное впечатление. В этом году на 70-летие освобождения Освенцима российскую делегацию даже не пригласили. Короткая у людей память! Ведь весь этот ужас может повториться, если замалчивать правду о войне.

— Следите ли вы за модой?
— Моя жена следит за тем, как я одет. Иногда мне советуют купить ту или иную вещь мои дочери. Конечно, одежда человека сильно преображает. С этим я согласен. Но сам за модой не слежу, доверяю вкусу своих любимых женщин.

— Какого предмета не хватает в наших школах?
— Хорошо бы учили тому, что уже есть в школьной программе. К нам в колледж до сих пор приходят выпускники школ с хорошими аттестатами, которые на поверку не знают элементарной таблицы умножения, а при решении задач пользуются калькуляторами. А что, разве в современных школах не преподают математику? Так давайте делать это качественно, на совесть.

— Все люди – братья?
— Безусловно. Всё человечество – это одна большая семья. Нас не могут разъединить ни расовые, ни религиозные различия. И пусть не все люди хорошие, но все они – братья. В этом я глубоко убеждён.

— С кем из великих людей вы хотели бы сходить в турпоход?
— Кто бы из них ещё согласился со мной пойти, вот в чём вопрос! Жутко интересно было бы пойти в поход с Пушкиным или с Есениным. Представляете: там костёр, песни, душевные разговоры, то есть близкое неформальное общение. Нет, с поэтами определённо было бы здорово разделить привал, и не один…

— Чему вас учат ваши дети?
— Быть добрым, ласковым, заботливым. Стремиться постигнуть то, чем они живут, что их волнует, чтобы, как говорится, быть в теме. Не хочется ограничиваться только бытовым общением.

— А вы их чему учите?
— Доброте. Честности. Справедливости. Хочу, чтобы и дети, и внуки мои были порядочными людьми, чтобы они считались с чувствами окружающих, чтобы проявляли милосердие.

— А можно ли человека научить быть милосердным и справедливым?
— Только своим примером. Нравоучения и нотации здесь не работают. Если хочешь воспитать таким ребёнка – будь таким сам.
Вот я считаю, что надо любить место, в котором живёшь. Каждое лето я вожу своих детей и внуков в деревню, в которой родился, на могилы наших предков. Отрываться от корней человеку нельзя.

— Чем можно удивить гостей нашего города?
— После окончания техникума я уехал работать в Уфу, в которую так стремился, будучи студентом. И вдруг почувствовал, что меня тянет назад, в Стерлитамак. Живу здесь уже сорок лет, и вижу, как преображается, хорошеет мой город. И парки, и скверы, и новые жилые районы – всё это радует глаз, веселит душу. И те, кто приезжает в наш город, отзываются о нём в превосходных степенях – чистый, ухоженный, в окружении целого ожерелья рек! Вот был пустырь, а теперь на его месте – красивейший в городе сквер имени Жукова!

— У вас много стихотворений, посвящённых Стерлитамаку. А как они рождаются?
— Меня трогает тема родного города, она меня волнует и заставляет подбирать слова, чтобы выразить свои чувства. К грядущему 250-летнему юбилею обязательно напишу несколько новых песен о Стерлитамаке. И не потому, что конъюнктура, а потому что люблю место, в котором живу.

— Вы можете быть душой компании?
— Пожалуй, нет. Какая-то зажатость во мне есть. Знаю людей, которые легко могут рассмешить других, увлечь за собой, затеять разговор на любую тему, к месту рассказать смешной анекдот. Я из тех, кто скромнее.

— Может ли необразованный человек быть интересен для других?
— Образование – это диплом, аттестат. Бывают совсем неучёные люди, с которыми ужасно интересно общаться. Я встречал немало дедушек и бабушек, абсолютно неграмотных. Но сколько они всего знали, сколько умели – нам до них ещё расти и расти. А случается, что у человека в кармане несколько дипломов, а он на поверку – пустышка.

— Кто вы?
— Обыкновенный человек со своими заморочками, мечтами, желаниями, страхами, сомнениями. Это в первую очередь. И только во вторую очередь я муж, отец, дедушка, учитель.

— А поэт?
— Какой я поэт?! Это моё увлечение, хобби, свалившееся на меня неожиданно откуда-то сверху. Просто мне нравится рифмовать строчки. А если люди иногда тепло отзываются о моих стихах, то меня это только радует.

Комментарии (6)
Марат Валеев #    4 сентября 2015 в 18:30
Поздравляю, Костя, отличное интервью! Теперь мы тебя знаем чуточку больше. нет, не так - значительно лучше!
Виталий Добрусин #    4 сентября 2015 в 18:57
Дорогой Константин! Замечательное интервью!
Геннадий Зенков #    4 сентября 2015 в 20:33
Да-а-а! На очень многие вопросы я ответил бы точно так же, как Константин. И в Стерлитамак-то я после института мог попасть. Очень меня звал туда "распределиться" товарищ по группе. Звали его Иосиф, а фамилию сразу и не вспомню. Работал бы на электростанции и, наверное, дослужился бы до главного инженера... Отличное интервью, Константин!
Ольга Михайлова #    4 сентября 2015 в 21:07
В ноябре 2012 года познакомилась с супругами Вуколовыми - Константином и Верой.

До сих пор - в сердце - очень приятные воспоминания.

Константин, поддерживаю слова Геннадия Михайловича и Виталия Аркадьевича: замечательное интервью!
Юрий Елизаров #    5 сентября 2015 в 04:20
Да, встреча в ноябре 2012 года была незабываема! И с Самарой, и с самарцами, и с четой Вуколовых. Интервью - как беседа с другом. Подробнее - здесь: http://samsud.ru/blogs/novyi-god-sonet/konstantinu-vukolovu-po-sluchayu-publika.html
Константин Вуколов #    5 сентября 2015 в 07:37
Понимаю, что не скромно, но не смог сдержаться, чтобы не разместить здесь.
Спасибо вам всем за тёплые слова! Спасибо Самсуду, подарившему мне таких людей, как вы.